— О-о... О-о-о... О-о-о-о-о!..
Тело Зорофилии рассыпалось, превращаясь в радужный песок.
Его маска тоже зависла в воздухе и начала постепенно уменьшаться.
— Не может... быть... Ведь это же «Прародитель драконов — Дригвеша»! Почему? Почему он проиграл?.. Если даже он потерпел поражение, то у нас больше не осталось никаких средств... Долг моего рода... Наша заветная мечта... Новый мир... А-а... А-а-а-а-а-а! Ради чего... Ради чего я вообще... Всё должно было быть не так!..
Ноутс схватился за голову и сгорбился на полу.
По его щекам текли слёзы.
Что-то здесь не сходилось.
Кем же на самом деле был Зорофилия?
Я зачерпнул ладонью немного радужного песка, достал из магического мешка «Хроники Акаши» и раскрыл книгу.
Песок грёзМифический ранг
Создан пять тысяч лет назад семьёй алхимиков, служившей королевскому роду.
Говорят, одним из материалов послужил щит, который некий перенесённый в этот мир человек получил от бога. Щит расплавили и использовали при изготовлении.
Высший алхимический катализатор, способный создавать что угодно.
Кроме того, «Песок грёз» откликается на мысли людей и обладает силой исполнять любые желания.
Однако человек не способен полностью контролировать собственные мысли, а значит, не может и в совершенстве управлять «Песком грёз».
Говорят, торговец, пожелавший богатства, сам превратился в золотой слиток, а герой, жаждавший силы, — в уродливое чудовище.
Так вот что... Это и есть истинная сущность Зорофилии?
Но, согласно «Хроникам Акаши», управлять «Песком грёз» невозможно.
Если же Зорофилия принял облик дракона, у которого существует определённый прообраз, подстраиваясь под меня, то возникает явное противоречие.
И вообще... Если «Песок грёз» способен исполнять желания, то чьё желание заставило Зорофилию использовать эту силу?..
Внезапно я вспомнил название его расы.
«Сердце иллюзий».
Мне пришло в голову ужасное предположение, и кровь отхлынула от лица.
— Неужели... Чтобы управлять «Песком грёз», они сделали человека его ядром?!
— ...Если точнее, алхимическое живое существо — гомункула, созданного с использованием человеческого тела... Согласно преданию, его мышление и личность были разрушены проклятием, чтобы он жил как бог страха.
Это пробормотал Ноутс, всё ещё скорчившийся в углу комнаты.
— Как можно было совершить такую чудовищную вещь...
— Мы... Мы пошли даже на это, а царь, которому мы служили, и народ, который мы защищали, предали нас... И вот, спустя тысячелетия, в тот самый день, когда мы наконец вновь увидели свет, всё... всё обернулось вот так...!
На лбу Ноутса вздулись вены, лицо исказилось глубокими складками, а из глаз словно выдавливало кровавые слёзы.
В этот момент помещение вновь наполнилось зловещей энергией, которая, казалось, уже рассеялась.
— Неужели он ещё жив?!
Когда тело Зорофилии рассыпалось, а Ноутс разрыдался, я решил, что сражение окончено, и утратил бдительность.
Значит, превращение в дракона было не последним козырем Зорофилии?
— А?..
Посреди комнаты стоял... я сам, только в маске Зорофилии.
Двойник взмахнул рукой, и в ней оказался «Героический меч — Гильгамеш».
— Зорофилия... Ты признал этого человека сильнейшим существом, способным уничтожить твоего врага?!
Зорофилия бросился на меня с мечом.
Я встретил его удар своим клинком.
Однако уже на пятом обмене ударами мне удалось перерубить его меч.
Пользуясь тем, что Зорофилия отступил, я взмахнул клинком снизу и отсёк ему обе кисти.
Я превосходил его и в фехтовании, и по характеристикам.
Прочностью его меч тоже уступал настоящему «Героическому мечу — Гильгамешу».
Хотя характеристики Зорофилии по сравнению с прежними возросли, он всё равно оставался всего лишь подделкой.
— А... А-а... А...
Зорофилия застонал, глядя на руки без кистей.
— Пожалуйста, усните. Я не хочу причинять вам ещё больше страданий.
— А-а-а-а-а-а-а-а-а!
Руки Зорофилии восстановились, и он направил на меня пальцы.
— «Сверхгравитационная бомба — Грави-барн»...
Перед ним возник магический круг.
Не ожидал, что Зорофилия способен использовать даже мои заклинания.
Но уж слабости собственных техник мне известны лучше, чем кому-либо.
Я ещё не до конца овладел «Сверхгравитационной бомбой — Грави-барн».
Её магический круг слишком сложен, из-за чего непосредственно перед применением возникает короткая заминка.
Заклинание очень удобное, поэтому я часто им пользуюсь. Но если мне попадётся противник, умеющий воспользоваться этим мгновением, применить его в бою, скорее всего, вообще не получится.
Тогда придётся сражаться заклинаниями более низких рангов.
Я мгновенно приблизился к Зорофилии и взмахнул «Героическим мечом — Гильгамешем».
Его верхняя половина тела оказалась полностью рассечена.
Ощущение было неприятным — словно я рубил самого себя.
Зорофилия обратился в радужный песок и исчез.
Я уже подумал, что теперь-то всё закончилось, но вокруг меня возникли четыре моих двойника в масках.
— Так вы ещё и разделяться умеете?..
Трое набросились на меня с мечами.
Я отражал удары, уклонялся, отталкивался от пола и стен, уходя от преследования, а при каждом удобном случае переходил в контратаку.
Четвёртый двойник стоял поодаль и указывал на меня пальцем.
Похоже, Зорофилия собирался сдержать меня тремя копиями, а затем накрыть всех «Сверхгравитационной бомбой — Грави-барн».
Я перевёл дыхание и, одновременно создавая магический круг, перешёл в ожесточённое наступление против троих противников.
Преимущество «Техники двух сознаний» заключалось не только в возможности параллельно формировать заклинания.
Она также позволяла сосредоточиться на фехтовании, даже когда я занимался построением магического круга.
Получив несколько ударов мечом, я всё же сумел собрать трёх двойников в одном месте.
Четвёртый Зорофилия, находившийся поодаль, уже развернул магический круг.
Сейчас он применит «Сверхгравитационную бомбу — Грави-барн».
Поскольку заклинание срабатывает с заметной задержкой, подгадать момент было несложно.
— Пространственно-временная магия двенадцатого ранга: «Замедленный мир — Слоу-ворлд»!
Я заключил троих подступавших двойников в фиолетовое сияние «Замедленного мира», а сам отпрыгнул назад, за его пределы.
Вокруг начало разливаться чёрное сияние «Сверхгравитационной бомбы — Грави-барн», выпущенной Зорофилией.
— Пространственно-временная магия четвёртого ранга: «Короткая телепортация — Шорт-гейт»!
Я создал магический круг и переместился настолько далеко, насколько позволяла дальность «Короткой телепортации».
Из-за действия «Замедленного мира» трое двойников не смогли сопротивляться притяжению «Сверхгравитационной бомбы» и оказались раздавлены.
Зорофилия
РасаСердце иллюзий
Уровень3122
ХП2746/14049
МП952/14049
Похоже, даже Зорофилия наконец достиг своего предела.
Он по-прежнему держал меч наготове, но тяжело дышал, а в защите зияли сплошные бреши.
Вероятно, двойники делили между собой его магическую силу и жизненную энергию.
— Хотя бы... Исчезните спокойно.
Я начал создавать магический круг.
Этим заклинанием мне почти не доводилось пользоваться, но сейчас, похоже, я смогу попасть им по Зорофилии.
— Пространственно-временная магия двадцатого ранга: «Разрыв причинности — Карма-брейкер»!
Я направил на Зорофилию «Героический меч — Гильгамеш».
Его окутало чистое белое сияние.
«Разрыв причинности — Карма-брейкер» воздействует на причинно-следственные связи, отделяет от цели усиливающую магию и проклятия и одновременно поражает её священным светом.
Проклятие лишило Зорофилию личности и превратило его в бога страха. Наверняка всё это время он сам испытывал лишь страх и смятение.
Судя по словам Ноутса, в таком состоянии его ещё и держали под печатью несколько тысяч лет.
Я не мог вернуть ему человеческий облик, но хотел, чтобы хотя бы последние мгновения его жизни прошли спокойно.
Внутри света руки и ноги Зорофилии начали таять и исчезать.
Затем треснула его маска.
Под ней оказалось моё собственное лицо, но с невинным, почти детским выражением.
— По... играй...
Прошептав это, Зорофилия медленно закрыл глаза, словно засыпая.
Когда сияние погасло, от него ничего не осталось.
— О-о-о... Зорофилия... Зорофилия-а-а-а! Зорофилия-а-а-а-а! Наш возлюбленный бог страха-а-а!
Ноутс упал ничком и зарыдал во весь голос.
В тот же миг огромный особняк Гаранда, судя по всему уже давно державшийся из последних сил, начал стремительно рушиться.
— Нужно выбираться...
Я метнулся к окну и, перед тем как выпрыгнуть, оглянулся на особняк.
Ноутс всё ещё лежал на полу.
Не знаю, не замечал ли он, что здание рушится, или замечал, но решил остаться.
— ...Вы тоже были несчастным человеком.
Я отвернулся от Ноутса и выбрался из рушащегося особняка, оставив его позади.

Комментарии

Загрузка...