Финал назначили на следующее утро. В первом поединке сошлись Линь Цинъинь и другой истинный ученик – они оспаривали третье место.
Судя по всему, вчерашнее поражение не слишком сильно подкосило девушку: она с легкостью одолела соперника.
Пусть трехмерные показатели Лоу Яо и уступали параметрам Линь Цинъинь, остальные его характеристики были прокачаны на максимум, что позволяло раз за разом брать верх над противниками превосходящей силы. В полевых же условиях он и вовсе мастерски использовал особенности любого окружения.
Одержав победу, Линь Цинъинь даже не взглянула в сторону возвышения, а сразу ушла под трибуны.
Атмосфера вокруг нее казалась холоднее прежней в несколько раз.
Следом наступил черед заключительного поединка Лоу Яо.
Его противник, Чжао Линъюнь, славился среди истинных учеников своей железобетонной надежностью. Годами оттачивая мастерство, он уже полгода как застрял на пике третьего ранга, его техника владения мечом была тяжеловесной и прочной, а в нападении и защите почти не оставалось брешей.
Пройдя весь путь отборочных без единого поражения, пусть и без ярких побед, он методично вел каждый бой, за что старейшины прозвали его меж собой «Неприступной Стеной».
Лоу Яо встал напротив него в полутора шагах, они обменялись традиционным поклоном сородичей по секте, и оба одновременно извлекли клинки.
Зная о пронзительном зрении Лоу Яо, Чжао Линъюнь с первых же секунд отказался от вычурных приемов. Его стиль движения напоминал надвигающуюся гору: удар следовал за ударом с железной последовательностью, без спешки и риска, в расчете на то, что колоссальный запас внутренней энергии измотает Лоу Яо и сокрушит его натиск.
На месте любого другого адепта противник с такой непроницаемой защитой давно бы занервничал и сорвался. Но Лоу Яо сохранял ледяное спокойствие – в прошлой жизни ему доводилось видеть куда более глухие «автобусы» за доской, стоит ли удивляться подобному?
Он продолжал кружить по помосту, а Меч Юэлин то и дело покалывал противника в поисках брешей, не столько стремясь нанести урон, сколько прощупывая почву.
Они сошлись в затяжном обмене ударами, разменяв около сорока выпадов под затаившее дыхание зрителей.
Пока Чжао Линъюнь не совершил легкую оплошность, вложив слишком много силы в горизонтальный удар и самую малость затянув возврат меча. В ту же секунду клинок Лоу Яо змеей проскользнул внутрь, острие легко коснулось ворота на груди противника и тут же отпрянуло.
Лоу Яо произнес негромко: ─ Благодарю за бой.
Протяжно прозвучал бронзовый колокол, и всё было кончено.
Первое место – Лоу Яо, второе – Чжао Линъюнь, третье – Линь Цинъинь.
Следом за этим Чэнь Фан вновь разразился долгой речью, от которой у Лоу Яо начали вянуть уши.
По окончании состязаний белобородый старейшина из Управления делами вывел тройку призеров к боковой галерее тренировочной площади. Миновав несколько резных лунных арок, они остановились перед тяжелой каменной дверью.
Старейшина достал из рукава нефритовый жетон и вставил его в паз на стене. Откуда-то изнутри донесся глухой скрежет механизмов, и каменные створки медленно разошлись в стороны, открывая уходящий вниз проход.
Стены тускло мерцали от вмонтированных повсюду жемчужин ночного света, освещавших голубоватые каменные ступени.
Пройдя с добрую чашку чаю, путники достигли конца пути. Перед ними предстала массивная бронзовая дверь, за которой и скрывалось хранилище секты.
Шагнув за порог, Лоу Яо увидел ряды стеллажей из фиолетового сандала, уходивших вглубь вдоль каменных стен. На полках аккуратно лежали самые разные вещи:
древние свитки, короткое и длинное оружие, флаконы с пилюлями, сложенные стопками одежды и доспехи. В самом углу тускло мерцали глыбы руды с синеватым отливом – судя по всему, отборный материал для ковки божественного оружия.
Белобородый старейшина, заложив руки за спину, встал у входа и бросил лишь одно: ─ Время ограничено одной палочкой благовоний.
Лоу Яо медленно пошел вдоль полок, скользя взглядом по выставленным сокровищам.
Он попытался мысленно воззвать к Шишу точно так же, как перед тем прилавком с бронзовым зеркалом, но древний фолиант на дне моря сознания молчал. Очевидно, вещей равной ценности здесь не нашлось.
Впрочем, особого разочарования он не испытал и принялся выбирать со всей серьезностью.
Добравшись до стеллажа в глубине зала, Лоу Яо остановился.
На полке лежала тонкая одежда нежно-персикового оттенка, переливавшаяся под сиянием жемчуга словно растертые в пыль облака.
Он протянул руку и провел пальцами по ткани: на ощупь она казалась невесомой, но в то же время от пальцев исходило странное, уютное тепло.
Заметив, что юноша замер перед сокровищным одеянием, старейшина подошел ближе, поглаживая бороду:
─ Эта вещь зовется Сокровищным одеянием Красочного Облака. Его соткали из шелка тысячелетних ледяных шелкопрядов снегов Западного края вперемешку с облачной парчой.
─ Легко как пух, клинки не берут.
─ К тому же ткань сама по себе отталкивает грязь, а любые повреждения со временем затягиваются сами собой.
─ Пусть в грубой силе защиты оно уступает тяжелым доспехам, зато куда удобнее в носке и сидит как вторая кожа, ничем не отличаясь от обычного платья.
Лоу Яо подумал немного и решил, что лучшего варианта ему не сыскать.
Меч Юэлин у него уже был – первый клинок, подаренный Сюй Юэси, к которому он привык и который имел для него особую ценность.
Хотя до божественного оружия клинку было далеко, менять его пока не планировалось.
Поэтому Лоу Яо кивнул старейшине: ─ Младший берет это.
Старейшина не стал задавать лишних вопросов, снял одеяние с полки, аккуратно сложить его, убрал в парчовый мешочек и протянул юноше.
...
Когда Лоу Яо вернулся на пик Сюлинь, уже перевалило за полдень.
Сюй Юэси сидела за каменным столом перед бамбуковой хижиной, прижимая к груди Таохуа, а у ее ног грелся на солнышке Синчао.
Завидев возвращение Лоу Яо, Сюй Юэси бросила взгляд на мешочек в его руках и небрежно бросила: ─ Что выбрал?
Лоу Яо достал Сокровищное одеяние Красочного Облака и встряхнул его; при дневном свете ткань заиграла переливами.
Сюй Юэси слегка кивнула.
─ Глаз у тебя наметанный. Эта вещица пылилась в хранилище давным-давно, и для тебя она куда полезнее, чем грубые клинки.
Женщина на мгновение коснулась ткани кончиками пальцев, а затем достала из рукава миниатюрный нефритовый кулон в форме меча.
Сюй Юэси небрежно бросила его юноше, и тот ловко поймал вещицу.
Кулон оказался теплым на ощупь, а внутри него угадывалось слабое голубоватое сияние.
─ Наставница, это что?─ Амулет-оберег. Если окажешься при смерти, раздави его – он выдержит удар великого мастера в полную силу.
Сюй Юэси говорила подчеркнуто ровно: ─ Силенок у тебя пока маловато, а бездна Юньсин таит немало опасностей, так что с ним будет надежнее.
Стискивая в пальцах нефритовый меч, Лоу Яо чувствовал, как грудь наполняется чем-то мягким и теплым.
Юноша не стал благодарить вслух, лишь бережно привязал амулет изнутри к поясу, устроив его поближе к телу.
...
Следующие несколько дней прошли в лихорадочной подготовке.
До открытия тайной тропы бездны Юньсин оставалась всего неделя. Согласно сектанским сводкам, в поход собирались не только истинные адепты секты Цзяньсин, но и ученики таких праведных обителей, как Академия Вэньчжао и Дворец Цзисяо.
Поговаривали, что и демонический культ тоже зашевелился.
Хотя встреча праведников и демонов в секретных землях не обязательно означала немедленную резню –
в Цзяньху тоже ценили правила приличия и человеческие отношения –
в местах, где каждый стремился урвать свое, излишняя осторожность никогда не бывала лишней.
Впрочем, сам Лоу Яо на эти дни даже сбавил темп тренировок.
Он проводил по полдня в книгохранилище, устроившись на втором этаже у окна, и поглощал всё подряд: от географии и астрономии до записок о диковинках, от историй возникновения боевых искусств различных школ до хроник последних лет жизни боевых искусств.
Библиотека секты Цзяньсин поражала воображение своими богатствами, превосходя любые ожидания; здесь хранились уникальные рукописи и манускрипты, которых не видывали даже столичные книготорговцы. К счастью, феноменальная память позволяла Лоу Яо впитывать знания, словно губка.
За чтением старинных книг время летело незаметно: он сидел у окна с рассвета и до самых сумерек.
В тот вечер Лоу Яо изучал томик с описанием нравов прежних династий, как вдруг Шишу на дне его сознания тихонько затрепетала.
Отложив фолиант, он закрыл глаза и погрузился вглубь себя, обнаружив, что на карте созвездий Лазурного Дракона вспыхнули еще две звезды.
Созвездие Сердца (Синьсю) – чистота разума.
Созвездие Хвоста (Вэйсю) – умение делать выводы из малого.
По сути, оба они являлись боевыми талантами: Синьсю позволяло в любой момент входить в состояние безупречной ментальной ясности, а Вэйсю помогало на лету раскрывать и изучать чужие приемы, обращая их в пищу для собственного развития.
Когда Лоу Яо вновь открыл глаза, за окном уже сгустились сумерки, и в библиотеке не осталось ни души.
Откинувшись на спинку кресла, он перевел дыхание, и на губах заиграла легкая улыбка.
Состояние беспристрастного разума от Синьсю и озарения в бою от Вэйсю сослужили бы ему куда лучшую службу в предстоящем исследовании бездны, чем лишние несколько дней зубрежки меча.
─ И впрямь говорят: знание – сила.

Комментарии

Загрузка...