За обеденным столом Мейлин, уплетая угощение за обе щеки, восхитилась:
— Госпожа Дракон, как вам удалось за такое короткое время приготовить столько вкусностей?
— Секрет прост: драконы умеют отращивать кучу рук, — самодовольно ухмыльнулась Ругос.
— Весьма недурно, — кивнул Блайни, отправляя в рот сочный кусок стейка. — К слову, если ты так великолепно готовишь мясо, почему сама вечно жуешь хлеб? Неужели все остальное кажется тебе невкусным?
— Вам не понять, — невнятно пробормотала Ругос, запихивая в рот очередную булку прямо из корзины. — У свежего хлеба совершенно особый, неповторимый аромат.
— Странные у тебя вкусы, — покачал головой Блайни.
Он повернулся к девушке:
— Мейлин, раз уж тебе так не по душе море и небо, почему ты в свое время нанялась на «Темный Прилив»?
— Всё просто: им как раз требовался картограф, да и платили они щедро, — без колебаний ответила та.
Блайни осекся на секунду, а затем искренне рассмеялся:
— Вот оно что. Вполне разумно.
За оживленной беседой обед подошел к концу.
— Ругос, сегодня тебе все равно не нужно печь хлеб для покупателей, — спросил Блайни, убирая со стола тарелки. — Сходишь с нами на ежедневные задания?
— Скука, — лениво протянула Ругос, развалившись на диване. — Что-то меня в сон клонит. Буду спать.
Блайни понимающе кивнул. Ругос действительно отдала огромное количество маны, ей требовалось восстановить силы. — Мейлин, идем.
Спустившись со второго этажа, они отправились выполнять текущие поручения.
На площади Города Надежды солнечные лучи пробивались сквозь редкие облака, заливая мостовую мягким светом. Погода стояла прекрасная. Горожане, как и всегда, теснились у подножия статуи Богини, погруженные в молитву.
Однако один человек сразу приковал к себе внимание Блайни. Тот стоял посреди толпы и молился наравне со всеми. Его одежда ничем не отличалась от платья местных жителей, он даже носил очки в золотой оправе.
Но для Блайни он выделялся словно яркое пятно – количество маны в его теле было слишком уж огромным для обывателя. По меркам Вечного Континента этот незнакомец обладал силой, сопоставимой с рангом Королевства. В таком захолустье, как Республика Мейлин, магов подобного уровня попросту не существовало.
Сопоставив это с недавними слухами о вчерашнем прибытии посольства королевства Масея, Блайни пришел к логичному выводу: «Наверняка это один из Мудрецов Масеи. Магическая сила ветра у Мудреца Мудрости и безатрибутная мана Мудреца Силы примерно того же порядка. Похоже, этой страной тоже правит триумвират? Любопытно, весьма любопытно».
Но зачем ему притворяться обычным горожанином Республики Мейлин? Что он замышляет? Блайни решил приглядеться к нему повнимательнее.
Мудрец Света тем временем даже не подозревал, что за ним следят. Хоть он и стоял, благоговейно сложив ладони и опустив голову, его мысли блуждали далеко от слов молитвы. Он цепко подмечал детали, впитывал атмосферу города и тщательно анализировал увиденное.
«А эта Мейлин чертовски умна». По собранным вчера сведениям, ежедневно в городе исцелялись трое тяжелобольных. На первый взгляд выбор казался случайным, но в нем крылся тонкий расчет.
Во-первых, все они были истовыми верующими. Во-вторых, чудо происходило исключительно во время молитвы на площади. Благодаря этому у толпы крепла убежденность: здесь, перед ликом Богини, их шансы быть услышанными возрастают многократно. Подобный шаг незаметно, но надежно укреплял веру. «Поразительно, поразительно...»
«Впрочем, эта Мейлин, скорее всего, эльфийка. Пусть в наших краях они не водятся, на западном континенте эльфы – не редкость. Они обладают особой силой, способной мгновенно затягивать любые раны».
Поправив очки в золотой оправе, он закончил притворную молитву и неторопливо покинул площадь.
Вскоре он очутился на оживленном рынке. Здесь царила атмосфера, бесконечно далекая от храмового безмолвия: прилавки ломились от пестрых товаров, зазывалы кричали наперебой, а покупатели шумно торговались. Продавцы радушно зазывали прохожих, поддерживая праздничную суету.
Мудрец Света остановился у лотка пожилой женщины, раскладывавшей свежие овощи и фрукты. Взяв в руки крупный фиолетовый плод, он перевел взгляд на торговку.
— Почем это?
— Это сумеречные ягоды, сынок, — ответила та. — По пять мейлинов за штуку.
Он взял два плода и протянул старушке банкноту номиналом в десять мейлинов. Аккуратно надорвав кожицу, он откусил сочную мякоть и удовлетворенно улыбнулся – вкус фиолетовой ягоды пришелся ему по душе.
— Превосходно, очень вкусно.
— Сразу видно приезжего, — добродушно рассмеялась старушка. — Сумеречные ягоды – наша местная гордость. С кислинкой, зато освежают знатно.
— И как же вы поняли, что я чужеземец? — С любопытством спросил он.
— Да ведь местные цену наизусть знают, никогда не спрашивают. У нас во всем городе сумеречные ягоды стоят ровно по пять мейлинов.
Слова старухи не на шутку заинтересовали его.
— Вот как? Абсолютно у всех по пять мейлинов?
— Ну да, — кивнула она. — Цена у всех одна.
— А если кто-то решит продавать по четыре? — Прищурился он. — Тогда ведь все покупатели побегут к нему?
Женщина лишь покачала головой:
— Так поступать запрещено. Закон Города Надежды строго запрещает умышленный демпинг.
— Сам посуди: начни он продавать по четыре, все побегут к нему. На следующий день кто-то выставит по три, и народ переметнется туда. А послезавтра найдутся те, кто отдаст по два. Так цена и покатится по наклонной.
Мудрец Света согласно кивнул – логика в этом была.
— Но разве низкие цены – это не благо для покупателей? — Поинтересовался он.
— Ох, вовсе нет, — вздохнула старушка. — Каким бы дешевым ни был товар, у него есть себестоимость. Деревья нужно поливать, а плоды – собирать. С неба они сами не падают.
— Если сбить цену до копеек, никто из нас не сможет заработать на жизнь. К тому же, торгуя по два мейлина, продавец останется в убытке. Значит, он подсунет гниль. Наверняка подсунет порченый товар.
Мудрец Света удивился: он не ожидал встретить такую житейскую мудрость у простой рыночной торговки.
— И все же за таким правилом сложно уследить. Что будет, если кто-то его нарушит?
— Такого торговца Богиня лишит своего покровительства, — просто ответила женщина.
Он тихо рассмеялся, забрал вторую ягоду и поблагодарил собеседницу.
Торговка смиренно сложила ладони перед грудью:
— Да пребудет с тобой благословение Богини.
Вежливо улыбнувшись в ответ, он пошел дальше. На его лице блуждала улыбка, но в душе росло глубокое изумление. Оказывается, для того чтобы заставить людей соблюдать законы – даже столь детальные, – вовсе не обязательны жестокие кары.

Комментарии

Загрузка...