В скоростном поезде, следующем из Чанъаня в Жунчэн.
Сюй Му и Се Чэнь сидели плечом к плечу.
На лице Се Чэня застыло редкое для него выражение тревоги.
Поездка Сюй Му в Жунчэн подразумевала крошечный эпизод, строго говоря – обыкновенное камео.
Казалось бы, волноваться совершенно не о чем.
Но дело обстояло иначе.
С момента провала на экзамене это был первый раз, когда Сюй Му предстояло официально ступить на площадку фильма с настоящими ветеранами актёрского цеха.
В каком-то смысле его должны были если не признать, то хотя бы допустить в этот круг именитые мастера.
Эту дорогу его предшественник безуспешно топтал два года.
Если бы не нервозность, Чэнь-гэ наверняка засыпал бы Сюй Му расспросами о триумфальном шествии «Города пастухов», устроившего вчера настоящий фурор.
Устроившись у окна, Сюй Му методично листал ленту новостей на смартфоне.
Мысли его по-прежнему занимали бывшие товарищи по группе.
─ Чего уставился? На своих трёх дружков любуешься? – не поворачивая головы, тихонько бросил Се Чэнь.
─ Ага.
Чэнь кивнул: ─ Правильно, человек должен быть верным товарищам.
Сюй Му чуть улыбнулся и задал вопрос, который давно не давал ему покоя: ─ Чэнь-гэ, а они трое... теперь что, и впрямь навсегда завязали с шоу-бизнесом?
Се Чэнь скривил губы: ─ Кто ж его знает. Знаешь, человек шумит громче всего, когда рождается и когда умирает, с популярностью артистов та же история. Слава вашей четвёрки гремела повсюду, а теперь они ушли, «Группа безграмотных» распалась, и резонанс от этого слишком огромен.
─ Тяньсин их точно не удержит, а другие конторы вряд ли рискнут взять под крыло.
Не дожидаясь нового вопроса, Се Чэнь усмехнулся: ─ По правде говоря, наша компания для них – идеальный вариант. Распались в Тяньсин, а воссоединились в Цимэе – отличный информационный повод.
─ Только тут и самих ребят спрашивать надо, да и момент подходящий поймать.
Сюй Му кивнул: ─ Понял.
Се Чэнь вовремя сменил пластинку: ─ А ты сам-то как подготовился к роли?
Сюй Му отложил телефон: ─ Кое-какие заготовки есть.
В этот момент перед его глазами возникла полупрозрачная виртуальная панель.
Сухие цифры отражали текущее положение дел:
Чувство веры в образ: C (0/30);
Дыхание: C (20/30);
Артикуляция: C (10/30);
Комедийная мимика: C (0/30).
Доступных очков навыков: 21.
Таков был итог его недельных трудов: упорными тренировками и грамотным распределением очков он довёл ключевые для грядущей сцены показатели до уровня «C» и выше.
Вдобавок он сохранил двадцать одно очко про запас – на случай непредвиденных обстоятельств.
Этюдом мастера Ван Цзинсона он занимался почти неделю.
В процессе разбора герой пришёл к выводу, что залог успешного исполнения кроется вовсе не в комичной мимике, а в правильном управлении дыханием.
Психически нездоровый человек, погружённый в собственную изоляцию, сбивает и ритм речи, и само дыхание.
В этом и заключалась главная суть.
─ Теперь всё зависит от того, утвердит ли режиссёр мой вариант отрывка.
Линь Цзюши советовал ему поразмыслить над ролью самостоятельно.
─ Ладно, на месте разберёмся.
Остаток пути прошёл в молчании. Зря времени Сюй Му тоже не терял: прочёл книгу, заработав ещё три очка навыков.
Правда, система последнее время ничего крупного не подкидывала.
Рассудив логически, Сюй Му пришёл к выводу, что у системы наверняка имеется свой тайм-аут – что-то вроде недельного кулдауна между щедрыми выплатами.
Впрочем, полагаться на слепой рандом не стоило: куда надёжнее было рассчитывать на собственные силы.
В этот раз он читал трактат «Мастерство современного поэта-песенника», дорога пролетела незаметно и с большой пользой.
В три часа дня Сюй Му и Се Чэнь прибыли в Жунчэн. Едва они сели в такси и двинулись в сторону центра, как из окон то и дело доносился пряный запах сычуаньского перца и острого бульона, пробуждавший зверский аппетит.
Однако думать о еде было некогда – впереди ждала встреча с режиссёром.
Машина довезла их до южной окраины города, где располагалась недавно заброшенная психиатрическая лечебница – именно там группа арендовала площадку для съёмок.
Водитель затормозил, Се Чэнь выбрался наружу, а Сюй Му последовал за ним с дорожной сумкой на плече.
─ Пошли, – голос Се Чэня слегка подрагивал от напряжения.
На территории клиники громоздились горы кинооборудования, сновали рабочие.
Из окон самого больничного корпуса то и дело доносились раскатистые взрывы смеха.
Едва они вошли внутрь, как молодой парень лет двадцати удивлённо уставился на них: ─ Извините, у нас тут закрытая площ... О, Сюй Му?
Работник съёмочной группы узнал его.
Сюй Му вежливо кивнул: ─ Здравствуйте, меня направил учитель Линь Цзюши для участия в съёмках.
Парень улыбнулся: ─ Знаю-знаю, мы же созванивались раньше, договаривались, что вы приедете на день раньше, но я думал, вы к вечеру подтянетесь.
Он перевёл взгляд на Се Чэня.
Тот пояснил: ─ Решили привезти его заранее, пусть осмотрится, наберётся опыта.
Парень кивнул: ─ Кстати, я второй режиссёр, Тан Сяоцзе. Вы удачно заглянули.
Ого.
Сюй Му подумал, что вторые режиссёры нынче ведут себя подозрительно свободно.
─ Сцены почти отсняты, съёмочная группа расслабилась, снимаем в своё удовольствие, – пояснял на ходу Тан Сяоцзе, увлекая гостей вглубь здания.
На третьем этаже раскатистый смех стал отчётливее.
Тан Сяоцзе обладал лёгким нравом: ─ Скоро финал, так что все больше балуются, чем работают.
Пока они переговаривались, Тан Сяоцзе привёл Сюй Му и Се Чэня к просторной больничной палате на третьем этаже.
Внутри толпилось с добрый десяток человек.
Посреди комнаты, окружённой камерами, двое мужчин лет пятидесяти оживлённо о чём-то спорили.
─ Разве хромые так двигаются? Смотри как надо! – один из них вытянул одну ногу стрункой, другую слегка отставил в сторону и принялся комично ковылять вперёд.
Черт, да он изображал хромоту убедительнее здоровой ноги.
Второй мужчина расхохотался: ─ У нас же комедия, тут нужен гротеск, вот смотри как надо.
С этими словами он выпрямил левую ногу, а правую неестественно вывернул внутрь, продолжая ковылять и забавно перекашивая плечи.
─ О, во-от так, точно! – раздался одобрительный хохот.
Атмосфера в комнате царила на редкость непринуждённая.
В этот момент второй режиссёр Тан Сяоцзе подошёл к невысокому мужчине в летней рубашке с коротким рукавом: ─ Режиссёр, Сюй Му прибыл.
─ А? – мужчина резко обернулся.
У него было чистое лицо, короткая стрижка и аккуратная седина на висках. Это и был тот самый приятель Линь Цзюши – Чэнь Юйтан.
─ Сюй Му приехал? – стоило Чэнь Юйтану произнести это вслух, как в комнате мгновенно воцарилась тишина.
Десятки глаз синхронно обратились на вошедшего.
─ Здравствуйте, режиссёр, – хором произнесли Се Чэнь и Сюй Му.
─ Здорово, здорово, – Чэнь Юйтан с интересом оглядел парня: – Линь Цзюши мне все уши про тебя прожужжал.
В шоу-бизнесе холоднокровность считалась нормой, и вряд ли Линь Цзюши стал бы рекомендовать человека лишь за пару удачных реплик.
Скорее всего, он видел, как старательно Сюй Му отрабатывал боевые сцены в недавнем прошлом.
─ А вот и второй виновник, без него ты бы сюда вряд ли добрался, – Чэнь Юйтан кивнул на мужчину, который секунду назад изображал хромоту.
Фэн Цюаньюй.
Исполнитель роли второго дяди в «Герое из Гуаньчжуна».
Тот самый мужик, что соревновался с Сюй Му в «непристойностях».
─ Ха-ха-ха, как услышал от старого Линя про этого паренька, так сразу и загорелся – надо, мол, поглядеть на смельчака.
─ Спасибо, учитель Фэн, – улыбнулся Сюй Му.
Вот оно чьих рук дело.
Затем Чэнь Юйтан представил остальных присутствующих актёров.
Всего их было шестеро – зрелые мужчины лет сорок-пятидесяти, настоящие ветераны сцены, правда, не поднимавшиеся выше второго эшелона популярности.
Их карьера текла размеренно: снимут эпизод, заработают копеечку.
Во взглядах, брошенных на Сюй Му, не было ни капли высокомерия – лишь чистое праздное любопытство.
После короткой церемонии приветствия Чэнь Юйтан перешёл к делу: ─ Старик Линь говорил, что ты придумал занятный фрагмент. Ну что, показывай, дозрел план?─
Сюй Му кивнул: ─ Есть кое-какие сырые наброски.
С этими словами он извлёк из кармана листок бумаги.
И протянул режиссёру: ─ Поглядите, Чэнь-режиссёр, годится такое?
Ого.
Стоило появиться бумаге, как любопытные актёры тут же обступили их плотным кольцом.
─ «Мне нужна резиновая лента, чтобы побить стёкла в вашем доме»? – вслух прочитал Чэнь Юйтан ключевую фразу.
─ И стринги у чужих людей сдёрнуть? – у Фэн Цюаньюя обнаружился весьма специфический круг интересов.
Сюй Му улыбнулся: ─ Стринги нужны ради резинок.
Он уже собирался пуститься в пояснения относительно предыстории персонажа и приложенного наброска биографии.
Но Чэнь Юйтан оборвал его на полуслове. Внимательно вчитываясь в текст, он вовсе не выглядел поражённым гениальной находкой, скорее погрузился в раздумья: ─ Переход обоснован, но требования к актёрской игре тут выставлены нешуточные.
Любому человеку с опытом было очевидно: для успешного воплощения этой сцены требовалось безупречно передать отрешённость героя при виде мнимой красавицы и лишь затем выдать резкий драматический перелом.
─ Ну что... рискнёшь попробовать?
Сюй Му ответил утвердительно: ─ Без проблем.
Се Чэнь было открыл рот, но вовремя прикусил язык – лицо его выражало крайнюю степень тревоги.
─ Старик Фэн сейчас отлучился, кто составит ему пару? Кто подыграет парню? – оглядел площадку режиссёр.
Упомянутый Фэн подразумевал исполнителя роли главного врача психиатрической клиники, ветерана Фэн Цюаньюя, который куда-то отошёл.
─ Я сыграю, – вызвался добровольцем Фэн Цюаньюй.
Камеру ставить не стали.
Под общим заинтересованным взглядом присутствующих Сюй Му, начисто лишённый всякого смущения, опустился на колени прямо на больничной койке, зажав в пальцах полотенце.
Фэн Цюаньюй занял позицию рядом, готовясь подхватить реплику.
Остальные замерли в ожидании.
─ Начали! – скомандовал режиссёр.
По щелчку команды внутри Сюй Му активировалось «Чувство веры в образ».
Его тело мгновенно пробила судорога, а взгляд расфокусировался.
Сжав в руке больничное полотенце, он принялся раскачиваться в такт своим мыслям.
─ Найду резинку, сделаю рогатку, выбью стёкла... найду... – бормотал он себе под нос.
Так выглядел пролог Бессмертного с рогаткой, за которым следовал приход доктора и попытка сорвать с него одежду.
─ Гляди-ка, в образ вошёл в мгновение ока, – раздался шёпот в толпе.
─ Парень явно готовился, домашнюю работу проделал на совесть, – пробормотал Чэнь Юйтан.

Комментарии

Загрузка...