День промосъёмки.
Поздоровавшись со съёмочной группой и режиссёрами, я перевёл взгляд на подготовительный стол.
«Так вот он какой, „Кюизин Роэнн“».
Говорили, что один только нож здесь запросто может стоить несколько сотен тысяч вон.
Глядя на них сейчас, я отчётливо ощущал: это инструменты настоящего профессионала.
«Но сейчас важно не это».
Сначала нужно было запомнить расположение всего, что лежало на столе.
«Нельзя переставлять всё подряд только потому, что идут съёмки».
Мне вспомнились слова Учителя: на кухне, где постоянно пляшет огонь и мелькают лезвия, любая невнимательность к расположению инструментов приводит к травмам.
«Урок усвоен, Учитель!»
И тут раздалось:
— Ким До Юн.
Я обернулся на голос за спиной.
— Ли Сэ Рин.
Что она здесь делает?
— Чем обязан чести лицезреть саму великую актрису Ли Сэ Рин?..
Ли Сэ Рин посмотрела на меня так, словно не верила собственным ушам:
— О чём ты вообще? Ты разве ничего не слышал?
— Слышал что?..
В ответ на мои слова она прижала ладонь ко лбу, а затем улыбнулась:
— Ну и славно.
— Славно? Что именно?
— Да так, кое-что.
Оборвав фразу на загадочной ноте, Ли Сэ Рин, похоже, пришла к какому-то собственному выводу. Гордо выпрямившись во весь свой завидный рост, она заговорила:
— Рассчитываю на тебя. Я Ли Сэ Рин, играю главную героиню Ким Сэ Ён в «Мишлен в Чонджу».
Она улыбнулась, напустив на себя максимально утончённый вид.
На мгновение я усомнился в собственном слухе.
— Что, прости?
Ли Сэ Рин играет главную героиню Ким Сэ Ён в «Мишлен в Чонджу»?
От такой новости у кого угодно земля ушла бы из-под ног.
— Что? Тебе что-то не нравится?
В её взгляде тут же вспыхнуло недовольство.
Я покачал головой:
— Вовсе нет, сниматься в паре с великой актрисой — это честь, которой я недостоин.
Ли Сэ Рин с довольным видом тряхнула волосами:
— Вот именно. Поздравляю.
Я издал сухой смешок.
То, что это воспринималось как уверенность в себе, а не как банальное высокомерие, было исключительно заслугой её таланта.
Сценаристка Юн Сон И, слушавшая неподалёку, подошла ближе:
— Ха-ха... прости, До Юн. Вы так хорошо ладили на съёмках «Когда опадают цветы», что я думала, ты обрадуешься...
Ли Сэ Рин улыбнулась:
— Вы ни в чём не виноваты, сценаристка Юн. Официальный контракт был подписан всего несколько дней назад, у вас просто не было времени передать ему. — Сказав это, она перевела взгляд на меня: — Если тут кто и виноват, так это ты, Ким До Юн. Не смог догадаться, что столь блестящий сценарий и такая прекрасная роль, как Ким Сэ Ён, очевидно, достанутся мне.
— Ну это уж слишком притянуто за уши.
— Да шучу я.
От её слов я невольно улыбнулся.
«Кажется, она прямо светится».
Я уже готов был искренне порадоваться тому, насколько живее выглядела Ли Сэ Рин по сравнению со временами «Когда опадают цветы», как вдруг она наклонилась ближе и тихо спросила:
— Ким До Юн. Ты ведь впервые снимаешься в кулинарной дораме?
— Снимаюсь — да, впервые.
— Снимаешься?
Она запнулась с лёгким недоумением на лице, но тут же отмахнулась от этой мысли и продолжила с привычно уверенным видом:
— В общем так. Если чего-то не знаешь, спрашивай меня. Я снималась везде: от кулинарных дорам до полнометражных фильмов. Чего только не повидала на площадке.
Я послушно кивнул:
— О-о. Великая актриса.
— Чем чаще я это слышу, тем больше это звучит как насмешка.
— Да быть такого не может.
Ли Сэ Рин подняла палец:
— Слушай внимательно.
— Буду записывать. Великая актриса.
— Тц.
Она цокнула языком, очевидно, превратно истолковав моё искреннее намерение мотать на ус:
— В объективе камеры ножи кажутся больше, чем на самом деле, так что не пытайся частить, иначе порежешь пальцы. Медленно — более чем достаточно.
— Буду иметь в виду.
— И когда держишь нож, расслабь запястье — тогда движения в кадре будут выглядеть живыми. Ну, у меня-то всё получилось с самых первых съёмок, но тем не менее.
Я согласно кивал, пока Ли Сэ Рин нахваливала саму себя:
— Звучит как совет бывалого человека.
— Ой, да пустяки.
Её тон трудно было назвать скромным.
Но то, что она так легко делилась с трудом нажитым опытом, само по себе было огромным подспорьем для любого актёра.
«Что ни говори, а она хороший человек».
И тут Ли Сэ Рин подозрительно прищурилась:
— Что за... Мне только что показалось, или кто-то сверлит меня крайне неприятным взглядом?
◇ ◇ ◇
Ми Ён наблюдала за Ким До Юном, в недоумении склонив голову.
«Что это такое?»
До прихода в «Кюизин Роэнн» она несколько лет проработала на кухне отеля.
«Кюизин Роэнн», от главного офиса до филиалов, предпочитала нанимать для презентации продукции людей с кулинарным опытом, и Ми Ён была одной из тех, кто выиграл от этой политики.
«Пусть даже я и отказалась от мечты стать шеф-поваром».
И всё же она видела: движения Ким До Юна выглядели пугающе естественными для актёра.
Ми Ён повернулась к режиссёру Ли Тхэ Рёну:
— Вы уверены, что с ним никто заранее не проводил консультаций?
— О чём вы? Кулинарный консультант не должен присутствовать на промосъёмке, да и я никогда не обучал Ким До Юна подготовительным движениям.
Ми Ён кивнула:
— ...Должно быть, я ошиблась.
В этот момент Ким До Юн, который чуть раньше так вежливо с ней поздоровался, снова подошёл:
— Не возражаете, если я потрогаю ножи и инвентарь до начала съёмок? Хотелось бы почувствовать их в руке.
Ми Ён слегка прищурилась.
«Почувствовать их в руке».
Сами его формулировки с самого начала казались непривычными. Это звучало не как слова человека, готовящегося к съёмкам, а скорее как мысли того, кто всерьёз собрался готовить.
Ми Ён мысленно покачала головой:
«Пустое».
Сейчас важна была актриса Ли Сэ Рин, а не её собственные смутные догадки.
Ми Ён посмотрела на Ким До Юна и кивнула:
— Только ничего не переставляйте.
— Спасибо!
Он вежливо поклонился и вернулся к кухонному столу.
Ми Ён проводила его взглядом и слабо улыбнулась.
«Актёры обычно довольно горделивы».
За годы работы в отделе маркетинга она повидала их предостаточно.
«Получить главную роль в таком юном возрасте — казалось бы, он должен задирать нос».
Но одни лишь манеры Ким До Юна были безупречны, как у опытного торгового представителя. Если его работа с ножом в кадре окажется приличной, она всерьёз подумает над тем, чтобы привлечь его к будущей рекламной кампании продукции «Роэнн».
«Впрочем, об этом пока рано говорить».
Сейчас нужно сосредоточиться на Ли Сэ Рин...
И в этот момент Ким До Юн, получив разрешение осмотреть инвентарь, подошёл к столу.
— Ты что делаешь?
— Просто осматриваюсь.
Короткий диалог с Ли Сэ Рин.
Наблюдавшая за ними Ми Ён слегка нахмурилась.
«Ох. Прежде чем трогать инвентарь, ему следовало бы вымыть руки...»
Она осеклась на полушаге.
«Это же не настоящая кухня».
Ни один актёр, с которым она работала, само собой, не был поваром, так что пренебрежение базовой гигиеной на съёмках считалось абсолютной нормой. Этого и следовало ожидать.
В конце концов, это всего лишь съёмки, и не было причин требовать от людей подобных стандартов. Просто годы, проведённые на профессиональной кухне, заставляли её внутренне вздрагивать при виде подобного.
И вот, когда Ли Сэ Рин, что-то пробормотав, потянулась к разделочной доске от «Кюизин Роэнн»...
— Погоди.
Ким До Юн перехватил её руку.
— Ч-что? Ты чего это?
— На кухне перед тем, как до чего-то дотронуться, сначала моют руки.
От этого незначительного, обыденного момента на лице Ми Ён невольно проступила улыбка.
«Странно, но это успокаивает».
До Юн тщательно вымыл руки под проточной водой, после чего принялся по одному брать и осматривать подготовленные ингредиенты.
Затем, прежде чем коснуться ножа, он вымыл руки снова.
Для съёмочной площадки подобное выглядело чуть ли не маниакальной педантичностью, и Ми Ён издала тихий озадаченный смешок.
«Он что, играет какую-то роль?»
Нет... для игры это было слишком естественно.
Она до сих пор помнила, как сильно её отчитывали, когда она только пришла на кухню и столкнулась со стандартами санитарии, не имевшими ничего общего с внешним миром. Такой рефлекс вырабатывался только тогда, когда тебя безжалостно муштровал не знающий пощады старший.
До Юн тем временем аккуратно покачал разделочную доску, проверяя её устойчивость, и внимательно осмотрел.
Убедившись, что она надёжно зафиксирована, он повернул голову — и его, похоже, что-то смутило возле плиты. Он замер, пристально её изучая.
«Что там?»
Что он пытается сделать?
Сама того не замечая, Ми Ён стала наблюдать за Ким До Юном с неподдельным вниманием. Он повернул ручку сковороды так, чтобы она не торчала в сторону прохода.
«...У него правда есть опыт?»
Режиссёр Ли Тхэ Рён в каком-то смысле был прав: это не были движения, заученные ради съёмок.
Камера даже не была направлена на него. Зачем ему заботиться о гигиене, разворачивать ручку сковороды, проверять доску на устойчивость — если только всё это не вошло в привычку и не стало второй натурой?
Ми Ён посмотрела на режиссёра Ли Тхэ Рёна:
— У этого актёра был раньше кулинарный опыт?
Ли Тхэ Рён покачал головой на её вопрос, подумав про себя:
«О чём эта женщина вообще говорит?»
Об этом можно было судить по одной только игре Ким До Юна. Бывали моменты, когда он выдавал такую игру, которую невозможно объяснить никаким обычным объёмом практики.
«Он заставил меня поступиться собственными убеждениями — при том, что у него нет ни крупицы врождённого таланта».
Мастерство совершенно иного рода, отличное от чистого таланта. А учитывая возраст Ким До Юна, у него просто физически не могло быть времени отвлекаться на что-то, кроме актёрства.
Но именно поэтому он настоял на съёмке первого варианта исключительно из чистого упрямства...
...хотя было очевидно, что сегодня они в итоге придут ко второму варианту.
От этих мыслей настроение Ли Тхэ Рёна испортилось окончательно.
Не заметив с первого взгляда мелких повадок Ким До Юна, Ли Тхэ Рён покачал головой:
— Этот парень только актёрством и дышит.
— ...Понятно.
Ми Ён кивнула в ответ на его слова и приняла это объяснение.
«Значит, он просто провёл невероятно дотошную подготовку».
Однако кулинария в конечном счёте — это область практики. Существовали чёткие границы того, чему можно научиться самостоятельно, как бы усердно ты ни старался.
Особенно когда речь заходит о главном фокусе сегодняшнего дня — работе с ножом. Здесь имела решающее значение правильная постановка рук под грамотным наставничеством.
Режиссёр Ли Тхэ Рён скомандовал:
— Все актёры на месте. Начнём с репетиции.
Ми Ён вставила слово:
— Давайте сначала проверим сцену Ким До Юна с ножом.
— Именно с этого я и собирался начать.
Ответив, режиссёр Ли Тхэ Рён подошёл к Ким До Юну у стола:
— До Юн. Тебе незачем из кожи вон лезть, чтобы делать всё быстро. Если не получится, мы скорректируем раскадровку.
— Понял.
— Первая сцена — нарезка зелёного лука. Не торопись, но старайся резать как можно ровнее — так, как это сделал бы Хан Джин Су.
Даже произнося это, Ли Тхэ Рён прекрасно понимал, насколько невыполнимую задачу он ставит.
И тут раздалось:
— Угх... опять зелёный лук.
Эта единственная брошенная невзначай фраза Ким До Юна заставила всех замереть на мгновение, и по павильону прокатилась едва уловимая волна странного замешательства.
***
Переводил и редактировал — Afmos
Настройки чтения
Размер
18
Шрифт
Выравнивание
Тема
Интервал
1.7
Ширина
Оригинал текста
Отметки прогресса
Вторая жизнь статиста как актёра-монстра — Главы
Список глав загрузится при открытии.
Комментарии
Войдите, чтобы оставить комментарий.