В ветеринарной клинике «Мон-мон» прошёл ещё один напряжённый день.
— Менеджер Чан. Пора домой, — сказал Ли Джун, посмотрев на часы.
— Да, директор.
Через мгновение Чан Сора, закончив собираться, вышла и увидела Ли Джуна, сидящего в смотровом кабинете.
В отличие от неё, которая уже сняла форму, Ли Джун всё ещё был в медицинской одежде и халате.
— Вы не уходите, директор? Кто-то придёт на консультацию? — спросила Чан Сора, направляясь к выходу.
— Нет. Я договорился встретиться с друзьями, но, кажется, они задерживаются.
— А, понятно.
— Вы отлично поработали на этой неделе.
— Поработала, да. Собаки такие послушные, что мне было очень легко.
Услышав слова Чан Соры, улыбка на губах Ли Джуна стала шире.
— Животные добрые, но работа есть работа. Идите отдохните.
— Да, и вы тоже, директор. Тогда увидимся на следующей неделе.
После того, как Чан Сора ушла, Ли Джун вошёл в смотровой кабинет и продолжил систематизировать медицинские карты.
Ли Джун всегда тщательно организовывал карты.
Он записывает как бы незначительные замечания хозяев, например: «Почему он иногда дрожит», «Он плохо ест несколько дней» или «Его рвало».
Сравнение этих записей с результатами анализов помогает в раннем выявлении заболеваний.
Однако теперь, когда информация, полученная от хозяев, дополнилась информацией, полученной непосредственно от собак и кошек, Ли Джуну нужно было записывать гораздо больше.
Клац-клац-клац-клац-клац.
Некоторое время в кабинете слышался только стук клавиш.
Так прошёл примерно час.
Раздался звонок колокольчика, и вошёл мужчина с большим рюкзаком.
— Добро пожаловать...
Когда Ли Джун вышел из кабинета, по привычке приветствуя посетителя, уголки его губ изогнулись в улыбке.
У Ли Джуна, у которого не было семьи, есть два друга, которые были ему как братья, и один из них стоял прямо перед ним.
Хотя он был всего в нескольких шагах, Ли Джун ускорил шаг.
— Квак Сухо!
Голос Ли Джуна, назвавший имя друга, был полон радости.
— Поздравляю с открытием.
— Да, спасибо. Подумать только, друг прилетел ко мне на открытие.
— Конечно, я должен был приехать.
Квак Сухо, находившийся в Африке, планировал вернуться домой примерно через три месяца.
Однако, узнав о том, что его лучший друг, Ли Джун, открывает ветеринарную клинику, он не мог просто сидеть сложа руки.
Тем более, если речь идёт о Ли Джуне.
Квак Сухо немедленно решил вернуться.
— Ты нормально питаешься? Ты выглядишь как настоящий бродяга.
— А какая связь между едой и внешностью бродяги?
— Сначала посмотри на себя. Люди не шарахались, пока ты сюда ехал?
— С чего бы?
Квак Сухо на мгновение задумался.
— Если подумать, в метро рядом со мной никто не садился.
— Удивительно, что тебя не выгнали.
— Ну. — Квак Сухо небрежно пожал плечами и оглядел интерьер. — Выглядит намного лучше, чем на фотографиях, а?
— Довольно неплохо, да?
Губы Ли Джуна невольно изогнулись в улыбке от похвалы друга.
— Да, здесь как-то уютно. Может, из-за этого светло-зелёного цвета?
Квак Сухо внутренне усмехнулся, подумав, что эта ветеринарная клиника «Мон-мон» чем-то напоминает африканские равнины.
«Подумать только, мысли о таком прямо посреди Сеула».
Квак Сухо, забавляясь даже собственными мыслями, перевёл взгляд на рисунок с Монги и Ли Джуном, широко улыбающихся.
— Ух ты, кто это нарисовал? Здорово.
— Маленькая хозяйка нарисовала.
Улыбка появилась на уголках губ Ли Джуна, когда он отвечал.
«Рисунок полон благодарности».
Удивительно, что так скоро после открытия клиники появились такие благодарные хозяева.
— Должно быть, она очень благодарна.
— Ну, наверное.
— Меня опередили. Я думал, буду первым.
Квак Сухо полез в рюкзак и достал квадратный свёрток.
— Вот, возьми.
— Что это?
— Подарок на открытие.
— Картина?
Судя по форме, это была рамка.
Когда он развернула плотно обернутую пузырчатую плёнку, внутри действительно оказалась картина в рамке.
На картине был изображен мужчина в белом халате, в окружении кота и собаки, а позади них — слон, лев, леопард, бегемот и другие животные.
Однако все эти животные были маленькими, милыми дет1нышами.
Все детёныши улыбались Ли Джуну.
Взгляд Ли Джуна, который был прикован к картине, остановился на одном месте.
Шнауцер.
Собака на картине была точь-в-точь как Кондоль.
А кот рядом с Кондоль тоже был знаком Ли Джуну.
«Это Гымдаль Сухо. Тогда где же Чача?»
Ли Джун медленно провёл рукой по рамке и заметил рядом с бегемотом зелёные и жёлтые точки.
Его взгляд привлёк этот яркий цвет, и он усмехнулся.
Жёлтые и зелёные точки оказались не точками, а птицей. Чача.
«Да, вот ты где».
Можно было бы ожидать, что он нарисует птицу на плече Ли Джуна или на спине слона, но Квак Сухо этого не сделал.
Независимо от размера животного, он никогда не рисовал ничего на их спинах.
Это была характерная черта картин Квак Сухо.
Уголки рта Ли Джуна слегка изогнулись в улыбке.
Увидев это, Квак Сухо вздохнул с облегчением.
Честно говоря, Квак Сухо колебался, рисуя.
Включать ли Кондоля или нет.
Однако, зная, что Кондоль значит для Ли Джуна, Квак Сухо не хотел его убирать.
Он знал, что Ли Джун захотел бы познакомить Кондоля со своей новой клиникой.
— Спасибо, Квак Сухо.
— Ну, у меня полно свободного времени, — беззаботно ответил Квак Сухо, и Ли Джун хлопнул его по плечу.
— Я прекрасно знаю, как ты занят.
Квак Сухо снимал видео с дикими животными, рисовал их и выкладывал на YouTube.
Чаще всего в его рисунках и видео часто появлялись осиротевшие детёныши.
А теперь он стал таким знаменитым, что люди выстраиваются в очередь, чтобы купить его картины до того, как он начинает их рисовать.
— Если знаешь, то приезжай как-нибудь в Африку.
Ли Джун, прекрасно понимая, что имел в виду Квак Су-хо, ответил с улыбкой:
— Да, приезжай как-нибудь.
— Кстати, когда приедет этот парень, Уджин?
— Ну, он сказал, что сегодня немного опаздает. У него, наверное, приём затянулся.
— Правда?
В этот момент за окном показалась фигура.
— Вот он идёт.
— Точно. Но почему он такой уставший?
Как и сказал Квак Сухо, Чхве Уджин, только войдя, плюхнулся на стул в вестибюле.
— О боже, умираю.
— Эй, ты друга год не видел, а даже не поздороваешься?
— Ага, щас. Мы созванивались по видео на прошлой неделе. И раз ты стоишь тут, похоже, нормально доехал.
— Ладно уж.
— Кстати. Ли Джун, ты теперь знаменитость.
— О чём ты?
— Ну, ты же Великий доктор (Су-ним).
Чхве Уджин, сказавший «Су-ним», расхохотался.
— Эй, это просто хозяин так написал.
— В смысле «Су-ним»?
Эти слова одновременно вырвались из уст Ли Джуна и Квак Сухо.
— Наш потрясающий Ли Джун отличился.
Чхве Уджин ещё сильнее прижался к стулу и, с преувеличенным выражением лица, пересказал им историю Дубу и сообщение на сайте «КотиМило».
— Ого, серьёзно? Если такое случилось, почему ты сразу не сказал хённиму?
— Кто тут ещё «хённим»?
— Как кто. Я же твой хённим.
— Что ты несёшь?
— Ли Джун, молодец. Уже имя себе сделал.
Квак Сухо, не обращая внимания на ворчание Чхве Уджина, осыпал Ли Джуна похвалами.
— Хозяин Дубу просто был ко мне добр.
— Эй, ты думаешь, легко понравиться хозяину животного? Невероятно то, что маленький ребёнок так к тебе относится.
Квак Сухо указал рукой на стену, где висел рисунок.
Взгляд Чхве Уджина, естественно, тоже обратился к стене.
Чхве Уджин, который сразу же сел на стул в вестибюле, не заметил висящий на стене рисунок.
— Что там?
Чхве Уджин встал, направился к кабинету и сразу увидел рисунок.
— Рисунок.
— Её подарила хозяйка.
— Эту?
— Да, Ли Джуну. Разве собачка не выглядит невероятно счастливой?
— Похоже на то.
Чхве Уджин долго молча смотрел на рисунок.
Увидев это, Ли Джун принёс картину в рамке, которая стояла рядом со стойкой регистрации.
— Сухо, куда бы её повесить?
Услышав слова Ли Джуна, Чхве Уджин повернул голову.
— О, ещё одна рамка. Сейчас стало модно дарить рамки?
Глаза Чхве Ужина расширились, когда он увидел картину в рамке.
На ней были изображены Кондоль Ли Джуна, Гымдаль Квак Сухо и его собственный попугай Чача, широко улыбающиеся и смотрящие на него.
— ...Действительно отличный подарок на открытие.
— Я тоже так думаю. Куда бы его повесить?
— Повесь на видном месте. Раз уж все на ней улыбаются, думаю, это успокоит тех, кто на неё смотрит.
— Точно, надеюсь, дети, которые придут на лечение, будут улыбаться так же. И хозяевам бы это понравилось.
Чхве Уджин, который говорил, завистливо глядя на картину, повернулся к Ли Джуну, словно его только что осенило, и спросил:
— Кстати, Ли Джун, это правда?
— Что?
— Как «что»? Что ты сам осмотрел и вылечил того кота по кличке Дубу?
— А, это? Да.
— У него, должно быть, был сильный стресс. Или нет. Даже если он был слаб, как ты смог сам с ним справиться?
— Нет, всё было в порядке.
— Значит, это правда?
Глаза Чхве Уджина расширились.
— Он был приличным.
— Невероятно. И не с собакой, а с котом...
Чхве Уджин замолчал и покачал головой.
Наблюдая за ним, Ли Джун усмехнулся и пошутил:
— Что. Тебя опять укусила кошка-монстр?
— Нет, сегодня не кусали, но... эх, — вздохнул Чхве Уджин, вспоминая прошедший день.
— Но что? Что случилось?
— Принесли сильно обезвоженного кота, но такого дикого, что я чуть с ума не сошёл. Он полностью разгромил кабинет, забрался на верхнюю полку книжного шкафа и шипел... эх.
— Ты тоже молодец. Быть ветеринаром, при этом так бояться кошек.
— Да говорю же, не боюсь я. Просто этот кот был слишком нервным.
— Ладно-ладно. Кошки всегда немного тебя недолюбливали.
— Ты что, издеваешься?
— Нет?
— Тогда просто попроси, чтобы тебя освободили от работы с кошками. Ты и так хорошо с собаками справляешься. И с экзотическими животными тоже.
— Ну, доктор Джу обычно занимается кошками. Проблема, когда у него выходной.
— Полагаю, сегодня у доктора Джу был выходной.
— Верно. О, Ли Джун, когда будешь свободен?
— Время?
— У нас в клинике кошка с хроническим FLUTD*. Она очень нервная. Для её осмотра доктор Джу хотел бы попросить твоей помощи.
— Правда?
— Да.
— В любое время после работы — пожалуйста. Ах да, и по воскресеньям тоже найду время, если предупредишь заранее.
— Спасибо. Уф, если бы я только мог разговаривать с кошками, я бы спросил их, почему они так злятся. Серьёзно.
— Спроси.
— Что?
— Просто спроси, почему они тебя не любят.
Услышав слова Ли Джуна, оба друга усмехнулись.
— У тебя, похоже, сахар упал. Пойдём что-нибудь поедим.
— Да, ощущение, что живот к спине прилип. Пошли.
— Сухо, ты что хочешь поесть?
— Давай пойдём туда, где ты хочешь.
— Хорошо бы жареную свиную грудку и это, — Квак Сухо сделал жест, словно пьёт. — И кимчи тоже.
— Хорошо-хорошо, тогда пойдём есть.
Трое друзей вышли из клиники и направились в мясной ресторан.
П/П: *FLUTD (Feline Lower Urinary Tract Disease) — собирательный термин для заболеваний нижних мочевыводящих путей у кошек. Это не отдельная болезнь, а комплекс патологий, объединённых общими симптомами.
FLUTD объединяет ряд заболеваний мочевого пузыря и уретры у кошек, которые имеют схожую клиническую картину. Чаще всего болезнь развивается у молодых и средневозрастных кастрированных котов.

Комментарии

Загрузка...