Предводитель восточных ёкаев, Квиран.
Он был противником, которого я уже одолел в прошлой жизни.
Пусть тогда у меня и было всего четыре солнечных кольца, я всё равно победил. Я досконально знал все его повадки и уязвимости.
С покорением Пепельного леса дело обстояло точно так же: походный дневник Люсии послужил мне безупречным путеводителем.
Таким образом, каждый мой шаг опирался на опыт первой жизни.
Но сейчас ситуация была совершенно иной.
В первой жизни я ни разу не встречался с императором лицом к лицу.
Насколько глубоки помыслы государя, невозможно было даже представить.
— И брак с принцессой тебе не по нраву, и сестру приёмной дочерью отдать не желаешь...
Я затеял эту игру, не сумев предугадать его действий.
Не просчитав нынешнее развитие событий, я оказался совершенно не готов.
Я украдкой приподнял голову.
Сквозь прорези железной маски на меня сверху вниз устремился мрачный взор.
Истинные цели и намерения императора... Я прекрасно их понимал, но понятия не имел, как их удовлетворить.
— Ваше Величество. Молю, примите во внимание искреннюю преданность вашего покорного слуги.
— Не бывать этому. Склонишь спину — и корона упадёт.
В голосе не слышалось ни единого перепада интонации. В нём не чувствовалось даже лёгкой дрожи от гнева.
Сними я с него эту маску и взгляни в обнажённое лицо, всё равно не смог бы прочесть мысли этого человека.
— Талантом к ратному делу ты не обделён, но в красноречии явно слаб. Государственного мужа из тебя не выйдет.
— ...
— Непокорные гибнут не от клинка, рассекающего шею. Они гибнут, удавленные собственным языком.
Мысли лихорадочно завертелись.
Контроль над родом Карденос. Незыблемая власть императорской семьи.
Вот две причины, по которым государь потребовал династического брака и заложницу.
— ...Ваше Величество, — сдавленный голос с трудом вырвался из моего горла. — Позволено ли мне будет сделать предложение, выгодное для обеих сторон?
Лезвие меча, давившее на плечо, замерло.
Император опасался, что после его кончины род Карденос захватит престол. К тому же авторитет короны в последнее время стремительно падал.
— Истинное желание императорской семьи заключается в контроле над Карденосом и сохранении власти посредством этого контроля.
Брак и удочерение могли бы восстановить пошатнувшееся величие короны, послужив отличным орудием пропаганды как внутри страны, так и за её пределами.
— Дерзаю доложить, но этот компромисс не просто позволит обуздать Карденос и укрепит власть венценосного дома, но и вернёт ему легитимность благодаря символу Первого императора.
Дыхание государя стало едва заметным. Он проявил интерес.
Сделав глубокий вдох, я встретил его взгляд:
— Я доставлю Дракона-хранителя империи прямо к подножию трона Вашего Величества.
Дыхание за железной маской почти утихло.
Порой молчание выдаёт истинные чувства красноречивее любых слов.
Дракон-хранитель.
Одного лишь её присутствия было достаточно, чтобы величие императорского дома вновь взмыло на недосягаемую высоту.
В те далёкие времена, когда Дракон-хранитель отвернулась от империи...
Согласно историческим хроникам, власть правившего тогда монарха пала на самое дно.
— Мне ведомо, что Дракона-хранителя связывает с императорской семьёй священный пакт.
Пакт — исключительная привилегия драконов. Абсолютная клятва, залогом которой служит само сердце дракона.
— Простите мою дерзость, но я считаю, что Дракон-хранитель — это и есть утраченный авторитет короны.
Пока Дракон-хранитель обитала в императорском дворце, власть монарха оставалась непререкаемой.
Положение короны пошатнулось, а аристократы императорской фракции начали страшиться междоусобицы лишь после того, как она скрылась от людских глаз.
Среди высшей знати ходили самые разные кривотолки.
Не расторгнут ли пакт? Или же она давно мертва, а двор просто скрывает правду?
Они тайно собирали слухи, выискивая бреши в императорской власти.
Когда существо скрыто от взоров и не подаёт о себе вестей, ростки сомнений неизбежно дают всходы.
И не существовало лучшего доказательства верности, чем развеять эти сомнения раз и навсегда.
— ...Доставить сюда Дракона-хранителя — условие заманчивое.
Раздался сухой голос.
Для государя это предложение и впрямь было самым желанным.
Нет. Подобная выгода не шла ни в какое сравнение с двумя предыдущими требованиями.
Прежде всего, легитимность, которую даровал символ Первого императора, ценилась дороже любых несметных богатств.
За минувшие сотни лет двор предпринимал бесчисленные попытки вернуть расположение Дракона-хранителя.
Все они окончились крахом, но я был другим.
— А если она вскоре снова сбежит в своё логово, что ты тогда станешь делать?
— Я устраню изъяны в пакте и верну её на службу короне. Если же я потерплю неудачу, то соглашусь на брак и лично отправлю сестру во дворец.
Закончив речь, я медленно склонил голову.
Даже вступи она в сговор с Карденосом, Дракон-хранитель ни за что не объявит императорскую семью врагами.
Пакт, оставленный Первым императором, всё ещё действовал, а новые соглашения не должны вступать в противоречие со старыми.
Она оставалась абсолютной союзницей императорского рода.
Всё, что мне оставалось, — это исправить огрехи в существующем договоре.
«В любом случае, её силу необходимо склонить на свою сторону».
Была ли она на стороне человечества или империи, на стороне империи или правящей династии...
Выживание рода людского и сохранение империи были неразрывно связаны.
— Твоя правда. Нет более глубокой верности, чем вернуть короне Дракона-хранителя. Однако ты слишком легкомысленно судишь о ней. Сломить её упрямство будет отнюдь не просто.
В первой жизни Дракон-хранитель вмешалась лишь из-за вторжения Внешних богов.
Пока не наступит конец света, она ни за что не явится сама.
Вот только я точно знал, чего она жаждет на самом деле.
— Пепельный лес тоже сотни лет оставался демоническим краем, непокорным империи. Я возьмусь за это дело с той же решимостью.
Сквозь прорези маски мрачный взгляд скользнул к висевшему на моём поясе Хёльхангёму.
— Ты покарал Владыку демонов пепла и заставил склониться даже предводителя Востока. Неудивительно, что твоя дерзость достаёт до самых небес.
*Ш-ш-шух.*
Обух меча, давивший на плечо, крайне медленно поднялся.
*Дзынь-ь-ь!*
Отброшенный императором клинок со звоном покатился по полу.
— Даю тебе полгода.
Полгода.
Услышав этот срок, я сразу всё понял.
Император смутно догадывался, сколько ему осталось жить.
— Если не успеешь справиться, пока я не закрою глаза навеки, отдашь и себя в мужья, и сестру. Сразу обоих.
Удавка, сжимавшая горло, наконец ослабла. Я с великим трудом сдержал вздох облегчения.
Крепко сжав губы, я склонил голову:
— Да будет исполнена воля Вашего Величества.
— Неужто тебе так не хочется расставаться со своей никчёмной сестрой-бастардом?
Я медленно поднял глаза.
Вопрос прозвучал неожиданно, но в нём чувствовалась искренность.
— Ваш покорный слуга не желает терять единственного родного человека.
— Говоришь так, будто уже терял её однажды.
— ...
*Топ.*
Сделав шаг, государь отошёл от меня и снова опустился на край постели, как и в самом начале.
— Ступай прочь.
Прямой приказ покинуть покои. С соблюдением всех мыслимых церемоний я отвесил глубочайший поклон.
Поднявшись на ноги, я повернулся к нему спиной и зашагал к выходу.
— Не вздумай меняться.
Сзади донёсся голос повелителя.
Почему-то его тон разительно отличался от привычной безжизненной сухости.
— Не растеряй то, что у тебя на сердце.
Предупреждение о том, что при первой же неудаче или малейшем сомнении в верности моя голова слетит с плеч?
Казалось, в этих словах крылся и иной смысл... но выискивать его подноготную не было времени.
Я просто сделаю то, что должно.
◇ ◇ ◇
*Грохот...*
Экипаж плавно катил по вымощенному тракту.
— Подумать только, личная аудиенция у самого императора! — затараторила сидевшая рядом Селин.
После общения с монархом один только вид сестры мигом снял всё напряжение.
Удивительно, насколько резким может быть перепад эмоций.
— Брат, вы просто невероятны...
Селин сжала крошечные кулачки, а её глаза засияли от восхищения.
Она говорила так лишь потому, что ничего не знала. Узнай она, что творилось за теми дверями, наверняка лишилась бы чувств.
— Ох, Селин-шиллинг. Столько всего навалилось... Я так устал, правда.
— Э-это понятно! Окажись я перед государем, упала бы в обморок на первой же секунде. От дикого страха...
Глядя на то, как она сжалась, я невольно усмехнулся. Зная Селин, она и впрямь могла так поступить.
— В любом случае, всё закончилось благополучно, и это главное.
О разговорах с императором принято молчать, таков негласный закон. Селин тоже не стала расспрашивать дальше.
Я давно хотел сделать ей подарок, но вокруг постоянно вертелись лишние люди.
Пошарив за пазухой, я достал перо Акаши и протянул его сестре:
— Держи, это тебе.
— А что это?
— Сокровище из императорской сокровищницы. Говорят, артефакт, созданный Драконом-хранителем.
При этих словах рот Селин широко раскрылся от изумления.
Её бурная реакция была вполне ожидаема.
Мало того что сокровище императорского рода, так ещё и творение самой Дракона-хранителя.
Чтобы пользоваться пером Акаши, сперва требовалось освоить рунические письмена, но в этом не было ничего сложного.
Учитывая талант Селин и наставления Люсии, она освоит их в два счёта.
*Прищур-р.*
Распахнутые глаза девочки вдруг подозрительно сузились. С чего бы это?
— Брат. Вы же надо мной подшучиваете?
— Вот те раз. Ты что, не веришь родному брату?
— Не верю.
— ...Я серьёзно. Попробуй черкнуть им по воздуху.
С недоверчивым видом Селин взмахнула пером в пустоте.
*Вжих.*
В абсолютно пустом воздухе прочертилась отчётливая лазурная линия.
— !
Опешив от неожиданности, Селин выронила перо из рук.
— Осторожнее. Говорю же, реликвия, созданная Драконом-хранителем.
Её тоненькие пальчики мелко задрожали.
Даже подобрав упавшее перо, она никак не могла унять эту дрожь.
— Б-брат... Зачем вы отдаёте столь драгоценную вещь мне?..
— Потому и отдаю, что она драгоценная.
Огромные глаза Селин заблестели от подступивших слёз. Крепко сжав перо обеими ручками, она благоговейно прижала его к груди.
Наверное, для неё было важнее то, что подарок исходил от меня, а не ценность самого сокровища.
— Реликвия Дракона-хранителя...
Хм.
А может, и нет.
— Но разве тогда вам ничего не досталось?
— Нет, моё при мне.
Я легонько постучал по висевшему на поясе Хёльхангёму. Только тогда Селин с облегчением перевела дух.
— Я в этом мало что смыслю, но выглядит как великолепный меч. Он вам очень идёт.
Вообще-то это не меч, а ножны. Впрочем, поправлять её я не стал.
Селин ещё долго крутила перо так и этак, разглядывая со всех сторон. С чуть приоткрытым ртом она выглядела до безумия очаровательно.
— Точно!
Селин резко выпрямилась и переложила к себе на колени аккуратно упакованную коробку, стоявшую рядом на сиденье:
— У меня тоже кое-что есть для вас, брат! Мне завернули десерты, которыми угощали во дворце. Горничные сами всё упаковали, так что за приличия можно не переживать.
Шуршащая обёртка разошлась, и воздух наполнился сладким ароматом.
Тарталетки со свежими фруктами и кусочки торта, слегка присыпанные золотой пыльцой.
— Отлично. Мне как раз безумно хотелось чего-нибудь сладкого.
Силы были на исходе, и организму отчаянно требовался сахар.
— А что вам больше по вкусу, брат? Тарталетки или торт?
— Аппетитнее всего выглядит вон тот мягкий рисовый пирожок.
— Рисовый пирожок? Здесь таких не... Ой-й!..
— Вот же он. Нежный, упругий рисовый пирожок.
Мягкая щёчка приятно легла в ладонь. Она растягивалась в стороны, ничуть не теряя своей упругости.
— И как только щёки могут так тянуться? И волосы золотистые... Ты у нас не Чёрный Лев, а настоящий золотистый ретривер.
— Золот... ретривер?
— Есть такой щеночек, круглый и мягкий, точь-в-точь сладкий рисовый пирожок.
— А што ещё за пирожок...
— Ох, до чего же ты невыносимо милая.
Каждый раз, глядя на неё, я убеждался: если бы у невинности и чистоты было лицо, это было бы лицо Селин.
Но для императорского дворца беззащитность — это грех, а простодушие — лёгкая добыча.
Окажись Селин в закрытых покоях дворца...
«Ах, брат...»
Если империя посмеет отобрать у меня Селин, она ничем не будет отличаться от Внешних богов.
Я не намерен терять её во второй раз. Даже если ради этого придётся сделать врагом всю империю.
— Селин. Ты ведь никуда от меня не уйдёшь?
— С чего вдруг такие расспросы?
— Просто так.
Убрав руки от её щёк, я мягко обхватил ладонями лицо сестры.
В её круглых сапфировых глазах отразился мой силуэт.
— Да-а. Я ни за что не оставлю вас одного, брат.
— Вот и славно. Этого достаточно.
— Так что и вы меня не бросайте! Если снова отправитесь в поход, я пойду следом за вами.
— ...А вот этому не бывать.
◇ ◇ ◇
Информационная комната резиденции великого герцога Карденоса.
[Наследник великого герцога Астин в сопровождении главного камергера проследовал в личные покои Его Величества. Имела место тайная личная аудиенция.]
Такое донесение доставил тайный соглядатай рода, внедрённый в императорский дворец.
Подслушать, о чём шла речь за закрытыми дверями покоев, не представлялось возможным.
Однако сам факт того, что Астина вызвали лично, не мог остаться незамеченным.
Но отчёт лазутчика на этом не закончился.
[В настоящее время высокопоставленные дворяне из фракции Первой принцессы проявляют небывалую активность. Из секретариата императорского дворца поступили сведения о проверке церемониальных брачных документов.]
[Сопоставив факты, можно сделать вывод: Его Величество намерен сделать наследника великого герцога супругом Первой принцессы.]
Лица вассалов, выслушавших доклад, побелели как полотно.
На экстренном совете, созванном в отсутствие главы рода Вальдемара, обстановка накалилась до предела.
Зал заседаний мгновенно раскололся на два лагеря, между которыми вспыхнул яростный спор:
— Это же величайшая возможность! Разве наш Карденос не получит в свои руки власть и влияние, равные монаршим?!
— Вы видите всё в слишком радужном свете! А о вмешательстве двора в наши внутренние дела вы подумали? Они хотят сделать молодого господина зятем императора лишь для того, чтобы превратить его в пешку в борьбе за престол!
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...