Волна неописуемого восторга мгновенно ударила в голову, сменившись легким головокружением от растерянности.
Десятилетние отношения только что подошли к концу, бизнес прогорел, впереди маячило банкротство, и именно в этот момент на пороге возник загадочный помощник?
Снизу донесся приглушенный гул заводящегося двигателя.
Ян Сюй подошел к окну и увидел, как Лю Пин садится в тот самый белый BMW MINI. Из водительского окна высунулась Ван Цзымэй, о чем-то ее расспрашивая.
Лю Пин коротко ответила, и обе женщины весело рассмеялись.
Этот смех был Ян Сюю слишком хорошо знаком – так Лю Пин торжествовала, когда добивалась желаемого.
Когда-то эта улыбка предназначалась только ему, теперь же ее созерцали другие.
— Ну и ладно, — негромко произнес Ян Сюй самому себе. — Каждому свое.
Он вернулся в глубь квартиры и принялся внимательно изучать загадочную систему супербогача.
...
Тем временем в салоне автомобиля Ван Цзымэй протянула подруге бутылку минералки:
— Ну как? Поставил подпись?
Лю Пин кивнула и, открутив крышку, сделала жадный глоток:
— Да, все подписал.
— Так быстро? Ты пробыла там больше часа, я уж грешным делом подумала, что он опять начнет устраивать сцены и цепляться за тебя.
Ван Цзымэй бросила на нее мимолетный взгляд через зеркало заднего вида. Заметив характерный румянец и то, как неестественно Лю Пин устроилась на сиденье, она мгновенно обо всем догадалась:
— О-о... Вот оно что. Решила пустить в ход женские чары?
— Всего лишь прощальный жест, — Лю Пин застегнула ремень безопасности, стараясь говорить как можно равнодушнее. — Все-таки десять лет вместе, хотелось расстаться без лишней грязи.
Ван Цзымэй презрительно фыркнула:
— Ой, да ладно тебе, будто я тебя не знаю. Господин Ма уже заждался, ты уверена, что...
Лю Пин молча смотрела на проносящиеся за окном городские пейзажи:
— Он может дать мне то, чего Ян Сюй дать не в состоянии. Этого вполне достаточно.
Машина выехала на оживленный проспект, мгновенно затерявшись в плотном утреннем потоке транспорта.
Обе женщины погрузились в свои мысли, больше не проронив ни слова.
А в пустой съемной квартире Ян Сюй продолжал допрашивать пустоту:
— Система? Ты тут? Есть какая-нибудь инструкция по эксплуатации?
Тишина.
Он предпринял еще несколько попыток докричаться до нее, но все безрезультатно.
Лишь полупрозрачное окно с заданием продолжало висеть перед его внутренним взором:
[Текущее задание: завершите процедуру расторжения брака, чтобы забрать подарочный набор новичка и разблокировать полный функционал системы.]
— Похоже, придется набраться терпения и дождаться официального свидетельства о разводе, — Ян Сюй почесал затылок, найдя ситуацию довольно забавной. — Принципиальная штуковина, без бумажки работать отказывается.
Весь следующий месяц Ян Сюй посвятил закрытию своих дел. Он сумел переуступить права аренды на помещение магазина, выручив за это скромную сумму.
Заодно распродал все оставшееся оборудование и мебель перекупщикам за бесценок.
Стоя посреди помещения, которое еще недавно было сосредоточением его амбиций и надежд, Ян Сюй наблюдал, как грузчики выносят последние металлические стеллажи.
— Братец Сюй, неужели это действительно конец? — Сяо Чэнь, его помощник, помогал сверять инвентаризационную ведомость. В его голосе сквозила искренняя грусть.
Ян Сюй ободряюще похлопал парня по плечу:
— Все хорошее когда-нибудь заканчивается. Твою зарплату за этот месяц я уже отправил на карту, плюс накинул сверху за один месяц в качестве выходного пособия. Какие планы на будущее?
Глаза Сяо Чэня подозрительно заблестели:
— Моя двоюродная старшая сестра работает в отделе продаж в заливе Пэнчэн. Сказала, чтобы я шел к ней на стройку...
Когда последний ящик погрузили в кузов грузовика, телефон Ян Сюя коротко завибрировал.
Пришло банковское уведомление: [На вашу дебетовую карту с последними цифрами 8877 в 14:30 поступил перевод на сумму 210 000,00 юаней. Доступный остаток: 213 476,28 юаней.]
Двести тринадцать тысяч – вот и все, что осталось от трех лет упорного труда.
Разумеется, согласно бракоразводному соглашению, эти деньги полностью принадлежали ему, а Лю Пин оставила себе свои личные сбережения.
Он прислонился к дверному косяку, обводя взглядом пустые пятьдесят квадратных метров, и невольно вспомнил день открытия магазина три года назад.
Лю Пин тогда светилась от счастья. Когда они вместе перерезали красную ленточку, ее руки дрожали от волнения, и она шептала:
— Ян Сюй, наконец-то у нас появилось свое собственное дело.
Теперь не осталось ни дела, ни ее самой.
Ян Сюй открыл мобильное приложение банка и долго смотрел на шестизначную сумму.
Двести тринадцать тысяч юаней. В таком мегаполисе, как Шэньчжэнь, на эти деньги не купить даже квадратный метр в приличном районе, но для него это был единственный фундамент для новой жизни.
Он вспомнил о своих родителях.
С тех пор как он окончил университет и перебрался в Шэньчжэнь, он взял за правило ежемесячно отправлять им по две тысячи юаней. Без задержек и оправданий.
Родители установили это требование в первый же день после получения им диплома, быстро привыкли к хорошему и каждый месяц просто ждали перевода к назначенному сроку.
В прошлом году мать обмолвилась, что хочет обновить старый деревенский дом. Ян Сюй, наступив на горло собственным нуждам, перевел ей сто тысяч. Мать тогда восторженно рассказывала по телефону:
— Сын соседа Вана отгрохал себе двухэтажный коттедж, до чего же солидно смотрится!
Она не просила напрямую, но намек был более чем прозрачным.
Ян Сюй закрыл вкладку уведомлений и перешел в раздел переводов.
Получатель: Ян Цзяньго (отец).
Пальцы замерли над клавиатурой. Изначально он планировал отправить половину суммы, но, поколебавшись несколько секунд, стер единицу и вбил двойку.
200 000,00.
Подтвердить, ввести пароль, приложить палец к сканеру отпечатков.
[Перевод успешно выполнен]
Двести тысяч юаней – практически все его сбережения улетели одним нажатием кнопки.
Ян Сюй рассудил так: в ближайшее время он найдет новую работу, а одному человеку много не нужно.
Пока доходы будут нестабильными, лучше подстраховать стариков крупной суммой сразу, чтобы в ближайшие пару лет вообще не возвращаться к этому вопросу.
В конце концов, родители уже немолоды, пусть поживут в свое удовольствие.
Завершив транзакцию, он заблокировал экран и продолжил безучастно смотреть на голые стены пустого помещения.
...
В тот вечер Ян Сюй просидел на балконе съемной квартиры до глубокой ночи, ожидая звонка.
Телефон упорно молчал.
По логике вещей, получив такую внушительную сумму, родители должны были хотя бы набрать его и поинтересоваться, откуда эти деньги.
Может, что-то случилось?
Или до них просто не дошло СМС-оповещение от банка?
Рой тревожных мыслей не давал ему покоя, заставляя мерить шагами тесный балкон.
Звонка не было и на следующий день к полудню.
Ян Сюй не выдержал и сам набрал домашний номер.
Гудки шли один за другим, трубку сняли только после седьмого сигнала.
— Алло? — Раздался глуховатый голос отца, на фоне отчетливо бубнил телевизор, транслируя какой-то сериал.
— Пап, это я. Ну как... деньги пришли? — Осторожно поинтересовался Ян Сюй.
— А, пришли, — безучастно отозвался отец, словно речь шла о покупке буханки хлеба. — Еще вчера упали на счет. Двести тысяч, все верно.
Ян Сюй замер в ожидании расспросов. Почему так много?
Не пошли ли его дела в гору?
Или хотя бы дежурного вопроса о его самочувствии.
Но из динамика доносилось лишь невнятное бормотание телевизионных актеров.
— Пап, — Ян Сюй облизнул пересохшие губы. — Эти деньги...
— Да, я понял, — бесцеремонно оборвал его отец. — Давно пора было так сделать. Ты уже столько лет крутишься в Шэньчжэне на правах большого босса, вся деревня только и говорит, какой у Ян Цзяньго успешный наследник. Твоя мать на днях рассказывала, что зять соседа Лю, который устроился в управу, на праздники подарил родителям машину...
Ян Сюй почувствовал, как к горлу подкатил тяжелый ком.
— Пап, эти деньги – это... — он хотел объяснить, что это его финансовая подушка на ближайшие годы, что его бизнес прогорел, что ему предстоит начинать все с нуля на наемной работе, что он вовсе не преуспевающий миллионер...
— Ладно, мы ценим твою заботу, — в голосе отца наконец-то скользнули теплые нотки, но от этой интонации Ян Сюю стало только холоднее. — Работай усердно, постарайся в следующем году обзавестись собственным жильем в Шэньчжэне и забрать мать к себе, пусть поживет по-человечески. Все, мне пора, мать обедать зовет.
В трубке раздались короткие гудки.
Ян Сюй еще секунд десять держал телефон у уха, слушая монотонный механический писк.
Он стоял на балконе седьмого этажа, глядя на бурлящую внизу жизнь городской окраины – типичного шэньчжэньского спального квартала. Из палаток с уличной едой поднимался густой пар, уставшие рабочие протискивались сквозь узкие улочки, жизнь вокруг кипела и била ключом.
И только он чувствовал себя абсолютно опустошенным, словно из его вен выкачали всю теплую кровь.
То, что для него было тяжелейшей жертвой и последней попыткой поддержать семью, родители восприняли как должное. Его забота оказалась в их глазах лишь запоздалым исполнением обязанностей.
Фраза «я не смогу присылать вам деньги в ближайшие годы» так и осталась непроизнесенной.
Он снова набрал номер. На этот раз трубку взяла мать.
— Мам, — Ян Сюй поразился тому, насколько ровно и спокойно прозвучал его собственный голос. — Я продолжу отправлять вам деньги каждый месяц, не переживайте.
— Ой, сынок, будут деньги – присылай, не будут – ну и ладно, сам там сильно не голодай.
Мать произнесла положенные дежурные слова, но в ее голосе не чувствовалось искреннего беспокойства.
— Да, я понял.
Положив трубку, Ян Сюй еще очень долго стоял у перил, глядя в пустоту.

Комментарии

Загрузка...