В небольшой гостиной Вэй Жуи с улыбкой приветствовала кланявшуюся ей пожилую служанку:
— Я так и знала, что это вы, матушка, скорее присаживайтесь, поговорим.
Пришедшей оказалась матушка Ли, которой Первая госпожа Вэй доверяла больше всех. Как и матушка Чжао, она была личной служанкой Первой госпожи Вэй, выданной замуж вместе с ней, а теперь служила управляющей в поместье Вэй, заведуя делами во дворе старшей ветви семьи. Услышав слова Вэй Жуи, она с улыбкой поблагодарила её и, слегка присев, опустилась на стул неподалёку:
— Старый господин, получив весть, так обрадовался, что и не знал, что с собой делать. Он тут же велел позвать вторую госпожу, чтобы поделиться радостью, приказал запустить праздничные хлопушки, а ещё отправил людей в храм Пуцзи возблагодарить бодхисаттву за благосклонность, — с чувством продолжала она. — Только опасаясь, что у старшей барышни ещё слабые силы, он сдерживался до самого этого часа. А услышав, что старшей барышне стало совсем хорошо, сразу велел мне явиться и забрать вас в поместье погостить несколько дней.
Вспомнив, с каким невыразимым горем провожал её отец в день замужества, Вэй Жуи подумала, что новость о её мнимой кончине наверняка причинила ему страшную боль, оттого-то он и радовался теперь так бурно, вновь обретённой дочери. Сердце её невольно сжалось от горечи, и она с трудом сдержала подступившие слёзы:
— Благодарю вас, матушка, что совершили такой путь, только вот сегодня я, пожалуй, не смогу вернуться в поместье, здесь еще нужно уладить кое-какие дела.
Матушка Ли знала, что в поместье Инь порядков куда больше, чем в семье Вэй, и с улыбкой произвела:
— Старшей барышне стоит лишь назначить день и отправить человека в поместье с вестью. Старый господин уже отдал все распоряжения, и люди, и экипажи — всё наготове.
Вэй Жуи покачала головой:
— И переносить на другой день не нужно, приеду прямо завтра, — она нахмурилась. — Только завтра сперва придётся кое-что переиграть... — она многозначительно переглянулась со служанкой и велела матушке Ли подойти ближе.
Матушка Ли в недоумении поднялась со стула и приблизилась, а когда Вэй Жуи шепнула ей на ухо несколько слов, лицо её резко переменилось. Не скрывая изумления, она воскликнула:
— Старшая барышня, неужели вы хотите...
Вэй Жуи вздохнула и поведала ей о том, как пропало её приданое, после чего с горечь признала:
— У меня просто не осталось выбора, иначе поступить нельзя.
Лицо матушки Ли мгновенно исказилось: смешав в себе испуг и ярость, она выпалила:
— Подумать только, до чего дошло! Посягнули на свадебное приданое барышни! И ведь поместье Инь — знатный дом с именем, а занимаются такими низостями, от которых просто тошнит! Никакого стыда у людей! — возмущённо продолжала она. — Всё это приданое для барышни Первая госпожа лично подбирала! Как они посмели к нему притронуться! Не переживайте, барышня, я сейчас же возвращаюсь в поместье готовиться, а завтра спозаранку буду здесь.
Вэй Жуи кивнула, перекинулась с ней ещё парой незначительных фраз и велела Чуньсян проводить гостью.
Видя, что Вэй Жуи по-прежнему безмятежно сидит в гостиной за чашкой чая и не проявляет ни малейшего беспокойства, Дунсюэ не выдержала и подошла ближе:
— Вторая молодая госпожа, там, кажется, уже заждались, благоприятное время давно прошло.
Вэй Жуи чуть приподняла брови и неторопливо потянулась:
— Прошло разве? Ну тогда пойдёмте, взглянем, что там такое.
Вид у неё при этом был абсолютно беззаботный.
Следуя за Вэй Жуи из гостиной, Дунсюэ испытывала сплошное недоумение. Вторая молодая госпожа действительно сильно изменилась: мало того, что она сама предложила возвысить Ся Хэ до наложницы Второго господина, так теперь ещё и ни капли не волнуется из-за опоздания, словно другой человек.
Сама церемония должна была пройти в парадном зале восточного флигельного помещения, которое уже пестрело красными лентами и зелёными гирляндами. Хотя возведение в ранг наложницы не считалось великим событием, но и спускать дело на тормозах было нельзя. К тому же Вэй Жуи строго-настрого наказала провести всё по нормам, положенным госпоже Ху, не упустив ни единой мелочи, так что приготовления шли тщательно и обстоятельно.
Инь Шаоцзюнь сидел на почетном месте, снедаемый сильнейшим нетерпением. Он сменил уже несколько пиал чая, а Вэй Жуи всё не шла. Госпожа Ху, проявляя трогательную заботу, стояла рядом, развлекая его беседой и время от времени поглядывая на выход. В душе она тоже недоумевала: почему Вторая молодая госпожа до сих пор не появилась? Уж не задумала ли она нарочно унизить Ся Хэ? Впрочем, на это было непохоже — иначе зачем бы ей самой заводить разговор о возвышении Ся Хэ и так легко прощать её в прошлый раз?
Только вот бедной Ся Хэ пришлось несладко. Облаченная в совершенно новое платье, она уже добрую половину часа стояла на коленях посреди парадного зала. По заведённым правилам, пока она не поднесет чай и не поклонится в землю, она не имела права встать и считаться новой наложницей, поэтому ей приходилось застыть в этой позе, не смея шелохнуться.
Вэй Жуи вошла в сопровождении Дунсюэ и с улыбкой обратилась к присутствующим:
— Я немного запоздала, прошу господина и сестрицу простить меня за долгое ожидание.
Не дожидаясь ответа Инь Шаоцзюня, она сама со вздохом пояснила:
— Отец слишком сильно переживает. Испугавшись, что у нас в поместье действительно объявились воры, он отправил матушку Ли во всех подробностях расспросить меня об этом. Мне пришлось долго её успокаивать, только после этого она наконец перестала тревожиться и отправилась назад с докладом.
Инь Шаоцзюнь, у которого внутри уже клокотал гнев и который собирался выместить его на жене, услышав о делах семьи Вэй, на миг отвлёкся. Он смертельно боялся, что история с пропавшим приданым выплывет наружу — тогда от его репутации не останется и следа, а если дело дойдёт до того, что родня жены явится разбираться лично, позор станет и вовсе невыносимым. Услышав же, что посланницу уже отправили обратно, он облегчённо выдохнул. Его гнев немного утих, хотя лицо по-прежнему оставалось мрачным:
— Всё из-за твоих вечных скандалов, позоришь меня на каждом шагу!
Вэй Жуи уже насквозь видела этого мужчину, не питала к нему никаких иллюзий, а потому чужая злость не причиняла ей боли — она просто пропустила его слова мимо ушей и посмотрела на стоящую на коленях Ся Хэ:
— Сестрица Юань простояла на коленях уже столько времени, пора бы ей поскорее преподнести чай и завершить обряд.
Инь Шаоцзюнь и сам понимал, что сейчас не время устраивать сцены при госпоже Ху и Ся Хэ. Тяжело фыркнув, он больше не произнес ни слова.
Получив знак, Ся Хэ торопливо ответила, взяла с подноса, который держала служанка, пиалу чая и, поднеся её Инь Шаоцзюню, робким, медовым голоском произвела:
— Второй господин, прошу отведать чаю.
Инь Шаоцзюнь глухо угукнул, взял пиалу, сделал глоток и поставил её на столик.
Когда же дело дошло до Вэй Жуи, Ся Хэ всё же оробела. Её пальцы, державшие пиалу, слегка задрожали — она боялась, что всегда приветливая Вторая молодая госпожа прилюдно сорвет на ней злость. Натворив столько всего, Ся Хэ чувствовала себя крайне неуверенно и даже не смела поднять глаз на Вэй Жуи, уставившись в пол на собственный подол.
Вэй Жуи посмотрела на протянутую перед ней пиалу, на испуганно прячущую взгляд Ся Хэ, а затем на сидевшего рядом мужа, который холодно взирал на неё. Внезапно она тихо усмехнулась, протянула руку, взяла пиалу, неторопливо отпила глоток, поставила её на столик, вынула из рук Дунсюэ вышитый сотней мальчиков ароматический мешочек и протянула Ся Хэ:
— Раз уж теперь ты стала близким человеком господина, служи ему усердно и подари ему как можно больше потомства.
Сердце Ся Хэ заколотилось птицей в груди, переполненное неуемной радостью. Приняв мешочек, она отвесила земной поклон:
— Наложница благодарит господина и вторую молодую госпожу.
Стоявшая рядом госпожа Ху невольно ощутила лёгкое разочарование: Вторая молодая госпожа осталась такой же мягкотелой и даже не попыталась хоть в чём-то уколоть эту бесстыдную девку! И это после того, как она сама с таким усердием наговаривала на Ся Хэ, расписывая всё в мрачных красках — выходит, все её старания пошли прахом! А заметив, что Второй господин смотрит на жену как-то иначе, она почувствовала ещё большую зависть и злость.
Видя, как Ся Хэ радостно поднялась с колен, Вэй Жуи повернулась к Инь Шаоцзюню:
— Мне нужно обсудить с вами ещё кое-что. Матушка Ли сегодня обмолвилась, что отец услышал, будто мне стало лучше, и безумно обрадовался. А поскольку раньше он из-за меня места себе не находил от горя, он ужасно скучает и завтра хочет забрать меня в своё поместье погостить на несколько дней. Я подумала, что вы всегда с пониманием относитесь к моим дочерним чувствам и не станете возражать, поэтому уже дала согласие, — она взглянула на мужа. — Надеюсь, вы не против?
Инь Шаоцзюню было смертельно скучно смотреть на неё. Чернее тучи поднявшись с места, он бросил:
— Хочешь возвращаться — так возвращайся, делай что хочешь.
С этими словами он широким шагом направился к выходу.
Вэй Жуи с улыбкой присела в поклоне:
— Благодарю Второго господина, я сейчас же распоряжусь, чтобы люди перевезли моё приданое, чтобы больше никаких недоразумений не возникало.
Эти слова еще сильнее разозлили Инь Шаоцзюня, но он не ответил ни единого слова и удалился, не оглядываясь.
Вэй Жуи перевела взгляд на оставшихся в зале госпожу Ху и Ся Хэ, и губы её тронула холодная, пронзительная улыбка:
— Пока меня не будет эти несколько дней, уповаю на вас обеих — позаботьтесь о порядке во дворе и как следует прислуживайте Второму господину.

Комментарии

Загрузка...