После того как все обменялись порцией лести, один из них заговорил:
— Господин Цзян, полагаю, вы понимаете, с какой целью мы пришли. Все присутствующие здесь готовы ежегодно выплачивать вам определённую сумму серебра. Мы надеемся, что вы позволите оформить наши предприятия на ваше имя, чтобы, пользуясь вашим статусом цзюйжэня, избежать лишних проблем с властями и получить покровительство!
— А ваши дела не нарушают законов? Не покроют ли они позором имя нашего молодого господина? — с беспокойством спросила Ли Лин, заранее проинструктированная Цзян Чжэнцзином.
— Ни в коем случае! Мы лишь хотим воспользоваться статусом цзюйжэня, чтобы чиновники низшего звена не чинили нам препятствий. Вы же знаете, как трудно бывает с мелкими клерками, так что объяснять подробно не стану.
Один из дородных мужчин, опасаясь, как бы Цзян Чжэнцзин не понял их превратно, поспешил пояснить:
— Наш статус даёт преимущества только в пределах уезда. Стоит нам выехать в соседний, как местные стражники тут же норовят набить карманы за наш счёт!
— Но я-то, кажется, не имею над ними власти, да и они меня в лицо не знают.
— Вы ошибаетесь! Хотя у цзюйжэня нет официальной должности, он имеет право лично предстать перед уездным судьей или префектом, а это заставит мелких чиновников поумерить аппетиты.
— В таком случае я согласен.
Уяснив суть дела, Цзян Чжэнцзин заметно расслабился. Далее последовал торг — у Ли Лин, слушавшей их, голова пошла кругом. Наконец стороны договорились о ежегодной сумме, а дополнительным условием стало требование купить в уезде дом и передать его Цзян Чжэнцзину для проживания.
— Если всё пойдёт по плану, то этот дом станет местом, где я буду принимать уездного судью, господина Хуана, и других высокопоставленных особ. Не заставляйте меня краснеть перед ними! — предупредил Цзян Чжэнцзин.
«Пропало дело. Раз так, дешёвую развалюху уже не подсунешь. Ох уж эти книжники, какие же они пронырливые!» — мысленно проворчали торговцы, но с натянутыми улыбками ответили:
— Будьте спокойны, господин. Мы сделаем всё, чтобы вы не ударили в грязь лицом перед господином Хуаном. Прощаемся!
Проводив гостей, Ли Лин радостно обратилась к Цзян Чжэнцзину:
— Брат Цзин, ты так хорош! Ничего не делая, получил дом и ежегодную прибыль. Но зачем ты сказал им про приёмы для судьи?
Цзян Чжэнцзин рассмеялся и принялся объяснять:
— Сяо Лин, не стоит недооценивать эти слова. Торговцы — народ ушлый. Они бы подарили мне дом и без этого, но какая огромная разница между домами! Одно дело — обычный жилой дом, и совсем другое — резиденция для приёма сановников.
— А они не побоятся, что ты на них рассердишься?
— Конечно, нет. Если бы я стал упрекать их за плохой дом, я бы выглядел лишь глупцом, которого обвели вокруг пальца. Господин Хуан лишь посмеялся бы над моей недалёкостью, а не над скупостью торговцев.
— Но как это связано с упоминанием господина Хуана?
Ли Лин захлопала своими похожими на полумесяцы глазами, совершенно запутавшись.
— Всё просто. Раз я упомянул приём господина Хуана, то, если они подсунут мне халупу, это будет означать неуважение к самому судье. Одурачить меня — полбеды, а вот навлечь на себя гнев господина Хуана — это уже совсем другой разговор.
Цзян Чжэнцзин с тяжёлым вздохом добавил:
— В этой сделке в выигрыше только уездный судья Хуан. Я использую его имя, чтобы прижать торговцев, но после мне придётся лично просить у него прощения и остаться в долгу. Вот она, сила власти.
— Ничего не понимаю, такая простая вещь — а как всё сложно!
— Не забивай голову, Лин’эр. Как только они передадут дом, ты и тетушка Ли переедете ко мне! Я хочу позаботиться о вас.
— А это не отразится на тебе? — Ли Лин застенчиво накрутила на палец прядь волос.
— Я один, мне всё равно нужно нанять кого-то для уборки и служанок для хозяйства. С вами мне будет спокойнее следить за ними.
— Нанять служанок? Мы с мамой переедем к тебе и сами присмотрим за ними! — Ли Лин, позабыв о стеснении, поспешно согласилась.
— Э? — Цзян Чжэнцзин с изумлением смотрел на девушку, которая минуту назад была полна сомнений, а теперь мигом согласилась. Он начал сомневаться, не перетрудил ли мозг, раз даже мысли девчонки уловить не может.
«Я и сам не знаю, о чём думает женщина, когда находится рядом с тем, кто ей дорог. Хочешь всё просчитать, маленький цзюйжэнь? Слишком много на себя берешь».
Сунь Ин молча отвел взгляд и поднялся — пора было возвращаться в лечебницу.
В уезде вновь воцарился покой, и Сунь Ин вернулся к своей праздной жизни. Прошёл год. У Цзян Чжэнцзина всё шло гладко; всех сватов он отваживал одним ответом: мол, сейчас все мысли лишь об учёбе, готовится к экзаменам на чжуанъюаня. Кроме чтения и наставлений Ли Лин в грамоте, ничего примечательного не случалось. Кое-кто пытался уговорить Сунь Ина уехать в другой уезд лечить людей, но тот наотрез отказывался.
В один из дней к лечебнице Сунь Ина подъехала роскошная карета. Из неё вышла женщина средних лет. Войдя внутрь, она увидела лежащего на стуле Сунь Ина и невольно нахмурилась: слишком молод, наверняка лишь зря славится.
— Вы доктор Сунь?
— Да.
— ...Моя госпожа страдает от сильных головных болей. Она обошла многих прославленных лекарей, перепробовала массу рецептов, но стало только хуже. Слышала, что здесь, в уезде, один лавочник — пусть и не от головы, но тоже от недуга, который у него всё прогрессировал, — был успешно вылечен вами. Потому я приехала просить вас осмотреть мою госпожу.
— Я никуда не поеду. Денег у меня полно, а чиновником становиться не хочу.
— Моя госпожа в преклонном возрасте, хворает, надеюсь...
— Ты слышала, что я сказал? — невозмутимо перебил её Сунь Ин. — Если служанка ездит в такой карете, значит, госпожа не скупилась на лекарей, но ей становилось только хуже — скорее всего, это опухоль мозга. Пусть лучше поскорее умрет, хоть мучиться перестанет.
— Вы... Вы знаете, что это за болезнь? Можете её вылечить?
— Даже не надейся, что я поеду на выезд. Я из тех, кто посоветует человеку умереть поскорее, чтобы не мучиться. И не вздумайте привозить её силой. Если не боитесь, что она скончается прямо во время лечения — попробуйте.
Женщина просияла:
— Я поняла. Благодарю, доктор Сунь, за разъяснения!
Спустя некоторое время она вернулась снова:
— Госпожа прибыла. Осмотрели бы её здесь?
— Привозите.
— Благодарю, доктор Сунь.
Женщина поспешила к карете — ещё более роскошной, чем прежде, — и под руки вывела исхудавшую старушку.
Сунь Ин мельком взглянул на неё:
— Тело здоровое, лицо румяное, а оттого, что так долго мучается головными болями, лишь слегка исхудала. Столько сильнодействующих снадобий перевели — удивительно, как она вообще просыпается.

Комментарии

Загрузка...