Неоновые трубки струили золотую кровь по стеклянным фасадам зданий в деловом центре, а в темном переулке в трех кварталах отсюда по водосточным трубам ползла плесень.
Бродяга присел в тени заброшенного газетного киоска и наблюдал, как мужчина вшитом на заказ костюме запихивает в карман полицейского кителя бумажный пакет. Звонкий стук металлического жетона о запонки с агатом разбудил бездомного, съежившегося под полиэтиленовой пленкой.
В витрине углового бутика новинки сезона — крокодиловые сумки — улыбались из термостата, а количество нулей на ценнике напоминало никогда не заделывающиеся дыры в крыше трущоб.
Неужели это и есть божественный слуга?
Лин Цзиньянь посмотрел на присланные Чжу Чэнцзе фотографии и хлыст, редкостно погрузившись в глубокие раздумья.
Сегодня в восемь утра Чжу Чэнцзе ровно по расписанию позвонил ему и сообщил, что прошлым вечером поймал монстра. Информация о существе и отчет об операции должны были прибыть примерно к полудню, а вместе с ними — кое-какие трофеи, и Лин Цзиньяню предстояло решить, что с ними делать.
На фотографии был запечатлен монстр, которого трудно описать словами. Сам Лин Цзиньянь уже сталкивался с божественным слугой, но тот и создание на снимке принадлежали к абсолютно разным видам.
Выражаясь словами Чжу Чэнцзе, оно отдаленно напоминало лавкрафтианское создание, однако не было чистокровным Ктулху: если не смотреть на мясной столп внутри, а оценивать лишь внешность, ужаса это не вызывало.
Больше всего Лин Цзиньяня ставило в тупик то, что после смерти монстра появился хлыст, обладающий особыми свойствами.
Что это, компьютерная игра? Убиваешь монстров ради выпадения лута?
К тому же оставалось загадкой, какими окажутся его эффекты и побочные действия.
Находясь в кафе, он никак не мог испытать эту вещь. К тому же использовать предмет вслепую, не убедившись в его безопасности, — значит спровоцировать непредсказуемые и необратимые последствия.
Хотя стойте, кажется, есть человек, способный определить, что это такое.
Лин Цзиньянь поспешно достал телефон, сфотографировал хлыст, переключил сервер на зарубежный и отправил снимок Линь Сяоцин.
К сообщению он приложил вопрос: Помоги разобраться, что это за предмет, каковы его эффекты, побочные эффекты и уровень опасности.
Линь Сяоцин не отвечала мгновенно, поэтому, отложив телефон, Лин Цзиньянь взял в руки отчет об операции.
Судя по всему, тот мужчина выпил эликсир, сваренный из странных растений, и мутировал в это отвратительное и извращенное создание. Однако, судя по форме кокона, с расой драконов это не имело ничего общего. Наличие у кокона механизма самозащиты — дело нормальное, но кокон подобного вида он видел впервые.
Если рассуждать о Ктулху и драконах, между ними, казалось бы, не существовало никакой связи.
Общее у них было разве что то, что и драконы, и порождения Лавкрафта собирались из черт множества живых существ, словно по кусочкам.
Разница же заключалась в том, что китайские драконы или западные злые ящеры обладали исключительно величественным и грозным обликом, тогда как Ктулху представлял собой нечто диаметрально противоположное — невыразимый ужас.
Но погодите-ка. Драконы существовали на самом деле, и во многих книгах Изнаночного мира было записано, что они появились еще до рождения человечества. Концепция же Ктулху впервые упоминалась в рассказе Говарда Филлипса Лавкрафта Зов Ктулху, вышедшем в 1928 году.
Культура Ктулху строилась на основе мировоззрения из произведений Лавкрафта, образовав грандиозную вымышленную систему мифов, получившую название мифы Ктулху.
Концепция с вековой историей, которая, пусть и звалась мифологией, оставалась вымыслом для любого, кто с ней знакомился.
Хотя стойте, возможно, он сам попал в ловушку предвзятости. До того как по-настоящему встретиться с драконами, он ведь тоже не верил в их существование в этом мире. Раз уж кто-то описал Ктулху, не мог ли автор увидеть его своими глазами?
Или вовсе не обязательно было видеть его воочию: в мифах Ктулху фигурировал один из Великих Древних, способный управлять снами, — быть может, он заглянул в этот кошмарный образ во сне и перенес его на бумагу?
Если объединить это с недавними словами Чжу Чэнцзе о том, существуют ли помимо Земли иные великие сущности...
Однако оставались вопросы: почему в Изнаночном мире никогда не фиксировалось никаких записей о Ктулху? Или то, с чем столкнулся Чжу Чэнцзе прошлой ночью, действительно оказалось первым Ктулху, появившимся на Земле?
Судя по приложенной Чжу Чэнцзе таблице ингредиентов, это действительно был эликсир эволюции. Но он кардинально отличался от традиционных зелий: если в состав классических эликсиров обязательно входила кровь дракона, то этот состоял исключительно из труднопостижимых для природы растений.
Вот почему тот несчастный превратился в столь уродливое создание.
В этот момент поступил ответ от Линь Сяоцин.
[Названия нет, придумывай сам. Уровень опасности — B. Эффектов два: первый — использовать как обычный хлыст, наносящий огромный физический и магический урон; второй — сжать рукоять на конце дольше пяти секунд, чтобы выпустить лазерный луч с физическим уроном, который длится пятнадцать секунд.]
[Побочных эффектов тоже два. Первый: если после применения первой способности пользователь получает ранение, эта рана начинает болеть сильнее прежнего — примерно в два с лишним раза, эффект длится двенадцать часов. Второй: после использования лазера зрение владельца в течение шести часов страдает от определенной степени повреждения, но по истечении этого времени приходит в норму.]
Эффекты не то чтобы потрясали воображение, но и слабыми их не назвать, а негативные последствия вполне укладывались в приемлемые рамки.
[Тогда помоги взглянуть еще на эту серию фотографий.]
Лин Цзиньянь переслал Линь Сяоцин снимки кокона монстра и стадии его раскалывания.
[С расой драконов никакой связи. Большего сказать не могу.]
Никакой связи с драконами. Такой исход немного удивил его: хотя он изначально предполагал, что дело обойдется без глубоких сплетений с драконьим родом, полное отсутствие каких-либо точек соприкосновения оказалось неожиданным.
[К слову, напомню: первого октября пусть Цзинхао приведет тебя в мою лабораторию. Эликсир эволюции готов.]
Значит, мне самому предстоит подобрать ему имя.
Учитывая, что среди ингредиентов выпитого монстром зелья обнаружился сок зеленого коралла, можно назвать его Прикосновение зеленого коралла, а в отряде присвоить порядковый номер b-001.
Что же касается дальнейшей судьбы трофея, пусть он останется у Чжу Чэнцзе. В конце концов, в Маомине с экипировкой и кадрами дело обстоит куда хуже, чем в штаб-квартире.
Старший Янь, хорош! За одни выходные откопал еще двоих бойцов! — похвалил Чжан Цзюньцзе, усаживаясь на место позади Лин Цзиньяня.
Сплошная случайность, — бесстрастно ответил Лин Цзиньянь, не отрывая глаз от книги.
Кстати, почему тебя не было в пятницу вечером? — Чжан Цзюньцзе чувствовал, что тут явно что-то нечисто, иначе с какой стати Лин Цзиньяню прятаться в офице все субботу и воскресенье.
Искал новых участников.
Не ожидал, что ты хомутаешь Вивиан, да еще и прихватишь Оу Цзиньюй. Признаться, я никак не думал, что тебе удастся затащить ее сюда.
Ты всё перепутал. Это Оу Цзиньюй подала заявку по собственной инициативе, а Вивиан шла бонусом — не путай причинно-следственные связи. И вообще, что значит хомутаю Вивиан? После таких слов тебя могут не так понять.
Впрочем, Лин Цзиньянь не собирался ничего объяснять: в конце концов, невозможно докричаться до человека, который притворяется спящим.
Последующая неделя прошла в полном спокойствии, в русле обычных школьных будней. Чжан Цзюньцзе по-прежнему отпускал колкости, Ян Хуаюй следовал за ним, хотя и не дотягивал до его уровня; Чэнь Юэхао продолжала эволюционировать в сторону девушки-мамочки; Цянь Цзинхао снова принялся мастерить что-то непонятное; Вивиан оставалась всё такой же любознательной почемучкой, а Оу Цзиньюй вела себя в школе так, словно события прошлой пятницы никогда не происходили, превратившись в идеальную марионетку.
В мгновение ока наступила пятница. На этот раз неделя обошлась без происшествий, и Лин Цзиньянь благополучно добрался до кафе. За две недели работы заведение набрало популярность, и горничных, казалось, уже не хватало. Впрочем, Чэнь Юэхао в одиночку справлялась со множеством проблем; Ян Хуаюй неотрывно следил за посетителями, обнаруживая немало мнимых соперников; а Чжан Цзюньцзе, замаскировавшись под обычного гостя, попивал кофе.
Вот только как Вивиан вообще обнаружила это место? Лин Цзиньянь собирался позвать с собой и Оу Цзиньюй, но та отклонила приглашение под каким-то предлогом.
Жизнь Лин Цзиньяня на посту временного управляющего протекала весьма безмятежно — требовалось лишь сверять отчеты. Хозяин заведения доверял ему безоговорочно: неужели тот совсем не боялся, что парень присвоит часть выручки?
Счетов накопилось немало, и когда стрелка перевалила за девять вечера, означая скорое закрытие, Лин Цзиньянь едва осилил чуть больше половины.
Братец, всё еще читаешь? — раздался противный голос.
Что на этот раз? — спросил Лин Цзиньянь, продолжая приводить в порядок рабочие бумаги.
Разве нельзя заглянуть к тебе просто так, без повода? Ты накопил уже десяток возможностей задать вопрос, почему же теперь молчишь? — Лин Люй по какой-то причине всю неделю не показывался на глаза.
Вопрос? У меня как раз есть один насущный. С чего это вдруг ни с того ни с сего нарисовались лавкрафтианские монстры?
Тут мне придется тяжело, братец. Правду о некоторых вещах ты сейчас просто не вынесешь, — с трудом подбирая слова, ответил Лин Люй.
Не вынесу? Тогда я примерно представляю масштаб: если о том, что Короли Драконов принадлежат к полубогам, мне знать дозволено, то за гранью моего понимания могут лежать разве что истинные боги.
Тем не менее Лин Цзиньянь бесстрастно парировал: Если ответы на мои вопросы ты либо отказываешься давать, либо узнай я их — тут же умру, скажи на милость, какая от тебя вообще польза?
Впрочем, пикировки давно стали для них привычной нормой общения, и в глубине души Лин Цзиньянь уже не испытывал к Лин Люю прежней ненависти, хотя сам еще не осознал этого.
Братец, только взгляни, — заговорил Лин Люй. — Под этой ослепительной, усыпанной небоскребами шумной столицей неоновые огни сплетаются в причудливую сеть, окрашивая ночь в сказочные тона. Но за этим глянцевым фасадом кроется бездна имущественного неравенства: богачи рождаются на вершине мира, тогда как бедняки вечно барахтаются в грязи, порой за всю жизнь не видя лучей солнца.
Людские козни и обман, алчность, жажда наживы и одиночество человеческих сердец, суета и роскошь мегаполиса, затерянные за неоновыми вывесками баров, в глубинах вечно спешащих станций метро или в трущобах, где давно угасла надежда, сливаются в причудливую симфонию.
Разве это не идеальная колыбель для рождения монстра?
С этими словами Лин Люй снова растворился в воздухе.
Однако Лин Цзиньянь прекрасно понял мысль, которую тот пытался донести.
В одном из городских сел Шэньчжэня зарождался кризис.
Но в Шэньчжэне насчитывалось 1892 таких поселка, как отыскать среди них проблемный?
Если бы речь шла о самых отсталых деревнях, дело обстояло бы проще. Хотя таких деревень было много, Лин Цзиньянь знал три по-настоящему заброшенных и глухих места. Первым был Лоцунь: споры вокруг него не утихали, одни считали деревню нищей и отставшей от жизни, словно застрявшей в прошлом веке, другие же утверждали, что бедной она не является, просто сохранила традиционный и размеренный уклад.
По некоторым оценкам, деревня Макань считалась одним из беднейших поселков Шэньчжэня. Расположенная неподалеку от Научного парка Наньшань, она отличалась тяжелыми условиями жизни, хотя информации о ней у него имелось немного.
Третьей же была деревня Нючэн. Находясь в районе Наньшань, она насчитывала всего около девяти тысяч жителей, большинство из которых трудились в том же Наньшане. Инфраструктура там хромала, транспортное сообщение оставляло желать лучшего, а обстановка выглядела довольно ветхой.
Обдумав всё как следует, Лин Цзиньянь пришел к выводу, что вероятным местом зарождения монстра была именно деревня Нючэн.
Снаружи Чэнь Юэхао с неизменной улыбкой горничной проводила последнего гостя и принялась за уборку перед переодеванием и уходом домой.
В этот момент из кабинета вышел Лин Цзиньянь. Заметив, что Чжан Цзюньцзе, Ян Хуаюй, Вивиан и Чэнь Юэхао все еще на месте, он невнятно бросил: Юэхао, сегодня можешь не убираться, бегом переодевайся, нужно разобраться с одним делом.
Все, кроме Вивиан, сразу всё поняли. Та же осталась в растерянности и ошеломленно спросила: Какое еще дело? Почему я ничего не знаю?
Вивиан, ты можешь не ехать, — Лин Цзиньянь взглянув на девушку, решил, что ей пока рано сталкиваться с подобными вещами.
Почему? — недоумевающе протянула она.
Выбор за тобой. — Лин Цзиньянь не стал вдаваться в долгие объяснения.
Спустя двадцать минут группа прибыла в деревню Нючэн. В реальности место оказалось еще более удручающим, чем в интернете, и совсем не походило на часть Шэньчжэня.
Хотя я и знал, что здесь глушь, не думал, что разница с центром окажется столь разительной, — даже голос Чжан Цзюньцзе лишился привычных шутливых ноток.
Нючэн невелик, обойдем его часа за два. Я, А-Цзе и Хуаюй — первая группа, Вивиан и Юэхао — вторая. Разделимся и осмотримся, — распределил задачи Лин Цзиньянь, направляясь в сторону жилых домов, в то время как Чэнь Юэхао и Вивиан взяли на себя школьный сектор.
Однако за час поисков пятерка не обнаружила ничего подозрительного. Вернувшись к деревенским воротам, легкомысленный Чжан Цзюньцзе махнул рукой: Старший Янь, ты просто накручиваешь себя! Наверное, испугался, что раз на прошлой неделе Сяо Чжу с компанией прикончили монстра, то и в Шэньчжэне объявится такой же.
Лин Цзиньянь слегка опустил голову и потер подбородок. Нет, Лин Люй никогда не говорил ничего просто так: каждый раз, стоило ему разразиться пространной речью, это означало, что что-то действительно произошло. Но в Нючэне всё было тихо.
Неужели в Макане или Лоцуне?
Давайте сегодня все разойдемся, а завтра я позову Цзинхао и Цзиньюй проверить остальные места. Уж лучше я перестрахуюсь, чем проявлю беспечность. Не забудьте надеть боевую экипировку.
Странно... с чего это вдруг в Маомине объявилось существо, постичь которое я не в силах? — размышлял Зевс, рассеянно глядя на рыбок в пруду роскошной виллы.
Уж не старый ли это приятель отца?
Впрочем, можно разыграть карту Ктулху. Как раз осталось несколько неиспользованных букашек, стоит обдумать предложение о сотрудничестве, поступившее от Совета Преисподней.
Где же остальные мои братья и сестры? Пусть я и поглотил власть Эреба, став гораздо сильнее прочих владык, нельзя исключать, что они тоже пожирают друг друга. К тому же разрыв между мной, Гераклом и Афиной по-прежнему велик — если они заявятся сюда, я смогу лишь надеяться, что останусь в живых.
Кто в этом мире обладает столь же равным отцу статусом?
Как же хочется поскорее эволюционировать в истинного божества! Тогда я узнал бы тайну отцовского чертога и то, против кого именно отец поднял восстание в те далекие годы, захватив контроль над Землей. Жаль, что я не могу отсюда выбраться, иначе непременно взглянул бы на этот мир. Интересно, сгодятся ли эти полубоги — Геракл и Афина?
Разделимся на две группы: я, Хуаюй и Вивиан — наша группа под моим началом, а вторая — Цзинхао, Юэхао, Цзиньюй и А-Цзе, за нее отвечает Цзинхао, — Лин Цзиньянь созвал всех способных сражаться обладателей крови богов, которых удалось найти в Шэньчжэне. Охрана порядка и зачистка последствий ложились на плечи инспектора Ли.
Почему не позвали Линь Сяоцин? И спрашивать не стоило — она всё равно бы не пришла.
Отдай Юэхао в мою группу, — выслушав распределение, слегка скорректировал его Цянь Цзинхао.
Он пояснил: Я знаю, ты привык взваливать всё на себя и не хочешь подвергать товарищей опасности, но ты пока обычный человек, в то время как у нас в команде четверо обладателей крови богов, а у тебя — всего двое.
Подумав пару секунд, Лин Цзиньянь кивнул.
Тогда будьте осторожнее, — напоследок бросил он.
Когда Лин Цзиньянь отошел на безопасное расстояние, Чжан Цзюньцзе с усмешкой обратился к Цянь Цзинхао: Смотри-ка, не только Юэхао метит в мамочки, у старого Яня тоже явный талант к роли наседки.
Группа Лин Цзиньяня прочесывала местность с восьми утра до полудня. Они обошли все дома, обшарили переулки и даже опросили жителей, но так и не нашли никаких следов аномалии.
Значит, и в Лоцуне ничего нет?
Но Цзинхао только что звонил и сообщил, что в Макане тоже пусто.
Неужели дело вовсе не в этих трех деревнях?
Однако в сети утверждалось, что именно эти три поселка — самые нищие, глухие и с самым низким уровнем дохода. Более того, проведя здесь и полдня, Лин Цзиньянь успел проникнуться чувством тяжелой тоски и беспомощности: судя по недавним опросам, местные жители балансировали на грани выживания, едва сводя концы с концами.
Если где-то и должна была накопиться густая злоба, так это здесь. Но возникало противоречие: Лин Цзиньянь хотел оказать бедным жителям посильную помощь под видом опроса, но большинство отказалось. Это доказывало, что, несмотря на нужду, люди сохраняли гордость и мораль, а подобное никак не сочеталось с условиями зарождения монстра.
Постойте-ка. Бедняки вовсе не обязательно испытывают отчаяние перед жизнью. В зоне, способной породить чудовище, обитатели неизбежно питают колоссальную злобу, а самый прямой путь к ней — зависть. Когда соседи живут лучше тебя, рождается зависть, и стоит зависти жителей целого района достигнуть предела, как она превращается в черную злобу.
И кажется, одно такое место приходило ему на ум.
Старик Цянь, в Макане тоже голяк, — усевшись у дороги, пробормотал Чжан Цзюньцзе и тут же заметил Оу Цзиньюй, которая стояла метрах в пяти и настороженно наблюдала за ним.
Чжан Цзюньцзе замер на пару секунд, прежде чем сообразить, что с его нынешнего ракурса открывался отличный обзор на кое-какие детали гардероба, которым лучше бы оставаться скрытыми.
Нет. Судя по тому, что говорил мне Цзиньянь, нам нужно искать самые бедные районы, но одной лишь нищеты здесь недостаточно, — рассуждал Цянь Цзинхао, глядя на деревенские ворота, то ли отвечая Чжан Цзюньцзе, то ли говоря сам с собой.
Холодный голос неожиданно вклинился в разговор: На самом деле стоит подумать о месте с самым сильным имущественным расслоением в Шэньчжэне.
Оу Цзиньюй, хранившая молчание все утро, бросила эту реплику словно невзначай.
Ее слова мгновенно прояснили картину в голове Цянь Цзинхао.
Первым делом он подумал об улице Буцзи в районе Лунган. Сам район занимал обширную территорию и включал довольно зажиточные зоны, но ВВП улицы Буцзи оставался относительно низким, а экономическое развитие отставало.
Лин Цзиньянь и Цянь Цзинхао одновременно перевели взгляд в сторону улицы Буцзи.
Едем на улицу Буцзи, — бросил Лин Цзиньянь и поспешил к автобусной остановке.
Пройдя несколько шагов, он замер и оглянулся на оставшуюся позади деревню Лоцунь.
Надо будет как-нибудь заглянуть сюда снова и помочь чем сможет.
Небо постепенно затягивало свинцово-серым занавесом, похожим на глубокий вздох самой природы, предвещавший неотвратимое приближение бури.
Грозовые тучи, словно измятые невидимой рукой, плотными слоями затянули горизонт, безжалостно поглощая последние лучи закатного солнца.
Ветер сначала мягко шелестел кронами, но постепенно набирал необоримую мощь. Проносясь между ветвей, он издавал утробный гул, напоминающий пробуждающегося в темноте зверя, который ищет выход накопившейся ярости.
Деревья клонились под усиливающимся напором стихии, ветви и листья терлись друг о друга, рождая шелест, похожий на тревожную симфонию сотен перешептывающихся голосов.
Вдалеке глухо рокотал гром, словно ворчание древних божеств, предвещавшее неизбежную кару. Вспышки молний то и дело рассекали небосвод, ослепительными клинками мгновенно озаряя мир, обреченный раствориться в разгуле стихии, вслед за чем накатывали еще более глубокая тьма и удушающее давящее чувство.
Городская суета казалась до смешного ничтожной перед лицом этого гнетущего безмолвия, и прохожие ускоряли шаг, пытаясь отыскать укрытие до того, как хлынет ливень.
Двери лавок и магазинчиков одна за другой закрывались, а неоновые вывески на фоне мрачнеющего неба резали глаза, излучая при этом фальшивое, тревожное тепло.
На улице Буцзи и впрямь не всё ладно: погода вокруг начала сбоить стоило им только оказаться здесь.
Лин Цзиньянь читал в книгах о подобных явлениях: когда цель ранга выше производной начинает вить кокон, весь квартал или район подвергается барьерной блокировке алтаря. Чужакам не пробиться внутрь, а жертвам не выбраться наружу.
В час своего рождения монстр поглотит в качестве питательной среды все живые существа, оказавшиеся внутри алтаря.
Еще час назад погода на улице Буцзи стояла самая обычная, но стоило им ступить сюда, как небо мгновенно потемнело, тучи сгустились, и послылись раскаты грома. Очевидно, чувачок почуял приближение тех, кто пришел его убить.
Цянь Цзинхао с командой должны подоспеть с минуты на минуту, а инспектор Ли с двумя другими бойцами — Ду Хуа и Су Цы — уже ждали их у торговой площади Ванькэхун.
Инспектор Ли, есть на улице Буцзи какие-нибудь заброшенные фабрики? — мысленно прикидывая возможное логово твари еще по дороге сюда, поинтересовался Лин Цзиньянь. Улица Буцзи, хоть и уступала центральным районам, все же находилась слишком близко к городу, и монстр вряд ли рискнул бы устраивать инкубатор в открытую — ему приходилось прятаться в глухих, безлюдных местах.
К тому же высиживание потомства требовало темноты и сырости.
Лучше всего для этого подходила старая, заброшенная промзона.
На улице Буцзи заброшены промышленная зона Луншань, часовой завод Ифу и электронный завод Юэбао, — без малейшей заминки отрапортовал инспектор Ли, поскольку сразу после выпуска начинал службу именно в Буцзи.
К тому же, я общался с местными коллегами: с июня на улице Буцзи пропадало по четыре человека ежемесячно. Исчезновения людей в Шэньчжэне — дело нередкое, но странность в том, что все пропавшие — исключительно мужчины. В общей сложности набралось уже двое без вести пропавших, а последнее заявление подали буквально вчера.
Двое в июне, по четыре в июле и августе, двое в сентябре. Поскольку, помимо пола, у жертв не было ничего общего, а на местах не осталось ни единой улики — даже камеры видеонаблюдения ничего не зафиксировали — дело зашло в тупик.
Мне кажется, эти два события связаны, — с суровым выражением лица произнес Ли Цзюньси.
Я проверю часовой завод Ифу, — подал голос подоспевший Цянь Цзинхао.
Хорошо, тогда я отправлюсь на электронный завод Юэбао, — Лин Цзиньянь сомневался, что вероятность найти тварь там высока, но решил лично всё перепроверить: вдруг чудище решило укрыться как раз в таком маловероятном месте.
А-Цзе, Хуаюй, вы вместе с инспектором Ли отправляйтесь в промзону Луншань. Юэхао идет с Цзинхао, а Цзиньюй, Вивиан — со мной, — перетасовал состав Лин Цзиньянь. А-Цзе и Хуаюй дружили много лет, им сподручнее было держаться вместе.
Почти всё снаряжение прихватили с собой: Чешуя Дракона Чжан Цзюньцзе, Чицзюнь Ян Хуаюй, карманные часы времени Цянь Цзинхао, Без Снов Чэнь Юэхао — словом, практически каждое оружие с уникальными свойствами перекочевало к ним.
Жаль только, b-001 на прошлой неделе отправили обратно Чжу Чэнцзе, иначе сейчас у них имелась бы дополнительная страховка.
Чэнь Юэхао вступала в дело лишь при худшем сценарии, а созданная Оу Цзиньюй Птица в клетке могла послужить щитом от определенной части урона, хотя вряд ли сравнялась бы с Троией того Короля Драконов.
Полуприкрытые ворота, покрытые хлопьями ржавчины, походили на пасть времени, безмолвно вещавшую о былом величии и нынешнем запустении. Порыв ветра заставил петли скрипнуть с пронзительным скрежетом — то ли запоздалое приветствие, то ли предостережение, от которого сердце сжималось в комок.
На территории завода буйно разрослись сорняки, достигающие человеческого роста; в лунном свете они отбрасывали причудливые, изломанные тени, словно притаившиеся монстры, готовые в любой момент броситься на нарушителей спокойствия.
Заброшенные производственные линии напоминали скелеты гигантских чудовищ, хаотично разбросанные по углам. На ржавом оборудовании еще виднелись следы машинного масла, время от времени отражавшие зловещий холодный блеск. Невольно вспоминалось, как некогда эти механизмы ревели полной жизнью, что создавало резкий контраст с теперешней гробовой тишиной.
В воздухе висел не поддающийся описанию запах — смесь ржавчины, плесени и какого-то неописуемого тлена сверлила нос, пробуждая в глубине души первобытный ужас.
На стенах вокруг осыпавшаяся краска обнажала пеструю основу, на них еще смутно угадывались какие-то невнятные лозунги и граффити: одни уже были так разъедены временем, что их невозможно было разобрать, а другие походили на безмолвные крики о помощи.
А-Цзе, этот завод какой-то неправильный, — сглотнув слюну, дрожащим голосом произнес Ян Хуаюй.
Да нет же, братишка, ты ведь С-ранг, а я, рангом ниже, вообще не боялся, чего ты трясешься, — беззаботно ответил Чжан Цзюньцзе.
К тому же, даже если что-то случится, вы быстро хватайтесь за меня, я применю Замещение и мы сразу выберемся. К тому же, разве ты не умеешь становиться невидимым?
Ян Хуаюй крепко сжал ножны рукоять, готовясь в любой момент выхватить клинок: У меня всё равно такое чувство, будто на этом заводе кто-то есть.
Дзынь-дзынь-дзынь — внезапно раздался звук.
Что за черт! — с испугом завопил Ян Хуаюй.
Да просто телефон звонит, чего ты поднимаешь такую панику? — отвечая на звонок, посмеивался над Ян Хуаюй Чжан Цзюньцзе.
Цзюньцзе, как у вас дела с осмотром? У меня здесь всё в порядке, — раздался из трубки интеллигентный, полный книжной утонченности голос Цянь Цзинхао.
Только закончили один цех, теперь осматриваем второй, как это ты так быстро? — скучающим тоном спросил Чжан Цзюньцзе.
Я заглянул в будущее в целом с помощью Колеса Времени. Если бы были какие-то проблемы, то через час в том секторе завязалась бы драка, но я ничего не увидел, значит, и проблем нет.
Вы там поосторожнее, даже если что-то обнаружите, не спешите лезть на рожон, сначала найдите где спрятаться и ждите нас, — бросил напоследок Цянь Цзинхао и повесил трубку.
Продолжаем, пойдем на второй этаж, заглянем туда, — зевнув, Чжан Цзюньцзе направился на второй этаж.
С Божественным словом здесь и правда куда удобнее, — с легкой завистью пошутил Ли Цзюньси.
Офицер Ли, не стоит быть столь пессимистичным, кто знает, может, у вас оно тоже есть, просто еще не пробудилось, — попытался утешить его Чжан Цзюньцзе.
На самом деле он хотел сказать, что очень скоро оно у него появится, ведь он знал, что Линь Сяоцин занимается исследованием Эликсира эволюции. Однако раз уж Лин Цзиньянь еще ничего не рассказал офицеру Ли, ему самому тоже стоило попридержать язык.
Дзынь-дзынь-дзынь — телефон зазвонил снова.
На этот раз звонил Лин Цзиньянь.
Алло, старик Янь, вы тоже все проверили? — с некоторым удивлением спросил Чжан Цзюньцзе.
Я попросил Оу Цзиньюй посмотреть всё с помощью Колеса Времени, проблем нет, так что звоню узнать, как у вас дела.
В смысле, откуда у нее тоже Колесо Времени?
Забыл тебе сказать: ее Божественное слово — Бессмертный в картине, его эффект, если объяснять проще, заключается в копировании чужих Божественных слов. Сегодня утром она скопировала Божественное слово Цзинхао, — пояснил Лин Цзиньянь.
Как обстоят дела у вас?
Эм, пока всё спокойно, — Чжан Цзюньцзе сейчас уже слегка покрывался потом.
К слову, у старика Цяня тоже всё в порядке, он только что звонил мне, так что вы давай бегом сюда, — Чжан Цзюньцзе заставил себя говорить без дрожи, но все же поднял левую руку, чтобы стереть со лба мелкие капли пота.
Я понял, мы уже идем, — бросил тот и поспешно сбросил вызов.
Цзз-Цз-Цзе, ттт-ты скажи, нн-неужели мыуу и вправду таккк неудачливы? — голос Ян Хуаюй уже дрожал так, что он не мог его контролировать.
Посмотри на себя, трус несчастный, прекращай сам себя запугивать. Кто знает, может, это чудовище здесь еще не вылупилось, а даже если и так, старик Янь и остальные скоро подойдут, чего бояться? — хотя у Чжан Цзюньцзе на спине уже вовсю холодел пот, голос он удерживал ровным, ведь ему уже доводилось убивать Божественных слуг.
В этом цехе тоже ничего нет, пойдем в следующий, — глядя на состояние обоих, Ли Цзюньси понимал, что говорить, будто им не страшно, было бы глупо. Но раз уж за его плечами имелся двадцатилетний опыт работы в полиции, к тому же он был старшим среди всех и капитаном, ему поневоле приходилось брать на себя ответственность.
Третий цех состоял из трех этажей, и он выглядел еще более мрачным и ветхим, чем первые два: первый этаж почти целиком заросла дикой травой.
Стоять, — Ли Цзюньси сделал жест рукой, призывая остановиться, потому что этот цех казался слишком странным.
Хотя здесь почти везде буйно росла трава по колено, именно благодаря этому можно было заметить отчетливый след от примятой травы.
Присев на корточки и разглядывая землю, Ли Цзюньси произнес: Такой след мог остаться только после многократных шагов, к тому же тут явно видно, что по траве что-то волокли. Судя по цвету стеблей, кто-то приходил сюда примерно три месяца назад.
Три месяца назад — не тогда ли как раз произосло первое исчезновение людей?

Комментарии

Загрузка...