Сияние.
Настоятель Шаолиня ослепительно сиял в лучах солнца.
'Одна искра.'
Нет, есть еще.
Чон Мён, который спокойно осмотрел шаолиньских монахов, стоящих в глубине двора, неодобрительно покачал головой. Он резко произнес.
"По какому делу этот уважаемый сюда припёрся?"
"Э-этот уважаемый – Настоятель храма Шаолинь, приятель!"
Юн Чжон оторопел и попытался остановить его, но Чон Мён оставался невозмутимым.
"Что такого? Он же не наш Глава Секты."
"....."
Юн Чжон, потеряв дар речи, в конце концов лишь покачал головой.
"Подойдем первыми."
Хён Чжон повел своих учеников и подошел к главным воротам. Он поприветствовал прибывших глубоким поклоном.
"Добро пожаловать, Настоятель."
"Давненько не виделись, Лидер Секты. У вас всё благополучно?"
Хён Чжон широко улыбнулся.
"Благодаря вашей заботе я живу, не зная бед. От Суншань (1) до нас долгий путь. Как вам удалось пройти такое расстояние?"
(1) гора Суншань (кор. 숭산, кит. 嵩山, 嵩-высочайший, 山-пик/гора) - центральный пик (гора) в провинции Хэнань. Одна из пяти священных гор в китайском даосизме, известна прежде всего, как местонахождение монастыря Шаолинь.
Настоятель Шаолинь улыбнулся в ответ.
"Как бы далека ни была дорога, пока есть нектар (2), способный утолить жажду, нет причин отказываться от путешествия."
(2) Нектар (кор. 감로, кит.甘露-сладкая роса, нектар) – буддийский термин. Мифическое значение – таинственный напиток Богов. По слухам, если его выпить, то можно обрести вечную жизнь и молодость, из-за чего его так же называли "эликсир бессмертия". В переносном значении – "благословение небес" или "благодать проповеди Будды".
Глаза Хён Чжона слегка вспыхнули.
'Нектар значит.'
Два человека, стоявшие лицом друг к другу, обменялись улыбками.
Сторонние наблюдатели почувствовали едва уловимый, непонятно откуда взявшийся, холодок.
"Внезапно похолодало?"
"Ну, зима близко."
"Да, но....."
Настоятель повернулся и посмотрел на Чон Мёна, который стоял, скрестив ноги.
"Как вы поживаете?"
"Я потерял покой по милости Шаолинь, которая отправила сюда свой багаж (3)."
(3) Багаж, куча сумок (кор. 짐덩) – в буквальном смысле – много багажа, вещей. В переносном – обуза, дове́сок.
"Багаж."
Настоятель горько усмехнулся.
Под багажом он подразумевал Хе Ёна.
"Багаж багажу ро́знь. Всё же не лучше было бы назвать его настоящим сокровищем?"
"Что? Сокровищем? Того лысого?"
"....."
"Если вы собрались отправить этого нахлебника, прислали хотя бы немного денег! Получается, вы послали с пустыми руками ублюдка, который ест одну траву, которую и так трудно найти в Хуашань? Вы, у которых куча денег?"
"....."
Настоятель несколько раз моргнул.
Правда, он и не думал отправлять его с деньгами, но.....
'Что он имел в виду, говоря, что траву найти трудно?'
Настоятель, неловко улыбаясь, ответил.
"Ха-ха..... Но ведь это помогло в каком-то смысле, не так ли?"
"Помощь?"
Когда голова Чон Мёна наклонилась в бок, Настоятель слегка отвернулся и откашлялся. Они обменялись всего несколькими фразами, но Настоятелю Шаолинь быстро напомнили, каким человеком был Чон Мён.
И не только Настоятель был смущён сложившейся ситуацией.
Хён Чжон быстро сделал шаг вперед. Словно желая прервать разговор Чон Мёна с Настоятелем прежде, чем тот успеет сотворить еще больше неприятностей.
"Прошу вас, проходите внутрь. Боюсь, люди будут критиковать меня за то, что я остановил Великого Настоятеля Шаолиня у главных ворот."
"Как смеет ожидать гостеприимства незваный гость, явившийся без предупреждения? На его месте я был бы благодарен, если бы мне предложили стакан воды."
В тот момент, когда они учтиво беседовали друг с другом...
"Настоятель!" – яростно крикнул кто-то из гостевого зала и побежал прямо в сторону Настоятеля Шаолинь.
"О! Это же Хе Ён...."
А?
Его глаза в момент округлились.
'Хе Ён?'
'Хм?'
Он быстро поморгал глазами.
'Неужели это правда?'
'Этого не может быть.'
Кто еще будет носить легендарные желтые одежды Шаолиня в Хуашань, и кто еще потрудился бы побрить тут голову?
Конечно же, это был Хе Ён, который сейчас бежал к нему.
Однако......
'Это правда Хе Ён.....'
Но что-то было не так.
Невинного нежного мальчика (4) нигде не было видно, к нему навстречу почему-то бежал молодой человек с блестящей бронзовой кожей?
(4) «Мальчик, который казался мягким и пушистым на ощупь» (кор. 만지면 솜털이 보송보송 묻어날 것 같았던 소년은) – аналог "белый и пушистый".
Более того, что-то явно изменилось в его лице.
Из-за цвета кожи, который стал немного темнее, или по какой-то другой причине. Исчез робкий мальчик, который застенчиво опускал голову, даже когда вступал в зрительный контакт с кем-либо, вместо него появилась мощная фигура, производившая впечатление Божественного Генерала (5), готовая в одно мгновение убить Мару (6) голыми руками.
(5) Божественный Генерал (кор. 신장, кит. 神將, 神-дух/божество, 將-генерал/полководец)
(6) Мара (кор. 마라, кит. 摩羅) – демоны в буддийской мифологии, которые забирают жизни людей, препятствуют добрым делам и духовным практикам.
'О....'
Настоятель с силой потер глаза, а затем снова перевел взгляд на стоящего перед ним человека.
'Н-нет. Если присмотреться, внешне он почти не изменился.'
Он сразу смог определить, что вызывало это чувство.
Взгляд.
Глаза Хе Ёна, прежде мягкие и нежные, словно он не мог убить ни одной букашки, теперь светились едва заметным огнем.
Хе Ён, который подбежал к Настоятелю, окликнул его взбудораженным голосом.
"Настоятель!"
"....Хе Ён?"
"Да, Настоятель!"
Хотя на очевидный вопрос был дан очевидный ответ, Поп Чжону было нелегко его принять.
Что он мог сказать по этому поводу.
Это все равно что оставить пушистого желтого птенца на несколько дней и, вернувшись, обнаружить, что он вырос в большого петуха, который летал вокруг и кричал.
Оказавшись в такой неоднозначной ситуации, Настоятель был крайне шокирован.
".... Ты так сильно изменился?"
"Я не совсем понимаю, о чем вы."
Хе Ён вопросительно наклонил голову. А Пэк Чхон и остальные, наблюдавшие со спины, медленно закивали в знак согласия.
"Он сильно изменился."
"Это точно. Я не замечал, потому что мы всегда были вместе, но он действительно сильно изменился с тех пор, как впервые пришел сюда."
".... Я чувствую себя немного виноватым."
Настоятель был настолько ошеломлен и расстроен, что потерял дар речи.
'Что, черт возьми, они наделали?'
Не то чтобы он отправился на поиски незаконной деятельности и стал буддийским проповедником (7) или что-то в этом роде, но что может заставить человека так сильно измениться всего за несколько месяцев?
(7) Монах Трипитаки (кор. 삼장법사, кит. 三藏法師, 三藏-Трипитака, 法師-наставник/учитель) - Трипитака (санскр. Tripitaka - три корзины) — название собрания канонических книг у буддистов Индии, а затем и других стран (изначально эта философская традиция появилась именно в Индии, откуда распространилась по странам Азии). Оно делится на три отдела, отличающиеся друг от друга по содержанию и названию: Виная-питакам, Сутры и Абхидхарма, что в общей сложности представляет собой огромное количество писаний и наставлений. Монах Трипитаки – это почетный титул, присваиваемый монаху, который освоил (запомнил и понял) все три отдела. В последствии он мог отправиться в Индию или другие страны с целью изучения буддизма и перевода священных писаний на китайский язык, благодаря чему на родине почитался как величайший ученый.
По Чжон, разинувший сам того не осознавая свой рот, на мгновение вздрогнул и тут же прикрыл его.
Это Хуашань, а он был Настоятелем храма Шаолинь. Неважно, чтобы удивительного не происходило, он не мог показать панику.
Он спросил его нарочи́то строгим и по-отечески заботливым тоном.
"Кхм. Что ж. Ты достиг просветления?"
"...Просветление, чтоб оно провалилось."
"М?"
'Неужели я что-то не так расслышал?'
Однако Хе Ён не обратил внимания на реакцию Поп Чжона и разрыдался.
"Настоятель! Вы ведь пришли забрать меня, да? Я так на вас надеюсь."
".... О чем ты?" – спросил слегка озадаченный Настоятель, но Хе Ён выглядел так, будто вообще не слушал его. Он крепко сжал руку Настоятеля и зарыдал.
"Д-давайте скорее отправимся в Шаолинь...."
"Ох-ох, тц-тц."
Чон Мён прищелкнул языком.
"Даже детеныш дикого зверя знает, что такое благодарность за сон и еду, но посмотрите, как ведет себя этот так называемый человек."
"....."
Хе Ён, мгновенно замолчав, оглянулся.
'Ох, это не так.'
'Он кормил меня и дал ночлег.'
'Но это потому, что он относится к людям, как к скотине, и кормит их только травой!'
"Заканчивай трепаться и уходи!"
Чон Мён рванулся вперед и с громким звуком схватил Хе Ёна за шиворот.
Хе Ён смотрел на Настоятеля печальными глазами, как корова, которую ведут на убой. Но самое странное было то, что Чон Мёна тоже кто-то тащил за собой.
В это время Хён Чжон откашлялся и заговорил.
"Давайте сначала зайдем внутрь."
"...К-конечно."
Настоятель глубоко вздохнул.
'Это Хуашань.'
'Хуашань.'
"Кхм..."
"Ммм..."
Непринужденную беседу не начали, даже когда все уселись друг напротив друга.
Возникла едва уловимая неловкость и тишина.
Дело в том, что Хуашань и Шаолинь не были в таких близких отношениях, чтобы сидеть вместе. В результате присутствующим нечего было друг другу сказать.
'Пожалуйста, скажи что-нибудь, Лидер Секты.'
'Мне кажется, я умру от напряжения.'
Пока старейшины сверлили его своими глазами, Хён Чжон незаметно отвел взгляд.
'Мне тоже неловко, ребята.'
На Великом Соревновании Мурима из-за сложившейся экстремальной ситуации никто не задумывался о том, чтобы подбирать слова. Однако Хён Чжону все равно было чрезвычайно обременительно иметь дело с Настоятелем Шаолиня.
В Шаолинь принято держать язык за зубами. В итоге в комнате лишь один человек оставался невозмутимым.
"Почему все молчат?"
Взгляды старейшин Хуашань одновременно повернулись в одну сторону спокойного невинного голоса.
Как только они увидели спокойно сидящего Чон Мёна, в их глазах появилось облегчение.
'Слава богу, что он здесь.'
'Никогда не думал, что в моей жизни наступит ситуация, когда я буду рад его существованию.'
Когда старейшины заметили это, Чон Мён понимающе пожал плечами и повернулся лицом к Настоятелю Шаолинь.
"Что привело вас сюда? Вы проделали долгий путь."
"Я пришел, чтобы обсудить несколько вопросов."
Настоятель ответил непринужденно и поднял стоящую перед ним чашу. Он отпил глоток, наслаждаясь ароматом.
"Чай очень вкусный, Лидер Секты."
"В прошлый раз со мной хорошо обращались, и в благодарность за это я решил позаботиться о вас. Возможно, он не так хорош, как качественный чай, но раз уж вы пришли в Хуашань, я подумал, что вы захотите попробовать чай из цветков сливы."
"Аромат действительно впечатляет."
Настоятель молча кивнул, затем поднял голову и посмотрел на Хён Чжона.
"Я слышал об инциденте с Мириадами Людских Домов."
"О...."
"Хуашань проделала по-настоящему грандиозную работу." – вновь восхитившись, сказал Настоятель.
"Амитабха. Справиться с Мириадами было непростой задачей, и я могу ясно представить, насколько был высок боевой дух Хуашань. Вы заслуживаете похвалы."
"Спасибо."
Настоятель оглянулся на старейшин, а затем продолжил.
"Вспоминая то время, когда в последний раз видел вас в Шаолине, я не могу не осознать, насколько сильно изменился статус Хуашань с тех пор. Даже не глядя я понял, как усердно трудились ученики Хуашань и Лидер Секты."
По мере того, как он продолжал говорить, плечи старейшин Хуашань постепенно поднимались.
Они и раньше слышали немало подобных комплиментов, но из уст Настоятеля храма Шаолинь, а не кого-то другого, похвала имела особое значение.
Что бы кто ни говорил, Настоятель обладал высочайшим авторитетом во всем мире боевых искусств.
Когда уголки их губ изогнулись в непроизвольной улыбке, Настоятель со вздохом продолжил.
"И я также приношу свои извинения. Когда такое случается, соседние секты обычно приходят на помощь, но это произошло так внезапно...."
"Это действительно было неожиданно."
"Если бы Южный Край не закрыл свои ворота (8), Хуашань не сражалась бы в одиночку. Но, к сожалению, ход Южного Края оказался неожиданным даже для меня."
(8) Закрывать, запечатывать врата секты (кор. 봉문) – секта добровольно уходит в уединение на неопределенный период времени, прекращается внешняя деятельность (ведение бизнеса, прием новых учеников и т.д.).
"Ничего страшного."
Хён Чжон улыбнулся.
"Может ли Настоятель Шаолиня, который занят делами своей секты, заботиться о вещах, находящихся так далеко? Основное правило – решать свои проблемы самостоятельно."
"Нет, Лидер Секты. Я должен за это извиниться." – с угрюмым лицом продолжал настаивать Поп Чжон.
Тем временем Чон Мён пристально посмотрел на него и прищурился.
'Что еще задумал этот енот...'
Действительно, Хуашань не получила поддержки от сект, находящихся в окру́ге. Однако это не было виной Шаолиня.
Тем не менее, Настоятель продолжал свои рассуждения.
"Я знаю, что времена сейчас тяжёлые, но я никогда не думал, что Мириады из Гуйчжоу смогут одним махом добраться до Шэньси."
"Как Настоятель мог узнать об этом заранее и подготовиться? Если вы продолжите, то поставите меня в неловкое положение."
"Амитабха. Лидер Секты, почему вы считаете, что это не моя вина?"
"Что?"
Настоятель взглянул на Хён Чжона и снова заговорил.
"Я полностью понимаю вашу душевную боль, Лидер Секты. И полностью понимаю разочарование в тех, кто не смог помочь вам, несмотря на произошедшее."
"....Что вы имеете в виду?"
Когда Хён Чжон задал ему вопрос суровым лицом, Настоятель украдкой взглянул на Чон Мёна. Затем он продолжил со сложным выражением на лице.
"Вполне понятно, почему Хуашань сейчас хочет объединиться с кем-то, кроме Девяти Великих Сект и Одного Союза, Лидер Секты."
Лицо Чон Мёна слегка скривилось.
'Вот оно!'
Он все думал, зачем им было проделывать такой путь, и оказывается, чтобы поговорить с ними об этом.
Учитывая способность Шаолиня собирать информацию, несложно было узнать, что Хуашань пытается объединиться с другими сектами.
Но даже в этом случае он никак не ожидал, что Глава храма Шаолинь сделает ход сам.
'Вот проклятый ублюдок!'
Хён Чжон кашлянул, не веря словам Настоятеля.
"Кхм. Это дело....."
"Конечно, я понимаю, Лидер Секты. Однако...."
Глаза Настоятеля значительно сузились, пристально глядя на Хён Чжона.
"... нам сто́ит подумать о том, поймут ли другие секты."
Чон Мён вскочил на ноги c хмурым лицом.
"Нет, этот уважаемый?!"
"Чон Мён!"
"Спокойно!"
Но когда старейшины одновременно закричали, ему ничего не оставалось, как, ворча, сесть обратно.
Нельзя было допустить, чтоб на глазах у всех старейшин Шаолиня Великий Ученик третьего поколения проявил неуважение к старейшинам Хуашань.
Но Настоятель ухмыльнулся, словно угадав их мысли.
"Лидер Секты."
"Да, Настоятель."
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...