— Александр, после долгих раздумий я решил вверить тебе этот череп, оставленный Богом Крови.
Император протянул руку в психический канал и извлек оттуда четырехугольную шкатулку.
Внутри был запечатан трофей, доставшийся человечеству после изгнания У'зула Собирателя Черепов – голова демона, послужившая сосудом для самого Кхорна.
— Каково предназначение этого черепа? Вы хотите, чтобы я перековал его в оружие?
Покидая Стеклянную равнину, Александр лишился своего снаряжения и трофеев – их забрал Джастид.
В тот момент он решил, что Повелитель Человечества намерен создать для него новый артефакт, и не стал задавать вопросов. Не обнаружив черепа в оружейном зале, он счел, что работа над ним еще не завершена.
— Это проводник в материальный мир, через который может проявиться воля Бога Крови.
— Попробуй окутать его своей псайкерской силой. Это послужит отличной практикой для твоего обучения.
Император открыл шкатулку, обнажая костяной остов, оставленный Кхорном.
— Окутать его силой Варпа? Может, для начала стоит хорошенько прожарить его пламенем?
Александр взял в руки покрытый костяными шипами череп, на ощупь напоминавший теплый нефрит. Было в этом нечто ироничное: Собиратель Черепов в итоге сам лишился головы.
«У'зул... не думал я, что твой собственный череп станет моим сувениром».
— Поступай как знаешь. Не нужно его щадить, эту дрянь не так-то просто уничтожить.
Сказав это, Император внезапно усмехнулся.
Пламя Александра, способное испепелять сами души, наверняка произведет на Кхорна неизгладимое впечатление.
Сейчас, когда в материальном мире нет условий для их проявления, даже Боги Хаоса не могут легко вторгнуться в реальность, так что за безопасность Александра можно было не опасаться.
Однако, поразмыслив мгновение, Император предостерег:
— Запомни одно: никогда не выкрикивай тот призыв, что Он нашептал тебе перед своим исчезновением.
Изначально Владыка Человечества не понимал истинной цели, с которой Кхорн оставил этот артефакт, и не собирался отдавать его сыну.
Но, зная природу Губительных Сил, он понимал: не будь этого черепа, нашелся бы иной способ влияния. Лучше держать угрозу под присмотром Александра.
По крайней мере, это не повторит историю с Клинком Лаэров в руках Фулгрима, когда враждебная сущность начала незаметно отравлять разум одного из его величайших сыновей.
— Как ни посмотрю, выглядит эта штука отвратительно.
Александр покрутил голову демона в руках. Колючая и мерзкая. Как человеку с нормальным чувством прекрасного, ему было трудно смириться с этим оскаленным ликом, где из каждой глазницы торчало по три костяных шипа.
— Тебе же сказали – делай с ней что хочешь. Опали ее своей силой и придай новую форму, — предложил Сангвиний, подходя ближе. При взгляде на череп Ангел чувствовал лишь холодную ненависть.
Ему нестерпимо хотелось вырвать этот ошметок Варпа, бросить его на палубу и раздавить тяжелым кованым сапогом.
Стоит признать, что Сангвиний, начавший постигать искусство обращения с псайкерскими силами, стал воспринимать эманации окружающего мира на порядок острее.
— Дельная мысль.
Александр не стал медлить. Он обхватил череп ладонями, и из его пальцев вырвалось ослепительное психическое пламя.
Уродливые скулы втянулись, шипы сгладились в неистовом жаре, а два огромных рога, устремленных в небо, размягчились, словно раскаленное стекло, и под пальцами Александра завились в аккуратные бараньи кольца.
Пронзая артефакт своей волей, Александр добился того, что Сангвиний, прежде испытывавший лишь отвращение, внезапно признал: теперь вещица выглядит куда сноснее.
— Хм, а ведь это похоже на шапку...
Повинуясь странному импульсу, Александр поднес преображенную уменьшенную версию черепа к своей голове. Но едва его руки поднялись, Сангвиний железной хваткой перехватил его запястье.
— Что ты задумал?
Император пододвинулся ближе, почти упираясь лицом в лицо сына, желая понять, что за безумие охватило Александра.
Неужели эта мерзость кажется ему удобнее имперской короны?
Владыка Человечества заподозрил влияние Губительных Сил, не допуская мысли, что Александр мог додуматься до такого сам. Артефакты Хаоса всегда обладают коварными свойствами – даже Александр мог поддаться искушению, потеряв бдительность.
— Да нет же, я просто хотел проверить, можно ли это носить... — Александр замялся, осознав нелепость ситуации, и его голос заметно стих.
— Хмф.
Император холодно фыркнул и отсел на прежнее место, демонстративно отвернувшись от сына.
— Не могу же я повсюду таскать этот сувенир в руках, — Александр легонько ткнул Императора в бок черепом, безмолвно прося о доработке.
В крайнем случае, из этого можно было сделать навершие молота или хотя бы посох.
— Ладно, давай сюда, — с глубочайшим презрением проворчал Император. Он взял череп так, словно коснулся сточной грязи, и направился в лабораторию снаряжения, чтобы приладить к трофею рукоять.
— Отец, поминальная служба вот-вот начнется.
Сангвиний уже получил сообщение от Девятого Легиона и, увидев, что Император уходит, поспешил подняться.
— Ступай, готовься. И не забудь то знамя.
Император замер на мгновение, затем обернулся:
— Александр представит меня на церемонии. После службы мы должны продолжить Великий Крестовый Поход.
Сказав это, он стремительно покинул зал.
Зал Героев был достроен, знания переданы Александру в полной мере – пришел час расставания.
Но прежде Императору нужно было создать резервные копии новейших технологий Империума для использования в Зале Героев.
Псайкерские силы могли сотворить многое из ничего, но сложные механизмы требовали точности, которой технодесантники не могли достичь в краткие сроки.
Использовать захваченные в Варпе корабли, подвергнутые порче, не соответствовало доктринам Империума.
— Магнус, ты идешь?
Сангвиний подошел к погруженному в раздумья брату и взял шкатулку со знаменем.
— Разумеется. Я и так повсюду следую за Александром.
Магнус очнулся и поднялся, возвращая свои книги на полки. В зале мгновенно воцарился идеальный порядок.
Покинув диваны, оба Примарха синхронно перевели взгляд на Александра.
— Как обстановка в Зале Героев? Есть ли там воины Легиона Тысячи Сынов?
— А павшие Кровавые Ангелы? Они тоже там?
Они долго сдерживали любопытство, и лишь когда Император покинул зал, решились расспросить Александра о тайнах за гранью реальности.
— Да, я видел там много знакомых лиц.
Александр кивнул, устроившись на диване по-турецки.
Перед уходом из Эмпирея его псайкерская мощь коснулась каждого воина. Были среди них и чужаки, и те, кого он лично вел в бой из числа терранцев Девятого Легиона.
— Это хорошо. Очень хорошо.
Сангвиний бережно погладил шкатулку со знаменем и, официально попрощавшись с братьями, направился к своему «Громовому ястребу», чтобы вернуться на борт линкора.
— Скажи, как ты думаешь, о каком «подходящем моменте» говорил отец? — шепотом спросил Магнус, подсаживаясь к Александру.
На таком расстоянии использование психической связи наверняка бы засек Император, поэтому тихий шепот казался надежнее.
— Откуда мне знать? Не старайся во всем докопаться до сути. Иногда лучше пребывать в неведении – так меньше проблем.
Александр откинулся на спинку дивана, закинув ноги на подушки, и вернулся к изучению основ псайкерского мастерства.
Магнус понял, что больше ничего не добьется, но и уходить не спешил.
Он просто сидел рядом с Александром, листая книги и изредка поясняя сложные моменты, ожидая, когда Император выйдет из лаборатории.

Комментарии

Загрузка...