Се Цзюэр брала их по одному и рассматривала.
Формула Задержания Дыхания — базовая техника скрытия дыхания, чей принцип заключается в подавлении циркуляции духовной силы и временном снижении эффекта колебаний духовной энергии.
Эта штука была нацелена на духовную силу и абсолютно никак не могла повлиять на ее собственную, которая сочилась наружу в любое время дня и ночи.
Искусство Сокрытия Духа тоже служило для подавления колебаний духовной силы и было лишь немного искуснее Формулы Задержания Дыхания, по сути являясь техникой того же типа.
Третий нефритовый бамбук содержал неполное Искусство Единого Ци Перерождения Хаоса, в котором удавалось разобрать лишь первые три уровня, а последующее содержимое оказалось разбито.
Она пролистала его: принцип здесь больше упирался в сокрытие жизненной силы, и для нее он тоже был бесполезен.
Се Цзюэр положила нефритовый бамбук на место, стряхнула с рук пыль и подняла голову.
Результат был вполне предсказуем.
Эта штука вообще принадлежала к совершенно иной системе, нежели духовная сила. То, что она втягивала в свой тяньань, трансформировалось в ци желаний и могло использоваться вместо духовной энергии.
Однако то, что рассеивалось вокруг ее тела, оставалось прежним — подавить это методами духовной силы не представлялось возможным.
Техники скрытия ауры сами по себе являлись узкоспециализированными, и было бы странно отыскать здесь что-то подходящее.
— Есть ли какие-нибудь подходящие артефакты? — подойдя к двери, она остановилась в шаге от нее и обратилась к женщине-практику.
Та задумалась и покачала головой:
— Артефакты для сокрытия ауры существуют, но стоят безумно дорого, и я их не продаю.
С этими словами она смерила Се Цзюэр взглядом с головы до ног и добавила:
— Если тебе действительно нужны редкие артефакты, не лучше ли поискать их на большом рынке?
— ...Благодарю, — слегка кивнула Се Цзюэр.
Покинув лавку техник, она направилась прямиком к рядам с временными лотками.
Старик из Байцаотана упоминал, что среди старых вещей могут обнаружиться записи, оставленные предшественниками, и она надеялась отыскать нечто подобное.
Раньше ей уже доводилось заглядывать на барахолки на других рынках: вещи, которые выставляли там на продажу, в основном происходили из различных секретных пространств и руин, от пожитков погибших бродячих практиков либо представляли собой кучи мусора неизвестного происхождения.
Свою Формулу Направления Желаний она как раз и выучила, усовершенствовав древнюю неполную технику привлечения ци, найденную среди груды хлама.
Впрочем, девяносто с лишним процентов подобных старых вещиц составлял откровенный мусор: какие-то обрывки техник, состряпанные наугад рецепты пилюль, а то и вовсе пустышки, выдававшие себя за древние тайные искусства — ничего толкового среди них удержаться не могло.
Это было сродни поиску золота в песке: удастся ли найти что-то полезное, целиком зависело от чистой удачи.
Обойдя все кругом, Се Цзюэр наконец заметила в самом углу небольшой лоток с разной рухлядью.
На расстеленной по земле потрепанной ткани громоздились с полсотни запыленных нефритовых бамбуков, тетради с записями и всевозможные мелочи. Рядом стоял складной табурет, на котором дремал сухощавый мужчина-практик.
— Уважаемый коллега.
Тот приоткрыл один глаз, окинул ее взглядом и снова закрыл:
— Что ищешь — ройся сам.
Се Цзюэр присела на корточки и принялась перебирать кипу записей.
Все они содержали лишь рассуждения старших о культивации или дорожные заметки — сплошная вода, никакой пользы.
Порывшись еще немного, Се Цзюэр перевела взгляд на лежавшие рядом нефритовые бамбуки.
Ее пальцы скользили от одной пластинки к другой, и каждую она сканировала своим божественным сознанием.
Большинство представляли собой неполные комплекты техник с громкими названиями вроде Искусства Синего Дерева, Формулы Яркого Пламени или Искусства Единого Ци Перерождения Хаоса.
Стоило проникнуть внутрь взглядом, как обнаруживалось: то не хватало ключевых глав, то условия культивации были настолько суровыми, что обычному человеку их было просто не осилить.
Перебрав около двух десятков пластинок, ее палец наткнулся на нефритовый бамбук совершенно иного цвета.
Остальные были серовато-белыми или бледно-зелеными, этот же — темно-красным, сплошь покрытым множеством тончайших трещин, а один его край и вовсе отсутствовал. Выглядел он гораздо древнее всех остальных.
Се Цзюэр погрузила в него свое божественное сознание: содержимое оказалось обрывками, а в самой первой строчке значилось:
...Тело отличается от обычного...
Дальше текст обрывался.
Се Цзюэр невольно сжала пальцы, а ее сердце забилось на пару ударов быстрее.
Перевернув нефритовый бамбук, она проникла в него божественным сознанием с другого конца и уловила еще несколько бессвязных обрывков.
...Не поддается измерению камнем определения духовных корней...
...Аура сочится наружу...
И вновь зияющий пробел.
Сердце Се Цзюэр тут же заколотилось сильнее. Крепко сжав нефритовый бамбук в руке, она подняла голову и спросила хозяина лотка:
— Уважаемый коллега, почем эта вещь?
Мужчина открыл глаза, глянул на бамбук в ее руке, а затем на ее лицо.
— Эта-то развалюха? Забыл, в каком из секретных пространств ее подобрал, текст там разбит в хлам. Забирай раз нужна, два духовных камня.
Се Цзюэр без лишних слов достала камни, сунула нефритовый бамбук за пазуху, а ее сердце продолжало колотиться с такой силой, что унять эту дрожь было невозможно.
За последние три года это была первая зацепка, которая хоть теоретически могла быть связана с ее собственной конституцией.
Не поддается измерению камнем определения духовных корней — именно так.
В пятнадцать лет, во время проверки духовных корней, камень под ее ладонью действительно никак не отреагировал.
Аура сочится наружу — именно так.
С нее самой и впрямь постоянно что-то сочилось; правда, после очищения испарения становились тоньше, а когда накапливались — аура густела.
Она, конечно, не рассчитывала, что эта треснутая пластинка ответит на все вопросы — информации внутри было слишком мало и она была слишком отрывочной.
Но по крайней мере это доказывало, что ее тело не изуродовано какой-то беспричинной странностью. Старик из Байцаотана тоже говорил, что в мире бессмертных встречаются всевозможные особые конституции, и вполне возможно, что кто-то уже описывал нечто подобное.
Се Цзюэр поднялась на ноги, отряхнула пыль с подола юбки и поинтересовалась:
— Не подскажешь, уважаемый, в каких примерно секретных пространствах был найден этот бамбук?
Только что прикрывший глаза торговец снова уставился на нее, слегка приподняв брови:
— Уважаемая, сведения на дороге не валяются...
Се Цзюэр тут же всё поняла: эти лавочники упустили бы любую возможность заработать разве что под страхом смерти.
Она вытащила из пространственного мешочка духовный камень и бросила ему.
Торговец поймал камень, накренил голову и лишь спустя долгое раздумье произнес:
— Пожалуй, это было либо в Секретном Царстве Тяньюань у подножия Секты Духовного Меча, либо в Тайном Пространстве Пустоты к югу от Провинции Ичжоу, либо в Тайном Пространстве Утун на севере. Точно не помню, в каком именно, но все они были подобраны у входов в те пространства.
— Благодарю, — слегка кивнув, Се Цзюэр повернулась и зашагала прочь.
Проводив взглядом ее фигуру, скрывшуюся вдали, торговец только тогда отвел глаза. Невольно потянув себя за воротник, он озадаченно пробормотал:
— С чего это вдруг так жарко стало... Давно я не захаживал в тот Пьянящий аромат на Восточной улице... Сворачиваю лавку!
***
Покинув временные ряды, Се Цзюэр заглянула на рынок и закупила кое-какие необходимые в быту мелочи.
Пространственный мешочек заполнился наполовину, но меч туда уже не помещался — пришлось нести его на плече, направляясь прямиком к выходу из селения.
Добравшись до окраины, она сунула руку за пазуху и нащупала темно-красный нефритовый бамбук.
Требовалось больше улик.
Одного неполного бамбука было мало; ей нужны были новые записи, новые обрывки, чтобы соединить разорванные предложения воедино.
Хотя те три секретных пространства находились ужасно далеко друг от друга, по крайней мере у нее появилось направление.
Впрочем, сейчас существовала забота куда более срочная, чем изучение бамбука. Опустив взгляд, она заметила, что тыльная сторона ее ладони уже покрылась розоватым румянцем.
Жар из нижней части живота поднялся к пояснице и стал расползаться по всему телу — если медлить дальше, он попросту выжжет меридианы.
Однажды она уже пыталась насильственно подавить его и едва не лишилась жизни в огне, а восстановиться потом стоило невероятных трудов, так что теперь ее меридианы были до крайности хрупкими.
С того самого раза она уяснила главное: ничто на свете не сравнится по важности с тем, чтобы остаться в живых.
Прикинув направление, она быстрыми шагами направилась к небольшому леску на западной окраине селения.

Комментарии

Загрузка...