Услышав слова управляющего, Чэнь Линь остолбенел:
— Ты кого развести пытаешься? Это просто куски старого дерева!
— Господин, это первосортный старый сандал. С учётом ручной работы цена вполне справедливая, — невозмутимо ответил менеджер.
На лбу Чэнь Линя вздулись вены. Он стиснул зубы, сгорая от невыносимого унижения. Да, он баснословно богат, но все капиталы лежат на счетах организации. Вывести оттуда крупную сумму прямо сейчас невозможно, а на карманные расходы у него с собой было лишь несколько десятков тысяч.
Не имея выбора, Чэнь Линь перевёл взгляд на мрачную Фань Нинъэр. Девушка выглядела так, будто проглотила лимон. Что за бред? Она его не звала, он вломился сам, всё разнёс, а теперь — намусорил и в кусты? Пришёл покрасоваться, а расплачиваться ей?
Она уже тысячу раз пожалела о том помутнении рассудка, из-за которого пошла за ним со сцены. Но, увидев беспомощный взгляд Чэнь Линя, всё же сжалилась. Как-никак, первая любовь. Мужчина, по которому она ещё десять минут назад сходила с ума.
Скрепя сердце, она выдавила:
— Я оплачу его долг. Переведу деньги на ваш счёт, как только вернусь!
Бай Цзинхун с напускной горечью развёл руками:
— Я отдал сердце светлой луне, а она предпочла светить в сточную канаву. Насильно мил не будешь. Отныне наши пути расходятся, пора заканчивать этот балаган. Я, Бай Цзинхун, официально расторгаю помолвку с Фань Нинъэр. И пусть клеймо безжалостного жениха достанется мне!
С этими словами он повернулся к залу:
— Господа, вы насладились спектаклем сполна! Приглашаю всех в клуб моей семьи «Фужун». Сегодня для вас всё за мой счёт!
— Вот это размах! Слава молодому господину Баю! — взревела толпа.
Уходя, Цзинхун бросил последний взгляд на Чэнь Линя. Тот стоял, сжимая кулаки до хруста, в глазах пылала неприкрытая жажда убийства. Ещё бы! Не прошло и десяти минут, как девушка его мечты, которую он вожделел все эти годы, превратилась в разведёнку, публично брошенную у алтаря.
А Нинъэр, поймав на себе равнодушный, холодный взгляд Цзинхуна, вдруг почувствовала укол боли в сердце. Когда он сорвал с груди бутоньерку с надписью «Жених», бросил на пол и растоптал, ей на мгновение стало трудно дышать.
Выйдя из отеля, Цзинхун сел в машину и устало потёр виски. Внезапно в голове раздался механический голос.
Дзинь!
[Хост успешно нанёс пощёчину главному герою и заставил его пережить унижение. Награда: кольцо копирования.]
[Кольцо копирования позволяет скопировать любой талант у цели, с которой хост вступил в физический контакт. Награда выдана!]
На указательном пальце левой руки материализовался причудливый перстень.
«Кольцо копирования? Вот это я понимаю, сервис, — хмыкнул Цзинхун. — Система, которая не грозит убить хоста за малейший промах — правильная система. Остальные идут лесом».
Теперь дело за малым: найти парочку мастеров боевых искусств, скопировать их навыки, и с Чэнь Линем можно будет разобраться играючи! Худшего сценария удалось избежать. Сюжетная ловушка пройдена, он выиграл время для прокачки. А без эффекта неожиданности этот протагонист — просто кусок мяса. Бог Войны? Ну-ну. Сильный дракон местной змее не указ, а здесь территория Цзинхуна.
Он уже предвкушал отличный отдых, как вдруг зазвонил телефон. На экране высветилось имя отца.
Едва Цзинхун принял вызов, из трубки полился сарказм:
— Ох, какой же у меня замечательный сын! Самостоятельный, независимый! Женится, а родной отец ни сном ни духом! Может, объяснишься?
Цзинхун был готов к подобному разговору и небрежно ответил:
— Пап, вот доживёшь до моих лет — сам всё поймёшь!
На том конце провода повисла секундная пауза, а затем раздался отборный мат:
— Ах ты ж паршивец! А ну живо марш домой!
Раздался звук удара — видимо, телефон полетел в стену, — и звонок оборвался.
Цзинхун лишь горько усмехнулся.
«Ну и чёрт с ним. Не собираюсь я сегодня париться. Если мажор не сорит деньгами и не развлекается на полную, то какой он к чёрту мажор! Погнали в „Фужун“!» — скомандовал он.
— Слушаюсь, молодой господин! — отозвался водитель и осторожно спросил: — Прикажете навести справки о том наглеце со свадьбы?
— Не нужно, — отмахнулся Цзинхун.
Информацию о Чэнь Лине он знал вдоль и поперёк. Любимый сыночек графомана-автора! Если описывать вкратце: скрытый гений, красавец-мужчина; непревзойдённый мастер древних боевых искусств; везунчик и магнит для женщин. В постели — Казанова, в бою — терминатор. Все красавицы сохнут только по нему, а остальные мужики на его фоне — просто мусор!
***
Слухи в высшем обществе Лунхая разлетались молниеносно. Как говорится: добрые вести за порог не выходят, а дурные — за сотни вёрст летят. Для семьи Фань это стало суровой реальностью.
По городу поползли самые нелепые версии произошедшего:
«Фань Нинъэр оказалась гулящей! Молодой господин Бай расторг помолвку!»
«Маленькая любовь цепляется, великая — отпускает. Молодой господин Бай со слезами на глазах уступил невесту другому. Вот это Мужчина!»
«Какой-то бомж сорвал свадьбу молодого господина Бая, пожрал на халяву и увёл невесту!»
Пока Бай Цзинхун в клубе «Фужун» требовал «продолжения банкета» и грозился уложить под стол десятерых, акции корпорации «Фаньши» камнем летели на дно.
В это же время в гостиной особняка Фань собрался весь костяк семьи. На повестке дня был только один вопрос — Бай Цзинхун.
Фань Нинъэр тоже присутствовала. А за её спиной, в позе несокрушимого стража, возвышался Чэнь Линь. Он с нескрываемым презрением взирал на родственников невесты. Развели панику из-за пустяков, жалкое зрелище.
Обсуждение накалялось.
— Неблагодарная девка! — кипятился её отец, Фань Сянмин. — Чем тебе не угодил молодой господин Бай? Зачем ты устроила этот цирк?!
— Сестрёнка, тебе лучше пойти к нему и извиниться, — вздохнул её двоюродный брат Фань Хао, совершенно не понимая, что за опилки в голове у кузины. — Он столько для тебя сделал. И проблемы решал, и дорогу прокладывал. Если бы не он, наша семья не взлетела бы так высоко!
Свадьба была у них в кармане, а она связалась с каким-то придурочным солдафоном.
Дядя Нинъэр тоже согласно кивнул:
— Хао прав. Нельзя быть неблагодарными. Если бы не молодой господин Бай, корпорация просто не дожила бы до сегодняшнего дня. Он отличная партия. Зачем было всё рушить?
Родственники семьи Фань были людьми самовлюблёнными, но не идиотами. Они понимали, что давить на Нинъэр нельзя. Если загнать её в угол, она упрётся и заявит, что лучше умрёт, чем извинится. Тогда всё точно будет кончено. Сейчас ситуация сводилась к одному: семья Фань возвысилась благодаря Нинъэр, из-за неё же она сейчас и шла ко дну.
Все взгляды скрестились на девушке, которая сидела, опустив голову и не проронив ни слова. На душе у неё скребли кошки. Будучи далеко не глупой, она прекрасно слышала, что они пытаются взять её уговорами. Но ведь помолвку разорвал Цзинхун, а не она! Она-то тут при чём?
Говорят, начинаешь ценить только тогда, когда потеряешь. Сейчас, вспоминая Цзинхуна, она уже не считала его таким отвратительным. Раньше он её жутко бесил, к тому же она хранила верность Чэнь Линю, поэтому была слепа. Зато теперь иллюзии рухнули. Стремительный взлёт корпорации «Фаньши», нескончаемый поток выгодных контрактов — всё это держалось исключительно на влиянии Бай Цзинхуна. Без него семья Фань оказалась именно тем, чем была на самом деле — ничем.
Чэнь Линя, наблюдавшего за этим спектаклем кнута и пряника, начало всё раздражать. Он шагнул вперёд:
— Господа! Я не вправе лезть в ваши семейные дела, но заставлять женщину жертвовать своим личным счастьем ради бизнеса — это уже перебор. К тому же, она — моя женщина. Вы не забыли спросить моё мнение?
Он властно заслонил Нинъэр собой, приняв позу короля, сошедшего с небес. На его губах заиграла надменная ухмылка, которая становилась всё шире. В этот момент он чувствовал себя до неприличия крутым.
Семья набросилась на Нинъэр, и его выход на сцену в роли единственного защитника должен был открыть ей глаза. Показать, что только он, Чэнь Линь, по-настоящему заботится о ней.
Он уже живо представлял, как девушка посмотрит на него глазами, полными любви и слёз благодарности. А когда всё закончится, он небрежно бросит: «Ну и что с того, что ради тебя пришлось пойти против всего мира?»
От такого любая растает!
Но вместо этого...
Шмяк!
В голову размечтавшегося Чэнь Линя прилетел ботинок.
— Это дела нашей семьи! Какого чёрта ты, чужак, лезешь со своими нравоучениями?! Кто тебя вообще манерам учил? — раздался яростный голос. — Если бы не твой цирк на свадьбе, мы бы не оказались в такой заднице! Проваливай!
Ботинок метнул Фань Хао. Его лицо перекосило от злости.
— Ты... ты хоть понимаешь, каковы будут последствия твоих слов? — В глазах Чэнь Линя вспыхнула ярость. Он уставился на Фань Хао как на покойника.
— Последствия? Да срать я хотел на последствия! Ты что, решил, раз когда-то там мутил с моей сестрой, то уже стал членом семьи? — взорвался Хао. — Сам сказал, что не вправе лезть, так какого хрена ты лезешь?! А ну пошёл вон, пока я не велел охране вышвырнуть тебя за шкирку!
У Фань Хао окончательно сдали нервы. У семьи корпорация на грани банкротства, а этот урод стоит тут, кривит рот и толкает пафосные речи. Так бы и вмазал!
— Нинъэр, мы и так терпели его выходки ради тебя. Но теперь пусть уходит, — раздражённо поддержали старшие.
Они тут, понимаешь, пытаются образумить девчонку, а этот кретин только воду мутит. Одно неверное слово — и Нинъэр упрётся окончательно.
Чэнь Линь сохранял уверенный вид. Он не сомневался, что Нинъэр сейчас встанет на его сторону. Ведь он единственный в этой комнате, кто заботится о её чувствах!
Но реальность снова подкачала.
Нинъэр нахмурилась и тихо произнесла:
— Чэнь Линь, пожалуйста, выйди.
Герой опешил. Но его мозг тут же нашёл оправдание.
«Ну конечно, они же не знают о моей истинной силе. Не понимают, что для меня решить их проблемы — раз плюнуть. Знали бы, что перед ними Аид, глава организации „Преисподняя“, ползали бы на коленях».
Он неторопливо пошёл к выходу, на прощание смерив собравшихся ледяным взглядом. Оказавшись на улице, Чэнь Линь достал телефон и набрал заграничный номер.
В трубке тут же раздался почтительный голос:
— Слушаю вас, Аид!
— Лигуй, — медленно проговорил Чэнь Линь. — Выясни, сколько денег нужно корпорации «Фаньши» в Лунхае, чтобы вернуться в норму.
Лигуй был одним из его верных подчинённых в «Преисподней».
— Слушаюсь! Ожидайте.
Через две минуты Лигуй доложил:
— Аид, потребуется один миллиард.
— Отлично. Переведи миллиард из фондов организации на мой личный счёт!
— Но, Аид... нужно ли согласовать это со Жнецом? Если он узнает о переводе...
— Закрой пасть! — рявкнул Чэнь Линь. — Я — Аид! Жнец делит со мной власть, но он мне не указ! Ты кому служишь, ему или мне?!
— Прошу прощения!
— Чтобы в течение суток миллиард был у меня!
Чэнь Линь сбросил вызов.
А споры в особняке тем временем разгорались с новой силой.
Чэнь Линь прикурил сигарету, зажав её в привычно искривлённой ухмылке.
«Семья Фань, скоро вы поймёте, что я — лучший зять, о котором можно только мечтать! Только отдав Нинъэр мне, вы получите шанс стать первым кланом в Лунхае, да что там — во всём Китае!»
Перед его мысленным взором снова замелькали картинки того, как он вытаскивает корпорацию из кризиса. Как Нинъэр смотрит на него полными обожания глазами. Как вся её семья склоняется перед ним в благоговении.
А он скажет: «Нинъэр, я не держу зла за их грубость. Пусть весь мир предаст меня, но я не предам никого!»
Каков масштаб личности! От такого величия она точно сойдёт с ума от любви. И тогда, быть может, уже сегодня ночью его наконец пустят к ней в постель.

Комментарии

Загрузка...