─ Ну что, поганая тварь, сейчас я покажу тебе кузькину мать! ─ усмехнулся Е Фэньян и резко взмахнул рукой!
Тотчас из его ладони выплеснулось ослепительное багровое сияние, которое в полёте сплелось в сложную сеть из алых нитей, устремившись прямо на проклятый корень.
Ай!
Женьшень взвизгнул от неожиданности.
Однако вместо того, чтобы броситься наутёк или попытаться скрыться, тварь оскалила зубы и с диким визгом ринулась прямо на Е Фэньяна.
─ А-а-а! ─ завопила от ужаса Нин Фэйлинь.
Мяо Хань и старик Нин тоже помрачнели лицами.
Пускай Е Фэньян ещё не поймал женьшень окончательно, теперь даже дураку было ясно: обычный съедобный корень так себя не ведёт.
Дикий женьшень, даже обретя зачаткм разума и приняв человеческий облик, лишён боевой мощи и жажды убийства – он всего лишь ценное лекарство, и при встрече с людьми всегда старается унести ноги.
Подобное агрессивное поведение, когда тварь не убегает, а сама кидается в атаку, могло быть свойственно лишь тому самому испившему людской крови монстру, о котором и предупреждал Е Фэньян!
И точно: пока Нин Фэйлинь, её дед и остолбеневший Мяо Хань в ужасе и трепете наблюдали за происходящим, дух перешёл в наступление.
Тот самый миловидный, пухлый и белокожий малыш...
В одно мгновение обернулся кровожадным демоном с багровой кожей и искаженным от злобы оскалом, который бросился прямо на Е Фэньяна, пытаясь впиться в него зубами.
Увидев это, Нин Фэйлинь не выдержала и завизжала: ─ Убегай же!
─ Берегись, дружок Е! ─ завопил старик Нин.
А Мяо Хань, несмотря на всю свою неприязнь к Е Фэньяну, пареньем духа не обделил: с криком предостережения он сам бросился вперед, намереваясь ударить тварь с тыла и хоть немного облегчить участь зарвавшегося паренька.
Сам же Е Фэньян стоял неподвижно, словно вкопанный, безучастно глядя на мчащегося к нему монстра.
─ Конец! Вот дурень! ─ отчаянно завопила Нин Фэйлинь, вторя ругательствам Мяо Ханя и старого Нина.
Однако в тот самый момент, когда клыки женьшеня были уже готовы впиться в его плоть, Е Фэньян неожиданно рявкнул: ─ Печать! – и широко раскинул руки.
Вслед за этим громовым окриком его пальцы заплясали в воздухе со страшной скоростью.
Впрочем, назвать это обычной жестикуляцией было сложно – движения больше напоминали древние тайные пассы культиваторов.
Пальцы Е Фэньяна мелькали перед глазами, и багровая сеть мгновенно оплела демона, продолжая неумолимо сжиматься.
─ Земля кругом – тюрьма! Запечатать!
Стоило ему завершить последний жест, как алые нити полностью сковали исступленно извивающегося духа.
Увидев это, Нин Фэйлинь, её дед и Мяо Хань разом перевели дух.
Но сам Е Фэньян расслабляться не спешил: он прекрасно понимал, что это лишь первый шаг – поймать тварь в ловушку ещё не значит полностью подчинить её волю.
И действительно: стоило женьшеню оказаться в алой ловушке, как он принялся бесноваться с новой силой. Сеть затрещала, её сияние начало тускнеть, грозя в любой момент рассыпаться на куски.
─ Сяо Тань, твоя очередь!
Е Фэньян мысленно погрузился в пучины своего сознания, обращаясь к духовню зверю Хаоса.
─ Сию минуту, хозяин, можете не беспокоиться! ─ раздался самодовольный голосок.
В тот же миг из головы Е Фэньяна брызнула невероятная, сотрясающая саму ткань пространства волна ауры.
Монстр, еще секунду назад яростно рвавший путы, в ужасе забился в припадке.
Хрусь-хрусь-хрусь!
Если даже столь свирепый дух Кровавого Женьшеня дрожал от страха, то что говорить о стоявших неподалеку Нин Фэйлинь, Нин Шаньхэ и Мяо Хане?
Эта чудовищная волна давления обрушилась на них с такой силой, что все трое рухнули на колени.
Нин Фэйлинь, обладательница самой слабой ци, не просто осела на землю – её глаза закатились, и она тут же потеряла сознание.
Мяо Хань со стариком Нином держались из последних сил, но выглядели не лучше.
Они вытаращили глаза, в ужасе уставившись на Е Фэньяна.
─ Э... этого просто не может быть... ─ бормотал Мяо Хань.
Раньше он думал, что между ними есть лишь небольшая разница в мастерстве, но теперь осознал всю пропасть.
У него появилось жуткое ощущение, будто Е Фэньян может убить его одним лишь взглядом!
Если бы кто-то сказал ему такое раньше, Мяо Хань счёл бы его безумцем.
Но теперь он искренне верил: взглядом действительно можно убить.
даже
Пока Мяо Хань терзался этими мыслями, мир перед его глазами померк, и он тоже рухнул без чувств.
После падения Мяо Ханя в сознании остался лишь старик Нин, который продолжал отчаянно бороться с накатывающей волной. По силе духа он не уступал лекарю, да к тому же был старше, а потому держался чуть дольше.
Но главное – Нин Шаньхэ прошёл через огонь и воду, повидал на своем веку горы трупов и сам обладал властным характером военачальника.
Именно эта закалка позволяла ему противиться давлению древнего зверя.
─ Мелкий паршивец, покорись моему хозяину, и я дарую тебе жизнь! ─ раздался голос Духа Хаоса.
Стоило старику Нину услышать эти слова, как он тут же потерял сознание.
А сам дух Кровавого Женьшеня окончательно сложил оружие и покорно признал поражение.
Впрочем, Е Фэньян не собирался полагаться на одно лишь честное слово. По его приказу Дух Хаоса внедрил в тело женьшеня печать духовного питомца, лишив того всякой возможности взбунтоваться в будущем.
Завершив этот сложнейший процесс, Е Фэньян наконец позволил себе перевести дух. Но тут же накатила чудовищная усталость: казалось, из тела выпили все соки.
Алая сеть была создана из остатков духовной крови, которую он с таким трудом собирал последние дни. Истощение духа и разума вкупе с нагрузкой от ауры Духа Хаоса сделали своё дело – парень рухнул на землю без чувств.
Е Фэньян и помыслить не мог, что после отключки весь Китай, да что там – весь мир содрогнётся от тревоги и предчувствий!

Комментарии

Загрузка...