На территории клана Санг, прямо в кровищице... Впрочем, в озере крови, пробуждающем родословную, со скрещенными ногами сидела Му Цинге, плотно закрыв глаза. Когда-то густая вода в водоеме теперь превратилась в огромный водоворот. Он булил и пенился, а сила крови поколений предков непрерывно впитывалась в её тело, очищая и закаляя родословную.
На берегу со скрещенными ногами сидел Верховный старейшина семьи Санг. Его острые старческие глаза неотрывно следили за Му Цинге в водоеме, не смея ослабить бдительность ни на мгновение.
Прошло два часа...
Кровь в водоеме постепенно бледнела, а кожа Му Цинге всё сильнее краснела. Лента, державшая её волосы, вдруг лопнула и обратилась в горстку пыли, а иссиня-чёрные пряди рассыпались по плечам, касаясь воды в бассейне.
Глаза Верховного старейшины сузились, а лицо стало ещё суровее.
Вдруг одежда на Му Цинге раздулась, словно наполненная порывом ветра, а её прежде безмятежное лицо скривилось от напряжения.
Вода в водоеме закрутилась еще яростнее, и казалось, что вся энергия крови изо всех сил стремится хлынуть в её тело.
Верховный старейшина нахмурился, сосредоточившись и не отводя взгляда. Мысленно он думал: «Шум от этого пробуждения слишком силен, но судя по её лицу, она вроде бы способна выдержать. Не буду спешить, понаблюдаю еще немного».
Прошло еще три часа, и вода в водоеме из кроваво-красной превратилась в розоватую. Некогда густая жидкость стала прозрачной, так что впору было разглядеть дно.
Тем временем одежда Му Цинге надулась пузырём, покачиваясь на поверхности воды.
Её кожа покраснела так, будто она истекала кровью, создавая впечатление, что сосуды под ней охвачены пламенем. Лицо становилось всё более свирепым, искажаясь от боли.
И всё же она не издала ни звука, лишь закусила губу и хранила молчание.
Верховный старейшина на собственном опыте знал, какова боль пробуждения родословной. Нынешнее поведение Му Цинге вызвало у него одобрение, и он кивнул: — Ребенок с поистине железной волей и выносливостью. Её талант...
Его взгляд задержался на побледневшей воде в водоеме, и он не смог скрыть изумления.
«Даже если бы сотня сородичей пробуждала родословную в этом бассейне одновременно, они не поглотили бы столько энергии, сколько она одна». Он даже заподозрил, что Му Цинге — словно бездонная яма, способная бесконечно впитывать силу крови из водоема.
— Лишь бы не потеряла голову, сохраняя рассудок до самого конца, — мягко вздохнул Верховный старейшина.
Процесс пробуждения был не чем иным, как битвой с внутренними демонами. Каждый жаждет обрести грозную силу, особенно такую, что способна очистить родословную, возвысить талант и укрепить скрытые возможности.
Всё это напоминало закалку собственного тела, словно кусок металла бросили в раскаленный бассейн, чтобы переплавлять снова и снова, пока наконец он не превратится в духовный артефакт или даже божественное, священное сокровище!
Разумеется, существовала и немалая вероятность переоценить свои силы в разгар процесса, оказавшись сокрушенным мощью и превратившись в груду хлама.
— Похоже, всё почти закончилось, — Верховный старейшина слегка кивнул, глядя, как вода в бассейне становится бледно-розовой, и решив, что больше Му Цинге не впитает.
Му Цинге в этот момент выглядела «переполненной», окружавший её водоворот постепенно замедлялся, а раздувшиеся одежды опадали.
Всё это указывало на то, что ритуал подходил к концу.
Но стоило Верховному старейшине подумать, что всё завершено, как Му Цинге вдруг нахмурилась, скривившись от боли. Её рукава мгновенно разорвались в клочья, а замедлившийся водоворот вновь взметнулся с прежней яростью.
Остатки розового оттенка в бассейне также впитались в тело Му Цинге, и вода в нем стала кристально чистой, не оставив и следа крови.
— Бах-х-х!
Чистая вода в водоеме вдруг взорвалась, и брызги разлетелись во все стороны.
Верховный старейшина взмахнул рукой, отводя брызги в сторону, и во все глаза уставился на Му Цинге.
Её кожа казалась багрово-красной и при этом прозрачной, словно кровяной нефрит, а изящные багряные прожилки оплетали её прекрасное утонченное лицо.
— Плохо дело! — в ужасе округлил глаза Верховный старейшина. — Почему этот ребенок не послушал советов? Насильственное поглощение добром не кончится!
С этими словами он взмыл в воздух, протягивая руку к Му Цинге в водоеме.
За десятков тысяч лет еще никому не удавалось впитать всю энергию бассейна до капли, как это сделала Му Цинге! Энергии этого водоема с лихвой хватило бы на несколько поколений клана Санг.
И однако Му Цинге поглотила её целиком.
Помимо шока, он опасался, что её просто разорвет от этой колоссальной мощи.
Но стоило его пальцам почти коснуться Му Цинге, как она резко распахнула глаза, и перед Верховным старейшиной предстал взгляд пары кроваво-красных глаз.
От этого зрелища он чуть было не потерял контроль над собой и не рухнул в воду.
Наспех выровняв дыхание, он кое-как вернулся на берег.
— Это... Давление родословной! — потрясенно выдохнул Верховный старейшина, глядя на Му Цинге.
От тела Му Цинге исходило сильнейшее давление родословной.
Как такое возможно?!
— Не может быть! Этого просто не может быть! — ошеломленно бормотал Верховный старейшина.
В этот миг сияющие красным глаза Му Цинге постепенно потускнели, возвращаясь к своему обычному угольно-черному цвету.
Давление, придавившее даже Верховного старейшину и на миг сковавшее его совершенствование, вдруг рассеялось, словно его никогда и не было.
Му Цинге моргнула и поднялась на ноги прямо посреди бассейна. Она приподняла руки, и чистая вода стекала с её пальцев. Удивленно моргая, она подумала: «Что произошло?»
— Сначала выходи на берег, — сказал он ей.
Му Цинге подняла на него взгляд и увидела, что тот сидит на берегу, обливаясь холодным потом, а голос его звучит как-то слабо.
Му Цинге послушно выбралась из воды, и стоило ей ступить на сушу, как духовная сила мгновенно высушила её одежду.
— Вы в порядке, Верховный старейшина? — опустившись рядом с ним на корточки, обеспокоенно спросила Му Цинге.
Девушка решила, что старейшина потратил слишком много сил, защищая её.
Верховный старейшина медленно покачал головой, какое-то время молча глядя на неё, а затем вздохнул: — Мелкая паршивка, откуда ты вообще такая уродилась?
— Монстр? Я? — ошеломленно моргнула Му Цинге.
...
Завершив пробуждение родословной, Му Цинге не чувствовала никаких изменений в собственном теле, однако её оставили на территории клана. К тому же, девушку доставили прямиком в уединенные покои Верховных старейшин, где её окружили сразу шестеро могущественных стариков.
Король Санг Шунь тоже стоял неподалеку, потрясенно глядя на Му Цинге.
Из-за их странного поведения сама Му Цинге начала чувствовать себя каким-то монстром.
— Третий, ты и вправду ощутил это давление родословной? Никакой ошибки? — наконец, прекратив кружить вокруг Му Цинге, один из старейшин обратился к тому, кто защищал её.
Му Цинге чувствовала себя жутко растерянной, не понимая, что вообще происходит.
Она тоже перевела взгляд на Верховного старейшину, ожидая ответа.
Занимавший третье место Верховный старейшина горько улыбнулся и кивнул: — Эта паршивка подчистую всосала весь бассейн эссенции крови, её концентрация родословной почти достигла уровня крови Бога-Предка, что естественным образом породило давление.
После его слов остальные пять старейшин шумно выдохнули, погрузившись в тяжелое молчание.
Тем временем король Санг Шунь замер столбом, словно пораженный молнией, не в силах отвести от Му Цинге остолбенелого взгляда.
Му Цинге чувствовала себя совсем сбитой с толку и нахмурилась: — Разве не вы сами велели мне впитывать как можно больше? Неужели теперь эти люди жалели о том, что позволили ей вобрать всю энергию водоема, и намеревались свести счеты?
К тому же... — Какой ещё Бог-Предок? Какое давление родословной? Что это вообще значит? — поинтересовалась она.
— Не бойся, мелкая, никто у тебя обратно то, что ты впитала, требовать не станет, — раздраженно бросил один из старейшин.
— Садись и всё объясним, — наконец подал голос старший из старейшин.
Шестеро мужчин уселись на циновки на ступеньках перед Му Цинге. Король Санг Шунь так и остался стоять на месте, всё еще не отойдя от шока.
— Малышка, знаешь ли ты истоки Древнего Клана? — спросил старший Верховный старейшина.
Истоки Древнего Клана?
Му Цинге кивнула. Кое-что она уже знала со слов Си Мо. Оказывается, некоторые боги и демоны с Континента Богов и Демонов передавали свою кровь потомкам, оставляя ее в других мирах, что со временем и привело к появлению Древних Кланов.
Те же, кого звали Древним Кланом, неизменно наследовали частицу божественной мощи.
— Раз знаешь, не стану ходить вокруг да около. Знаешь ли ты, почему клан Санг приходит в упадок? — снова спросил старший старейшина.
Му Цинге на мгновение замялась, а затем ответила: — Кажется, бог, оставивший кровь клану Санг, пал, из-за чего родословная со временем слабеет.
— Верно. Похоже, ты и вправду многое знаешь, — кивнул старший старейшина. — Рано или поздно все Древние Кланы приходят в упадок — это лишь вопрос времени. Поскольку наша кровь отличается от крови обычных смертных семей, она угасает вместе с падением божества. Бог, оставивший наследие нашему роду, исчез десять тысяч лет назад; за это время в клане Санг не рождалось никого с концентрацией крови выше седьмого уровня. Твое появление — исключение из правил.
Му Цинге молчала. Высокая концентрация собственной крови и её саму застала врасплох, хотя она и не знала, было ли тому виной Генетическое зелье превращения, но такое вполне допускалось.
— Бога, что изначально передал нам свою кровь, мы зовем Богом-Предком. Кровь Бога-Предка обладает высочайшей концентрацией. Поскольку она была дарована им, в столь чистой крови неизменно зарождается давление родословной. Те, кто обладает им, в нашей семье подобны богам. Стоит такой обладатель высвободить давление, как даже мы, старики, можем лишь пасть ниц, будучи не в силах сопротивляться, — продолжал старший старейшина. Не обращая внимания на потрясенное лицо Му Цинге, он посмотрел на старейшину, сопровождавшего девушку во время пробуждения: — Старина Третий...
Занявший третье место старейшина тяжело вздохнул, посмотрел на Му Цинге и проговорил: — Ранее, заметив, что тебе плохо, я хотел вмешаться и спасти тебя. К моему удивлению, ты вдруг открыла глаза и высвободила давление родословной, полностью запечатав мою совершенствование и едва не сбросив меня в бассейн.
— Быть того не может... — лицо Му Цинге выражало полное неверие.
Как она могла ничего не помнить?
— Хм, не может! Ах ты, паршивка, ну и повезло же тебе! Мало того, что ты полностью поглотила всю энергию эссенции крови, так еще и умудрилась чудом сгустить давление родословной, — ворчал старейшина, сидевший рядом с третьим. — Знаешь ли ты, что из-за твоего поглощения потомкам нашего рода еще лет сто придется забыть об использовании Озера Крови для пробуждения?
— Э-э...
Уголки губ Му Цинге дернулись — она об этом как-то не подумала.
К тому же, она вовсе не намеревалась поглощать столько энергии.
— Ладно, Четвертый. Впитала так впитала, это удача ребенка, её счастливый случай, — прервал его старший старейшина.
Четвертый старейшина недовольно проворчал: — Мелкая, предупреждаю тебя: не смей злоупотреблять давлением родословной.
— Давлением родословной? Я даже не знаю, как им пользоваться, — буркнула Му Цинге.
Судя по их словам, обладание этим давлением родословной делало её чуть ли не некоронованной королевой в клане Санг. К сожалению, она понятия не имела, как его сдерживать.
— Раз оно сгустилось, значит, существует. Когда будешь сидеть в медитации, вникни во всё как следует, и со временем овладеешь им, — с улыбкой проговорил старший Верховный Старейшина.
— Старший брат, ты даже учишь её управлять им, неужели эта малышка теперь не станет бесчинствовать в клане Санг? — тут же запротестовал пятый Верховный Старейшина.
— Не стоит переживать, у меня нет никакого интереса бесчинствовать в клане Санг. Пока никто не лезет на рожон, я, конечно, не стану безрассудно пускать в ход давление родословной, — с презрением сказала Му Цинге.
Хотя давить на других своей силой было заманчиво, Му Цинге считала себя не тиранкой и, разумеется, не намеревалась просто так третировать слабых!
— Смотри держи слово! — поспешно бросил пятый Верховный Старейшина.
Му Цинге кивнула.
Как бы то ни было, рано или поздно она покинет семью Санг, так что это давление родословной не имело для неё особого значения.
— Гэ'эр, наше соглашение, пожалуй, придётся изменить, — наконец оправившись от шока, нарушил молчание доселе безмолвный глава клана Санг Шунь.
Его слова заставили Верховных Старейшин замереть.
Му Цинге посмотрела на него, в её ясных глазах мелькнул зловещий алый отсвет, и она холодно бросила.
На всех, кроме Му Цинге, вдруг обрушилась огромная тяжесть. Их совершенствование словно мгновенно запечаталась, лишив возможности использовать силу, а сами они чувствовали, как покидает тело всякая бодрость.
Глаза Му Цинге уже стали кроваво-красными.
— Гэ'эр, остановись! — во всю мочь завопил Санг Шунь, покрытый холодным потом с головы до ног, и рухнул на колени.
Му Цинге резко моргнула — в одно мгновение её глаза вернулись к обычному цвету, а жуткое давление исчезло без следа.
— Ну что, убедились? — с горькой усмешкой глядя на остальных, вздохнул третий Верховный Старейшина.
Лицо Му Цинге оставалось холодным и суровым; её взгляд скользнул по присутствующим и наконец остановился на поднимающемся с земли Санг Шуне.
Король Санг Шун беспомощно сказал: «Увы, я не хочу нарушать свое слово. Раньше мы с вами договорились о том, что вы создадите Святой Артефакт, и это будет считаться компенсацией изучения Техники очистки артефактов клана Санг. Наконец, вы потомок с другой фамилией клана Санг и также несете наследие родословной, поэтому это соглашение не было проблематичным. Но теперь ситуация все по-другому, ты знаешь, что ты сейчас собой представляешь?»
— О чём это ты? — прищурилась Му Цинге, и в её глазах мелькнул острый холодный свет.
— Какое ещё соглашение? — в свою очередь поинтересовался главный Верховный Старейшина.
Санг Шунь почтительно поклонился Верховным Старейшинам и вкратце обрисовал их прежнюю сделку с Му Цинге.
Выслушав, Великий Верховный Старейшина вздохнул и сказал Му Цинге: «Дитя, мы не будем вмешиваться или ничего говорить о делах между тобой и твоей матерью. Однако Глава Семьи прав, ситуация сейчас другая, и предыдущее соглашение больше не может соблюдаться».
Лицо Му Цинге слегка омрачилось, и она равнодушно сказала.
Король Санг Шунь покраснел и объяснил: «Происшествие произошел неожиданно, никто этого не ожидал. Не спешите с выводами, сначала выслушайте нас».
— Ладно, я выслушаю то, что вы хотите сказать, — Му Цинге приподняла подол одеяний и опустилась на землю, скрестив ноги.
Король Санг Шунь с слегка торжественным выражением лица сказал: «Тогда бог, несущий родословную клана Санг, уже пал. Упадок клана Санг был уже необратим; этот факт был известен Верховным старейшинам, мне, а также старейшинам клана. Все, что мы могли сделать, это надеяться отсрочить этот упадок, насколько это возможно. Но неожиданно ваше появление принесло надежду. Первоначально ваш талант только заставил меня почувствовать, что клан Санг Поэтому, даже несмотря на то, что вы не хотели прощать свою мать или иметь какие-либо связи с кланом Санг, у меня не было другого выбора, кроме как рассматривать этот вопрос как сделку. Если бы вы могли усовершенствовать Святой Артефакт, то этот Святой Артефакт мог бы стабилизировать положение клана Санг, и я эгоистично надеялся, что за годы, проведенные в клане Санг, вы сможете примириться со своей матерью, даже если вы не будете с ней близки, по крайней мере, вы признаете ее своей. Мама, это был мой первоначальный план, но теперь...«»»
Санг Шунь умолк.
Му Цинге слушала молча, её лицо оставалось совсем непроницаемым.
Истинные намерения Санг Шуня были ей очевидны еще в тот момент, когда она соглашалась на эту сделку. Причиной, по которой она не отказалась, было то, что ей действительно требовалась техника обработки артефактов клана Санг, а такой путь сулил самые простые и ясные отношения с ними.
Что же до Санг Ланьжо...
Подобное так называемое родство никогда не стало бы преградой на её пути к вершинам.
— Теперь же ты пробудила родословную и неожиданно сгустила её давление. Это значит, что твоя кровь ближе к Предку-Богу, чем у любого члена клана Санг, даже из прошлых поколений. Твоё существование приобрело для клана решающее, судьбоносное значение, — продолжил главный Верховный Старейшина слова Санг Шуня.
Настал самый важный момент!
Глаза Му Цинге блеснули, она сосредоточилась и вслушивалась в каждое слово, не желая упустить ни единой детали.
— Возродить родословную клана Санг и вернуть ему былое величие можно лишь одним способом. Тебе предстоит стать новым Предком-Богом! Но нам самим это не под силу — только ты способна справиться с этим, — изложил суть главный Верховный Старейшина.
Му Цинге прищурилась, уловив смысл его слов.
Король Санг Шунь вздохнул: «Как только вы сконцентрируете давление родословной, вы больше не сможете разрывать связи с кланом Санг. Хотите вы этого или нет, для клана Санг вы являетесь будущим Богом-Предком».
Глаза Му Цинге резко расширились, в них плеснулось изумление.
— Дитя мое, с твоим талантом вход на Континент Богов и Демонов — лишь вопрос времени. Но знаешь ли ты, что́ единственное существует на том материке? — медленно сказал главный Верховный Старейшина.
— Боги и демоны... — тихо буркнула Му Цинге.
Великий Верховный Старейшина кивнул: «Вы очень умны. Как только вы войдете на Континент Божественного Демона, это означает, что вы уже превратились в бога. Поэтому, когда Глава Семьи говорит, что вам нужно изменить соглашение между вами, я думаю, он надеется, что, когда вы будете бороться за божественный статус в будущем, вы сможете найти божественный статус падшего Бога-Предка клана Санг в Земле Бога и Падения Демона и заменить его! Как только вы станете новым Богом-Предком, вы сможете омолодить Санг. Родословная клана и предотвратить исчезновение клана Санг».
— Божественный статус? Земля павших богов? — Му Цинге запуталась еще сильнее.
Кажется, вокруг оставалось слишком много вещей, которые она не понимала.
Главный вопрос заключался в том, неужели ноша семьи Санг, которую она так не хотела взваливать на себя, теперь неведомым образом ляжет на её плечи?
На сердце у Му Цинге стало тяжело; у неё попросту не было времени разбираться с делами клана Санг. Нельзя ли как-нибудь вернуть это проклятое давление родословной?
— Хозяйка, почему бы тебе не согласиться? Божественный статус пойдет тебе на пользу, а раз он все равно тебе нужен, согласие — лишь вопрос удобства, — вдруг голос Мэнмэн зазвучал в голове Му Цинге.
— Что такое божественный статус? И что за земля павших богов? — нахмурившись, спросила Му Цинге.
Однако Верховный старейшина покачал головой и сказал: «Об этих вопросах я расскажу вам один за другим когда вы войдете в Золотое Царство. Знать слишком рано сейчас нехорошо для вас».
И снова эта фраза!
На душе у Му Цинге стало душно.
Почему каждый раз, когда она взбирается на очередную вершину, кто-то обязательно говорит ей, что впереди ждет гора еще выше?
— Неужели это и есть путь к силе? — мысленно пожаловалась Му Цинге.
— Я отклоняю это соглашение... — все же сказала Му Цинге.
— Хозяйка, почему ты отказалась? Это же прекрасная возможность! — озадаченно спросила Мэнмэн.
Му Цинге не ответила ей, а лишь посмотрела на молчаливых Верховных Старейшин клана Санг и разочарованного главу Санг Шуня.
— Если у тебя есть какие-то сомнения, можешь озвучить их, мы всё обсудим вместе, — неожиданно сказал Верховный Старейшина.
Через некоторое время Му Цинге сказал: «Предположительно, я получил услугу от семьи Санг, и если у меня будет возможность отплатить им, я должен согласиться. Но я не хочу вмешиваться в тривиальные дела семьи Санг. Я уже перегружен своими собственными делами».
С этими словами она развела руками, показывая полную беспомощность.
— Можешь не переживать. Мелкие заботы семьи Санг твой дед возьмет на себя, так что беспокоиться не о чем. Тебе нужно лишь сосредоточиться на совершенствования, поскорее прорваться в Золотое Царство, после чего мы посвятим тебя во все детали. Когда выпадет шанс отправиться к землям павших богов, отыщи божественный статус Предка-Бога и займи его место на Континенте Богов и Демонов, — поспешно добавил Верховный Старейшина.
— Но... — Му Цинге все еще сомневалась.
Король Санг Шун сразу сказал: «Никаких но. Ты будешь пользоваться всеми привилегиями в клане Санг, и тебе не придется ни о чем заботиться, даже если это означает уничтожение клана. Сначала я обеспечу твою безопасность, не позволяя тебе рисковать. Твоя единственная задача — стать новым Богом-Предком клана Санг».
Му Цинге неохотно сказал: «Поскольку вы все так искренни в своей просьбе, я могу лишь неохотно согласиться».
...
— Мэнмэн, когда ты говорила, что согласиться с ними — это проще простого, что ты имела в виду? — покинув территорию клана, Му Цинге наконец получила возможность расс обо всем Мэнмэн.
Голосок Мэнмэн живо зазвенел в её мыслях: — Да потому что ты в любом случае отправишься в те края, а чем больше божественных статусов удастся заполучить, тем сильнее ты станешь по прибытии на Континент Богов и Демонов! Так что согласие с ними — это просто способ раздобыть еще один статус, стать сильнее и вдобавок обрести за спиной надежный тыл в лице клана Санг. Сплошная выгода!
— И что из себя представляет этот божественный статус? — поинтересовалась Му Цинге.
Но Мэнмэн тут же ушла от ответа: — Ой, если я тебе сейчас объясню, ты все равно не поймешь. Просто сосредоточься на совершенствования, и когда придет время, сама всё узнаешь. А если невтерпеж — отправляйся и пригрози своему Великому Королю Демонов!
Уголки ртов Му Цинге дернулись.
Спросить Си Мо? Сперва его еще нужно отыскать!
Мэнмэн ничего не пояснила, но Му Цинге больше не испытывала прежней спешки. Наконец, рано или поздно все тайны раскроются, и разница во времени ничего не меняет.
Вернувшись в небольшой внутренний двор, Цзян Ли заметила самодовольный вид подруги и с любопытством спросила.
Му Цинге опустилась в кресло-качалку под раскидистым деревом, улыбнулась Цзян Ли и сказала.
— Ну-ка, выкладывай, — Цзян Ли придвинулась ближе к Му Цинге.
Му Цинге перевела на нее взгляд и под оживленным взором подруги полностью удовлетворила её любопытство, пересказав события в Кровавом Озере и последовавший за ними разговор.
Выслушав, Цзян Ли воскликнул: «Действительно, это большое дело! Разве теперь вся семья Санг не будет относиться к тебе как к предку?»
Му Цинге вскинула бровь, давая понять, что это и так очевидно.
— Ишь ты, какая гордая, — поддразнила её Цзян Ли. Усевшись в соседнее кресло-качалку, она заметила: — Разве это не противоречит твоим прежним мыслям? Мало того что ты не порвала с семьей Сан, так еще и отношения стали куда запутаннее?
Му Цинге кивнул: «Есть некоторые противоречия. Но с выгодой приходят и потери. Так, я не получаю никаких преимуществ. Мне не нужно заботиться о делах семьи Санг, но я могу позволить семье Санг служить мне».
— Каким же образом? — Цзян Ли заинтересовалась.
Му Цинге подняла руку, потерла подбородок, и ее глаза прищурились в улыбке. «Город Лосин нуждается в восстановлении, и я беспокоился о том, какую отрасль развивать. Невозможно полагаться исключительно на Стражей Драконьего Зуба в выполнении миссий по поддержке города, не так ли? Изготовление оружия семьи Санг хорошо известно в Среднем Древнем царстве. Если я монополизирую продажу оружия семьи Санг, разве это не будет благом для процветания города Лусин? К тому же, это будет означать, что у меня есть десятки тысяч переработчиков артефактов. Поддержите меня; независимо от того, сколько войск я наберу, у них будет достаточно оборудования. Присоединение к городу Луосин может принести вам оружие, созданное семьей Сан, как вы думаете?» Му Цинге приподнял бровь, глядя на Цзян Ли.
Цзян Ли глубоко вздохнул. Успокоившись, она удивилась: «Му Цинге, я, честно говоря, должна восхищаться тобой. Ты все просчитал. Так что ты, казалось, смущался перед этими старейшинами, просто чтобы заманить их!»
— Благодарю, благодарю. Я пробуждаю их родословные, а они закладывают кирпичики в фундамент моих сил — честная сделка для обеих сторон, — рассмеялась Му Цинге.
— Такая юная, а уже такой хитрый стратег, — смеясь, пожурила её Цзян Ли.
Му Цинге вздохнула и покачала головой: «Говорят, что бедный ребенок рано становится хозяином. Нам, несчастным детям, приходится рассчитывать, как жить хорошо с раннего возраста, в отличие от Вашего Величества, который родился в среде всеобщего обожания, свободный от жизненных трудностей с едой, одеждой, кровом и транспортом».
— Му Цинге, у тебя вообще есть стыд? — Цзян Ли покачала головой и вздохнула.
Му Цинге подняла руку, провела по лицу и кивнула: — Меня вполне устраивает это лицо, так что, конечно, я его оставлю.
Цзян Ли закатила глаза, не в силах продолжать слушать этот бред.
— Скажи, — поинтересовалась она, — ты всё ещё собираешься через три года покинуть клан Санг?
Му Цинге без колебаний кивнула: — Старик из Башни Медицины заставил меня пообещать, что в течение пяти лет после прибытия в Срединный Мир Древности я отправлюсь в Алхимическую Академию Восточного Континента и займу первое место на Алхимической Конференции. Так что, как ни крути, а через три года мне придётся туда направиться.
— Кто-то посмел тебя шантажировать? И чем же он угрожал? — Цзян Ли тут же оживилась.
Му Цинге с лёгким раздражением взглянула на неё: — Не могла бы ты убрать злорадное выражение с лица, когда изображаешь любопытство? Он заявил, что если я не явлюсь, у него найдётся способ оповестить всех алхимиков Срединного Мира Древности о том, что Огненная Печь Небесного Воспламенения находится у меня.
— Огненная Печь Небесного Воспламенения? У этой алхимической печи столь выдающееся прошлое? — удивленно спросила Цзян Ли.
Му Цинге надула губы: — Да кто её знает? Старик говорил, что её применение не ограничивается одной лишь алхимией, но вдаваться в подробности не стал. Позже я выяснила, что она умеет поглощать земной огонь, и как-то раз бросила туда этого старого ублюдка из филиала Башни Медицины — он жарился в ней несколько ночей напролёт. Больше никаких особых свойств я не обнаружила. Впрочем, раз тот старик так уверенно говорил об этом, у него наверняка были причины. Как бы то ни было, я всё равно намеревалась заглянуть в Алхимический Институт, так что заодно исполню желание старика.
Цзян Ли кивнула и спросила: — Раз уж твои отношения с кланом Санг изменились, как ты поступишь с Санг Ланьжун?
Му Цинге равнодушно бросила: — Тут и сомневаться не в чем. Семья Сан — это семья Сан, а Сан Ланьжоу — это Сан Ланьжоу. Я могу признавать её представительницей клана Сан, но матерью считать не стану. По крайней мере, пока она сама на деле не покажет, какой должна быть настоящая мать, я не стану относиться к ней подобным образом.
— А какой, по-твоему, подобает быть матери? — спросила Цзян Ли.
Однако Му Цинге переложила всю ответственность на неё, бросив напоследок: — Понятия не имею.
...
Му Цинге не стала громко заявлять о проявлении давления родословной.
С того самого дня Му Цинге погрузилась в хлопоты. Днём она следовала за князем Санг Шунем, постигая искусство создания артефактов клана Санг, а по ночам продолжала собственную совершенствование.
Странный сон никуда не делся и по-прежнему был довольно часто, но Му Цинге постепенно перестала просыпаться от него в испуге. Во сне она совершенствовалась по тому необычному методу, и больше её тело не пыталось разорвать изнутри.
Можно ли считать это постижением Верхнего Свитков Божественной Стратегии?
Му Цинге не знала ответа, да и никто не мог ей его дать.
Уединённый дворик, где жила Санг Ланьжун и к которому никто не смел приближаться, теперь ожил. Обитатели этого места вызывали немалое любопытство у членов клана Санг: по вечерам там то и дело раздавались смех и веселье, а воздух полнился ароматами вина и жареного мяса.
Время летело стрелой, словно промелькнувший белый конь.
Му Цинге казалось, что она провела в клане Санг совсем недолго, но не успела оглянуться, как прошел целый месяц — наступил день семейного состязания.
Накануне соревнований, передав Му Цинге очередные знания об артефактах, княж Санг Шунь пригласил её в свой кабинет.
— Гэ-эр, завтра состоится семейное состязание. Ты уверена в своих силах? — с улыбкой спросил князь Санг Шунь.
Му Цинге насмешливо ответила: — А как ты думаешь? Она никогда не сомневалась в себе.
Князь Санг Шунь и сам понял, что его заход прозвучал несколько сухо, поэтому добавил: — Раз уверена — это отлично. Завтра все участвующие ученики будут состязаться вместе, а победителя определят по высшему рангу и качеству созданного оружия. Судить буду я, а также Второй и Третий старейшины. Поскольку ты тоже участвуешь, Верховный Старейшина пришлёт кого-то понаблюдать.
— Лаконично бросила Му Цинге.
— Большинство учеников нашего клана используют для создания артефактов Земной Огонь или Огонь Зверей. У тебя же Аномальный Огонь... — напомнил князь Санг Шунь.
— Я знаю, — отозвалась Му Цинге.
Рядом с князем Санг Шунем она неизменно превращалась в гробовщика любых разговоров.
Однако стоило князю Санг Шуню собраться и свернуть эту бессмысленную беседу, как Му Цинге вдруг заговорила вновь.
— Глава клана Санг, я хочу обсудить с тобой одно дело.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...