За тихой рябью зеркального озера, в ментальном мире, где клинки по-прежнему парили в вышине подобно Млечному Пути...
— Только что... вы сказали «драконид»?
Я молча смотрел на стоящую передо мной Юл, ожидая, когда она заговорит.
Мечница слегка поджала губы, словно колеблясь, но затем решилась и негромко произнесла:
— Да. Совершенно верно.
Она заправила за ухо прядь смоляных волос и продолжила:
— Она объявилась в твоем ментальном мире... совсем недавно. Прошло от силы несколько дней, не больше.
Несколько дней. Картина начала проясняться.
Я слегка прищурился, не сводя с нее глаз.
— Она пришла не совсем извне. Скорее, изначально была неразрывно связана с тобой... Колебания ее души удивительно напоминали пульсацию самого этого ментального мира.
Юл осторожно подбирала слова:
— Выглядит как маленькая девочка. С фиолетовыми волосами и золотыми глазами — точь-в-точь как у тебя.
Она слегка нахмурилась.
— И эта пигалица, едва меня завидев, заявила прямо с порога:
Юл тихо фыркнула и передразнила звонкий голосок:
— «Я — истинная половина Арена! У меня возникли непредвиденные обстоятельства, посему некоторое время я поживу здесь, а ты, квартирантка, не суй свой нос не в свое дело!»
— ...
Еще до того, как смолк ее пародийный тон, у меня не осталось ни тени сомнений.
Тут и раздумывать было не о чем.
«Это Хаос».
С самого момента переноса, когда я, беспомощный и ошеломленный, только пытался нащупать опору в этом чужом мире, она всегда оставалась рядом...
Она указывала путь среди смертельных ловушек, порой вместе со мной набивала шишки, терпеливо направляя обычного современного парня Со Доджина, пока тот не вырос в полноправного авантюриста Средних этажей по имени Арен.
Приспешница Богини Хаоса, перевернувшая мою судьбу.
И единственное, совершенно особенное существо, навеки сросшееся с половиной моей души.
Хаос.
В последнее время связь оборвалась из-за пресловутых законов причинности, и в глубине сердца я не переставал тревожиться...
Кто бы мог подумать, что весточку о ней я получу не от кого-то извне, а прямо в сокровенных глубинах собственного ментального мира!
Хаос. Стоило мысленно повторить это имя, как по груди разлилась щемящая теплота.
Заметив, как смягчился мой взгляд, Юл озадаченно склонила голову к плечу:
— Судя по твоей реакции, она не соврала... Вы что, поженились в том, внешнем мире?
— Вовсе нет... Но если начистоту, наши узы ничуть не слабее супружеских.
Приспешница Богини Хаоса и ее Апостол — духовное родство, родившееся из этой связи, соединило нас столь прочно, что разорвать этот узел было уже невозможно.
Я тихо выдохнул и улыбнулся:
— Я зову ее Хаос.
Хотя и понятия не имел, есть ли у нее сокрытое истинное имя, подобно Селестии.
Юл задумчиво протянула:
— Хаос... значит.
Пока ее губы беззвучно пробовали незнакомое слово на вкус, она внимательно посмотрела на меня:
— Ты сказал, она была с тобой с самого момента перемещения?
— Да. Она постоянно присматривала за мной и щедро осыпала советами с тех самых пор, когда я метался в попытках выжить без гроша в кармане и буквально без запасного белья... Для меня она сродни самой судьбе.
Я открыто заговорил о переселении и своей второй жизни.
В конце концов, не думал я, что трансцендентная сущность, уже поселившаяся в моем сознании и прочно пустившая в нем корни, вдруг изменит ко мне отношение, узнав о моем иномировом прошлом.
Я верил, что вредить мне она уж точно не станет.
Юл ответила на мое доверие мягкой улыбкой:
— Что ж, тогда ладно. Поначалу я даже растерялась. Она ведь не родилась в глубинах твоего сознания, а явилась со стороны... И хотя сейчас все кажется мирным, я опасалась дурного влияния и уже раздумывала, не выставить ли ее вон.
— Об этом можете даже не беспокоиться.
Я решительно покачал головой и твердо отрезал:
— Хаос никогда не причинит мне зла. Скорее уж я остаюсь перед ней в неоплатном долгу.
Да и в том, что моя новая жизнь, сулившая беззаботное счастье после сорванного куша в лотерее, пошла наперекосяк, виновата Церера...
Если не возлагать слепую вину на всех подряд, то сама Хаос тут совершенно ни при чем.
Мысль, конечно, святотатственная — из тех, что терзали меня в первые недели после призыва, — но от этого не менее правдивая.
Юл с явным облегчением перевела дух:
— Ну... Раз ты так говоришь, мне гораздо спокойнее.
Она задумчиво погладила ладонью запястье и с кривой усмешкой добавила:
— Она заявила, что совьет себе здесь гнездо и будет время от времени гостить, а потому без крайней нужды велела к ней не соваться... Отрезала как ножом и сама ушла подальше.
— Где она? — спросил я, стараясь говорить ровно. — Где это гнездо, в котором она заперлась?
Юл указала тонким пальцем на противоположный берег озера, туда, за растворяющиеся в сумерках заросли:
— По ту сторону водной глади, где расходятся течения.
— ...
У меня перехватило дыхание.
Это место находилось в самых сокровенных, первозданных глубинах моего внутреннего космоса.
Туда не так-то просто добраться.
В те пределы даже я, полноправный хозяин этого мира, ни разу не ступал, а Хаос уже успела облюбовать тайный уголок и обосноваться там со всеми удобствами!
«Что ж... заодно и исследую собственные владения».
— Я пойду к ней.
Юл с готовностью кивнула:
— Хорошо. Я провожу.
Подойдя ближе, мечница плавно провела изящным пальцем по воздуху.
Поверхность воды озарилась мерцающими нитями света, которые раздвинули рябь и сплелись в едва заметную полупрозрачную тропу.
Я ступил на нее. Как и прежде, под подошвой лишь разошлись сонные круги — зеркальная гладь держала меня надежно, словно гранитная плита.
— Идем, Арен. Не отставай.
Юл зашагала вперед, и я, переведя дух, поспешил за ней.
Под холодным мерцанием далеких звезд мы направились туда, где укрылась в своем гнезде Хаос.
Навстречу второй половине моей собственной души.
Вслед за мечницей я шел по сияющей тропе, рассекающей зеркальное озеро. Звездный свет струился вокруг призрачными волнами, а границы ментального мира с каждым шагом становились все глубже и таинственнее.
— Мы пришли.
Юл остановилась перед колоссальным островом, покоящимся посреди бескрайних вод. Почти всю его сушу занимало циклопическое логово.
«И она воздвигла все это... всего за пару дней?!»
Я замер, не в силах совладать с изумлением.
Пусть Хаос и приняла облик хрупкой маленькой девочки, и пусть все это пространство существовало лишь в метафизических глубинах моей души, сам факт того, что она в одиночку сотворила столь грандиозную обитель в считанные сроки, казался чистым чудом.
Остров походил на истинное драконье логово: повсюду мягко мерцали россыпи кристаллов, будто сорванные с ночного небосвода звезды, а ледяной ветер с далеких полярных снегов причудливо закручивался в вихри с плотными потоками первозданного Хаоса.
Перед зевом широкой пещеры Юл остановилась. Прикрыв веки, она раскрыла ладонь и сосредоточилась, посылая вперед мягкий, но пронзительный импульс воли:
[Гостья, я привела того самого Арена, о котором ты говорила.]
По крайней мере, именно такой смысл без труда угадывался в ее безмолвном движении. Словно круги по воде, мысленный зов устремился в недра каменных сводов.
Мгновение спустя из сонной тишины донеслись шаги.
Осторожные, но решительные звуки быстро приближались, пока из полумрака пещеры не показался невысокий, хрупкий силуэт.
Мягко сияющие фиолетовые волосы до самой поясницы, сверкающие золотом драконьи глаза — в точности как мои собственные, пара аккуратных рожек на макушке и неизменный темный наряд.
— Да как ты смеешь лгать перед лицом... э?
Заметив меня, Хаос округлила глаза и ошарашенно моргнула, после чего потерла лицо кулачками, не веря собственному зрению.
— Э-э-э?!
Неужели наваждение? Она еще пару раз недоверчиво захлопала длинными ресницами, а в следующее мгновение ее лицо озарила широкая, сияющая улыбка.
— Арен!..
Словно встретив того, кого ждала целую вечность, она сорвалась с места.
Дробный топот маленьких ножек эхом раскатился по пещере, и, не желая терять ни единого мига, Хаос с силой оттолкнулась от земли и ласточкой взмыла в воздух.
Я машинально распахнул объятия.
Миниатюрное, пышущее жаром тельце с размаху врезалось мне в грудь. Тонкие ручки намертво сомкнулись на шее, а личико с упоением уткнулось в плечо, издавая восторженные всхлипы:
— Я так скучала, так безумно скучала! Арен, Арен, это взаправду ты! Настоящий!
Ее горячее дыхание щекотало шею. Всем своим крошечным существом она излучала такую лавину нежности, что я едва сумел бережно опустить ее на ноги и перевести дух.
Хотелось разом расспросить обо всем: что стряслось, как она очутилась здесь... Но прежде нужно было вымолвить то, что давным-давно жгло сердце изнутри.
Я ласково погладил ее по спине:
— Я тоже.
Отчего-то собственный голос предательски дрогнул.
— Я тоже безумно скучал по тебе.
Ее маленькое теплое тело все еще льнуло ко мне. Сколько же бессонных тревог извело меня с тех пор, как еще до начала банкета внезапно оборвалась всякая связь!
Я вновь мягко коснулся ее макушки и спросил:
— С тобой все было хорошо? Ни единой весточки, сообщения заблокированы... Я себе места не находил от беспокойства.
Хаос горделиво выглянула из моих объятий, вздернув аккуратный носик:
— Еще бы! Я ведь невероятно сильна! Мне жилось просто распрекрасно!
— Вот как? А я чуть волком не завыл от пустоты, когда перестали всплывать твои язвительные системные подсказки.
Ее глаза вспыхнули с такой силой, будто вознамерились проглотить само ночное небо:
— Даже если мы не могли перемолвиться словом, разве ты не остаешься моей драгоценной половиной?! Хе-хе-хе... Погляжу я на тебя: ростом вымахал под потолок, а в душе остался все таким же избалованным плаксой!
Она снова с силой стиснула мою шею.
— К слову, ты наконец надумал общаться со мной без этих чинных церемоний? Мне-то без разницы, но все же приятно!
«А ведь и правда...»
От захлестнувшей радости я выпалил слова без оглядки на приличия и сам не заметил, как перешел на простое дружеское обращение.
— С этого дня буду говорить с тобой прямо. Не против?
— Отличная мысль! И заодно обращение смени!
— Я подумаю. И как же мне тебя величать?
— «Женушка» звучит прелестно! Ну а если это чересчур смущает, сойдет и «дорогая»!
Ее собственническая привязанность была поистине безграничной...
Сбоку послышалось деликатное покашливание. Я скосил глаза и наткнулся на Юл, которая стояла, скрестив руки на груди, с весьма двусмысленным выражением на лице.
Впрочем, Хаос на чужое присутствие даже бровью не повела.
Для нее в этом мире существовал только я. Наплевав на посторонние взгляды, она прижималась ко мне всем телом, щедро изливая накопившийся восторг.
— Хе-хе, мало того, что вижу тебя прямо перед собой, так еще и могу тискать сколько душе угодно... Какое же это неземное блаженство!
Она еще долго терлась мягкой щечкой о мою кольчугу, довольно посапывая, как вдруг заговорщицки ткнула меня пальцем в грудину:
— Арен! Арен!
— Что такое?
— Раз уж мы наконец воссоединились, я хочу показать кое-что, припасенное исключительно для тебя!
Она взглянула снизу вверх, трепеща от предвкушения, и я с улыбкой кивнул:
— С удовольствием. Чем же ты собралась меня удивить?
Хаос деловито прижала ладошки к моим щекам и строгим тоном наказала:
— Сперва зажмурься!
— Глаза закрыть?
— Даже не вздумай подглядывать через щелочки! Держи их закрытыми, пока я не позволю! Усек?
Удостоверившись, что я послушно зажмурился, она отступила на несколько шагов и озорно захихикала:
— Славно, очень славно! Тогда узри же!
Я послушно стоял в темноте, навострив слух.
Воздух едва заметно вздрогнул от низкой вибрации. Следом вокруг заклубился плотный шелковистый туман, разнося пьянящий, сладковатый аромат.
Чувственный, неописуемо манящий дух.
В этой дымке присутствие Хаоса начало стремительно меняться. Ее аура на глазах становилась плотнее, обретая зрелую, завораживающую глубину.
«Неужели?..»
В памяти мгновенно всплыла наша первая встреча, когда она явилась мне во сне.
— Все готово! Теперь открывай! Та-дам!
Ее торжествующий возглас разорвал тишину.
Я осторожно разомкнул веки.
И замер на месте, забыв, как дышать.
— ...
В рассеивающихся клубах тумана мерно колыхались длинные волосы цвета спелого аметиста, вобравшие в себя сияние ночных созвездий.
Пышные фиолетовые пряди благородной волной ниспадали ниже поясницы, а золотые драконьи глаза лучились мягким, мистическим блеском.
На ней было роскошное бальное платье из черного шелка с тончайшим кружевом, вполне достойное императорского приема.
Точеные, безупречные плечи, осиная талия и плавно переходящие в нее соблазнительные, женственные бедра.
Представ в облике взрослой женщины, Хаос открыто демонстрировала пьянящую, царственную красоту. Небрежно поправив прядь у виска, она чарующе улыбнулась.
Ее фарфоровая кожа, белизной способная соперничать с полярными снегами, отливала влажным перламутровым лоском.
А уж при взгляде на ее великолепную, пышную грудь в глубоком вырезе корсажа рассудок и вовсе отказывался служить — отвести от нее взор было выше человеческих сил.
Я стоял как громом пораженный, напрочь лишившись дара речи.
— М-м?..
Хаос удивленно склонила голову, а затем надула щечки, забавно насупившись.
Видя, что я стою в ступоре и не могу выдавить ни слова, она обиженно выпятила нижнюю губу:
— Ну и почему ты застыл как истукан?! Ни возгласа восторга, ни радости, ни капли изумления! Д-даже мимолетного комплимента не заслужила?! Разве можно быть таким бессердечным?!
Ее мягкие щеки подрагивали от возмущения, а аккуратные ушки напряженно дернулись.
Она с таким трепетом готовилась к этой встрече, так старалась ради меня, а в ответ наткнулась лишь на безмолвный шок — обида читалась на ее лице совершенно отчетливо.
— Я ведь заглянула в твои воспоминания, выбрала похожее платье... Так старалась преобразиться куда идеальнее, чем прежде, чтобы выглядеть настоящей человеческой женщиной, если не считать рожек... Неужели все мои труды пошли насмарку?!
— ...
— Теперь-то моя трансформация не развеется посреди разговора... Хнык... Неужели все было впустую?..
Только тут морок спал, и я судорожно втянул носом воздух:
— Да нет же, постой!
Чтобы успокоить готовую расплакаться красавицу, я выпалил чистую правду без малейших прикрас:
— Ты настолько ослепительна, что у меня просто дыхание перехватило.
— Ч-что?.. А ну-ка повтори! Еще разок скажи!
— Кхм... Я говорю, ты невероятно, сногсшибательно прекрасна. Настолько, что у меня мозги набекрень съехали. Прости, если обидел своей дурацкой реакцией.
— П-правда?!
Опущенные уголки губ Хаоса мгновенно дрогнули и поползли вверх, расплываясь в самодовольной улыбке.
Игривый, торжествующий смешок сорвался с ее губ. Не в силах совладать с распирающим ликованием, она сорвалась с места:
— А-а-ай! Ну и подлиза же ты! Ладно, заслужил награду! А ну-ка иди сюда!
С мягким шелестом шелка она вновь с разбегу бросилась мне на шею.
Однако на сей раз все было совершенно иначе.
Это не шло ни в какое сравнение с тем, когда ко мне ластилась капризная девчушка.
Стоило ей прижаться, как меня буквально захлестнула ее сокрушительная, зрелая чувственность.
Пышная, потрясающе мягкая грудь и манящие изгибы ее тела вплотную прильнули ко мне, обжигая сквозь тонкую ткань платья.
«Ох, черт...»
Я отчаянно цеплялся за остатки трезвомыслия.
Ее дурманящий аромат, не имеющий ничего общего с запахами смертных Нижнего мира, туманил сознание. Соблазнительный жар чужой плоти грозил в мгновение ока снести все внутренние плотины.
«Держи себя в руках... Если сейчас дать слабину, начнется полнейший балаган».
Она была слишком близко. Непозволительно, мучительно близко.
Но Хаос, даже не подозревая о моих душевных терзаниях, лишь глубже зарылась лицом в воротник моей куртки и издала блаженный, протяжный вздох:
— Арен, м-м-м... Моя единственная драгоценная половина!
Она стиснула меня в объятиях с такой сокрушительной силой, словно пыталась вдавить в себя, и воскликнула:
— Пока ты рядом, мне больше не будет одиноко! Мне больше никогда не придется мерзнуть одной в этой ледяной, беспросветной пустоте! Отныне мы вместе на веки вечные!
«Мерзнуть одной в пустоте?.. Это другое место? Не то, где она явилась мне вместе с Селестией?»
Я пока не знал всей правды, но прямо сейчас мне не оставалось ничего иного, кроме как бережно обнимать прижавшуюся ко мне женщину и ласково гладить ее по спине.

Комментарии

Загрузка...