Эпизод 36 / Глава 1: Один (1)
Перевод: Цубак.
Редактура: Джулсмул.
Олимпийский бог Зевс некогда изрёк фразу: «враг мира».
Мудрец, ведающий одним из углов Храма, говорил, что это тень, от которой невозможно избавиться, пока живешь на залитой солнцем стороне.
Подобно тому, как существуют понятия дня и ночи, в Асгарде и Десяти Мирах всегда противостояли друг другу две силы.
Те, кто желал сохранить этот мир.
И те, кто жаждал его уничтожить.
Те, кто стремился к сохранению мира, были существами живыми. Большинство из них представляли богов, которые надеялись сберечь его и вести за собой.
Асы и ваны Асгарда, боги Олимпа, люди Храма, а также Племена Богини Дану и милесийцы Эрин.
Им не требовалась причина для борьбы. Для любого живого существа стремление продолжать жизнь было самим инстинктом.
Те, кто желал разрушения, ничем от них не отличались.
Великаны Асгарда, титаны Олимпа, чудовища Храма и фоморы Эрин.
Они точно так же подчинялись своим инстинктам, как и те, кто пытался сохранить мир. Они уничтожили бы его, сожгли дотла и вернули к первоначальному истоку.
Они родились такими. Несмотря на то, что они обитали в том же мире, что и защитники порядка, в глубине души они алкали его гибели.
Это было трудно объяснить, да и вряд ли кто-то смог бы понять до конца.
Те, кто стремился защитить мир, и те, кто пытался его разрушить, были совсем разными. Они обладали совсем противоположным складом ума.
Без преувеличения можно сказать, что битвы между этими двумя силами знаменовали собой начало и конец мира.
Эрин служила самым ярким тому примером.
Победу в Эрин одержали те, кто жаждал её уничтожения, и потому этот мир перестал существовать. Конечно, они всё ещё не могли вернуть всё к абсолютному ничто, поскольку оставались другие миры, но сама Эрин превратилась в мёртвую землю, где жизнь больше не могла возникнуть.
Долгая, бесконечная борьба.
Из-за этого всё далеко не всегда текло по одному руслу; однако за столь долгое время кровь защитников мира и его разрушителей успела смешаться.
Фоморы в этот раз тоже служили отличным примером.
Великий Король Кихол, предводитель фоморов, был тем, кто жаждал лишь разрушения. Но некоторые из его потомков захотели не столько уничтожать, сколько подчинять себе.
В особенности Блесс, в жилах которого было куда больше крови Племён Богини Дану, предпочитал сохранять мир, а не рушить его.
То же самое происходило и в Асгарде.
Жажда разрушения у великанов различалась, и находились даже те, кто рождался с тягой к созиданию.
Бог лжи и огня Локи как раз воплощал собой подобный случай.
Причина, по которой Один наделил его титулом бога, крылась не только в том, что гигант был с ним тесно связан. Локи родился на самой грани между богами и великанами, а потому Всеотец присвоил ему высокий ранг, чтобы привязать ближе к лагерю небожителей.
Но даже при этом он оставался великаном. В его душе и теле всё ещё таилась искра жажды разрушения.
Именно этот инстинкт и притянул его к великанше Ангрбоде.
Ангрбода была полной противоположностью законной жены Локи — Сигюн.
Сигюн принадлежала к асам, желавшим сохранить мир, и слыла доброй, мягкой и выдающейся женщиной.
Ангрбода же впитала в себя густую кровь тех, кто жаждал разрушения; она была злой, жестокой и находила удовольствие в чужих страданиях.
У Локи и Ангрбоды родилось трое детей.
Можно сказать, что все трое появились на свет почти одновременно.
Когда родился первый ребёнок, Фенрир, Локи думал, что сможет совладать с ним.
Когда на свет появился второй, Ёрмунганд, Локи всё ещё придерживался того же мнения.
Но когда родилась третья и последняя, Хель, Локи понял, что дело неладно.
Фенрир и Ёрмунганд были существами, чьей единственной целью было разрушение.
Третий ребёнок, Хела, была ближе к Локи — она стремилась к сохранению. Вот почему Локи чувствовал, что Хела отличается от двух других детей, рождённых до неё.
Локи не мог убить Фенрира и Ёрмунганда.
Для Локи, чья натура тяготела к созиданию и порядку, было нелегко убить собственных детей, которым предстояло продолжить следующий род.
Локи придумывал для себя всевозможные оправдания.
— Ангрбода возражала: «Даже если появится одно или несколько существ, желающих уничтожить мир, неужели он действительно будет разрушен?»
Локи вырвался из чар Ангрбоды и бежал в Асгард.
И в этом заключалась вторая ошибка Локи.
Под присмотром Ангрбоды трое детей выросли и стали трансцендентными существами.
Старший, Фенрир, превратился в мирового волка, которому было суждено положить конец этому миру.
Второй, Ёрмунганд, вырос в гигантского космического змея, способного оплести своими кольцами весь Асгард.
Третьей была Хела — сущность, вырвавшаяся из привычного течения времени.
Время шло, и началась Великая война.
Мировой волк и космический змей стали ещё более чудовищными, сожрав свою мать Ангрбоду, стоявшую в авангарде, и Локи погрузился в ещё более глубокое отчаяние.
Вой Мирового Волка сотряс Мидгард.
Его крик пересёк время и пространство, подобно рогу Хеймдалля, Гьяллархорну.
Локи закружилась голова. Он вмиг понял, что́ должно произойти.
Мировой Волк, которого, по их мнению, с таким трудом удалось одолеть в Великой войне, вернулся, и к тому же теперь он находился рядом с Королем-Магом.
Локи снова впал в отчаяние, но дело было не только в силе Фенрира.
Мировой Волк родился как заклятый враг Одина.
Он был оковами судьбы, от которых не могли скрыться даже боги.
Один не мог победить Мирового Волка. Без преувеличения можно было сказать, что Фенрир родился, чтобы убить Одина.
Локи сглотнул вязкую слюну. Его голова, судорожно перебиравшая все возможные стратегии, полностью онемела. Он не мог придумать ни единой мысли.
— Локи!...
позвал его Тэ Хо и схватил за воротник остолбеневшего Локи.
Тэ Хо ничего не знал о судьбе Одина. Он также не ведал о прошлом Локи или его глубоком отчаянии.
Но в одном он был уверен. Обладая проницательностью в стиле Скатах, он ухватил самую суть.
— У нас только мы сами!...
широко распахнул глаза. Он понял, о чём говорит Тэ Хо.
Всё было именно так, как тот и сказал.
Один действовал по плану Короля-Мага, и поэтому все лучшие воины сражались на полях сражений Асгарда и Мидгарда. Только Локи и Тэ Хо могли прийти на помощь Одину, стоявшему лицом к лицу с Мировым Волком.
Локи задвигал руками. Он без колебаний вычерчивал сложнейшие руны.
Тэ Хо поднял голову. Воины высшего ранга, верхом на Чёрных Вспышках, сражались с великанами, спустившимися из огненного столпа. На их бледных лицах отразился страх перед неожиданным воем Мирового Волка.
У них не было времени, к тому же они не знали правды о Локи. Оглушенные воем Мирового Волка и пришедшие в смятение, они вполне могли напасть на Локи.
— Господин!...
Аденмаха подбежала к Тэ Хо, приняв облик богини. Поняв, что обстановка накалилась до предела, она тут же бросилась к нему.
Рядом с ней находился Мерлин. Заметив Тэ Хо рядом с Локи, он глубоко вздохнул, но это длилось всего мгновение. Увидев, что Тэ Хо смотрит на него, а Локи вычерчивает руны, старик сразу всё понял. Не говоря ни слова, он тоже принялся выводить знаки, помогая в сотворении магии Локи.
— Воин Идунн,...
позвал Тэ Хо Локи. Затем он крепко сжал его руку, завершая заклинание.
Магия дальней телепортации.
Яркая вспышка поглотила Тэ Хо и Локи.
Король Магов стоял на месте. Мировой Волк, что возник над ним с оглушительным рыком, приземлился на землю.
Это был волк с чёрной шерстью, настолько огромный, что мог проглотить бога одним махом.
Его алые глаза уставились на Одина и воинов Вальгаллы.
Их противостояние продлилось недолго. Мировой Волк бросился вперед, а Король Магов взмахнул руками и высвободил мощную магию.
— Один!
Рагнар рванул вперед и заорал во всю мочь, тогда как элитные воины сбоку бросились к Одину, чтобы остановить Мирового Волка.
Но сам Один не успел среагировать мгновенно. Он только-только пришел в себя, как Мировой Волк разинул пасть и задрал голову.
Воины обрушили на Мирового Волка градом удары, заслоняя Фенрира.
Однако Мировой Волк не остановился ни на секунду. Он принял атаки воинов голым телом и широко разинул пасть, после чего рассек воздух и задействовал сагу.
[Сага: Челюсть Мирового Волка]
Эта сила досталась ему по наследству от Локи, который был близок к божеству. Челюсть Мирового Волка способна проглотить нескольких воинов, богов и даже сам мир.
Подавляющая мощь смела всё вокруг Мирового Волка. Снизу вверх и сверху вниз — всё рушилось так, будто угодило прямо в пасть зверю.
Воины тут же попытались выскочить из зоны поражения Мирового Волка, но увернуться смогли не все. Одного из них настигла «Челюсть Мирового Волка». Невидимые гигантские зубы разорвали ему грудь.
Мировой Волк снова разинул пасть и бросился на ближайшего воина.
В то же время Король Магов сотворил несколько заклинаний, обрушив на воинов гигантский водоворот из огня и молний.
— Один!
— возопил Рагнар. Он смотрел не на воинов, неспособных остановить натиск Мирового Волка, а на водоворот, казалось, готовый разорвать саму реальность на части. Выхватив из ножен викингский меч, он принялся лихорадочно соображать, как объединить бойцов.
В тот же миг Один наконец перешел в контракту. Он испустил громовой рев и задействовал заклинания, заготовленные на острове.
Будучи богом войны и одновременно богом магии, он обрушил на врага ледяные столпы, что взметнулись из земли, пронзили и уничтожили огненно-грозовые вихри. Земля раскололась без предупреждения, и Мировой Волк рухнул в образовавшуюся трещину.
Один взглянул на Короля Магов своим единственным глазом, а тот сотворил новое заклинание. Посмотрев на паутину из десятков тысяч молний, Король Магов вскинул правую руку, и земля взметнулась вверх, преграждая путь разрядам.
Ква-га-га-анг!
Раздался оглушительный грохот, и пока половина элитных воинов готовилась к бою, вторая бросилась на Короля Магов.
Рагнар посмотрел на Мирового Волка, рухнувшего в расселину. Всё было именно так, как он и ожидал: одной лишь ловушкой зверя не удержать.
Крунг!
Земля содрогнулась, будто при землетрясении, и каменные тиски, сковывавшие Мирового Волка, разлетелись в пыль. Зверь соверсил огромный прыжок и взвыл.
Это был не обычный крик. Этот вопль ломал волю воинов и был способен сокрушать магию.
Король Магов свирепо глянул на мчавшихся к нему элитных воинов и повел рукой. Из его тени мгновенно выросли черные гиганты и бросились навстречу бойцам.
Завязалась схватка. Теневые гиганты не могли тягаться с элитными воинами, но они вполне годились на то, чтобы выиграть время, и в этом заключалась цель Короля Магов. Он должен был потянуть время, пока Мировой Волк покончит с Одином. В текущий момент время играло на стороне Короля Магов.
Один метнул Гунгнир в Мирового Волка. Магическое копье, славившееся абсолютной точностью, взмыло с невероятной скоростью и пронзило волку правый глаз.
Глаз зверя лопнул, кровь хлынула фонтаном, но тот даже не подумал остановиться. Вместо того чтобы кричать от боли, он задействовал «Челюсть Мирового Волка».
Часть мира снова рухнула. Огромная черта пролегла по левой стороне острова, где рос Мировое Древо, и всё, что оказалось на этой линии, было уничтожено. Отрезанный кусок острова обрушился и погрузился в пучину моря.
Это была превосходящая всякое воображение мощь Мирового Волка, к тому же с каждой секундой он становился всё сильнее. Сейчас его туша казалась вдвое больше, чем при первом появлении.
Рагнар и воины даже не помышляли об отступлении. Отважно бросившись на Мирового Волка, Рагнар одновременно применил рунную магию, чтобы передать свои мысли Одину.
— Беги!
Один не сможет одолеть Мирового Волка.
Такова была судьба.
Божественная сила и магия Одина слабели в присутствии волка.
А Мировой Волк, напротив, становился сильнее перед лицом Одина.
Рагнар был прав. Приходилось последовать его совету: отступить и подготовиться к тому, что ждет впереди.
Но Один не мог среагировать мгновенно. И дело было не только в страхе перед Мировым Волкам. Он — король и воин. Он не мог бросить бойцов, которые отдавали за него жизни. Он не мог бежать, показывая врагу спину.
Секунда колебания.
Он не мог отвести взгляд. Мировой Волк пронёсся сквозь ряды воинов, бросился на Одина и снова разинул пасть.
Один смотрел на этого Мирового Волка. Он видел его глотку — бездонную и зияющую, словно чёрная дыра.
В этот миг Один вспомнил слова Мимира. Это было похожее на проклятие послание, которое он выслушал от начала и до конца.
«В день, когда пробудится Мировой Волк, ясный, но безрассудный Царь Богов, что бросает ему вызов, станет собачьим кормом».
Тот не ошибся.
Ему не уйти от судьбы.
«Челюсти Мирового Волка» пришли в движение, и мощь, исторгаемая небом и землей, хлынула на Одина.
Он умрёт.
Вот и конец.
Так подумал Один. Он всю жизнь боролся с судьбой, но теперь пришло время ей покориться.
Но в самый этот миг...
Когда Один уже собирался закрыть глаза...
Яркий свет разорвал пространство, и отголоски дальней телепортации слегка сотрясли мир.
Король Магов повернул голову, а Локи, появившийся из разорванного пространства, что-то выкрикнул.
И кто-то взмахнул мечом.
Кто-то встал перед Одином, пытаясь противостоять невидимым клыкам.
У Одина перехватило дыхание. В замершем на миг времени он вспомнил другие слова Мимира.
«72 972 из 100000».
Первое изменение.
День, когда неуклонно росший процент разрушений наконец пошёл на спад.
И существо, вызвавшее это изменение.
Один посмотрел на золотую яблоню, вышитую на плаще воина.
И невольно выкрикнул.
— Воин Идун!
Тэ Хо взмахнул Калибурном и преградил путь клыкам Мирового Волка мечом короля.
< Эпизод 36 — Один (1) > Конец.
Примечание ТЛ: Спасибо за чтение ~

Комментарии

Загрузка...