Все окаменели. Никто и представить не мог, что Цзин Вэнь решится распустить руки прямо перед учителями — до тех пор, пока отчаянный вопль Дуань Хэна не раскатился по всему пляжу.
Этот плач, похожий на причитания по усопшему, мгновенно привёл учителей в чувство. Оба тут же сорвались с места, словно заведённые пружины, и бросились разнимать драку.
— Ты что творишь, сопляк? С ума сошёл?
— Цзин Вэнь, немедленно прекрати!
Толпа зашумела. Один из учителей поспешил осмотреть травмы Дуань Хэна: удар Цзин Вэня пришёлся прямо по губам, и парень, захлёбываясь слезами, выплюнул два окровавленных зуба, отчего учитель пришёл в ярость.
Многие ученики столпились вдалеке, с любопытством перешёптываясь и показывая пальцами.
— Что там происходит?
— Говорят, тот парень полез на рожон, вот Брат Сюй его и отметелил.
— Почему Брат Вэнь тоже дерётся? Кто это вообще такой?
Тон Нин Сюя резко изменился — в нём не осталось и следа прежней мягкости. Обратившись к нему, он спросил:
— Зачем ты полез на рожон?
Нин Сюй опустил голову, а на его губах застыла горькая усмешка.
Цзин Вэнь усмехнулся:
— И только из-за этого?
Последним, кто сказал ему такое, был его собственный классный руководитель.
Мощная волна эмоций накатила с силой шторма: Цзин Вэнь оказался первым и единственным человеком, который, не задавая лишних вопросов, безоговорочно встал на его сторону.
Цзин Вэнь сделал шаг к нему. На его губах играла улыбка, но в глубине глаз зарождалась буря, затягивая всё вокруг тяжёлыми тучами перед грозой.
Дождавшись, пока Цзин Вэнь уйдёт, тот повернулся к Нин Сюю и заговорил снова:
— Не слушай этого мальчишку. Расскажи мне всё как есть, и я восстановлю справедливость.
Цянь Ян задумчиво помолчал пару минут, а затем произнёс:
— Ладно, раз уж так... Что ж, я передам в школу именно эту версию. Но я всё равно потребую поднять записи с камер видеонаблюдения и сделаю всё возможное, чтобы защитить твои интересы.
Сколько себя помнил, у него всегда было немало друзей — и близких, и тех, с кем общались поверхностно. Узнав причину его перевода, некоторые первым делом заявляли, что ему стоит поработать над собой, а другие просто молча удаляли из друзей и навсегда обрывали все связи. Тот отрезок жизни он преодолел в полном одиночестве.
Он сказал правду, и к чему это привело?
Сделав глубокий вдох, он постарался унять бушевавшее в груди волнение.
Нин Сюй нахмурился, и в его глазах мелькнуло беспокойство:
— У нас была разная ситуация. Мои действия ещё можно преподнести как самооборону, но ты напал без всякой причины. По возвращении они наверняка устроят тебе серьёмзную нагоняй.
И всё же нашелся тот, кто, не вдаваясь в подробности и ни о чём не жалея, бросился его защищать.
В конце концов он всё же выбрал ту самую благопристойную ложь:
— Учитель, у нас с Дуань Хэном давние личные счёты. Только что мы повздорили из-за места, и я не сдержался. Я виноват, поступил слишком опрометчиво. Можете наказывать меня как угодно, к остальным это не имеет никакого отношения.
Цянь Ян затрясся от злости и, ткнув пальцем куда-то вдаль, закричал:
— А ну отойди! Марш вон туда!
На пляже собиралось всё больше зевак. Цянь Тому пришлось отправить кого-то разгонять толпу, после чего он вызвал машину, чтобы отправить Дуань Хэна в ближайшую больницу.
Сам он неотрывно смотрел перед собой, но периферийным званием отчётливо чувствовал, что тот продолжает сверлить его взглядом.
Спустя полчаса.
— Чего уставился? — бросил Цзин Вэнь.
— Ты же даже не знал в чём дело, но всё равно полез защищать меня. А если бы у тебя из-за этого начались проблемы? — Нин Сюй поднял на него взгляд.
Нин Сюй прерывисто вздохнул:
— Ты...
— Ай-ай-ай! Ты меня убить хочешь?!
Нин Сюй немного помедлил и кивнул.
Тут в разговор вмешался голос Цзин Вэня:
— Не хочешь — не говори. Я такого навидался: небось опять пытаются содрать побольше денег...
Такой человек никогда не опустится до уровня Дуань Хэна.
Нин Сюй никогда прежде не видел его с таким выражением лица. Почему-то ему отчаянно захотелось отступить назад, но он с трудом заставил себя стоять на месте.
Изнутри доносились вопли Дуань Хэна, резанного поросенка:
— А-а-а, полегче, полегче, больно же! Вы вообще умеете обрабатывать раны?
Стоило ему произнести хоть слово, как подоспел Цянь Ян с суровым лицом.
— Нин Сюй, подойди-ка, — поманил он его.
Нин Сюй бросил взгляд на Цзин Вэня. Тот беспечно прислонился спиной к стене, небрежно постукивая носком правой ноги по земле, — казалось, подобные сцены для него привычное дело.
— А ну заткнись! Ты вообще меня во сне не ставишь?! — взревел Цянь Ян, едва не срываясь на крик, и ткнул пальцем ему в нос.
— А?
— Кажется, он из Ланьвайя. Раньше учился с Братом Сюем в одной школе.
Нин Сюй взял себя в руки и подошёл ближе. Он услышал, как учитель говорил:
— Теперь ни классный руководитель пострадавшего, ни его родители не намерены спускать это дело на тормозах. Требуют компенсации и официальных извинений, иначе грозят пожаловаться в управление образования. Объясни мне толком, что произошло на пляже? Вы с этим Дуань Хэном были знакомы раньше?
Нин Сюй заглянул ему прямо в глаза и замер, перехватив дыхание — сердце сжало тисками.
Цзин Вэню пришлось умолкнуть. Он лишь приподнял бровь и многозначительно подмигнул Нин Сюю.
Всего полчаса назад у него были красные глаза и вздувшиеся вены на лбу, когда он сидел верхом на Дуань Хэне, чуть не забив того до смерти. Теперь же к нему вернулось хладнокровие. Но в сравнении с ним поступок Цзин Вэня, совершившего расправу прямо на глазах у учителей, выглядел куда серьёзнее.
Медсестра с раздражением надавила на рану:
— Я здесь медсестра или вы? Хотите — берите зеркало и делайте всё сами?
Оба почти одновременно отвели глаза, больше не глядя друг на друга.
Цянь Ян нахмурился и вперил в него тяжёлый взгляд:
— И всё из-за какой-то ссоры? Никаких других причин не было?
Цзин Вэнь подошёл вплотную, слегка наклонился и, глядя ему прямо в глаза, чеканно произнёс:
— Слушай сюда: мне плевать, из-за чего ты с ним сцепился. Но если этот урод ещё хоть раз посмеет к тебе приблизиться, я сделаю так, что он отсюда на носильщиках уедет, чего бы мне это ни стоило.
Перед тем как войти внутрь, он похлопал Нин Сюя по плечу:
— Ты мой ученик, и я в любом случае буду на твоей стороне. Прошлое осталось позади, так что забудь старые обиды и не держи зла. У тебя впереди долгая жизнь, не стоит тратить время на таких ничтожных людей.
Нин Сюй молча проводил его взглядом, чувствуя, как в груди шевельнулось сложное, противоречивое чувство.
Цзин Вэнь, засунув руки в карманы, подошёл ближе:
— Поговорили? Делов-то — из-за денег переживать. Не бойся его угроз: ко мне домой с жалобами ходят чаще, чем этот зануда за семестр видит драчунов. Любит он, понимаешь ли, народ пугать.
Нин Сюй молча смотрел на него какое-то время, а затем вдруг улыбнулся:
— Ты ещё и гордишься этим?
— А то как же! Ладно, забей, не бери в голову. Вернемся в город — Старик Цзин угостит тебя морепродуктами, раз уж ты сегодня толком не поел.
Уголки губ Цзин Вэня приподнялись.
Нин Сюй, до этого сильно напряжённый, невольно улыбнулся в ответ.
По возвращении в город Цзин Вэню не удалось сразу же сводить его на морепродукты: Цзин Гоцюань снова вызвал его одним звонком, и на этот раз посадил под домашний арест аж на три дня.
Дома Нин Сюй застал разгневанную Ай Кэ — её лицо раскраснелось от злости, пока она кому-то названивала по телефону.
— Да, в этой ситуации полностью виновата их сторона! — подбоченившись, выпалила она. — Оплатить медицинские расходы мы ещё согласны, но извиняться наши точно не будут! Директор Хуан, вы только проверьте, сколько у этого паренька за душой тёмных делишек! Если они хотят судиться, мы готовы дойти до конца!
— Хорошо, пусть будет так. Мне всё равно, сколько это будет стоить, главное, чтобы этот тип больше никогда не появлялся на глаза моему сыну.
Завершив звонок и заметив Нин Сюя, она тут же бросилась к нему.
— Сяо Сюй, ты в порядке? Не пострадал? Дай-ка я посмотрю, — с замиранием сердца она принялась осматривать его лицо.
Нин Сюй покачал головой:
— Мам, я в порядке.
Ай Кэ негодовала:
— Этот Дуань... кем бы он ни был — просто животное! Раньше в Ланьвайе прохода тебе не давал, а теперь заявился за тобой в Ланьгао! Если я спущу ему это с рук, грош цена мне как матери! До чего же бесит!
Нин Сюй попытался её успокоить:
— Мам, я не хочу раздувать скандал. Давай выплатим компенсацию и закроем тему.
Ай Кэ на мгновение замерла, а затем сообразила:
— Не переживай, я договорилась с директором Хуаном, что всё останется в строжайшем секрете, одноклассники ничего не узнают. Твоя тетя Чжан тоже поговорила с директором школы, утечка исключена. Сяо Сюй, тебе скоро сдавать экзамены, оставь эти заботы маме и постарайся не портить себе настроение из-за всяких мерзавцев, договорились?
Её глаза покраснели.
— Больше всего на свете я боялась снова увидеть тебя таким, каким ты был год назад. Ты ведь тогда ничего нам не рассказывал, а я так переживала...
Нин Сюй обнял её за плечи и мягко похлопал по спине:
— Я в полном порядке, мам, не переживай. Раньше... просто это я был слишком упертым.
Он никогда не считал, что такой человек, как Дуань Хэн, способен причинить ему вред — напротив, всякий раз, когда Дуань Хэн лез к нему, он неизменно оказывался на больничной койке. По-настоящему больно ему тогда сделала Сюй Цзыхань.
Он слишком доверял ему, слишком дорожил их дружбой, поэтому узнать правду оказалось так невыносимо тяжело.
Только вот как обо всём этом рассказать Ай Кэ?
Успокаивая мать добрых полчаса, он наконец сумел привести её в чувства.
Вернувшись в комнату и стараясь больше не возвращаться к неприятным воспоминаниям, Нин Сюй решил занять себя хоть чем-нибудь.
Он взял телефон, собираясь написать Цзин Вэню и попросить принести учебники, чтобы за предстоящие три дня спокойно сделать за него все конспекты.
Открыв список контактов, он с удивлением обнаружил, что у него до сих пор нет WeChat Цзин Вэня.
Подумав немного, Нин Сюй поднялся на крышу.
И точно: этот парень, прислонившись спиной к цветочнице, преспокойно дымил сигаретой.
Нин Сюй подошёл ближе:
— Меньше кури.
Цзин Вэнь от неожиданности вздрогнул, и пепел упал ему прямо на руку.
— Да чтоб тебя! Ты каждый раз появляешься из ниоткуда и пугаешь меня. Нельзя хоть чуть-чуть шуметь, когда ходишь?
Бормоча под нос жалобы, он затушил сигарету и небрежно швырнул окуррок в кусты внизу.
Нин Сюй бросил взгляд вниз:
— Если будешь и дальше так бросать мусор, скоро под окнами образуется свалка.
— С чего бы? Я каждое утро спускаюсь и собираю все окурки, иначе мать меня давно бы раскусила, — беспечно отмахнулся Цзин Вэнь.
Нин Сюй: «......»
Уж у кого-кого, а у этого уникума логика работала поразительным образом.
— Зачем искал? — поинтересовался Цзин Вэнь.
Нин Сюй завёл разговор об учебниках, словно возвращая ему должок, а напоследок добавил:
— Давай обменяемся контактами в WeChat, а то вечно в нужный момент тебя не сыщешь.
Лицо Цзин Вэня слегка изменилось. К счастью, решетка цветочницы скрыла его замешательство, и Нин Сюй не заметил сиюминутной паники.
Замявшись, он пробормотал:
— Да ну его, этот WeChat, я им почти не пользуюсь. Если что-то понадобится, поднимайся на крышу или просто позвони.
— Ты что, в пещере родился? Без WeChat обойтись не можешь? — удивился Нин Сюй.
— Сам ты в пещере родился, мне просто не нравится их интерфейс, — с напускной уверенностью перевёл тему Цзин Вэнь. — Что, думаешь, я сегодня слишком долго шёл? Когда это меня нельзя было дозваться в критический момент? Разве я не примчался сразу на помощь?
Тут Нин Сюй вспомнил вопрос, который не давал ему покоя:
— Кстати, откуда ты сегодня вообще узнал об этом? Разве ты не сидел в комнате и не писал сочинение?
Цзин Вэнь кашлянул:
— ...Ван Сун прибежал, сказал, что вы с какими-то парнями сцепились и дело падает керосином.
— Ван Сун? — Нин Сюй искренне изумился.
— Черт его знает, что на него нашло. Вдруг переклинило, вот и прибежал. Наверное, совесть замучила после всех пакостей, решил хоть раз доброе дело сделать, — небрежно пожал плечами Цзин Вэнь.
Услышав это, Нин Сюй не стал больше расспрашивать:
— Ладно, иди принеси мне учебники.
Цзин Вэнь усмехнулся:
— Без проблем, спасибо за доверие, о великий отличник.
Сделав пару шагов назад, он вдруг остановился и обернулся:
— Слушай, Нин Сюй, я ведь говорил вполне серьезно.
— О чём?
— Что бы у тебя ни случилось, я всегда буду первым, к кому ты сможешь обратиться.
Нин Сюй чуть заметно улыбнулся и чётко произнёс:
— Хорошо.
*
В понедельник утром в классе царила оживленная атмосфера: история с инцидентом на острове благополучно затихла, и все молчаливо сошлись на том, что больше к ней не возвращаются. Слухи среди старшеклассников всегда испарялись так же стремительно, как и появлялись.
Главной причиной тому послужила новая порция сплетен.
Ци Хаоян загадочным тоном сообщил:
— Слышали новость? Хуайфэн вернулся, теперь он ходит на подготовительные занятия со вторым годом.
— Я помню его, он симпатичный парень, — подала голос Лу Сысы.
Чжоу Нань усмехнулся:
— Тебе лишь бы на смазливых парней заглядываться.
— И когда это произошло? — любопытство Ли Цю не знало границ. — Разве он не брал академический отпуск из-за проблем в семье?
— Да только вчера, — отмахнулся Ци Хаоян. — И вовсе там не в семье дело... Впрочем, вам всё равно не понять.
Ли Цю недоверчиво протянул:
— Да как же не в семье? Говорят, его мать сбежала с любовником, а потом вернулась беременной и потребовала с отца алименты. Такой скандал поднялся! В сети даже её интимные фото гуляли повсюду.
Он толкнул локтем Нин Сюя:
— Ты тогда ещё не перевелся, так что эту сочную сплетню пропустил.
Ци Хаоян нахмурился:
— Прекрати, хватит копаться в чум грязном белье.
Ли Цю показал язык:
— Я же просто просвещаю Брата Сюя, ничего дурного не имею в виду.
— Вообще-то его тоже жалко, говорят, у него даже депрессия началась из-за тех фотографий. Давайте лучше закроем эту тему, — предложила Чжоу Нань. — Я слышала, он остался в Третьем классе. Если будет время, можем навестить его, всё-таки старый знакомый.
Ли Цю тут же оживился:
— Само собой! Раньше-то он вертелся с Братом Вэнем. Ци Хаоян, раз уж он вернулся, тебе придется зайти поздороваться.
Ци Хаоян кивнул:
— Подождем, пока Брат Вэнь выйдет с гауптвахты, и сходим поужинать все вместе.
Нин Сюй посмотрел на него:
— Этот парень дружит с Цзин Вэнем? Как его зовут?
— Чжоу Хуайфэн. Раньше они были не разлей вода, — ответил Ци Хаоян.
Чжоу Хуайфэн... Имя казалось странно знакомым.
За обедом Нин Сюй столкнулся с ним лицом к лицу.
Ли Цю кивком указал на парня с подносом, только что вышедшего из очереди:
— Вот это и есть Чжоу Хуайфэн.
Чжоу Хуайфэн был высоким и худым, с красивыми, резкими чертами лица. Его темные волосы слегка отросли, а во взгляде читалась мрачная угрюмость — казалось, он был всем недоволен.
— Выглядит вполне интеллигентно, как его вообще занесло в компанию Цзин Вэня? — недоумённо произнёс Нин Сюй.
Ли Цю покачал головой:
— Раньше он совсем другим был. В первом классе — такой лучезарный парень, ходил за Братом Вэнем хвостиком, вечно балагурил, общительный такой. А потом дома грянул этот кошмар... Короче, удар оказался слишком сильным. Кстати, Ци Хаоян зря тогда останавливал меня — дело было в том, что интимные фото его матери попали к девушке, которая ему нравилась. После этого он окончательно сломался.
Та девочка была первой красавицей из Класса «Чуаньюй А». Знаешь, кто это? Впрочем, вряд ли. Она при всех назвала его мерзким, швырнула его подарок на землю и велела катиться к чертям.
Нин Сюй постепенно нахмурился:
— Как такое возможно? Кто это сделал?
Стоило Чжоу Хуайфэну опустить подносом на стол, как напротив него тут же уселся Сюй Суй.
Нин Сюй бросил взгляд на соседний столик и встретился глазами с Ван Суном — тот смотрел на него так, словно безмолвно предупреждал не совать нос в чужие дела.
— Говорят, это его рук дело, — Ли Цю кивком указал в сторону Ван Суна.
Нин Сюй вдруг всё понял. Неудивительно, что Цзин Вэнь так люто ненавидел Ван Суна — неужели всё из-за этого?
Сюй Суй с улыбкой приветствовал Чжоу Хуайфэна:
— Обед заказываешь? Чего вернулся и даже не предупредил стариков? Мы бы заглянули во второй класс на огонек.
Чжоу Хуайфэн молча сжал палочки для еды, уставившись в тарелку и не смея поднять голову.
В столовой постепенно стихали голоса. В этом крыле обычно обедали старшеклассники со второго года, и мало кто знал их в лицо. Ли Цю так сильно захотелось фирменного каменного риса из этой столовой, что он специально уговорил Нин Сюя составить ему компанию.
Остальные ученики украдком поглядывали на них, не смея издать ни звука.
Сюй Суй откинулся назад, скрестив руки на груди, и под столом пихнул Чжоу Хуайфэна ногой:
— Чего язык в жопу засунул? Оглох, что ли? С тобой разговаривают.
Нин Сюй поднялся со стула, но Ли Цю испуганно схватил его за рукав:
— Брат Сюй, не надо, мы же их совсем не знаем.
— Это тот самый тип, который в прошлый раз раскидал вещи Сяо Пана, — глядя на Сюй Суя, холодно произнёс Нин Сюй.
Ли Цю опешил:
— А? Сяо Пан... Погоди-ка, Брат Сюй!
Не успел он договорить, как Нин Сюй уже направился к их столу.
Сюй Суй ухмыльнулся:
— Не разговариваешь, не ешь — характер показываешь? Хочешь, я тебя покормлю? Ладно уж, побуду заботливым одноклассником, ложечку за ложечку...
С этими словами он взял суповую ложку и нарочно, якобы случайно, плеснул горячим бульоном прямо на форменную куртку Чжоу Хуайфэна.
Остальные посетители тут же подхватили свои подносы и поспешили пересесть подальше.
Чжоу Хуайфэн до крови закусил губу, по его лицу катились крупные капли пота. Его тело мелко дрожало, а грудь тяжело и часто вздымалась.
Сюй Суй залился довольным смехом, словно резвящийся ребенок:
— Вкусно? Еще добавки принести?
Сзади раздался холодный, не предвещавший ничего хорошего голос:
— Суп действительно неплох. Хочешь попробовать его с головы до ног?
Сюй Суй попытался обернуться, но не успел разглядеть говорящего, как под всеобщие удивленные вскрики целая миска горячего супа обрушилась прямо на его макушку.

Комментарии

Загрузка...