— Мой старик в последнее время загорелся идеей выдать Пяньпянь замуж и планирует устроить смотр женихов, — сказал Цзю Яохуа. — Я подумал: моя сестра не может выйти за кого попало, и тут же вспомнил про двух своих хороших братьев!
Какого чёрта?!
Лицо Му Цинге страшно исказилось.
Лицо Ин Цзэ в тот же миг помрачнело.
В этот момент госпожа Пяньпянь уже приближалась к троице. От её утончённых черт лица так и веяло юношеской жизненной силой, а кожа казалась безупречной и сияющей.
Проявив учтивость и превонсоденые манеры, она изящно поприветствовала их: — Пяньпянь приветствует брата и двух молодых господ. Хотя она держалась вежливо, девушка не удержалась и украдкой взглянула на Му Цинге и Ин Цзэ. В её застенчивом выражении лица таилось нечто способное пленить любого мужчину.
Вот только перед ней стояли двое: один — фальшивый мужчина, а второй — тысячелетний кусок льда, который совсем ничего не смыслит в том, что значит «ценить женскую красоту».
— Пяньпянь, это те самые люди, о которых я тебе рассказывал: городской лорд Му, а с молодым господином Ин ты уже знакома, так что представлять его не нужно, — сказал Цзю Яохуа.
Цзю Пяньпянь слегка кивнула, стоя на месте со слабой улыбкой на губах.
Цзю Яохуа многозначительно взглянул на Му Цинге и Ин Цзэ, но заметил, что оба даже не смотрят на Цзю Пяньпянь, а на их лицах застыло недовольство. Он кашлянул и обратился к девушке: — Пяньпянь, иди-ка пока.
Цзю Пяньпянь послушно кивнула, бросила на них ещё один вороватый взгляд, а затем поклонилась: — Пяньпянь покидает вас. Сказав это, она тихо удалилась в сопровождении служанки.
Её появление и уход напомнили лёгкий дуновении аромата — она быстро пришла и так же быстро скрылась.
Впрочем, далеко она не ушла. Остановившись в небольшом саду неподалёку от беседки для приёмов, девушка принялась разглядывать её из-за искусственных скал и цветов.
Вероятно, она наблюдала за теми, кто остался внутри.
— Госпожа, мы разве не возвращаемся? — тихо спросила стоявшая рядом служанка.
Цзю Пяньпянь медленно покачала головой: — Не спеши, я ещё немного посмотрю.
Служанка покосилась на неё, прикрыла рот рукой и с лёгкой дразнящей усмешкой сказала: — Госпожа, неужели один из молодых господ приглянулся вам?
Растеряв прежнюю застенчивость, которую она выказывала перед Му Цинге и Ин Цзэ, Цзю Пяньпянь прикусила губу и ответила: — Эти двое — один восходящий талант, другой наследник знатного рода. Оба — редкие драконы, да к тому же писаные красавцы. Особенно городской лорд Му: его внешность настолько ошеломляюща, что даже я, женщина, могу лишь вздохнуть. Уж всяко лучше тех напыщенных павлинов, что являются сюда свататься ради славы. Закончив говорить, она недовольно надула губы, и в её голосе послышалось раздражение.
Она никак не могла взять в толк, почему её отец так стремится выдать её замуж. Неужели она настолько дурна собой, что не способна найти себе достойного мужа?
— Так кто же из них приглянулся вам, госпожа? — игриво поинтересовалась служанка.
Цзю Пяньпянь неторопливо покачала головой, возвращаясь к рассудительности: — Хоть я и знаю, что наш клан Цзю и клан Ин — старые друзья, отец всегда держал меня в ежовых рукавицах. С молодым господином Ин я вижусь впервые, а о городском лорде Му прежде только слышала. Прежде чем делать выводы, мне нужно получше узнать их характер.
...
Внутри беседки для приёмов Цзю Яохуа тихо кашлянул и обратился к Му Цинге и Ин Цзэ: — Чего вы нос повесили? Я позвал вас сюда, чтобы выгода не уплыла в чужие руки. К тому же я не заставляю вас жениться на моей сестре насильно, к чему такие мрачные лица?
Ин Цзэ резко поднялся, бросил на Цзю Яохуа ледяной взгляд и бросил: — Я ухожу.
Му Цинге тоже встала и повернулась к Ин Цзэ: — Отлично, мы можем уйти вместе.
Теперь она наконец поняла, почему с самого входа в город её не покидало странное ощущение одиночества среди всеобщего неведения. Оказывается, Цзю Яохуа заманил её в Ванкай-Сити исключительно ради смотра женихов своей сестры!
И дело даже не в том, что она не была настоящим мужчиной — даже сумей она родиться парнем, ей всё равно не понравилось бы подобное надувательство.
Именно поэтому сейчас она всецело разделяла позицию Ин Цзэ!
— Эй, не спешите уходить! — Цзю Яохуа бросился перегородить им дорогу.
Ин Цзэ окинул его холодным взглядом и процедил: — Чего тебе еще?
Цзю Яохуа нахмурился: — Я ведь не со зла. Это чистой воды благие намерения! Вы оба уже в том возрасте, когда пора заводить семьи, вот я и решил воспользоваться моментом, позвал вас... Вдруг между вами проскочила бы искра?
Он продолжил: — Я ведь немного знаю ваши характеры: скажи я правду сразу, вы бы без раздумий отказались. Пришлось пойти на хитрость. Ладно, признаю, я виноват перед вами.
Сложив руки в приветственном жесте перед грудью, он низко поклонился, прося о снисхождении: — Цзю Яохуа поступил опрометчиво. Прошу простить меня, городской лорд Му, молодой господин Ин.
— Ты перешёл черту! — холодно бросил Ин Цзэ.
На лице Му Цинге застыло суровое выражение, и она заявила Цзю Яохуа: — Сейчас я сосредоточена на совершенствовании и вовсе не планирую заводить семью. Ничем не могу помочь в этом деле.
Цзю Яохуа скорчил жалобную гримасу и повернулся к Ин Цзэ.
Ин Цзэ проигнорировал его полный надежды взгляд и наотрез отказался: — Я тоже не намерен жениться, так что помочь не смогу.
— Вы вообще братья? — возмутился Цзю Яохуа, чувствуя себя уязвленным.
Му Цинге вскинула брови: — Именно потому, что мы братья, мы и отказываемся. Если из чувства неловкости мы без всякой любви возьмём в жёны госпожу Цзю, думаешь, она будет счастлива?
Ин Цзэ кивнул, выражая полное согласие.
Не имея другого выхода, Цзю Яохуа развел руками: — Если Пяньпянь вам совсем не по душе — ладно, чёрт с ним. Но можете помочь мне в одном деле? Завтра, когда начнётся смотр женихов, не могли бы вы по очереди выходить вперед и отваживать всех этих нахлебников, липнущих к клану Цзю?
— Раз ты против этого смотра, почему бы тебе просто не объясниться с главой клана и не отменить его? — спросила Му Цинге.
Цзю Яохуа вздохнул: — В любом другом вопросе старика было бы легко убедить, но тут он почему-то уперся. Решил во что бы то ни стало выдать Пяньпянь замуж именно в этом году.
Как странно...
Услышав это, Му Цинге и Ин Цзэ переглянулись и нахмурились.
— Если мы вмешаемся, а вдруг среди женихов найдётся тот, кто понравится госпоже Цзю? Разве мы не разрушим её счастье? — нахмурилась Му Цинге.
Ин Цзэ тоже подал голос: — К тому же, если глава клана Цзю наконец решит отдать её за одного из нас, что тогда?
Му Цинге тяжело кивнула: это был важный вопрос! Чрезвычайно важный!
Цзю Яохуа на мгновение растерялся — об этом он как-то не подумал. Под их испытующими взглядами он смущенно заскрёб руки и виновато протянул: — Вы случаем не слишком много надумываете?
— Это ты думаешь слишком мало, — не удержалась от колкости Му Цинге.
Этот глупец явно возомнил себя свахой и жаждал заполучить их в зятья, совсем не заботясь о последствиях, которые они только что обрисовали!
Цзю Яохуа присел на корточки и жалобно снизу вверх посмотрел на них.
На лицах Му Цинге и Ин Цзэ застыло ледяное выражение.
— Короче говоря, раз уж вы здесь, вам придется помочь! — бесстыдно заявил Цзю Яохуа.
— Ты и дома такой наглый? — у Му Цинге даже уголок рта дёргался.
Ин Цзэ бросил на него короткий взгляд, затем перевел глаза на Му Цинге и сказал: — Ну что, уходим?
Му Цинге кивнула: — Да!
— Стойте! — Цзю Яохуа снова перегородил им дорогу и взмолился: — У меня всего одна сестра, а старик удумал устраивать это сватанье. Я же не могу просто сидеть сложа руки! Вы мои братья, даже если она вам не по вкусу, бросать меня нельзя!
— Чего ты добиваешься? — Му Цинге сверху вниз посмотрела на присевшего перед ней Цзю Яохуа.
Цзю Яохуа закатил глаза и тут же расплылся в улыбке: — Вы оба такие умные, так останьтесь и помогите мне составить план!
Му Цинге и Ин Цзэ обменялись взглядами, после чего Му Цинге сказала: — Разве сначала тебе не следует выяснить, почему глава клана Цзю так спешит выдать дочь замуж?
Ин Цзэ кивнул в знак согласия: — Только узнав причину, мы сможем её устранить.
Цзю Яохуа захлопал глазами и беспомощно протянул: — Я спрашивал, но он ни в какую. Говорит лишь, что Пяньпянь достигла подходящего возраста, замуж ей всё равно выходить, так что лучше подыскать варианты пораньше.
Затем он не удержался от ругани: — Тьфу! Старик совсем сдурел! С каких это пор девицы из клана Цзю стали отчаянно нуждаться в замужестве? Да даже через десять или сто лет у Пяньпянь не возникнет проблем с поиском мужа!
Му Цинге медленно покачала головой: — Всё не так сложно. Пока госпожа Цзю сама отказывается выходить замуж и считает всех кандидатов неподходящими, глава клана ничего не сможет поделать. Так что, если ты не можешь убедить отца, всё зависит от неё.
Цзю Яохуа перевел взгляд с Му Цинге на Ин Цзэ и упрямо повторил: — Так вы правда совсем не интересуетесь Пяньпянь?
Оба синхронно покачали головами.
Заметив это, Цзю Яохуа поник: — Ладно, судя по всему, мне не судьба стать вашим шурином. Тогда я велю Пяньпянь держаться твердо, заворачивать всех подряд, и старик ни за что не сможет выдать её замуж против воли.
Поднявшись с земли, он обратился к обоим: — В этот раз я перед вами в долгу. Что бы ни случилось в будущем, я ради вас пройду сквозь огонь и воду. Эти несколько дней поживите у меня, а я как следует покажу вам Ванкай-Сити.
Его искренность не вызывала сомнений, а прямота и честность неизменно располагали к нему, заслужив дружбу Му Цинге.
В итоге они с Ин Цзэ решили остаться в поместье клана Цзю.
Цзю Яохуа пообедал с ними, после чего отправился к Цзю Пяньпянь, чтобы обсудить завтрашнее сватовство.
Во дворе резиденции Цзю Яохуа Му Цинге и Ин Цзэ пили чай под деревом. Ин Цзэ молчал, из-за чего Му Цинге приходилось потягивать чай одну чашку за другой, пока её живот не заполнился жидкостью до отказа.
— Вы когда-нибудь слышали о Древнем поле битвы Богов и Демонов? — неожиданно подал голос Ин Цзэ.
От этих слов Му Цинге едва не поперхнулась чаем. Подняв на него взгляд, она переспросила: — Ты тоже знаешь об этом?
В глазах Ин Цзэ сохранилось спокойствие, он кивнул: — Похоже, тебе это название знакомо.
Му Цинге обеими руками держала чашку, а её чистые глаза внимательно следили за ним: — И ты тоже слышал?
Ин Цзэ кивнул: — Древнее поле битвы Богов и Демонов не такая уж великая тайна в Срединном Древнем Мире. Любой, кто обладает хоть какими-то связями, может запросто раздобыть информацию о нём. Для молодых талантов наших мест это идеальное место для тренировок.
— Значит... — медленно протянула Му Цинге, размышляя, к чему Ин Цзэ завёл этот разговор.
Ин Цзэ посмотрел на неё и спросил: — Не хочешь отправиться на Древнее поле битвы вместе?
Это было одновременно и приглашением, и вызовом.
Му Цинге заметила боевой огонь, вспыхнувший в глубине его глаз.
...
— Пяньпянь, завтра сделай так, как я говорил: упрямо отказывайся выходить замуж и заявляй, что никто из кандидатов старика тебе не по душе. Он ничего не сможет сделать, — наставительно сказал Цзю Яохуа, отыскав сестру.
Большие выразительные глаза Цзю Пяньпянь уставились на него, но ответила она совсем о другом: — А правда, что городской лорд Ин и молодой господин Му ко мне совсем равнодушны?
Тьфу!
Лицо Цзю Яохуа отразило неловкость, он поспешил оправдаться: — Пяньпянь, дело вовсе не в том, что ты им не нравишься. Просто сейчас они полностью сосредоточены на совершенствования, о семейной жизни не думают и вовсе не хотят портить тебе молодость.
— Я ведь тоже пока не намерен замуж, но можно хотя бы заключить помолвку, чтобы успокоить сердце отца. Вовсе не обязательно играть свадьбу сию же секунду, — предложила Цзю Пяньпянь.
От этих слов Цзю Яохуа остолбенел.
Спустя мгновение он потрясённо выдохнул: — Пяньпянь, неужели ты влюбилась в одного из них?!
Цзю Пяньпянь покраснела и потупилась, избегая пытливого взгляда брата.
Но Цзю Яохуа не собирался отступаться.
Обойдя её и встав прямо перед ней, он насел с расспросами: — Пяньпянь, признайся брату честно, кто из них запал тебе в душу?
Цзю Пяньпянь топнула ножкой и демонстративно отвернулась от Цзю Яохуа.
Сердце её колотилось испуганной птицей, и мысли, в которых она ещё толком не разобралась, под непрерывным натиском брата становились всё отчётливее.
Её смущение лишь сильнее укрепило подозрения Цзю Яохуа.
Он ухватил сестру за руку, развернул к себе и потребовал: — Эй, говори давай! Ты меня измотаешь!
— Я... Я... — лицо Цзю Пяньпянь залилось краской, взгляд упал в пол, и она забормотала так тихо, будто жужжал комар: — Мне просто кажется, что они оба хороши.
Из-за её уверток Цзю Яохуа был готов сам вытянуть из её груди эти слова.
Подзадоривая сестру, он бросил: — Моя сестра ведь не какая-нибудь робкая тихоня! Если кто-то приглянулся её сердцу, она обязана заявить об этом прямо.
Растерянная и разозлённая таким напором, Цзю Пяньпянь снова топнула и выпалила: — Перестань давить на меня!
Цзю Яохуа не собирался сдаваться: — Разве не проще сказать правду?
— Я... Я ещё сама во всём не разобралась, — нервно бросила Цзю Пяньпянь.
— Тогда кто же тебе всё-таки нравится? — вновь допытывался он.

Комментарии

Загрузка...