«Чародейка!» — это слово эхом отозвалось в сознании Сугэ.
Чародейки... такие же еретики, как и ведьмы, но с одним важным отличием: они — обычные люди.
Это сообщество мистиков возникло в эпоху Второй династии. Чародейки научились взывать к стихиям, подчинять их своей воле и использовать эту силу как проводник для более сложных мистических практик. Позже, с падением династии, королевский дом Софии был почти полностью истреблён, и чародейки, лишившись покровителей, ушли в тень, превратившись в малочисленный и замкнутый орден.
Поскольку одной из подвластных им стихий была молния, Церковь Исцеления, чьё могущество строилось на открытии пенициллина и покорении электричества, обвинила их в краже божественного дара. Чародеек объявили богохульницами, еретичками, и на них началась охота.
Сами по себе они не представляли большой угрозы. Напротив, каждая чародейка была кладезем знаний, настоящей элитой своего времени. Все они были либо потомками королевской крови, либо наследницами самых верных вассалов дома Софии, а потому из поколения в поколение лелеяли мечту о его возрождении.
Поэтому главной традицией их ордена стала учёность.
Одновременно с освоением магии стихий они готовились внести свой вклад в будущее, возрождённое королевство. Каждая чародейка в совершенстве владела дворянским этикетом, разбиралась в политике и дипломатии, государственном управлении, разведке, литературе, праве, топографии и даже в астрономии, географии и химии.
Именно поэтому из всех еретиков чародейки устроились лучше всех. В подпольном мире и на нейтральных территориях, куда не дотягивалась длань Церкви, они были нарасхват. Любая тайная организация, любое крошечное государство готово было заплатить любую цену, чтобы заполучить в свои ряды столь эрудированную советницу.
Приведя в порядок мысли, Сугэ осторожно опустился на стул и с улыбкой взглянул на зрелую, соблазнительную Эделин.
— Мастеру Геросу несказанно повезло иметь такую спутницу, как вы.
Эти слова доставили Эделин видимое удовольствие. Уголки её губ поползли вверх, превращаясь в довольную улыбку.
— Сестра сказала, что ты маленький джентльмен. Теперь я ей верю.
— Сестра? — опешил Сугэ.
— Да, — кивнула Эделин. — Госпожа Мишель, с которой вы только что познакомились, — моя родная младшая сестра.
Что?!
Сугэ, Хиллс и Бернис одновременно ахнули. На их лицах застыло одинаковое ошеломлённое выражение.
Эта женщина, выглядящая лет на тридцать с небольшим, эта зрелая, обольстительная красавица — старшая сестра восьмидесятилетней старухи?!
Реакция троицы явно позабавила Эделин.
— Мне девяносто два года, — пояснила она. — Я на пять лет старше неё. А с Геросом мы знакомы уже восемьдесят лет.
Услышав это, Сугэ вдруг понял смысл её слов.
«Она назвала себя спутницей Мастера Героса, а не любовницей. Значит, их отношения куда ближе к супружеским».
В глазах Хиллс блеснул огонёк любопытства.
— Наверняка за это время у вас было множество опасных, но романтических приключений, — с придыханием предположила она.
Эделин с тёплой ностальгией посмотрела на девушку.
— Было дело. Когда-то Герос спас меня, двенадцатилетнюю девочку, от преследователей из Церкви. С того самого дня я решила, что он — моя судьба.
«Восемьдесят лет!» — мысленно выдохнул Сугэ.
— Чародейки живут дольше обычных людей благодаря магии стихий, но им неведом секрет вечной молодости, — холодно заметила Бернис.
— А эта юная леди весьма осведомлена, — с улыбкой произнесла Эделин.
— Я встречала чародеек раньше, — спокойно ответила Бернис. — Кое-что знаю.
Сугэ искоса взглянул на неё. Прошлое Бернис явно таило в себе немало загадок.
«Перед тем как войти, она обронила, что её прежний дом был больше этой виллы. Надо будет как-нибудь расспросить её поподробнее».
Эделин не стала ничего скрывать.
— Моя стихия — вода, и я могу менять её свойства. Питая своё тело силой воды, я значительно замедлила старение. А периодически используя лёд, я замедляю увядание клеток. Это позволяет мне сохранять и физическую форму, и юную бодрость.
— Поразительно, — с искренним восхищением произнёс Сугэ.
Рассказав о себе, Эделин перевела взгляд на него.
— А теперь, маленький джентльмен, твоя очередь. В наши дни людей, что осмеливаются водить с собой ведьм, можно пересчитать по пальцам одной руки. А тех, кто с ведьмами умудрился вступить в одну из трёх великих Церквей... пожалуй, ты такой один.
К этому вопросу Сугэ был готов.
— Для начала хочу заверить: мы не принадлежим к тем культам, что ищут неприятностей, — спокойно начал он.
— М-м, почти все культы так говорят, — с лукавой усмешкой заметила Эделин.
Сугэ неловко кашлянул.
— Мы — Церковь Вечернего Колокола. Мы веруем во Владыку Смерти и Бури.
— Владыка Смерти и Бури? — Эделин нахмурилась. Даже при всей её эрудиции имя этого божества ей ничего не говорило.
— Не удивляйтесь, уважаемая госпожа Эделин, — продолжил Сугэ. — Наш Владыка начал являть свои чудеса лишь недавно. Прежде материальный мир его не интересовал, но, узрев, сколько скверны и нечистот скопилось в нём, он ниспослал свою волю, дабы защитить тех, кто в него верует.
— Знаешь, Культ Смерти и Институт Предельной Вселенной тоже твердят, что мир погряз в скверне и их боги должны его очистить, — Эделин, казалось, получала удовольствие, парируя каждое его слово.
«...»
Сугэ впервые столкнулся с тем, что на каждую его фразу находился едкий ответ. Раздражение поднялось в груди, и он, посерьёзнев, произнёс:
— Прошу вас, не думайте, что я шучу. И не стоит сравнивать могущество моего... моего Владыки с этими самозванцами.
Он едва не оговорился и не сказал «с моим могуществом».
Но Эделин осталась невозмутима.
— У богов много ликов. Каким его хотят видеть верующие, таким он им и является. Богам нет дела до мирских судеб, их образ мыслей непостижим для нас. Все доктрины, все толкования священных текстов придуманы людьми для достижения собственных целей. Так что, малыш, не рассказывай мне этих сказок. Говори прямо, чего вы хотите.
После такого Сугэ сдулся. Его разбили по всем фронтам, и возразить было нечего. Хуже того, он чувствовал, что Эделин говорит до ужаса правильные вещи, и это лишало его последних аргументов.
Помолчав с минуту, он решил пойти напрямик:
— Я понял, что ведьмы невинны. Они — не порождения дьявола. Поэтому наша Церковь Вечернего Колокола намерена обеспечить им покровительство и надзор.
Размышляя об истинных целях и идеологии своей новоиспечённой организации, Сугэ не нашёл ничего лучше, чем без зазрения совести «позаимствовать» концепцию одной организации из своего прошлого мира.
— Покровительство и надзор? — переспросила Эделин. О такой церковной доктрине она слышала впервые.
Сугэ уверенно кивнул.
— Мой Владыка открыл мне, что ведьмы — не монстры. Они лишь невинные жертвы, чьи тела захватила сила, которую они не в силах контролировать. Мы даём им кров, чтобы они могли жить нормальной жизнью. Мы даём им знания, чтобы они научились управлять своей силой. В конечном счёте, я хочу, чтобы эти несчастные девушки смогли открыто жить в любом городе, ничего не боясь.

Комментарии

Загрузка...