Йорк до сих пор отлично помнил одну притчу из сказок на ночь, что рассказывают маленьким детям. «Ни одна добыча, на которую нацелился волк, не спасётся от его клыков и когтей».
В детстве он лишь фыркал на эти слова, считая их глупой пугалкой для несмышлёнышей. Но теперь, сидя здесь, он с тоской осознавал: чёрт возьми, а ведь сказка-то не врубила.
Он ютился на заднем сиденье роскошного чёрного седана, вжавшись в дверцу и едва дыша от неловкости и страха. По другую сторону дивана расположилась Кэтрин. Откинув голову, она отдыхала с закрытыми глазами. Выглядела девушка вымотанной до предела: густая шерсть кое-где взъерошилась, а на лбу залегла глубокая, тревожная складка – словно её терзали мрачные мысли.
Йорк то и дело украдкой бросал на неё боковые взгляды. Точный её возраст оставался загадкой, но выглядела она совсем юной, вряд ли сильно старше его самого. И в голове у него не укладывалось: через какой же ад ей пришлось пройти с самого детства, чтобы стать настолько хладнокровной, настолько... жестокой?
Несколько десятков жизней клана Линдвилл. Вырезала всех до единого, даже глаз у неё не дернулся.
Впрочем, размышлять об этом сейчас было некогда. Гораздо сильнее его волновал иной вопрос: как умалосливить сию юную госпожу и заставить её сменить гнев на милость?
Если порассуждать здраво, он ведь не сделал ей ничего дурного. Да, его бывший босс был её врагом, но как там говорят? Неведение не грех!
При этой мысли в душе Йорка вспыхнул робкий лучик надежды. Он прокашлялся и осторожно позвал:
— Э-э... госпожа? Юная госпожа?
Кэтрин медленно приоткрыла один глаз, смерила его ледяным, пренебрежительным взглядом и процедила сквозь зубы:
— Заткнись.
Йорк виновато улыбнулся и тут же сжал губы. Единственное слово мгновенно пустило под откос всю ту длинную, умилостивительную речь, которую он только что выстроил у себя в голове. Да и глупо было надеяться на чудо: он ведь своими глазами видел гибель всего рода Линдвилл. С какой стати Кэтрин оставлять в живых столь опасного свидетеля?
В салоне автомобиля снова воцарилась липкая, давящая тишина. Йорк судорожно начал искать новые варианты. «Так, стоп, – подумал он. – ...Если подумать, у нас ведь с ней вполне неплохие отношения! Мы вместе сражались, вместе ели... Настоящие боевые товарищи! Не относись она ко мне хорошо, я бы сейчас не в мягком кресле сидел, а валялся в багажнике со свёрнутой шеей, как старик Линдвилл».
И что же от него требуется в такой ситуации? Ответ напрашивался сам собой. Нужно подлизаться... кхм, то есть попытаться её развлечь и поднять настроение!
А что сближает людей и разряжает обстановку лучше хорошей шутки? Йорк снова слегка кашлянул:
— Юная госпожа, а как у вас в своё время было с учёбой?
Кэтрин, не поворачивая головы и прижавшись лбом к прохладному стеклу, глухо раздраженно отмахнулась:
— Рожай быстрее, чё надо.
— Вот загадка! Лысого сбивает машина. Какая тут связь с прической? Угадаете?
— ...
Кэтрин погрузилась в молчание и повернулась к нему, пытаясь понять, какую ещё глупость он удумал. Но встретила лишь искрящийся надеждой взгляд Йорка, который буквально умолял: «Ну же, спроси! Спроси меня скорее!»
— Ц... — она досадливо цокнула языком и со вздохом сдалась:
— Ну и какой ответ?
— «Волос с головы не упал»!
— ...
Уголок губ Кэтрин против её воли дёрнулся вверх, но она тут же взяла себя в руки и вернула суровое выражение лица.
— Бред, — фыркнула она, закатив глаза, и снова отвернулась к окну.
Йорк решил закрепить успех:
— А какое слово объединяет мужчин, женщин, стариков и детей?
Кэтрин решила игнорировать его, и Йорк, не удержавшись, сам же и выпалил отгадку:
— Поголовное истребление!
В отражении тёмного оконного стекла Йорк чётко увидел, как Кэтрин изо всех сил пытается сдержать рвущуюся наружу ухмылку. Сердце его радостно забилось: сработало! Было только одно «но», о котором он совсем забыл... Если он видел её ухмылку в отражении окна, то и она в том же стекле прекрасно видела его довольную, сияющую физиономию.
И результат не заставил себя ждать.
Бум!
Тяжёлая железная дверь со грохотом захлопнулась, и Йорк снова оказался в уже знакомом сыром подвале.
— Нет! Юная госпожа! Вы не можете так со мной поступить! — Он отчаянно заколотил кулаками в холодную сталь. — Хотя бы... хотя бы пожрать дайте!
Шаги за дверью стремительно затихали в глубине коридора – никто не собирался возвращаться.
И тут из тёмного угла подвала раздался слабый, хриплый голос:
— Не умоляй. Это бесполезно.
Йорк вздрогнул, резко обернулся и только сейчас заметил, что у него есть сокамерник. В углу на соломе лежал лесной волк. Его лапы, туловище и голова были сплошь замотаны окровавленными бинтами, сквозь которые всё ещё сочилась алая бурая жидкость.
«Ого... – ...Йорк аж воздухом поперхнулся от увиденного. – ...А парню-то досталось по полной программе!»
Зверь тем временем продолжал тихо и угасающе говорить:
— Каждый животный, попадающий сюда, обречён на смерть. Живым отсюда никто не выходит...
Осторожно подойдя ближе, Йорк присмотрелся: у волка не хватало четырёх пальцев на лапе, а одно ухо было попросту оторвано. «Неужели это и есть тот самый младший брат, о котором рассказывала Кэтрин?», – пронеслась догадка.
Не успел Йорк задать вопрос, как израненный волк спросил первым:
— За что она тебя упекла?
— Э-э... за то, что я рассказал ей анекдот? — Йорк и сам толком не понимал, почему юная госпожа так разозлилась, ведь в машине она явно едва удерживалась от смеха.
— ...
Волк на мгновение лишился дара речи, но затем проигнорировал странный ответ и заговорил вновь, на этот раз с неожиданной страстью и силой в голосе:
— Меня зовут Джейсон. Думаю, ты обо мне слышал. Я брат этой дьяволицы Кэтрин. Раз уж ты оказался здесь, значит, мы с тобой собратья по несчастью!
Горечь и ненависть хлынули из него потоком, голос зазвенел от накала эмоций:
— Мы должны объединить силы и восстать! Восстать против тирании этой ведьмы! Против её кровавой диктатуры! Восстать... кхе-кхе-кхе!
— Эй-эй, парень, ты бы полегче! У тебя же все кишки наружу, куда тебе сокрушать тиранию? — Йорк качнул головой и сердобольно похлопал его по спине, помогая перевести дыхание.
А про себя подумал: «Слово „ведьма“, пожалуй, подходит Кэтрин идеально».
Спустя пару минут Джейсон кое-как справился с приступом кашля и еле слышно прошептал:
— Кхм... сп-спасибо...
Йорк уселся рядом с ним прямо на холодный пол, поджав ноги, и полюбопытствовал:
— А за что ты так ненавидишь родную сестру?
Морда Джейсона исказилась от невыразимой боли, он задрожал всем телом, погружаясь в ужасные воспоминания:
— Ты даже не представляешь, сколько волков она зарезала ради титула главы клана! Я никогда не забуду тот роковой день... Она не пощадила даже собственных родителей! Она настоящая исчадие ада! Я клянусь, я заставлю её заплатить за всё!
— А-а, вот оно как, — без особых эмоций отозвался Йорк. Но, желая поддержать разговор, подлил масла в огонь:
— Ну, я на твоей стороне! Вперёд!
Он давно вырос из возраста, когда верят всему на слово. Будь Кэтрин действительно безжалостным чудовищем, способным без мигания зарезать собственных отца и мать, лежащий перед ним Джейсон давно бы гнил в земле. Да, его жестоко изувечили, но ведь оставили в живых!
Йорк перевёл взгляд на миску с надкусанной, испачканной кровью едой, стоявшую неподалёку. По крайней мере, умирать ему от голода Кэтрин точно не желала. «М-да... Надеяться можно на лучшее, но как бы мне самому не пришлось пройти через подобные „ласки“», – с тревогой подумал Йорк.
Джейсон же, услышав слова поддержки, просиял и подался ближе к Йорку. Он огляделся и шепнул почти в самое ухо:
— Я знал, что ты наш человек! Братуха, ты, должно быть, тоже давно терпеть не можешь эту тварь? Скоро за мной придут мои люди и вытащат отсюда. Не ссутулься – я заберу тебя с собой!

Комментарии

Загрузка...