"Тогда до следующего раза."
Поп Чжон сложил руки и поклонился.
Несмотря на весь путь, который он проделал до Шеньси, Поп Чжон пробыл здесь всего один день и приготовился уйти, как только рассвело.
Хён Чжон пытался его отговорить, но Поп Чжон был упрям. Должность Настоятеля храма Шаолинь – одна из самых загруженных в мире.
Между тем, тот факт, что он проделал весь путь до далекой провинции Шеньси доказывал, насколько важно Поп Чжон и Шаолинь относились к делам Северного моря.
"Мне неловко из-за вашего поспешного отъезда."
"....."
Услышав слова Хён Чжона, Поп Чжон украдкой взглянул ему в лицо.
Выражение было очень мягким.
Даже слишком.
‘Если ты хочешь сказать что-то подобное, то хотя бы выражением лица...’
Он выглядел так, словно пытался изобразить сожаление, но, похоже, у него ничего не вышло.
Поп Чжон внутренне застонал, поняв, что заставило Хён Чжона так ярко улыбаться.
На поясе от топхо (1) Хён Чжона висел знакомый меч.
(1) Топхо (кор. 도포, кит. 道袍) – церемониальный даосский верхний халат с длинными широкими рукавами.
Святой Меч Пурпурной Зари.
Прежде, чем он успел опомниться, Меч Пурпурной Зари, священный предмет Хуашань, который он принес с собой для переговоров, перешёл из его рук к нему на пояс.
‘Скидку не сделали, но меч все равно оставили. Они попадут за это в ад!’
Поп Чжон отчаянно пытался разжать стиснутые зубы, которые скрипели друг об друга.
Зная упрямство Хуашань, Поп Чжону ничего не оставалось, кроме как отдать меч. Как Настоятель храма Шаолинь, он никогда в жизни не выпускал из рук инициативу, но растерялся, когда кто-то другой схватил его за горло и начал трясти.
‘Я прошел через столько трудностей, чтобы получить его.’
‘Сколько денег я потратил, сколько усилий приложил.’
‘Но чтоб вот таким ничтожным способом лишиться его...’
Заметив, что взгляд Настоятеля был прикован к мечу, Хён Чжон тихонько кашлянул и нежно погладил Меч Пурпурной Зари.
"Ваш подарок с благодарностью принят."
".... Подарок?"
‘Вы чуть ли не отобрали у меня то, что я принес на переговоры. Подарок?’
'Ученики или Глава Секты....’
‘Все, как один, мошенники!’
Поп Чжон, красный от негодования, успокаивал себя, повторяя различные сутры.
Нельзя было показывать волнение в месте, где на тебя смотрело столько глаз. Что бы ни происходило внутри, внешне все должно было выглядеть так, словно это он уговорил Хуашань.
"Я рад, что вам понравилось......."
"До конца своей жизни я никогда не забуду, что вы нашли и вернули священный предмет Хуашань."
Хён Чжон сказал это от своего лица, а не всей Хуашань.
Выражая личную благодарность, Хён Чжон тонко давал понять, что Хуашань не обязана ему за эту милость.
От этого лукавого замечания на лбу Настоятеля вздулась вена.
‘Даже если Хуашань – это секта с многовековой историей, опыт ведения дел в Канхо должен был быть незначительным, так как он может быть таким хитрым?’
К сожалению, Поп Чжон не знал, каким человеком был Хён Чжон.
Правда была в том, что всю жизнь страдая от ростовщико́в, он привык не показывать свои слабости.
"Амитабха. Амитабха."
Повторяющий сутры Поп Чжон произнес слегка подёргивающимися губами.
"Просто знайте, что намерения Шаолиня направлены лишь на благополучие Хуашань."
"Я запомню, Настоятель."
Закончив разговор на положительной ноте и вздохнув с облегчением, Поп Чжон повернул голову и посмотрел в сторону. Он не мог больше выносить пристальный взгляд человека, который прожигал его так, что часть лица начала покалывать.
"....."
"....."
И действительно, среди учеников Хуашань, вышедших его проводить, стоял Хе Ён и смотрел на него с растерянным выражением лица.
‘Прости.’
Поп Чжон крепко зажмурил глаза, внутренне извиняясь.
"На, Настоятель...." – воскликнул Хе Ён, словно пытаясь что-то сказать, но Поп Чжон мог лишь отвернуться, отводя глаза.
‘Всё это ради блага всего мира.’
Более того, Хе Ён – талантливый человек, который однажды возглавит Шаолинь. Он должен быть способен пойти на такие жертвы.
Конечно, при виде его широко раскрытых глаз, как у щенка, потерявшего родителей, у него защемило сердце, но что он мог поделать?
Нужно просто вытерпеть.
"Хуух."
Вздохнув, Поп Чжон вновь обратился к Хён Чжону.
"Тогда мы действительно пойдём."
"Счастливой дороги!"
Но ответ последовал не от Хён Чжона, а от Чон Мёна, стоящего рядом с ним.
Увидев улыбающегося Чон Мёна, внутри него разгорелось пламя.
"Божественный Дракон Горы Хуа."
"Да."
"....Повторю еще раз: это действительно важно."
"Я знаю. Именно поэтому ты заплатил мне так много, верно? У меня тоже есть совесть, и раз мне дали так много, я должен выполнить свою работу должным образом."
"....."
Ответ Чон Мёна, улыбнувшегося и важно выпятившего грудь, пронзил сердце Поп Чжона.
‘Оно того не сто́ит.’
Он приложил столько усилий к своему совершенствованию, но никогда бы не подумал, что всего несколько слов смогут так сильно всколыхнуть его сердце.
".... Пожалуйста, позаботься об этом."
"Да, не волнуйтесь. О, вместо этого."
Немного сузив глаза, Чон Мён добавил.
"Когда дело дойдёт до Небесного Альянса Товарищей, окажите и нам поддержку."
".... Не беспокойтесь."
Поп Чжон кивнул.
"Тогда прощайте."
Он поклонился Хён Чжону, и тот глубоко поклонился в ответ.
"Доброго пути, Настоятель."
"Долгих лет жизни, Глава Секты."
Бросив быстрый взгляд на Хе Ёна, Поп Чжон отвернулся. Старейшины Шаолиня последовали за ним, и они вместе стали выходить из главных ворот Хуашань.
Пэк Чхон тихо выдохнул.
‘Он и правда Настоятель храма Шаолинь.’
Хоть он ничего особенного не делал, Пэк Чхон чувствовал необъяснимое давление. Только после того, как его фигура скрылась из виду, он, наконец, смог легче дышать.
Он не был уверен, давление ли это человека, которого зовут Поп Чжоном, или же это давление, исходящее от титула Настоятеля храма Шаолинь, но....
‘Вряд ли есть смысл в различии.’
Юн Чжон, стоявший рядом с ним, тихо прошептал.
"Я чувствую себя немного странно."
"Хм? Почему?"
"А? Настоятель храма Шаолинь намеренно посетил Хуашань, а Лидер Секты так естественно проводил его."
"....."
"Это удивительно."
Пэк Чхон кивнул в знак согласия.
По правде говоря, эти вещи больше не казались ему особенными. Но именно это и делало их удивительными.
Это означало, что Хуашань внезапно стала сектой, способной противостоять Шаолиню.
И какова бы ни была причина, то факт, что Настоятель Шаолиня приехал в Хуашань, значило очень многое.
".... Придется трудиться еще больше."
"Я понял."
"Но...... что делает этот парень?"
На слова Чо Голя Пэк Чхон перевел взгляд.
Он увидел Хе Ёна, который тупо смотрел на ворота с лицом человека, который отчаянно верил в страну и императора, но лишился её.
"....Он много грешил в своей прошлой жизни."
Амитабха.
Амитабха.
*****
Старейшина Поп Йо, который следовал за Поп Чжоном, когда тот вышел из главных ворот Хуашань и спустился с горы, заговорил.
"Настоятель."
Вместо ответа на вопрос Поп Йо Поп Чжон взглянул на него.
"Союз, о котором они говорили ранее....."
"Мм..."
В ответ Поп Чжон вздохнул, а затем покачал головой.
"Это не ваше дело."
"Однако, Настоятель....."
Он приберёг слова и ускорил шаг.
Внезапно Поп Чжон остановился и оглянулся на Хуашань.
‘Секта Хуашань.....’
‘Бунтари.’
По крайней мере, для Шаолиня Хуашань была именно такой: слишком колючей, чтобы обнять, и слишком раздражающей, чтобы не обращать внимания.
'Безрассудное подавление – это неподходящий способ.'
Он гордился своей способностью разбираться в людях. Пока есть Божественный Дракон Горы Хуа, Хуашань никогда не перейдёт под контроль Шаолиня.
И это не то, чего требовалось Настоятелю.
Разве не было очевидно, каким окажется результат, если он попытается силой подмять под себя этих бунтарей?
Даже без иерархического разделения на старших и младших, что плохого в том, чтобы стать теми, кто помогает друг другу, когда это необходимо (2)?
(2) «Чесать друг другу зудящие места» (кор. 서로 가려운 곳을 긁어주다) – идиома используется, чтобы описать ситуацию, когда люди помогают друг другу, делая то, что действительно важно или полезно для другого, удовлетворяя их потребности или снимая беспокойство.
"Настоятель."
Однако Поп Йо, похоже, все еще был недоволен ситуацией.
"Я до сих пор не понимаю вашего решения. Неужели и правда есть необходимость поручить эту работу Хуашань? Мы даже в таком положении, что просим об одолжении..... Разве не существует множества других великих сект?"
Поп Чжон снова посмотрел на Поп Йо, слегка прикрыв глаза.
Затем он вздрогнул и слегка склонил голову.
"Вы спрашиваете, что такого выдающегося в Хуашань?"
"....."
"Если вы этого не знаете, то мне больше нечего вам сказать."
".... Прошу прощения."
Поп Чжон ответил на редкость пронзительным взглядом.
"На каждую работу в мире найдется свой человек. Как бы мы не старались, Шаолиню будет сложно решить эту проблему."
Он медленно покачал головой.
"Когда ты жаден до мелочей, неизбежно упустишь что-то важное (3). Сейчас все может выглядеть плохо, но в конце концов всё это пойдет на благо мира и Шаолиня."
(3) «Когда ты жаден до мелочей, неизбежно упустишь что-то важное» (кор. 작은 일에 욕심을 부리다가는 큰 것을 놓치기 마련이다.) – пословица, которая предупреждает о том, что нужно уметь расставлять приоритеты и не жертвовать чем-то большим ради мелких выгод.
Но Поп Йо, кажется, всё еще не понимал.
"Но смогут ли они действительно решить проблему Северного моря? Не то чтобы я сомневался в ваших серьёзных намерениях. Просто я им не верю."
"Если они не смогут с ней разобраться, значит, так тому и быть."
"....А?"
Поп Чжон взглянул на него со сложным выражением на лице и, сдержавшись, снова зашагал вперёд.
"Если проблема будет решена, это пойдет на благо мира, а если нет – тоже замечательно."
"....."
Поп Йо слегка склонил голову на бок на слова Настоятеля, которые были ему непонятны. Но на этом его объяснения закончились.
"Вот и всё."
Тихо пробормотал он.
Но тут Поп Йо указал на то, на что он и не думал обращать внимание.
"Но Настоятель. Если они потерпят неудачу, что будет с деньгами, которые мы вложили?"
"....."
"Вы договорились, что в случае неудачи мы получим свои деньги обратно? Или мы просто выбросим их на ветер?"
"....."
Поп Чжон выпрямился и посмотрел на Хуашань слегка дёргающимися глазами. Его лицо казалось немного бледным.
".... У них же получится, верно?"
"Что?"
"Еще есть Хе Ён и......этот Божественный Дракон Горы Хуа, разве он не разберется во что бы то ни стало?"
"....."
Впервые с тех пор, как он попал в Шаолинь, Поп Йо потерял веру в Настоятеля.
Вздох. Вздох.
От лица Хён Чжона исходило мягкое сияние.
"Э-это Святой Меч Пурпурной Зари?"
"О.... Святая реликвия Хуашань!"
Хён Сан и Хён Ён смотрели на меч, лежащий на коленях Хён Чжона, с лицами, переполненными возбуждением.
Меч Пурпурной Зари мог значить что угодно для любого члена Хуашань, но для старейшин его значение было еще более особенным.
Разве не похоже, что душа Хуашань, оторванная во время Кровавого сражения на Великой Горе (4), наконец-то вернулась?
(4) Кровавое сражение на Великой Горе (кор. 대산혈사, кит. 大山血事, 大山 – великие горы, 血-кровь, 事-проишествие/инцидент) – решающее сражение союза Праведных Сект и Демонического Культа на территории Ста Тысяч Гор, где были практически полностью убиты все мастера Хуашань, а Чон Мён перед смертью победил Небесного Демона.
Хён Сан, смотревший на Меч Пурпурной Зари взглядом, полным умиления, мягко уговаривал Хён Чжона.
"П-попробуй вынуть его, Лидер Секты."
"Хм."
Хён Чжон слегка улыбнулся и спокойно достал меч.
От лезвия исходил яркий свет.
"О! О... Ммм......"
Воскликнув, Хён Сан медленно вернул самообладание.
Хён Ён также смотрел на него со слегка недовольным выражением.
Увидев такую неожиданную реакцию, Хён Чжон спросил.
".... Что за лица у вас?"
".... Я думал, момент будет очень эмоциональным."
"Точно."
Нахмурившись, Хён Сан посмотрел на Меч Пурпурной Зари, а затем украдкой взглянул на Меч Тёмного Аромата Цветущей Сливы Чон Мёна."
"Может быть, это потому, что я видел нечто другое....."
"Выглядит не особо дорого."
Лицо Хён Чжона покраснело.
"Вы, ублюдки! Этот меч связан с духом и историей Хуашань! Святая реликвия Хуашань! Хуашань....!"
"Да-да."
"Ага. Понятно, Успокойтесь, Лидер Секты."
"....."
Хён Чжон подавил свой гнев с красным лицом.
'Что за наказание!'
"Кстати, Северное море....."
".... С Мечом Пурпурной Зари покончено? Мы двигаемся дальше?"
"Нет, почему ты поднимаешь такой шум только потому, что нашёлся Святой Меч Пурпурной Зари? Он даже выглядит так себе."
"....Ооохххх."
Хён Ён погладил бороду, не обращая внимания на болезненные стоны Хён Чжона.
"С тех пор, как поднялась тема Северного моря, я решил, что нам придется побывать там хотя бы раз...."
При этих словах ученики Хуашань дружно кивнули.
Все они знали, что когда-нибудь им придется хотя бы раз побывать в Северном море. Так уж сложились обстоятельства.
Однако....
"Почему именно в это время года?"
"Почему в это?"
"Становится прохладнее, не так ли? Если мы уедем, то к тому времени, когда доберемся, будет уже середина зимы, но особенно в Северном море, где тело промерзает даже летом, в такое время..."
Хён Ён цокнул языком, услышав слова Хён Сана.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...