— Бог?
Елена наклонила голову.
— Ты про Эребоса?
— Не смей произносить это имя своим поганым ртом!
— Мой рот абсолютно чист. Я чищу зубы после каждого приёма пищи: утром, днём и вечером.
Елена широко улыбнулась, обнажив зубы.
— Ах, хотя откуда у вас, ребятки, вообще представление о гигиене? А уж от некроманта, который вечно раскапывает трупы, должно быть, несёт особенно паршиво.
Елена сморщила носик, словно почувствовала тошнотворное зловоние.
От такой реакции тело Вайнер затряслось от ярости.
— Ах ты... мерзкая девка!..
Было что-то такое в тоне Елены, что до безумия действовало Вайнер на нервы.
А если точнее — само её отношение.
Будучи демоном, Вайнер привыкла к самым разным проклятиям и оскорблениям.
Каким бы острым ни был язык её противника, она никогда прежде не теряла самообладания.
Но эти глаза Елены, это её отношение...
Это абсолютное пренебрежение, будто она и впрямь видела перед собой обычное насекомое, заставляло кровь Вайнер закипать.
Елена не воспринимала Вайнер никем иным, кроме как надоедливой букашкой, которую можно прихлопнуть в любой момент.
— Как смеет какая-то жалкая смертная оскорблять меня, Вайнер, избранную самим Королём Некромантов!
Хруст-хруст-хруст-хруст!
Вайнер высвободила свою [Тёмную магию], призывая чёрный магический круг.
Из его глубин наружу хлынули костяные лезвия.
— Я разорву тебя на куски!
Хруст-хруст-хруст-хруст!
Тёмная магия крушила всё вокруг, устремляясь прямиком к Елене.
Хадин сощурился при виде этого зрелища.
«Высший демон. Третий ранг? Нет, возможно, даже четвёртый».
Демоны делились на семь классов.
Обладая четвёртым рангом, демон мог без труда уничтожить весь авангард рыцарского ордена целой страны.
Настоящее воплощение ужаса.
Явно не тот, кого можно отбросить в сторону как какую-то «букашку», как это сделала Елена.
— Ха-ха-ха! Доболталась, глупая девка! Так тебе и надо!
Вайнер торжествующе ухмыльнулась, глядя на выросшую груду костей.
Каждое костяное лезвие было настолько острым и прочным, что могло разрезать плоть от одного лишь прикосновения.
После такого шквального обстрела выжить было попросту невозможно.
— Теперь твоя очередь.
Леденящая жажда убийства Вайнер перекинулась на Хадина.
— Как мне тебя прикончить?
Пока Вайнер глумилась, Хадин ответил ей с полным спокойствием:
— К твоему сожалению, убить меня у тебя не выйдет.
— Нынешние кандидаты в герои совсем не знают своего места, — покачала головой Вайнер, — Ты хоть знаешь, сколько таких кандидатов в герои я уже прикончила? Тебе со мной не сравниться. Ты ведь слышал обо мне, верно? Вайнер? Моё имя хорошо известно среди вашей братии.
— Пожирательница Костей Вайнер?
Пожирательница Костей Вайнер.
Печально известная демонесса, которая за последние сто лет безжалостно истребила бесчисленное множество кандидатов в герои.
— Именно так. Я и есть Пожирательница Костей Вайнер.
Вайнер хищно облизнула губы.
Все кандидаты в герои, которых она встречала, были одинаковыми.
«Поначалу они все строят из себя великих спасителей. Точь-в-точь как та девка только что, без умолку треплют языком. Высокомерные сопляки».
Но это никогда не длилось долго.
Ровно до того момента, пока они не слышали её имя.
После этого их охватывал первобытный ужас, или же они пытались сбежать.
И этот миг, когда их спесь и уверенность сменялись диким страхом, Вайнер обожала сильнее всего.
Она ожидала, что Хадин не станет исключением.
Однако, встретившись с Хадином взглядом, она на секунду запнулась.
Хадин даже не смотрел в её сторону.
Вместо этого он мягко гладил дрожащую голову Мерин.
— Не переживай.
— Но... как же ангел... Ел...
— Ха? А ты, я гляжу, совсем расслабился?
Вайнер уставилась на него с полным недоверием.
— Тебе сейчас точно не стоит беспокоиться о такой фальшивке.
— Да и тебе прямо сейчас не обо мне думать надо.
— Что?
— Если бы меня можно было прикончить чем-то подобным, я бы с самого начала не стоила того, чтобы становиться чьей-то целью.
Щёлк-клац.
Груда костей начала мелко подрагивать.
Выражение лица Вайнер мгновенно изменилось.
«Что? Жива?!»
Её магия была не просто острой — она обладала колоссальным весом.
Каждое из этих костяных лезвий весило больше взрослого мужчины.
Никто, оказавшись под ними, не смог бы выжить.
Да даже если бы и выжил, выбраться оттуда невозможно.
И всё же...
Бум!
Гора костей с грохотом разлетелась во все стороны.
Но осколки не рассеялись.
Елена стояла, с ног до головы окутанная розовой [Маной], и лучезарно улыбалась.
Глаза Вайнер полезли на лоб.
Она ведь слышала те слухи.
«Жуткая девка с розовой маной из Люмена».
— Елена... Зерон.
— Дзинь-дон, в точку!
С задорной улыбкой Елена высвободила свою [Ману].
Лицо Вайнер исказилось от подступившего ужаса.
Зависшая в воздухе под воздействием магии Елены гора костей задрожала, и от неё повалил густой чёрный дым.
Это её [Тёмная магия] насильно выталкивалась наружу.
Следом магия Елены послушно проникла внутрь костяных лезвий.
Магия некромантов делилась на два основных типа.
Управление трупами.
Заклинания на основе трупов.
Каким бы ни был тип, ни один житель поверхности никогда не мог перехватить контроль над магией некроманта.
Но прямо сейчас...
«Она захватила контроль над моей магией?!»
Если бы она просто развеяла её, это ещё можно было понять.
Но подчинить себе?
— Мне это барахло без надобности, так что возвращаю.
Елена сладко улыбнулась и указала пальцем на Вайнер.
В то же мгновение костяные лезвия развернулись в сторону Вайнер.
— П-погоди... нет!
Хруст-хруст-хруст-хруст!
Раздался отчаянный крик, и шквал костяных клинков обрушился дождём прямо на Вайнер.
— Обычный человек от такого точно бы отбросил копыта, но тараканы, видимо, устроены как-то иначе.
Елена отвернулась, надув губки, подошла к Мерин и нежно похлопала её по голове.
— Ты так за меня переживала? Оу, какая прелесть.
Затем она покосилась на Хадина.
— А ты за меня вообще ни капельки не волновался, да?
— С чего бы мне тратить свои силы на пустые переживания о тебе?
— Ой, ну посмотрите на него...
Елена надулась — и вдруг резко застыла.
Треск.
На теле Хадина появилась глубокая трещина.
И не только на Хадине.
Точно такая же черта проступила и на теле Елены.
На лицах обоих отразилось искреннее изумление.
Дзинь!
Словно разбивающееся стекло.
Осколки их тел разлетелись в стороны, и фальшивый мир осыпался, обнажая их истинный облик.
— Это ещё что такое?..
Ошеломлённый Хадин замер на месте.
Елена перевела взгляд на Мерин.
Мерин тоже превращалась в сияющие осколки света и медленно растворялась в воздухе.
«Похоже на то, когда мы проходим [Мир Героя]».
Но отличия были очевидны.
Ки-ки-ки-ки-ки!
По переулку разнёсся издевательский хохот.
Елена искоса взглянула на Вайнер.
— Жалкие ничтожества... Раскудахтались тут, возомнив о себе невесть что?
— Да кто бы говорил про "невесть что", а?
— Ах ты паршивая девка!
На глазах Вайнер проступили багровые капилляры, стоило ей рявкнуть в ответ Елене.
Но в следующее мгновение её губы расплылись в уродливой ухмылке.
— Твоей спеси пришёл конец!
Лицо Вайнер исказилось от бешеного экстаза.
— Бог... Великое Пламя Бедствия пробуждается!
Вспых!
Внезапно тело Вайнер охватило яростное чёрное пламя.
— А-ах! Я слышу его голос!..
Её тело забилось в сильных конвульсиях, а глаза закатились.
— АХАХАХА! Этот голос! Я слышу этот голос! Кья-ха-ха-ха-ха!
Пока Вайнер заходилась в безумном хохоте, Елена лениво взмахнула рукой.
Хруст!
Световая частица, подобно тяжёлому лезвию гильотины, рухнула сверху и ударила Вайнер прямо в шею.
— Ахахахахахаха!
Однако Вайнер лишь продолжала маниакально смеяться.
— Значит... этот "бог" и впрямь Эребос, — прищурилась Елена.
— Похоже на то, — напряжённо отозвался Хадин, сокрушительно высвобождая свою [Ауру].
Хруст-вздутие.
Тело Вайнер жутко перекрутилось и начало стремительно раздуваться.
— Так вот каков твой истинный облик, — цыкнула языком Елена, — Не похоже, что она вообще в здравом уме.
— Елена. Нам нужно зачистить это подземелье.
— Да. И дело тут уже далеко не в простом прохождении мира великого героя.
Елена высвободила свою [Ману].
— Всё это явно напрямую связано с Бедствием.
***
Лео и Луния почувствовали неладное ровно в тот момент, когда заговорили об Эребосе.
— Лео... ты!..
Глаза Лунии удивлённо округлились, когда Лео вернул свой настоящий облик.
Лео, заметив, что Луния тоже принимает свой истинный вид, нахмурился.
«Что происходит?»
Он поднял голову к небу.
Небосвод был усыпан звёздами...
Но прямо сейчас он пошёл глубокими трещинами.
Словно мир, чьё прохождение уже завершилось.
Однако всё было совсем иначе.
Там, где расползались эти трещины, вместо ослепительного света проступало мрачное чёрное свечение.
И Лео слишком хорошо знал эту тьму.
«Пламя Эребоса».
Неугасимый огонь самого Бедствия.
Точно такого же цвета, как пожар, который когда-то выжег этот мир дотла.
«В этом мире затаился осколок Эребоса».
Теперь он наконец до конца понял всё то, о чём говорил Пибуа.
На мир опускалась беспросветная тьма.
«Он имел в виду вовсе не Тартар».
Кулаки Лео сжались до побелевших костяшек.
«Он говорил про Эребоса».
Ненависть и вражда из прошлой жизни.
Он без тени сомнения чувствовал: первопричина того самого ужаса находилась прямо здесь.
На банкете поднялся невообразимый переполох, стоило эльфам уставиться на Лео и Лунию.
— Вы ещё кто такие?!
— Что вы сотворили с принцессой?!
Раздались панические крики сразу нескольких эльфов.
Сид тоже яростно взревел:
— Что за заговор вы тут устроили в столь знаменательный день!
Ни один человек не должен был иметь возможности проникнуть сюда.
Более того, в глазах обитателей этого мира Лео и Луния до этого момента выглядели как Акинт и принцесса Сергия.
Вместе с внезапно вспыхнувшим хаосом стремительно росла и враждебность эльфов.
В обычных обстоятельствах это означало бы полный провал прохождения.
Но только не сейчас.
«Этот мир рушится».
В памяти Лео промелькнул фрагмент страницы Кайла.
Точно такой же, как его собственный, расколотый и разлетевшийся на куски.
Само доказательство существования Луны сейчас буквально стиралось из этого мира.
Что произойдёт, если страницы его верных друзей будут уничтожены так же, как и его собственная?
В мире, где один лишь [Геройский протокол] доказывал, что герои вообще когда-то существовали...
Если исчезнут абсолютно все страницы, что тогда останется?
«Всё, чего мы достигли...»
Лео медленно прикрыл глаза.
«Вся наша история будет навсегда предана забвению».
Сам он был не против.
Он был уже тем, о ком все забыли.
Но как же его товарищи?
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...