Чэнь Кунь отсек собственные пальцы.
Хлынул поток алой крови, и два обрубка упали на жуткий деревянный чурбан, словно сработав спусковым крючком – чурка мгновенно ожила.
Многочисленные глаза на ее поверхности разом распахнулись, плотно сжатые пасти зашевелились, принимаясь за яростное жевание. Некоторые губы даже слегка изогнулись в подобии причудливой усмешки.
Звуки чавканья стихали всего несколько секунд.
Пальцы на разделочной доске бесследно растворились, зато возле Чэнь Куня из ниоткуда возникли две фигуры.
Два точных его слепка.
За исключением мертвенно-бледной кожи и окаменевших выражений лиц, оба клона были копией Чэнь Куня.
Завершив ритуал жертвоприношения, Чэнь Кунь наскоро перевязал рану, выудил из рюкзака несколько желтых талисманов и протянул двойникам.
Три Талисмана пылающего солнца, два Талисмана грозового разряда и моток чертежной нити с краской.
Это были последние запасы на черный день.
Закончив приготовления, клоны одним прыжком выскочили из кузова пикапа, двигаясь навстречу людскому потоку.
─ Брат Кунь, ты в порядке?
Сидевший за рулем толстяк, судя по всему, был наслышан о Чурбане жадности, а потому выходка Чэнь Куня не вызвала у него удивления.
Он извлек из-за пазухи черную пилюлю и протянул напарнику; тот не глядя закинул ее в рот.
Последовательность толстяка носила название [Повар], он умел создавать трансцендентные ингредиенты, и подобные пилюли служили одним из таких средств для быстрого залечивания ран.
Кровотечение из обрубков быстро остановилось, однако тревога на лице Чэнь Куня никуда не исчезла.
Он вымолвил глухим голосом:
─ Этот паук – далеко не рядовая тварь уровня призраков-слуг. Раз он способен запирать паутиной столь огромную территорию, значит, он как минимум перешел на стадию окрыления.
─ ...Жертвоприношение двух пальцев вряд ли задержит его надолго...
─ Будем надеяться, Чжэн Шэн поторопится!
Любая ступень аномалий проходила через три стадии: зарождение, оперение и совершенная форма!
На каждом новом этапе их мощь возрастала кратно!
Обычные монстры ранга призраков-слуг и так внушали ужас, а подобная тварь в стадии окрыления представляла собой кошмар в квадрате.
Чэнь Кунь медленно закрыл глаза.
Созданные ценой двух пальцев двойники стоили дорого, но эффект давали потрясающий.
Каждый из них обладал физическими параметрами оригинала, не ведая боли и страха смерти.
К тому же в радиусе одного километра он перенимал их поле зрения и мог отдавать мысленные приказы на передвижение.
Правда, лимит существования клонов составлял всего три минуты.
Срок ничтожно малый, но его должно хватить: с его силами противостоять столь грозному монстру не удалося бы и минуты.
Однако в сочетании с тремя талисманами солнца, двумя грозовыми знаками и оставленным командиром экзорцистским шнуром этого должно хватить на пару минут задержки.
План Чэнь Куня выглядел безупречно.
Большая часть моста осталась позади, и если удастся выиграть несколько минут, Чжэн Шэн наверняка успеет пробить паутинную завесу.
А избавившись от помех в виде барьера, они смогут запрыгнуть в пикап и, выжав газ в пол, оторваться от толпы, попутно сбросив преследующего их паука.
А затем благополучно убраться из Уезда Саньцяо.
Но реальность неизменно преподносила сюрпризы: Чэнь Кунь переоценил боеспособность клонов и недооценил чудовищность паукообразной аномалии.
Не прошло и минуты с момента закрытия глаз, как Чэнь Кунь резко распахнул веки, жадно хватая воздух ртом, словно выброшенная на берег рыба.
Сила этого паука превосходила все расчеты: оба двойника не продержались и шестидесяти секунд, будучи мгновенно разорванными на части сотнями призраков-слуг.
Они даже не успели израсходовать заготовленные талисманы!
─ Брат Кунь, всё в порядке? – встревоженно бросил руливший толстяк. Разве Кунь не говорил, что они продержатся несколько минут? Почему он открыл глаза так быстро?
Чэнь Кунь тяжело отдувался, его лицо сделалось страшнее тучи.
─ Я недооценил этого паука: он способен до определенной степени управлять паутиной на мосту. Мои двойники не протянули и минуты, они мертвы.
Даже минуты не выиграли? Руки толстяка на баранке судорожно сжались.
─ Брат Кунь, и что теперь делать?
Чэнь Кунь глубоко вдохнул, помедлил лишь долю секунды и снова положил левую руку на Чурбан жадности, сверкнув глазами.
Пять пальцев уже утрачены, так что беречь остаток левой руки не имело особого смысла.
Лучше разменять ее на шанс выжить!
Лезвие в руке взметнулось вверх – и одним движением Чэнь Кунь отсёк всю свою левую руку по самый локоть.
Вновь раздался хрустящий звук пережевываемой плоти.
Чурбан жадности с жадным восторгом разверз пасти, принимаясь неистово пожирать потоки крови и обрубок конечности.
Оглянувшись, Чэнь Кунь заметил, что рядом материализовалась еще одна фигура. По-прежнему точная копия его самого, но кожа была мертвенно-бледной, а комплекция – куда массивнее.
От нее исходило какое-то странное, неуловимое амбре – казалось... казалось, будто перед ним стояла другая аномалия, принявшая его облик.
Чэнь Кунь впервые приносил в жертву целую руку, и когда он перевел взгляд на нового клона, тот ответил ему тем же, расплывшись в зловещей оскаленной улыбке – обнажив полный рот черных зубов!
Чэнь Куня пробрала дрожь: стоило этому двойнику взглянуть на него, как в груди всколыхнулся первобытный ужас.
Будто он смотрел на собственное превращение в монстра!
Не успел Чэнь Кунь отдать мысленный приказ на отступление, как «новый Чэнь Кунь» с черными зубами сам спрыгнул с машины и ринулся навстречу преследователю.
Уходя, он даже вежливо качнул рукой на прощание пассажирам пикапа, блеснув черным оскалом.
─ Брат Кунь, этот двойник вроде не похож на прежних?
Да он же вылитая аномалия!
Толстяк передернул плечами и благоразумно проглотил последнюю фразу, но Чэнь Кунь мгновенно уловил его мысль, поскольку думал о том же.
К тому же клон, порожденный жертвой целой руки, действовал автономно, обладая собственной волей.
Взглянув назад через зеркало заднего вида...
Он увидел, как чернозубый двойник уже сцепился с паучьей тварью. Несмотря на явное превосходство противника, клон обладал жуткой регенерацией, свойственной нечисти, и заново отращивал плоть после каждого тяжелого увечья.
В итоге пауку действительно пришлось завязать бой, и скорость погони заметно снизилась.
В голове колонны выживателей.
Чжэн Шэн бежал во весь опор, без передышки орудуя тесаком и тяжело отдуваясь.
Чэнь Куню с товарищами требовалось лишь сдержать паука, а остальным участникам бегства – нестись изо всех сил, обгоняя ближних.
Но у него ситуация обстояла куда опаснее, чем у всех остальных!
Ему приходилось не просто кромсать паутину и отражать угрозу гигантского паука, но и непрерывно отбиваться от трех малых аномалий на хвосте.
Да. Те самые три мелкие твари преследовали его неотступно от самого начала, время от времени совершая выпады даже тогда, когда он на ходу рубил паутину.
Остальные их не видели, но вооруженный промытыми черной собачьей кровью глазами Чжэн Шэн прекрасно знал, сколько на его теле появилось ран.
Правый бок был прокушен младенцем-призраком: там всё почернело и полностью утратило чувствительность.
Правая рука оказалась опутана черными корнями, кожа на ней увядала, превращаясь в мумию – это лютовало человеколицее растение.
В голове роились наваждения: прекрасные замужние дамы, милые соседки, коротко юбочные девицы, череда нездоровых образов сменяла друг друга.
Возбуждение внизу живота не только мешало бегу, но и отчаянно мутило разум.
Это скверна большеголового демона пыталась разложить его изнутри!
Запасы черной собачьей крови на теле стремительно исчерпывались.
Чжэн Шэн чувствовал, что все три аномалии обладают уникальными силами, а намазанная кровь временно гасила их пагубное влияние.
Но по мере непрерывного противостояния защитный слой истончался, пока не стерся окончательно.
─ Брат Пёс, выручай кровью еще раз!
─ Выберемся из этой переделки, я живо найду тебе пару сучек, чтобы ты зажил жизнью гаремного мачо!

Комментарии

Загрузка...