В самом центре Аробурга располагался роскошный особняк правителя города, Гаранда.
Без сомнения, это было самое большое здание во всём городе.
Гаранд терпеть не мог, когда горожане разглядывали его дом, поэтому особняк окружала высокая стена, а вокруг постоянно патрулировали стражники.
В подземном помещении этого особняка Гаранд вместе с двумя подчинёнными стоял перед молодым человеком.
У юноши были иссиня-чёрные волосы и правильные черты лица.
На первый взгляд он казался красивым, добродушным молодым человеком с мягким взглядом узких глаз.
Однако было в нём нечто странное и зловещее, отчего всякий, кто на него смотрел, невольно испытывал тревогу.
— Н-ноутс... Подготовка к ритуалу завершена?
В ответ на вопрос Гаранда юноша спокойно кивнул.
Перед ним стоял сам «Жрец злого бога Ноутс» — один из «Человеко-драконов», чьи деяния будоражили всё королевство.
Ноутсу удалось втереться в доверие к Гаранду, и теперь они сотрудничали.
— Звёзды сошлись. Око высшего мира далеко. Агнцы сбились в стадо... Духи запоют, не дождавшись рассвета. Проснётся ли вновь, чтобы уснуть, девушка, проглотившая песок и обнявшая сухую ветвь? Хотя она и знала, что ржавчину безобразной короны унаследует Идеа? Чьё лицо отражалось в клинке, обращённом вспять? Нет, если это и есть наше заветное желание...
Ноутс произносил эти слова своим красивым голосом.
Похоже, это были строки какого-то стихотворения, но ни Гаранд, ни его подчинённые не поняли ни слова.
Ноутс перевёл взгляд на троих мужчин и чуть приоткрыл глаза, словно наблюдая за их растерянностью.
Под этим взглядом все трое содрогнулись.
Им показалось, будто холод разливается по телу изнутри, вызывая необъяснимое, тошнотворное чувство.
Один из подчинённых опасливо наклонился к уху Гаранда и прошептал:
— Господин Гаранд... Этот человек слишком уж жуткий. Может быть, ещё не поздно пересмотреть ваше решение...
— Теперь отступать уже нельзя...! К тому же с помощью этого человека я стану королём...!
Некрасивое лицо Гаранда с обвисшими складками жира побледнело, однако на нём расплылась алчная улыбка.
— Не беспокойтесь, господин правитель. Я лишь хотел сказать, что приготовления завершены. Благодарю вас за то, что предоставили мне столь огромный алтарь — весь город Аробург. Благодаря этому я наконец смогу вернуть нашего повелителя, о чём мечтали многие поколения моих предков, и уничтожить глупых свиней, забывших истинную веру и упивающихся своей властью.
Ноутс слегка приоткрыл рот и улыбнулся Гаранду.
— Мне не нужна власть. Я всего лишь хочу вернуть мир к его истинному облику силой бога страха. Поэтому, как и обещал, я сделаю вас королём.
— В-вот как... Тогда хорошо, тогда всё в порядке...! Хе-хе... Я... Я стану королём...!
Гаранд глухо рассмеялся.
Двое подчинённых тревожно наблюдали за его смехом.
— Господин правитель, прежде чем наш повелитель вернётся, я хотел бы рассказать вам одну историю. В далёком прошлом, пять тысяч лет назад, чудовища и короли демонов причиняли людям несравнимо большие страдания, чем в нынешние времена.
Когда смех Гаранда стих, Ноутс неспешно продолжил свой рассказ.
— Люди непрестанно молились о спасении. После многих поколений молитв слабых и беззащитных на их зов откликнулся великий зелёный великан, вышедший из моря. Он носил устрашающую маску демона и обладал множеством рук. Именно таким его изображали на настенных росписях и каменных плитах. Этого великана называли богом страха Зорофилией.
Ноутс говорил ровным голосом.
— Зорофилия уничтожил множество королей демонов и принёс людям мир. Более того, когда в мирные времена люди начинали сражаться друг с другом, он порой вмешивался, чтобы прекратить их распри. Да, Зорофилия знал: если не станет общего врага в лице королей демонов, рано или поздно люди начнут воевать между собой. И понимал, что одними красивыми словами их не остановить. Именно поэтому он носил ту страшную маску — чтобы вразумлять глупых людей бичом страха.
Самому Гаранду не было никакого дела до бога, которому поклонялся Ноутс.
Тем не менее он слушал с притворной улыбкой: неизвестно, на что способен этот человек, если его разозлить.
— Но затем... Ах, какая же глупость! Страны, привыкшие к миру и утратившие бдительность, постепенно возненавидели Зорофилию. Род жрецов, служивших ему, — мои предки — был истреблён в результате вероломного нападения королевской семьи одного из государств, которое они прежде спасли. А самого Зорофилию запечатали...
До этого Ноутс рассказывал обо всём почти без эмоций, но теперь в его словах постепенно начала звучать ярость.
Почувствовав недоброе, Гаранд покрылся липким потом.
— И им оказалось мало даже этого... Чтобы оправдать собственные преступления, они исказили историю... Опозорили мой род и в конце концов объявили Зорофилию, бога-спасителя, злым богом! И вот уже две тысячи лет после этого в любой стране тех, кто продолжает поклоняться Зорофилии, подвергают жестоким пыткам, а затем убивают!
Ноутс так сильно сжал посох, что тот переломился у него в руках.
От ярости его лицо покрылось глубокими морщинами и стало похоже на страшную демоническую маску.
Из глаз потекли кровавые слёзы.
— Их преступления... Сколько бы поколений ни сменилось, вина за них никогда не исчезнет! И эта история не должна повториться! Прошлое было ошибкой! Мы проявили слишком много мягкости!
Голос Ноутса становился всё громче.
— Люди — всего лишь свиньи, которые не понимают чужой боли, забывают добро и жаждут лишь удовлетворять собственную алчность! Права следует оставить только избранным, особенным людям, а всех остальных держать под надзором, словно скот!
— Только так можно навеки наставить этих свиней на истинный путь, сделать их людьми и привести мир к должному порядку! Пробудившийся от печати Зорофилия будет править миром с помощью подлинного страха!
Перед кричащим Ноутсом Гаранд застыл, широко раскрыв рот от потрясения.
Он и раньше понимал, что Ноутс собирается призвать нечто опасное и устроить кровопролитие, но даже не подозревал, насколько безумны его убеждения.
Двое подчинённых, не в силах совладать с ужасом, прижались друг к другу и дрожали.
Ноутс отбросил сломанный посох, вытер кровь с глаз рукавом мантии и вновь улыбнулся своей обычной мягкой улыбкой.
— Вы ведь понимаете меня... господин правитель?
В ответ на его вопрос Гаранд дважды кивнул, не меняя застывшего выражения лица, словно марионетка, которую дёрнули за ниточки.

Комментарии

Загрузка...