**Глава 29. Мой отец — наркобарон, и что с того?**
Чэнь Цзюнь всё никак не мог взять в толк, к чему система выдала подобное уведомление. Да и сама формулировка казалась чересчур туманной — что ещё за «предельный диссонанс»?
Смысл ускользал, но раз подвернулась возможность поживиться сочными сплетнями, упускать её он не собирался. Это же идеальный шанс выбить очередной полезный предмет! Прежде Чэнь Цзюнь уже почти махнул рукой на системные награды, но после последнего улова его уверенность окрепла. Парень с предвкушением усмехнулся: «Вот видите! Могут же выпадать толковые вещи, когда захотят!»
Надежда вспыхнула с новой силой.
В отделении полиции царила ночная полутьма: большинство сотрудников уже разошлись по домам. За исключением дежурных из хозчасти, на посту оставались лишь трое, а в приёмном холле и вовсе находились двое — телефонистка Линь Чухун и Дай Цзие.
— Странно, — огляделась по сторонам Фан Тао, приподняв тонкую бровь. — А где Чэн Хай?
— Побежал за ночным перекусом, — отозвался Дай Цзие, с неподдельным изумлением разглядывая вошедших. — А вы чего вдруг вернулись?
— Решили перекусить шашлыком, да вот наткнулись на одну занятную особу, — усмехнулась Фан Тао, кивнув на задержанную. — Заявляет, будто держит в страхе весь Хэнша и единолично заправляет наркотрафиком на целой улице!
— *Пф-ф!..* — сидевший неподалёку паренёк, пришедший сдать чужой телефон, не сдержал ехидного смешка. Во взгляде, которым он смерил девицу, сквозила смесь жалости, глухой издёвки и откровенного презрения.
Малолетняя оторва мгновенно вызверилась:
— Ты чё лыбишься, щенок сучий?! Жить надоело? Ща урою нахрен!
Паренёк даже бровью не повёл на эту тираду. Окинув её ещё одним высокомерным взглядом, он принялся невозмутимо изучать стены участка, то ли отвлекаясь от шума, то ли просто давая понять, что этот визг ниже его достоинства.
Лицо Дай Цзие вытянулось в недоумении:
— Так... и в чём конкретно дело?
— Похоже, у неё серьёзные нелады с головой, — пояснила Фан Тао, посерьёзнев. — А если прибавить к этому свежие следы от уколов на руках, есть веские основания полагать, что она под кайфом. Вот шприц, который мы при ней нашли.
Поначалу Дай Цзие отнёсся к её словам со скепсисом, но стоило напарнице продемонстрировать исколотые вены на предплечье девицы, как ветеран мигом подобрался. Он вскочил на ноги и крикнул вглубь коридора:
— Лю Ин! Лю Ин, выйди на минутку, тут нужно тест провести!
— Сестрица Ин ещё не ушла? — удивилась Фан Тао.
— Её смена, — вздохнул Дай Цзие.
— Погоди, но ведь она дежурит уже полмесяца без продыху?
— А куда деваться? — развёл руками полицейский, горько скривив губы. — В нашем отделении она единственный штатный эксперт-лаборант. Начальник просил прислать подкрепление, но сверху разводят руками: людей нет. Вот и крутится как может.
— Тяжело ей приходится...
Словно в ответ на оклик, из служебного помещения донёсся хриплый от недосыпа голос Лю Ин:
— Минутку, только халат наброшу.
Ночное дежурство вовсе не обязывало сидеть столбом у стола. Если вызовов нет, сотрудникам тылового обеспечения разрешалось прикорнуть на диванчике до первого требования — именно этим Лю Ин сейчас и занималась.
Пока женщина приводила себя в порядок, Дай Цзие перевёл взгляд на плотно спелёнутую хулиганку:
— Сестрица Ин сейчас выйдет, давайте пока развяжем её, негоже человеку в таком виде сидеть.
— Я бы не советовал, — предостерегающе кашлянул Чэнь Цзюнь. — Эта деваха на редкость агрессивная.
— Да брось, что она мне сделает? — отмахнулся Дай Цзие и решительно шагнул вперёд, потянувшись к узлам.
Но едва его пальцы коснулись верёвки, девица с остервенением взбрыкнула ногой:
— Руки убрал, мусор ссаный! Не трогай меня, пошёл нахрен отсюда, б***ь!
Её истошный визг, казалось, сотряс оконные стёкла и выплеснулся на улицу.
— Я же просто хочу снять с тебя путы! — попытался урезонить её полицейский.
— Пошёл в задницу со своей помощью, урод!
Выкрикивая проклятия, она принялась яростно молотить ногами в воздухе, словно выдавая серию легендарных ударов без тени. Силы в тонких ножках было немного, зато частота ударов поражала воображение. Сцепив зубы и стойко выдержав град пинков, Дай Цзие всё же распутал узлы.
— Я же добра тебе желал, чего ты взбеленилась?
Девица ничего не ответила, лишь яростно разминала затёкшие запястья. Но стоило полицейским решить, что бунтарка наконец угомонилась, как она пружиной взвилась с места!
— Держи её, бежит!
«Твою ж мать!» — выругался про себя Дай Цзие. За двадцать лет безупречной службы в органах он с подобной наглостью сталкивался впервые.
Однако прежде чем ветеран успел броситься наперерез, невозмутимый паренёк-свидетель лениво выставил ногу. Запнувшись о неожиданную преграду, беглянка кубарем полетела вперёд, и Фан Тао тут же намертво впечатала её лицом в сиденье металлического стула.
*Щёлк!*
Дай Цзие без лишних церемоний защёлкнул на её тонком запястье стальной браслет, а второй конец намертво пристегнул к ножке стула. По инструкции без крайней нужды наручники на малолеток не надевали, но сейчас выбора попросту не оставалось.
Девица окончательно слетела с катушек:
— Отстегни, тварь! Ты хоть врубаешься, на кого рыпнулся?! Я тут главная! Все торчки до двадцати лет под моим крылом ходят, да мои пацаны вас на куски порежут, суки!
— Я просто поражён... — опешил Дай Цзие. Этот словесный ушат помоев стал для него самым сильным душевным потрясением за весь минувший год. Отерев невидимый пот со лба, он повернулся к коллегам: — Где вы вообще откопали этот редчайший экземпляр?
— Возле бара ошивалась... — Чэнь Цзюнь вкратце обрисовал недавние похождения.
Выслушав историю, Дай Цзие лишь сокрушённо покачал головой:
— Слушай, Сяо Чэнь, ты часом не детектив Конан во плоти? Стоит тебе выйти за порог — и вокруг непременно начинается лютый криминал!
«Вот те на... — мысленно скривился Чэнь Цзюнь. — С чего вдруг стрелки на меня перевели?»
Но тут ветеран прищурился, и в его глазах блеснул неподдельный интерес:
— Постойте-ка... А почему вы посреди ночи вдвоём разгуливаете? Что это у вас за дела такие?
— Да мы просто... — начала было смущённо оправдываться Фан Тао, но в этот миг скрипнула дверь подсобки, и в холл вышла Лю Ин.
Поверх форменной синей рубашки на ней был наброшен белоснежный медицинский халат. В свои тридцать лет эта сухопарая женщина с короткой, по-военному строгой стрижкой считалась гордостью и незаменимым универсалом всего участка: судебная экспертиза, психологическая помощь, урегулирование бытовых конфликтов — ей было подвластно абсолютно всё. Правда, из-за чудовищной нагрузки лицо эксперта сейчас выражало бездонную усталость, а под глазами залегли темные круги.
— Сестрица Ин, вы совсем себя не жалеете, — с искренним сочувствием протянула Фан Тао.
— Служба народу легкой не бывает, — вяло отмахнулась Лю Ин, сдерживая зевок. — Я сквозь сон слышала этот дикий визг. Что тут за цирк устроили?
— Да вот она...
Не успела напарница договорить, как прикованная к стулу оторва снова зашлась в истошном крике:
— Отпустите меня, мусора поганые! Всех перережу, глотки вам повскрываю!
— Пьяный дебош? — равнодушно поинтересовалась лаборантка.
— Вряд ли, — покачала головой Фан Тао. — Мы подозреваем, что она вмазалась какой-то дрянью. Взгляни на вены, сплошные проколы. И вот этот шприц лежал у неё в кармане.
Лю Ин слегка нахмурилась, приблизившись к задержанной:
— Инъекции? Сама кололась?
Девица уставилась на неё взглядом, полным искренней жалости к чужой тупости:
— Глаза разуй, овца! Кайф нереальный, башню сносит напрочь... Хочешь, и тебя угощу? Улетишь на седьмое небо, век помнить будешь!
— Неужели? — криво усмехнулась Лю Ин.
— Отвечаю, в натуре...
Договорить малолетка не успела: эксперт молниеносным, отточенным движением ухватила её за макушку и безжалостно выдрала пучок волос вместе с корнями. Для предварительного токсикологического анализа волосяных фолликулов было более чем достаточно.
От столь вероломного выпада девица взвыла раненой волчицей:
— Ты чё творишь, сука?! Волосы мои трогать вздумала?! Завалю, лично башку оторву!
Она забилась в истерике с такой свирепостью, что наручники со скрежетом врезались в ножку стула, сдирая нежную кожу на её тонком запястье до крови. Зрелище было по-настоящему пугающим.
— Ну так что, — осторожно шепнула Фан Тао, — похоже на правду?
— Трудно сказать, — зевнула Лю Ин, пряча прядь в прозрачный зип-пакет. — Вроде бы симптомы смахивают на интоксикацию, а вроде и нет. Экспресс-тест покажет точнее, подождите минут десять.
— Я пойду с тобой, помогу с реактивами, — вызвалась Фан Тао.
— Пойдём, лишние руки не помешают.
Когда женщины скрылись в лаборатории, Чэнь Цзюнь остался в холле приглядывать за буйной арестанткой — в конце концов, именно он её сюда доставил. Внезапно тишину нарушил негромкий вежливый кашель:
— Прошу прощения... А со мной как быть?
Присутствующие ошеломлённо уставились на паренька. Все и думать забыли, что в участке находится посторонний! Бешеная малолетка настолько перетянула всё внимание на себя, что скромный юный доброволец начисто выпал из поля зрения.
Чэнь Цзюнь был занят дебоширкой, поэтому оформление находки целиком легло на плечи дежурного Дай Цзие. Тот неловко прокашлялся и достал журнал:
— Так, значит, нашёл мобильник? Присаживайся, парень, сейчас зафиксируем данные. Где подобрал, при каких обстоятельствах?
— Ну, дело было так, — на мгновение задумался юноша. — В Парке Труда, что на улице Чжуншань. Я туда пошёл бездомных кошек покормить, вот, глядите... — Он вытащил из кармана шуршащий пакетик из-под кошачьего корма, аккуратно свернутый в трубочку. — Телефон валялся прямо под деревянной скамейкой. Я посидел рядом, подождал — думал, хозяин спохватится и вернётся. Но никто так и не пришёл. Решил отнести в полицию. А тут вспомнил, что вы недавно прямые эфиры вели, ну и подумал: загляну, заодно на кумиров погляжу! Я ведь вас сразу узнал — вы же офицер Дай Цзие, верно?
Услышав своё имя из уст образцового подростка, матёрый полицейский даже слегка покраснел от гордости:
— Да это... это нас начальство обязало стримы крутить. Но раз ты пришёл — значит, задумка сработала не зря! И вообще, парень, ты настоящий молодец! В наше время встретить столь сознательного юношу — огромная редкость.
— Да бросьте, — скромно улыбнулся подросток. — Хороших людей вокруг полно. Вон, взять хотя бы вас, товарищи полицейские!
Чэнь Цзюнь опешил от такой душевной чистоты, а у сурового служаки Дай Цзие и вовсе подозрительно увлажнились уголки глаз. «Какое же золото, а не ребёнок! — умилялся про себя ветеран. — Особенно на фоне этой прикованной к стулу бесовки... Контраст просто колоссальный!»
Дай Цзие расплылся в отеческой улыбке:
— Горжусь тобой, юноша. Обществу нужны такие честные ребята! Как тебя зовут?
— Ван Чэнь.
— Отлично, Чэнь, посиди минутку. Я внесу запись в протокол и мигом вернусь.
С этими словами Дай Цзие торопливо скрылся в кабинете. Конечно, протокол был важен, но полицейский преследовал иную цель: в участке хранился запас наградных значков и грамот вроде «За содействие правопорядку» и «Образцовый учащийся». Ими награждали крайне редко, но Ван Чэнь, по твердому убеждению офицера, заслужил эту награду как никто другой.
Оставшись один, Ван Чэнь присел на скамью и через пару секунд вытащил собственный смартфон. Думаете, он полез листать короткие видео или строчить в соцсетях? Как бы не так! Парень хладнокровно открыл приложение с олимпиадными задачами по физике. Вот он — святой Грааль в глазах любого родителя: смартфон, используемый исключительно для учебы.
Его соседка по помещению представляла собой диаметральную противоположность. Она не переставала изрыгать проклятия, извиваясь на стуле и брызжа слюной. Поймав на себе укоризненный взгляд Чэнь Цзюня, девица моментально окрысилась:
— Чё уставился, пёс легавый?! Слышь, я когда отсюда выйду, я тебе такую сладкую жизнь устрою — взвоешь! Мне терять нехрен, жизнь копейка, так что рискни здоровьем!
Чэнь Цзюнь устало потёр переносицу, чувствуя, как закипает мозг: «Господи, чьё же это непутёвое чадо? Если бы мои будущие дети выросли такими ублюдками, я бы в тот же день нашёл кривую сосну и удавился на ремне».
— Послушай меня, — со вздохом обратился он к девице. — Ты ведь совсем молодая. Неужели нельзя нормально учиться, читать книги? Зачем добровольно катиться по наклонной? Какая тебе от этого польза?
— Кайф в этом, сечёшь?! Вот это — настоящая жизнь! — с вызовом огрызнулась малолетка. — А не как этот задрот, который сутками в книжки пялится. Какой от этого толк? Выйдет в люди и станет таким же бессловесным рабочим скотом! Жить надо на полную катушку, ни в чём себе не отказывая! Слышь, мусор, отстегни меня по-хорошему, а не то худо будет! Я тебя из-под земли достану!
Чэнь Цзюнь предпочёл проигнорировать этот бред, но его молчание лишь распалило девицу.
*Бам! Бам! Бам!*
Она принялась с яростью колотить ножками стула об пол, не закрывая рта. Терпение Чэнь Цзюня уже подходило к концу, когда сидевший в углу Ван Чэнь внезапно оторвался от экрана и ледяным тоном произнёс:
— Ты можешь заткнуться? Ты мешаешь мне разбирать условие задачи.
— Чё-о-о?! Задачу он решает, гляньте на него! Умник выискался!
Ван Чэнь даже глазом не моргнул:
— Я повторно спрашиваю: ты можешь вести себя тихо?
— А вот хрен тебе! Меня сейчас так штырит, что хрен остановишь! — осклабилась девица в безумной ухмылке. Придвинув стул почти вплотную к подростку, она принялась колотить по полу с удвоенной силой, издевательски хохоча ему в лицо.
Наконец нервы примерного ученика не выдержали. Он аккуратно заблокировал экран, отложил телефон на скамейку и вперил в девицу тяжёлый, немигающий взгляд.
От этого взгляда малолетней бандитке внезапно стало не по себе: по спине пробежал неприятный холодок.
— Ты чё так вылупился? Втащить мне хочешь? — запетушилась она, пытаясь скрыть дрожь в голосе. — Ну давай, попробуй! Мы в ментовке, тронь меня хоть пальцем, если кишка не тонка!
— Бить тебя? — Ван Чэнь брезгливо дёрнул уголком губ. — Сейчас цивилизованное правовое общество, с какой стати мне марать об тебя руки? И вообще, хватит ломать эту дешёвую комедию. Ты абсолютно чистая. Если бы ты реально что-то вколола, реакция организма была бы совершенно иной.
— Ч-что?.. — опешила девица, захлопнув рот.
Чэнь Цзюнь тоже недоумённо нахмурился: «К чему этот парень клонит?»
Не обращая внимания на всеобщее изумление, Ван Чэнь продолжил тем же пугающе ровным голосом:
— Ты хоть в курсе, какие вещества сейчас имеют наибольшее хождение на черном рынке в нашем регионе?
— Ну... этот... лед там всякий, героин...
— Садись, двойка, — хладнокровно оборвал её подросток. — Основной оборот сейчас делают синтетические таблетки, закись азота и так называемые «марки». Они вызывают меньшее привыкание, токсичность у них умеренная, поэтому и сбыт поставлен на поток. А теперь ответь мне на другой вопрос: знаешь, каков их клинический эффект?
— И... и какой же? — пролепетала девица, окончательно растеряв весь свой гонор.
— Неудержимая эйфория, расторможенность поведения, неконтролируемое сексуальное возбуждение. Твои жалкие конвульсии не имеют с этим ничего общего. Если, конечно, ты не употребила высококонцентрированный «покерный порошок».
— Да! Точно, именно его я и вмазала!..
— Ха-ха, — тихо, жутко рассмеялся Ван Чэнь.
От этого смеха у девицы волосы на затылке встали дыбом. Безобидный зубрила внезапно преобразился в нечто пугающее и инфернальное.
— Производство «покерного порошка» в сопредельных государствах давно уничтожено, — припечатал Ван Чэнь, глядя на неё как на пустое место. — Полноценного канала поставок в Хэнша попросту не существует. Так что достать его ты не могла физически. А что до твоих сказок про «хозяйку города»... Тьфу, убожество. Глупая, сопливая малолетка возомнила себя криминальным авторитетом. Тебе самой от себя не тошно?
В холле воцарилась гробовая тишина.
Даже Чэнь Цзюнь опешил от такой глубокой осведомленности:
— Парень... Откуда у тебя такие специфические познания? Ты специально изучал криминалистику и наркологию?
Ван Чэнь покачал головой, и в его глазах промелькнула бездонная тьма:
— Специально? Нет, мне пришлось это выучить, потому что у меня не было выбора. Мой отец крутился в этом бизнесе. На пике своего могущества он контролировал наркотрафик почти на половине территории провинции Юнь.
«Твою ж дивизию!..» — у Чэнь Цзюня отвисла челюсть. Это вообще законно слышать простому участковому посреди ночи?!
Спесивая хулиганка моментально протрезвела. То ли сработало шестое чувство трудной улично-дворовой девчонки, то ли парень излучал неподдельную ауру опасности, но она нутром почуяла: этот ботан не врёт ни единого слова.
Вцепившись в свой стул, она принялась судорожно волочить его обратно, подальше от юноши, пока не упёрлась в противоположную стену. Лишь оказавшись на максимальной дистанции, она пискнула жалким, осипшим голоском:
— Т-ты гонишь всё... Если бы твой батя был таким монстром, его бы давно к стенке поставили и расстреляли!
— Верно, — без тени эмоций пожал плечами Ван Чэнь. — Десять лет назад его и расстреляли по приговору суда. Об этом даже в центральных новостях писали. Так что запомни хорошенько, сестрёнка: сколь верёвочке ни виться, а конец один. Как думаешь, не твоя ли очередь следующая?
С этими словами он сложил пальцы пистолетиком и показательно спустил невидимый курок, направив ствол прямо ей в лоб.
Лицо недавней «королевы преступного мира» стало белее мела.
Да что там соплячка — даже у Чэнь Цзюня по спине пробежали мурашки. «Парень, ты нормальный вообще? — пронеслось в голове у сержанта. — Каким образом ты умудряешься с такой ангельской рожей нести столь жуткие вещи?!»
— Эм... ты ведь шутишь, правда? — выдавил из себя Чэнь Цзюнь, с трудом прочистив пересохшее горло.
— А смысл мне врать? — Ван Чэнь спокойно разблокировал телефон и вбил пару запросов в поисковик. Спустя пару секунд он развернул экран к полицейскому: — Смотрите. Вот он, мой биологический родитель. В тот год его признали крупнейшим наркобароном региона. Жаль, конечно...
— Жаль?.. — машинально переспросил ошарашенный Чэнь Цзюнь.
— Жаль, что я его ни разу в жизни не видел с самого своего рождения. А если бы встретил...
— То что?
— То лично сдал бы его властям и сделал всё, чтобы он сгнил заживо.
Чэнь Цзюнь онемел. Предыдущий кадр из его практики сдал родного отца за вызов проституток, но этот юноша оказался на порядок суровее... Настоящий беспощадный мститель!

Комментарии

Загрузка...