Плечи Кан Суджон, низко опустившей голову, дрожали. Я молча переводил взгляд с её макушки на ужасающее зрелище по ту сторону кристалла связи. «Помоги». Из груди вырвался вздох.
Ситуация такая, что не удивительно, если я умру хоть завтра. Но...
В любом случае верхушка башни — моя конечная цель. И если этот чёрный шар, так называемый Остаток Голода, и есть виновник происходящего, то я не могу просто бросить всё и повернуться назад.
— Собирай вещи.
— ...Что?
— Всё равно нам по пути. Но держись прямо за мной. У меня нет лишних сил, чтобы спасать твою жизнь.
Глаза Кан Суджон округлились, и она тут же энергично закивала. Поправив изорванный подол юбки, она сжала короткий посох, служивший ей оружием. Хоть её магия и истощилась, похоже, она была вполне способна идти сама.
Мы вышли из полуразрушенного зоомагазина. Разговоров между нами не было.
Путь к башне был погружён в тишину. Словно мы оказались в эпицентре бури, окружающий шум полностью утих. Асфальт под ногами расплавился и чавкал, как болото.
Чем ближе мы подходили к цели, тем сильнее становилось давление. Кан Суджон шла за мной, затаив дыхание и наступая след в след. Похоже, она не совсем витала в облаках. Но с чего тогда она так косячила...
Наконец мы оказались перед главным входом в центральную башню.
Кроваво-красные плети, обнимавшие здание, пульсировали и извивались. А вход сторожил качок... нет, мутант. Мышцы раздулись только в верхней части тела, а из кожи, словно доспехи, прорастали крепкие кости.
Заметив незваных гостей, он раззинул пасть. От его рёва содрогнулась земля.
Чтобы сберечь силы, нужно покончить с ним одним ударом. Я поднял магию и влил её в клинок. Энергия стала ощутимо сильнее, чем прежде.
После того как я побывал в «сердцевине»(кажись тут говорится про свою детскую мечту), объём магии и скорость её восстановления явно возросли.
Первым рванул монстр.
Его лапа размером с дом обрушилась, целясь мне прямо в голову. Не уворачиваясь, я поднял меч и парировал его переднюю лапу. Кость с гулким звоном столкнулась со сталью.
Но победа осталась за мной. Я рванул двуручный меч снизу вверх. Разрубив его лапу пополам, я вонзил остриё клинка прямо в область сердца.
Стоило уничтожить ядро, как огромная туша рассыпалась пепельной пылью.
— Готово.
Я смахнул с меча пыль. Кажется, на последний удар ушла солидная порция магии, но я не подал вида. Кан Суджон стояла рядом, разинув рот от изумления.
— Чего застыла? Заходи.
— А, да!
Через пролом во вращающейся двери, от которой осталась лишь центральная часть, мы шагнули в вестибюль первого этажа.
Внутри всё было куда хуже, чем снаружи. Мраморный пол и колонны полностью пожрали чёрные наросты, а вокруг стойки информации в центре вестибюля кружили обрывки купюр.
Разумеется, лифты не работали. На месте кнопок у дверей подъёмника зияла проеденная дыра.
— Идём по лестнице.
Я пинком распахнул дверь эвакуационного выхода. Темно.
— Магия немного восстановилась?
— Да... Думаю, смогу использовать простое заклинание.
— Тогда посвети.
— Есть! Магический свет!
...Заклинание всё так же звучало непривычно, но эффект дало надёжный. Вокруг посветлело, и открылся обзор.
Используя свет кристалла связи словно фонарь, мы начали подниматься по бесконечной лестнице.
Сначала казалось, что это просто тёмная лестница. Но поднявшись на несколько этажей, я заметил, что стены едва заметно содрагаются.
Направив свет кристалла, я увидел, как в щелях серого бетона разрослись тёмно-красные жилки, подобные капиллярам. Они пульсировали, сжимаясь и разжимаясь, будто живое существо.
Словно вся башня превратилась в пищевод гигантского монстра.
«...»
При каждом шаге подошвы липли к полу. Ощущение было такое, будто иду не по расплавленному покрытию, а по чьим-то внутренностям.
С каждым преодолённым этажом дыхание сбивалось вовсе не из-за физической нагрузки. Сам воздух становился тяжелее.
Вместо кислорода казалось, будто в воздухе примешано чьё-то чужое тепло и дыхание.
...
Лестничные пролёты казались странно одинаковыми.
Серые стены.
Серые перила.
Чёрные пятна.
Казалось, будто мы поднимаемся, но на самом деле топчемся на месте.
Я мельком взглянул на номер этажа на стене.
53-й этаж.
Чуть позже я снова поднял глаза — всё тот же 53-й этаж.
Я протёр глаза и посмотрел снова: цифра сменилась на 54-й этаж.
«...»
То ли от усталости мерещилось всякое, то ли само здание пожирало человеческое чувство ориентации.
С каждым шагом вверх воздух становился всё тяжелее. Значит, мы приближались к тому шару.
— Хах, хах...
Из рта идущей за мной Кан Суджон вырывалось тяжёлое, сладковатое от усталости дыхание. Для волшебницы со совсем истощёнными силами подъём на 60 с лишним этажей был настоящей пыткой. Но сделать перерыв мы не могли. Стоит остановиться, как мышцы окаменеют, а напряжение спадёт.
— Пей.
Я достал бутылку воды, захваченную из зоомагазина, и бросил её назад. Должно быть, хозяин магазина купил её для себя, но... тут и так всё понятно без слов.
Кан Суджон жадно поймала бутылку и стала пить.
И тут.
Кан Суджон, глотавшая воду, вдруг замерла.
— ...Что с тобой?
— А, нет...
Она отняла бутылку от губ и покачала головой.
— На мгновение... показалось нечто большее, чем просто жажда.
— Что?
— Дело не в жажде... Почему-то меня охватывает странный, нескончаемый голод...
...Если подумать, у меня тоже с самого начала тошнило от чувства пустоты внутри. Это был не обычный голод, а скорее ощущение, будто какую-то часть тела изнутри полностью выскоблили.
Голод, который невозможно утолить, сколько бы ты ни съел.
«Цыц.»
Я молча поднял взгляд выше.
Голод.
А ведь имя выбрано точное.
На пролётах между этажами дорогу преграждали кучи сгустков, но рубить их со всей силы не требовалось. Я продвигался вперёд, лениво смахивая монстров двуручным мечом.
Я механически расчищал путь и поднимался выше. Стены лестницы сплошь покрылись чёрной золой, остававшейся от рассыпавшихся врагов. Следы нашей битвы.
Число этажей уменьшалось по мере подъёма, но исходящее давление возрастало по экспоненте. Само пространство казалось пропитанным мерзостью.
Наконец, 67-й этаж. Мы встали перед дверью, ведущей на крышу верхнего этажа. Из щелей тяжёлой железной двери пробивался густой кроваво-красный свет.
Замерев у двери, я услышал доносившийся изнутри едва различимый звук.
Сначала я принял его за шум ветра. Но прислушавшись, понял — это точно было дыхание. Множество голосов, издававших очень слабые, затяжные вдохи и выдохи.
Жуткий звук, словно мертвецы, собравшись в одной комнате, одновременно дышали во сне.
Кан Суджон тоже услышала это и вцепилась в край моей одежды.
Её пальцы дрожали.
Я заставил её отступить назад и осторожно толкнул дверь. С металлическим скрежетом она отворилась, и перед нами предстало то самое помещение, которое мы видели через кристалл связи.
Просторная смотровая площадка с панорамными стеклянными стенами со всех сторон. На полу в ужасающих позах валялись тела охотников и волшебниц.
— Кхм...
Кан Суджон зажала рот обеими руками. Слёзы хлынули из её глаз, но она не издала ни звука. Описать это зрелище словом «ужасающее» было бы слишком мягко.
Мой взгляд замер исключительно на гигантском шаре, парящем в центре помещения.
[Остаток Голода]
Системное окно снова оповестило меня. Да знаю я, что это опасно.
Вблизи оно выглядело как мешанина чёрной плоти и кровавых плёнок, насильно спрессованных в шарообразную форму, напоминая гигантский орган или зародыш.
Его поверхность пульсировала, словно сердце, а под ней что-то медленно перемещалось. Будто проглоченное всё ещё не переварилось до конца и блуждало внутри.
Шлёп.
Один край шара выпятился, на мгновение выдавился силуэт, похожий на человеческий палец, а затем снова втянулся обратно.
«...»
От одного взгляда на это, кажется, тает ментальное здоровье. Нашли тут Даркест Данджен, чёрт возьми. Отвратительно.
Искренне.
Других слов просто нет.
Оно жрало.
Прямо сейчас, в это самое мгновение.
Из ран на трупах поднимался чёрный дым и втягивался в шар. Постойте... Похоже, это не дым?
Присмотревшись, я понял: из ран усопших засасывалась кровь, телесные жидкости и нечто, что не должно быть видно глазу.
Последнее тепло, остававшееся под кожей.
Следы того, что они были живы.
Страх перед самой смертью.
Всё это вытягивалось тонкими нитями и засасывалось внутрь шара.
Это вызывало куда больше тошноты, чем поедание плоти.
Оно жрёт не только тела, но и выскребает дочиста все остатки умерших. Будто пытается стереть само их существование.
Вокруг шара, словно телохранители, кружили четыре мутанта. Они были меньше тех, что мы встречали раньше, но испускаемая ими аура оказалась куда плотнее.
— Старшие...
Пробормотала Кан Суджон дрожащим голосом.
Она плакала, глядя на тела своих старших, но почему-то её взгляд ни разу полностью не отрывался от сферы в центре.
Я поднял двуручный меч под углом и медленно шагнул к сфере.
— Готовься собирать их личные вещи. Я быстро с этим покончу.
Я сказал так, но про себя не расслаблялся ни на секунду. Давление, исходившее от этой сферы, кардинально отличалось от той мелюзги, которую я крошил по пути наверх.
Едва я приблизился, все четыре твари возле шара разом повернули головы. Их алые, налитые кровью глаза уставились на меня.
Человек, зверь, бесформенная тварь, машина — существа самых разных обличий рванули с места, скребя по полу. Скорость была не шуточной. Я остался стоять на месте, просчитывая траекторию первой твари.
Резкий горизонтальный взмах двуручного меча. Верхняя половина монстра отлетает. Из среза вырывается бесчисленное множество щупалец и обвивает мою руку.
Мерзкая живучесть. Я сильно стряхнул руку и, схватив башку твари, раздавил её.
В этот момент второй монстр попытался напасть со спины. Извернувшись в талии, я уклонился от его когтей и сразу же вонзил меч.
В миг, когда тварь обратилась в прах, центральная сфера судорожно раздулась.
Тр-р-р. Треск.
Звук растрескивающихся панорамных стёкол смотровой площадки. Вырвавшиеся из сферы кровавые отростки вонзились в разбросанные по полу тела.
Тела мертвецов начали хаотично извиваться. Первой зашевелилась волшебница, лежавшая, прислонившись к стене.
Её живот был глубоко рассечён сбоку, внутренности вывалились наполовину, а одна рука оторвана прямо с плечом.
Любому было ясно — она мертва.
И всё же.
Уголки её губ медленно поползли вверх.
«...!»
Кан Суджон затаила дыхание.
Это было лицо покойницы.
Бледное, с уже потерявшими фокус зрачками, с запекшейся и почерневшей кровью в уголках рта.
Но при этом выражение лица озаряла странно сияющая улыбка. Словно у человека, вспомнившего самый счастливый момент в жизни.
Нет. Если точнее, казалось, будто нечто изнутри пародировало эту эмоцию.
Её челюсть задрожала с глухим щёлканьем, и сквозь разорванные губы, подобно языку, вылезло чёрное щупальце.
— Хочу есть...
Это определённо был её голос.
Но за ним скрывался вовсе не человек.
— Сумасшествие.
Мерзкая глумливая магия, управляющая телами мёртвых. Лицо Кан Суджон побелело.
— ...Старшая.
Голос Кан Суджон сорвался.
Она хотела сделать шаг вперёд, но оцепенела. Похоже, она осознала, что перед ней лишь пустая оболочка человека, которого она когда-то знала.
— Это... Это не она...
Она пробормотала сквозь слёзы:
— Она никогда так не улыбалась!..
Я не ответил.
Я знал.
И оттого...
Ещё тошнотворнее оттого, что им даже после смерти не дают покоя. Подобный клишированный ход и в манге вызывал отвращение, а наяву всё выглядело куда мерзостнее.
Я до хруста сжал рукоять двуручного меча. Магия бушевала, окрашивая клинок в чёрный цвет. У меня не было времени проявлять уважение к мёртвым.
— Спите уже.
— И вы, и я... мы все устали.
Игнорируя марионеточные трупы, я на предельной скорости рванул прямо к сфере в центре. Если уничтожить главное тело, всё закончится.
Почувствовав угрозу, сфера замахнулась десятками щупалец, словно плетями. Чёрные росчерки летели со всех сторон. Вдобавок трупы на полу подняли оружие и перегородили мне дорогу.
Со всех сторон заслон.
Значит, я пробью его.
С силой впечатав стопы в пол, я занёс меч над головой. И влил в остриё всю оставшуюся магию, кроме неприкосновенного запаса.
— С дороги.
Я изо всех сил обрушил двуручный меч на сферу.
Раздался оглушительный грохот, и весь верхний этаж башни содрогнулся.
Когда пылевое облако рассеялось, я перевёл дыхание. Тяжело. К тому же я не чувствовал рук. И всё же теперь всё подходило к концу.
Кроме одного.
...Дыхание Кан Суджон, доносившееся сзади, в какой-то момент стало чересчур ровным и размеренным.
Это было дыхание не напуганного человека, а звуки, сотворённые кем-то ради имитации человеческой речи и жизни.
— Так что...
От моих слов присутствие позади замерло.
— Хватит паясничать и подражать.
— ...А ты догадлив.
То, что только что было Кан Суджон, ухмыльнулось и расплылось в жуткой улыбке.

Комментарии

Загрузка...