Приготовь воду: набери в котелок, вскипяти, одну чашку отнеси отцу, а вторую дай выпить мужчине, что лежит на кровати.
Затем достань найденные бамбуковые трубки, ошпарь их кипятком, чтобы очистить, и разлей остатки горячей воды по ним. Одну из трубок протяни отцу.
— Пап, это бамбуковые трубки, я нашла их. Внутри кипяток, не экономь, пей.
Вторую трубку она пока оставила себе.
— Пап, я схожу, обменяю то, что сегодня принесла, а как вернусь — приготовлю поесть.
— Хорошо, иди, только возвращайся быстрее. И не вздумай идти в Торговый зал, — отец явно опасался, что дочь его не послушает.
— Хорошо, я поняла, — ответила она, закинула за спину корзину и вышла.
На улице стало заметно оживленнее. Дома в трущобах строились как попало, чаще всего — наспех, из того, что под руку попадется. Низкие лачуги жались друг к другу, крыши выглядели нелепо: где-то лежала старая черепица, где-то — наскоро сбитые куски жести, которые на ветру дрожали и издавали пронзительный скрежет. Встречались и каменные дома, такие же, как у них.
Изредка доносились обрывки разговоров, и эти звуки вдыхали жизнь в некогда пустынные улицы.
Торговый альянс находился в безопасной зоне, в трех километрах от их дома — полчаса ходьбы. Лавка бабы Ли располагалась недалеко от входа в эту зону. Здесь жило не так много людей, зато дома выглядели куда приличнее: стояли в порядке, более или менее единообразно, а вокруг было полно всяких лавок.
Много людей, таких же, как она, с тяжелыми тюками за спиной или в руках, постоянно входили и выходили из магазинов — все что-то продавали.
Она подошла к лавке бабы Ли. Вывески не было, а само здание выглядело старее соседних. Переступив порог, она прищурилась: внутри было темновато. Лишь спустя мгновение она разглядела старушку, дремавшую в кресле-качалке в углу.
Девушка замялась, не зная, стоит ли будить её, но та сама открыла глаза.
— Рань-я, пришла? — старушка поднялась с места.
— Баба Ли, — послушно поздоровалась она.
Баба Ли была невысокой, лицо её избороздили глубокие морщины, но улыбалась она очень по-доброму. Они с отцом были старыми знакомыми, так что к Бай Синьжань она относилась хорошо.
— Да, баба Ли, я пришла продать кое-что, — она начала выкладывать вещи из корзины. На самом деле девушка незаметно доставала их из своего пространственного хранилища, прикрыв сверху сухой травой, чтобы никто ничего не заподозрил.
Сначала она выложила шкуру, затем — кости.
— Баба Ли, вы мясо принимаете? — тихо спросила Бай Синьжань.
— Что? У тебя есть мясо? Чего же ты сразу не сказала, девочка! — воскликнула старушка и поспешно захлопнула дверь. — В следующий раз, если будет что-то редкое, говори заранее.
Она-то думала, что, как обычно, принесли только пучок зелени. Да и шкуры с костями не шли ни в какое сравнение с мясом. Хотя её сын и состоял в наемническом отряде, мясо на столе бывало нечасто — от силы раз или два в месяц. Сейчас огромных мутировавших зверей стало невероятно трудно убивать, а мясо их почти всегда было сильно заражено радиацией. Про чистое мясо она вообще никогда не слышала.
— Хе-хе, я просто еще не успела достать. Сегодня случайно подвернулся мутант-кот, я разделала его и принесла к вам, чтобы обменять на баллы.
Она осторожничала и не стала сразу выкладывать всё на стол, боясь, что кто-то снаружи увидит.
— Ты наткнулась на мутанта? Как ты? Не поранилась? — удивилась старушка, глядя на огромную шкуру.
— Со мной всё в порядке, — коротко ответила Бай Синьжань.
— Ну и ладно. Давай посмотрим... Шкура неплохая, большая, целая, вот только не выделанная. Дам за неё сто баллов. Пара клыков — тоже сто, когти — сто двадцать, плечевые кости — сто двадцать, бедренные — сто двадцать, позвоночник — сто пятьдесят. Итого семьсот десять баллов.
Баба Ли неизвестно откуда достала счеты и принялась ловко щелкать костяшками.
— А мясо? Доставай, посмотрим, — поторопила она, заметив, что на столе пусто.
— Хорошо, сейчас, — Бай Синьжань достала из корзины мясо, завернутое в листья.
Баба Ли лишь поморщилась. Кто же носит мясо просто так, кинув в корзину? Обычно его прячут поближе к телу, боясь, что отберут. Но Бай Синьжань, не заметив осуждающего взгляда старушки, просто ждала.
Взяв мясо, баба Ли достала детектор:
— Пик-пик. Продукт со средней степенью радиации. Рекомендуется умеренное потребление.
— Раз здесь средняя радиация, посчитаю по сто баллов за полста грамм. Было бы что-то более ценное или с низкой радиацией — цена была бы выше, — проговорила она, взвешивая мясо. — Тут чуть меньше семисот грамм, считаем как семьсот, выходит тысяча четыреста баллов. Итого получается две тысячи сто десять. Рань-я, проверь, всё верно?
— Всё верно, баба Ли.
Они были старыми знакомыми. Девушка знала, что баба Ли любит обхитрить, но цену за товар она всегда давала честную.
— Ладно, переведу тебе баллы.
Старушка достала устройство, похожее на часы, и приложила к её запястью. Технологии здесь всё еще были на высоте.
На счету высветилось две тысячи сто шестьдесят три балла. Сумма казалась приличной, но до покупки восстанавливающего препарата было еще далеко.
Нет, она обязана купить это лекарство. Нужно накопить баллы и продать те два энергетических камня. Но идти одной опасно — могут выследить. Хотя людей с активированными способностями и не так много, в Торговом зале их пруд пруди. И какой бы сильной она ни была, против толпы не устоит.
— Баба Ли, а дядя Ван сегодня на задании?
Сын бабы Ли состоял в третьем отряде наемников Надежда. У него не было боевых способностей, зато развилось зрение — говорили, он мог видеть всё в радиусе пятидесяти метров.
— Нет, они на тренировке. А что случилось?
— Понимаете, я хочу купить низкоуровневый восстанавливающий препарат, но баллов не хватает. Несколько дней назад я помогла одному человеку, и он дал мне энергетический камень в качестве награды. Я хотела попросить дядю Вана отвести меня в Торговый альянс, чтобы обменять его на баллы. Не переживайте, как только обменяю, я куплю препарат здесь, у вас.
Это был лучший план, который пришел ей в голову.
— Конечно, можно! Почему бы и нет? Подожди, я сейчас пошлю кого-нибудь за ним.
У отряда, где служил её сын, была льгота: раз в год они могли купить средний восстанавливающий препарат со скидкой в двести пятьдесят баллов. В трущобах мало кто мог позволить себе такое лекарство, поэтому прошлогодний флакон так и лежал у неё без дела, и она уже боялась, что он так и не продастся.
Она позвала соседского мальчишку, дала ему балл и наказала как можно скорее найти её сына.
— Рань-я, подожди немного, дядя Ван скоро будет.
Она боялась, что девчонка не дождется и убежит.
— Ничего страшного, заодно посмотрю, что тут у вас есть.
Ей нужно было слишком много всего, но баллов не хватало, приходилось выбирать самое важное.
— Баба Ли, а сколько стоит детектор? — ей жизненно необходим был свой прибор.
— Этот? Дороговато, сорок пять баллов.
— А подешевле есть?
Это стоило дороже, чем обычные часы. Если бы часы не были своего рода компьютером, на котором хранились баллы, она бы и их продала.
Баба Ли задумалась, присела и начала рыться внизу, под прилавком. Через мгновение она достала старый, потертый нож с зазубринами.
— Подойдет? Он б/у, староват, но если хочешь — отдам за десять баллов.
Бай Синьжань проверила лезвие: хоть и старое, но острое.
— Беру. И дайте мне еще пять порций питательного раствора, того, что по пять баллов.
— У меня есть две порции, у которых завтра истекает срок годности, отдам по три балла за штуку. Берешь?
— Беру. Итого семь порций.
Это было очень выгодно. Сейчас, когда лишних баллов нет, нужно экономить на всём.
— С тебя сорок один балл, но давай сорок.
— Спасибо, баба Ли.
Она быстро перевела баллы и осталась ждать дядю Вана.

Комментарии

Загрузка...