Половина кэ спустя
Цинь И остановился у одной из лавок на обочине. Подняв голову и взглянув на вывеску, он неспешно вошёл внутрь.
Лавка была невелика. Внутри царил полумрак, стоял запах каких-то странных благовоний. Покупателей не было. У входа по обе стороны громоздились полки: на одной был разложен повседневный женский товар — коробочки с румянами, заколки для волос, деревянные гребни; на другой ровными стопками лежали ткани.
Цинь И прошёл прямо к прилавку в глубине и тихонько постучал.
Тук-тук.
За прилавком сидела миловидная молодая женщина лет семнадцати-восемнадцати. Подперев подбородок ладонью, она, одетая в простую светло-зелёную юбку, от скуки листала какой-то сборник рассказов о сверхъестественном.
Услышав звук, она подняла глаза и заметила у дверей лавки здоровяка в одежде гостя «Обители бессмертных гостей», что пристально оглядывал помещение.
Молодая женщина слегка кивнула, обозначая приветствие, и с несколько странным выражением уставилась на него. Убедившись, что тот не намерен заходить внутрь, она поджала губы и снова уткнулась в книгу.
Тук-тук-тук!
Звук раздался опять. Молодая женщина нахмурилась, вновь подняла глаза, глубоко вздохнула, отчего её грудь слегка приподнялась:
— Вы...
— Я здесь, внизу, старшая сестрица.
— .......
Услышав голос, молодая женщина привстала. Перед прилавком, задрав голову, на неё смотрел бледный, миловидный мальчуган. Она на мгновение опешила, а затем, замахав на Цинь И рукой, с улыбкой произнесла тоном, каким обычно задабривают детей:
— Малыш, ты знаешь, куда попал? Сладости покупают в соседней лавке.
Цинь И кивнул и серьёзно ответил:
— Знаю. Я хочу заказать одежду.
Лавка называлась «Швейная мастерская рода Мэн». Товары и фасоны одежды здесь были родом из Срединных равнин, и при этом качественные и недорогие, отчего лавка пользовалась немалой популярностью у гулящих девок Хуанчжу и даже у певичек из публичных домов.
Молодая женщина окинула взглядом ветхую ватную куртку Цинь И и, отчасти из симпатии к миловидному ребёнку, наклонилась вперёд, положив грудь на прилавок, и, потянувшись, ущипнула Цинь И за щёку. Прищурившись, она улыбнулась:
— Давай так, малыш. Сестрица купит тебе сладостей в соседней лавке, а ты беги скорее домой.
— ......
Не обратив внимания на посул сладостей, заработанный смазливой внешностью, Цинь И молча запустил руку за пазуху, извлёк аккуратно сложенный лист рисовой бумаги и, привстав на цыпочки, положил его на прилавок:
— Сделайте по этому рисунку. Материал нужен самый лучший.
Умилившись этому зрелищу, молодая женщина не удержалась и, продолжая сжимать щёку Цинь И, слегка потрясла его голову вверх-вниз. Лишь под полным немого укора взглядом мальчика она с виноватым видом убрала руку и взяла рисунок.
Развернув и бросив взгляд, она на мгновение замерла, а затем, приподняв бровь, невольно спросила:
— Откуда у тебя этот чертёж?
— Сам нарисовал.
— Дети, которые обманывают старшую сестру, писаются в постель...
— Дядя Чжоу.
Цинь И окликнул здоровяка снаружи.
Здоровяк по фамилии Чжоу стоял прямо у входа и отчётливо слышал их разговор. Он громко произнёс от дверей:
— Госпожа Мэн, это младший брат Жуань Су. Хозяин выдал ему пятьдесят лян на расходы. Можете не сомневаться в его платёжеспособности.
Похоже, они были знакомы. Или, по крайней мере, здоровяк знал молодую женщину.
«При чём тут вообще чертёж?» — проворчала про себя Мэн Пэйцзю, вновь опуская взгляд на рисунок.
Дизайн был весьма новаторским. Линия талии, плечи, локти — всё было продумано и для удобства, и для красоты. К тому же чертёж был выполнен на редкость профессионально: помимо трёх проекций — спереди, сзади и сбоку — имелись увеличенные прорисовки деталей и даже сноски с указанием типа материалов.
— Сделать сможете? — послышался тихий детский голос.
— Сможем.
Мэн Пэйцзю убрала чертёж за пазуху и снова уставилась на мальчика. Помедлив, она решила не выяснять истинное происхождение рисунка и с лёгкой улыбкой спросила:
— Малыш, а ты не продашь этот чертёж? Могу зачесть его в стоимость одежды.
Цинь И слегка удивился.
В этом мире и знать не знали об интеллектуальной собственности. Кроме как на знаменитые стихи и песни, всё, что запечатлено в твоей голове — будь то чертежи или что иное, — то твоё. А тут — предлагают купить.
Не потому ли, что за ним поручился хозяин?
Или всё дело в его лице?
Цинь И кивнул:
— Хорошо. И сколько это будет стоить?
В глазах Мэн Пэйцзю мелькнула задумчивость:
— Раз материал нужен самый лучший... хм... округлим до ровного счёта. Скажем, пятьдесят лян.
Веко Цинь И дёрнулось.
Он берёт свои слова обратно. И всерьёз подозревает, что эта женщина его обдирает как липку.
Пятьдесят лян за одно платье! Оно что, из золота сделано или пули отбивает?
Мэн Пэйцзю, похоже, поняла молчание Цинь И. Она тихо рассмеялась и, взмахнув изящной ладонью, уверенно произнесла:
— Можешь решить, когда увидишь готовую вещь. А чертёж пойдёт в качестве задатка.
Услышав это, Цинь И тут же согласился и кивнул:
— Хорошо, спасибо, сестрица.
Мэн Пэйцзю, прищурившись, улыбнулась. Не удержавшись, она вышла из-за прилавка и потрепала Цинь И по голове:
— Дай сестрице три дня. Через три дня ты, малыш...
Она осеклась на полуслове,
устремив взгляд ко входу в лавку.
В тот же миг
Цинь И услышал тихое, прерывистое дыхание.
Сердце его упало.
Обернувшись, он увидел в дверях запыхавшуюся девушку. Судя по всему, она прибежала бегом. Одной рукой она держалась за дверной косяк, в другой несла связку лекарственных свёртков и пристально, не мигая, смотрела на него.
Цинь И попятился на шаг, прикрываясь Мэн Пэйцзю, и, пока девушка входила в лавку, затараторил с невероятной скоростью:
— Сестра, как ты здесь оказалась? Погоди, да, я сбежал, но разве меня не сопровождает дядя Чжоу? Ты ведь должна его знать? Ах да, я сейчас покупаю одежду для тебя. И ещё я думал разобраться со вчерашней партией товара, так что...
Между этой скороговоркой
Цинь И краем глаза заметил, что Мэн Пэйцзю, которую он выставил вперёд как щит, начала едва заметно дрожать.
Он было удивился — неужели Жуань Су настолько прославилась в Хуанчжу своей свирепостью? — но тут девушку просто отодвинули в сторону...
Тц.
Бум!
— .......
Цинь И присел на корточки, схватившись за голову.
— Значит, помимо заказа одежды, у тебя есть партия товара на продажу?
— Угу.
— И вы хотите, чтобы мы прислали людей забрать его?
— Угу.
Эта самая «Швейная мастерская рода Мэн», помимо торговли одеждой и женскими мелочами, подрабатывала ещё и крупнейшей в «Обители бессмертных гостей» скупкой краденого.
Без лишних вопросов, оплата по факту, честно и без обмана.
Когда Цинь И был в сознании раньше, Жуань Су, показывая ему Хуанчжу, специально проходила мимо этой лавки и рассказывала о ней. Это была единственная скупка, о которой она упомянула.
Говорили, что хозяйка этой лавки, как и они, брат с сестрой, бежала сюда из Срединных равнин во время той войны десять лет назад.
Поэтому Цинь И тайком пришёл именно сюда,
а затем на его голове выросла шишка.
Вернувшись за прилавок, Мэн Пэйцзю переводила взгляд с высокой девушки на низенького мальчика. Сдерживая смех, она вздохнула:
— Ладно. Так что вы хотите «заложить»?
Со вскочившей на голове шишкой Цинь И прокашлялся и ответил:
— Кожу, табак и кое-какие специи. Количество немалое. А ещё две туши ша-юаня и около десятка единиц оружия.
— Вы что, разорили логово какой-то шайки?
Мэн Пэйцзю реагировала быстро. Вскинув бровь, она посмотрела на Жуань Су.
Жуань Су, держа Цинь И за руку, не проронила ни звука. Разговор причинял боль её горлу.
Мэн Пэйцзю, увидев это, не стала расспрашивать. Она встала и, обернувшись, крикнула куда-то вглубь лавки:
— Ма-а-ам~~ Я отойду ненадолго. Спустись, последи за лавкой.
— ......
Все одновременно уставились на занавеску позади прилавка. В Хуанчжу большинство лавок было устроено так: впереди — торговое помещение, а сзади, во дворе или наверху, — жилые комнаты семьи.
Через некоторое время
из внутренних помещений донеслись неторопливые шаги спускающейся по лестнице. Полог, ведущий в заднюю часть, отдёрнулся, и оттуда вышла старуха.
Мэн Пэйцзю, скорее всего, была приёмной дочерью. Уж слишком стара была эта «мать»: совершенно седые волосы, маленькие глазки, выступающие скулы — лицо довольно мрачное. Вся в чёрном, она излучала какую-то застоявшуюся, гнетущую ауру.
Старуха неторопливо приближалась к прилавку, говоря на ходу. Голос её, однако, оказался на удивление мягким и добрым:
— Сяо Цзю... Я же говорила тебе: для обычных закупок посылай Мэн Ци. В горах в последнее время неспокойно, пореже выходи из дома.
Мэн Пэйцзю покосилась на Жуань Су и ответила:
— Это товар, который нашла Жуань Су. Я лично схожу, оценю и велю Мэн Ци всё привезти.
— Сяо Су?
Бабушка Мэн только теперь перевела взгляд на Жуань Су. Морщинки в уголках её глаз собрались в складки, отчего улыбка получилась немного жутковатой:
— Давненько я тебя не видела, девочка. Могла бы и заходить иногда, проведать старуху.
— ......
Жуань Су отпустила Цинь И и поклонилась бабушке Мэн.
Бабушка Мэн с улыбкой кивнула:
— Раз дело касается Сяо Су, то сама сходить — это правильно.
В тот же миг, когда прозвучали эти слова,
в тусклом свете лавки
бабушка Мэн внезапно резко повернула голову и уставилась на стоявшего рядом Цинь И. Прищурившись в улыбке, она произнесла старческим голосом, мягким, словно весенний ветерок:
— Мальчуган, ты с самого начала всё пялишься на меня, старуху. В чём дело?
Цинь И, встретив этот взгляд и продолжая разглядывать её лицо, с открытой улыбкой ответил:
— Мне всё кажется, будто я вас где-то видел, бабушка.
Улыбка на лице бабушки Мэн не дрогнула. Её маленькие глазки сузились в щёлочки, поблёскивая каким-то непонятным огоньком:
— Конечно, видел. Твоя сестра раньше часто приводила тебя ко мне, старухе, на поклон. Только тогда ты был совсем бестолковым, не то что теперь — такой шустрый.
— А-а...
Цинь И с просветлённым видом кивнул, будто соглашаясь с таким объяснением.
Независимо от того, был ли он в сознании или в беспамятстве, Жуань Су время от времени приводила его в городок, чтобы засвидетельствовать почтение и примелькаться — во избежание досадных недоразумений.
Бабушка Мэн махнула рукой и, повернувшись, зашла за прилавок, напоследок наказав Мэн Пэйцзю:
— Поторопитесь. И ты, Пэйцзю, не шуми при Сяо Су. Возвращайтесь поскорее.
— Хорошо~ Поняла, мам.
Вся компания из четырёх человек покинула лавку. Уже выходя, Цинь И заметил, что здоровяк Чжоу, проходя мимо, тоже отвесил поклон в сторону лавки.
Похоже,
бабушка Мэн обладала весьма высоким статусом в «Обители бессмертных гостей».
И ещё одно: он действительно видел её раньше.
Но не в Хуанчжу.

Комментарии

Загрузка...