— Чэнь Жань, ты... ты закончил?
У входа в мастерскую Цай Цзыцзя со страхом смотрел на друга. Совсем недавно изнутри доносились леденящие душу крики.
Чэнь Жань кивнул:
— Зови людей.
— Хорошо!
Цай Цзыцзя развернулся, сделал несколько шагов, но остановился и обернулся:
— Чэнь Жань, ты убил Ду Юэ?
Чэнь Жань посмотрел на старого друга и вздохнул.
— Ты её убил? — настаивал тот. Ему нужен был прямой ответ.
Чэнь Жань перевел взгляд на далекую городскую стену.
— Эта стена может сдержать монстров снаружи, но она бессильна против зверей внутри города. И уж тем более — против зверя, что сидит в сердце человека.
— В мире зверей закон только один: слабый идет в пищу сильному.
Цай Цзыцзя не совсем понял смысл этих слов, но догадался: Ду Юэ мертва. Старый друг стал чужим, и Цай Цзыцзя не знал, радоваться этому или бояться.
Оба покинули территорию мастерской.
Чэнь Жань отправился в кузницу и съел еще двадцать килограммов мяса барса.
Он понял, что его предел — около пятидесяти килограммов в день. Туши зверя ему хватит минимум на пять суток.
— Дин, разбуди меня в восемь тридцать, — сказал Чэнь Жань Дин Лэю, который усердно работал молотом.
Тот кивнул.
Вскоре Чэнь Жань заснул. В этот раз призрачный образ Чернозубого снежного барса стал гораздо отчетливее.
Дух зверя ступил на Божественный Алтарь.
«Нет! Если я принесу его в жертву сейчас, эффект от следующих порций может снизиться. Точно так же, как было с мясом зверей среднего уровня».
Повинуясь его воле, барс замер. Чэнь Жань решил доесть всё мясо и только потом провести ритуал.
Во сне он принялся отрабатывать Виброкулак.
Спустя какое-то время его растолкали.
— Уже половина девятого, — сказал Дин Лэй.
— Ох! Как быстро.
Дин Лэй покосился на остатки мяса барса:
— Старина Чэнь, ты ведешь себя странно. Постоянно ешь эту дичь. Не знаю почему, но в лавках зерно уже не меняют на талоны. Может, стоит обменять мясо на рис?
Чэнь Жань протянул ему десять талонов по сто килограммов:
— Попробуй купить зерно у частников. Плевать на цену, бери всё, что найдешь. Чем больше, тем лучше.
Закончив с поручениями, Чэнь Жань поспешил в сад.
Это место было территорией Лэй Бао.
Сейчас там было оживленно. Собралось много народу.
У бассейна Лэй Бао велел выставить длинные столы, неподалеку жарили шашлыки. Столы ломились от закусок.
— Чэнь Жань, сюда!
Увидев его, Чэнь Юминь помахал рукой.
Чэнь Жань присел с краю стола рядом с ним.
Напротив сидели Чэн Тай и Ли Хуан, но они не обратили на парня внимания — всё их внимание было приковано к человеку в центре стола.
Тот стоял и, активно жестикулируя, вещал:
— Те, кто это видел, чуть ума не лишились!
— У Ду Юэ тело ниже шеи превратилось в кровавое месиво! Говорят, одна голова целой осталась.
— Людей Чжоу Динфэна, кто там был, всех наизнанку вывернуло.
— А дальше что? Что потом? — спросил кто-то.
Лэй Бао усмехнулся:
— Люй, не тяни кота за хвост, рассказывай до конца.
Мужчина по фамилии Люй продолжил:
— Ну, понятное дело, сразу позвали Ду Гуанханя. Говорят, когда он это увидел, выл белугой. Когда Ду Ян погиб, он и слезинки не проронил, а по Ду Юэ рыдал так, будто она ему родная дочь.
— Сдается мне, слухи не врали: она и впрямь была его дочкой от невестки!
— А убийцу-то нашли? — Не унимался Лэй Бао.
Люй кивнул:
— Повязали на месте. Какой-то пацан из лагеря, Ван Юй зовут.
— Его мамаша еще Тофусной Красавицей звалась. Его поймали, когда он с мешками и ведрами пришел — видать, хотел прибраться и смыть следы. Тут его Ду Гуанхань и прищучил.
— Тот в такой ярости был! Говорят, одним ударом этого Ван Юя пополам развалил. Сразу насмерть!
— А отчим его что? Он же тоже из наших, из воинов? — спросил кто-то из толпы.
Люй фыркнул:
— Да какой он отец, отчим просто. Да и кто против Ду Гуанханя рискнет вякнуть? Сидит тихо, слова не смеет сказать.
Лэй Бао довольно хлопнул в ладоши:
— Поделом! Вот это я понимаю — новости!
Чэнь Юминь тут же поддакнул:
— Сами небеса против них! Это добрый знак. Сегодняшнее дело точно выгорит!
— Хорошо сказано! — Лэй Бао поднял бокал. — Пьем за успех!
Все последовали его примеру.
Чэнь Юминю было немного обидно, что Лэй Бао даже не запомнил его имени, но он решил, что в будущем будет угождать еще сильнее.
Поскольку предстояло серьезное дело, в бокалах был не алкоголь, а сок.
Когда Лэй Бао сел, остальные тоже вернулись к еде.
— Дядя Чэнь, а что за дело намечается? — шепотом спросил Чэнь Жань.
— Сам не знаю, — ответил Чэнь Юминь. — сказали — дадут приказ, пойдем выполнять.
После трапезы Сюэ Ну встал и зычно скомандовал:
— Кому нужно оружие — разбирайте, и за мной!
Чэнь Жань взял себе меч — обычный клинок, не самый плохой, но и не выдающийся. В руке он лежал легковато, хотя парень выбрал самый увесистый из предложенных.
За Сюэ Ну последовало около двадцати воинов. Еще одна группа осталась — видимо, им предстояло действовать в другом месте.
Было около одиннадцати вечера. Улицы городка опустели.
Сюэ Ну вел отряд из двух десятков воинов дворами и переулками, пока они не вышли к центральному перекрестку Хуэйцзяна.
Там, у дверей зерновой лавки, на земле спали сотни людей, надеясь первыми получить зерно утром.
Однако Сюэ Ну направился не к лавке, а к воротам зернохранилища, расположенного чуть поодаль.
— Вы двое — туда.
— Ты — на тот пост. И вы двое — перекройте этот переулок. Никого не выпускать! — Раздавал он тихие приказы.
Чэнь Жань заметил, что Сюэ Ну фактически берет зернохранилище в кольцо.
«Неужели они собрались его штурмовать?» — удивился он.
Чэнь Жаня вместе с тем самым «братом Шэном» поставили охранять вход в переулок.
Этот Шэн был тем самым типом, что расправился с Фэй Ту на улице Цяотин.
Его звали Чжэн Шэн, он был учеником боевых искусств среднего уровня и считался верным псом Сюэ Ну — такой же жестокий и беспощадный.
По иронии судьбы их пост оказался именно в том переулке, где Чэнь Жань недавно устроил засаду на Ду Гуанханя.
Пятна крови после убийства У Дацзюня еще не смыли, хотя само тело, конечно, убрали.
Чжэн Шэн, поигрывая мечом, заметил кровь на земле. Он коснулся лужи кончиком клинка и... лизнул его.
— Тьфу! — Сплюнул он. — Прогорклая. Не свежак.
Этой выходкой он явно хотел напугать новичка. Он обернулся к Чэнь Жаню, но, увидев на его лице полное безразличие, недовольно хмыкнул.
— А ты, я смотрю, кремень, — оскалился Чжэн Шэн. — Ли Хуан говорил, ты парень резкий. Посмотрим сегодня, какой ты в деле.
Чэнь Жань заискивающе улыбнулся:
— Что вы, брат Шэн. Я только слабых горазд обижать. А как увижу кого посильнее — сразу ноги в руки и ходу.
Чжэн Шэн презрительно хохотнул:
— Ну и дрянь же ты. Это не крутость, это подлость называется.
Чэнь Жань лишь смущенно улыбнулся в ответ.
В этот момент со стороны площади на перекрестке донеслись крики и шум.

Комментарии

Загрузка...