Юй Хуатянь прищурился, оставляя лишь узкую щелочку между веками, и уже собирался вмешаться.
— Цзень!
— Плюх!
Сверкнула вспышка меча, в воздух взлетела отрубленная рука, и тут же раздирающий душу вопль прорезал тишину.
— А-а, мой сынок! — женщина и мужчина, только что поднявшие ножи, переменились в лице от ужаса.
— Ты... ты же выпила воду!.. — в панике завизжала женщина, тыча в Гу Цинчжао пальцем.
Гу Цинчжао холодно усмехнулся и сплюнул воду изо рта.
— Хм, думали провести меня своими жалкими трюками? Неужели верили, что я клюну? Ха-ха...
Досказав, Гу Цинчжао одним ударом меча полоснул по корчившемуся на полу А Му.
— Нет!.. — в отчаянии завопили муж с женой.
— Плюх!
Оголенная голова покатилась по полу. А Му так и умер с широко открытыми глазами, в которых застыли ужас и горькое раскаяние — пожалуй, он раскаивался, что вообще вздумал зариться на этих троих.
— А-а-а, ты убил моего сына, я убью тебя! — взвизгнула обезумевшая женщина, бросаясь на него с тесаком для дров.
Гу Цинчжао презрительно скривил губы.
— Сама напросилась на смерть.
Шаг вперед, прямой выпад.
Клинок насквозь пронзил грудь женщины, а она даже не успела коснуться рукава его одежды.
Выдернув меч, Гу Цинчжао перешагнул через рухнувшее тело и направился к мужчине.
Тот от страха побелел как полотно, но, к полнейшему удивлению Гу Цинчжао, мстить за жену и сына не стал — вместо этого он круто развернулся и бросился наутек.
Разве Гу Цинчжао позволил бы ему сбежать? Он метнул зажатый в руке меч вслед убегающему.
— Плюх!
Клинок вошел точно в бок, пробив мужчину насквозь, но тот, хромая и завывая, всё равно умудрился выскочить наружу.
Мм? Гу Цинчжао слегка удивился такой на редкость живучей силе воли, однако задерживаться не стал и, перешагнув порог, бросился в погоню.
Спустя четверть часа.
Гу Цинчжао благополучно вернулся в храм, с его меча всё еще капала кровь.
Войдя под своды святилища, он перевел взгляд на Юй Хуатяня, сидевшего у костра.
— Тц, дурень. Подохнуть во сне — считай, проявил к тебе величайшее милосердие, — пробормотал Гу Цинчжао и двинулся вперед, сжимая меч.
Услышав приближающиеся шаги, Юй Хуатянь мысленно усмехнулся и исподволь начал вращать ци по меридианам.
В этот самый момент:
— Грохот!
Очередной раскат грома разорвал ночное небо, а вспышка молнии полоснула по тучам, словно уродливый шрам.
— Ох, Гу Цинчжао... — неожиданно раздался в тишине слабый голос.
Собравийся нанести удар Гу Цинчжао от неожиданности даже подпрыгнул: это очнулась Тянь Сян.
В голове молниеносно пронеслись несколько вариантов, и Гу Цинчжао пока отложил расправу над Юй Хуатянем — винить следовало лишь паршивое сонотворное, что подсыпали эти хозяева, надо же было такому зелью выветриться так быстро.
— Госпожа Тянь Сян, вы очнулись! — с фальшивой радостью на лице шагнул к ней Гу Цинчжао.
Тянь Сян помотала всё еще тяжелой, гудящей головой и тут же заметила два тела на полу. Будучи девушкой сообразительной, она мгновенно догадалась обо всём.
— Евнух Ю, — повернув голову, позвала она.
— Мм... — Юй Хуатянь изобразил на лице растерянность и медленно приоткрыл глаза. Увидев мертвецов, он тотчас же искренне изумился.
— Чт... что здесь произошло? — его игра выглядела безупречно, впору было поверить, что он действительно только что очнулся от дурмана.
Видя его испуг, Гу Цинчжао усмехнулся еще язвительнее.
— Эта семейка оказалась с душком. В воду подмешали дешевое зелье, но хвала небесам, я проявил бдительность... — с гордым видом принялся расписывать всё Гу Цинчжао.
Юй Хуатянь в душе лишь презрительно ухмыльнулся — неладное он почуял с самого начала, еще когда этот А Му зазвал их ночевать в заброшенный храм.
Подумать только: глухой ночью встретить трех незнакомцев и, совершенно не зная, кто они такие, пригласить к себе в дом?
— Тысячник Гу, благодарю вас. Хорошо, что вы вовремя насторожились, — проговорила Тянь Сян содрогнувшись от пережитого ужаса.
Но тут же с недоумением спросила:
— Только... зачем они хотели нас усыпить?
Юй Хуатянь спокойно ответил:
— Мяса поесть. Запах, что мы чувствовали раньше, скорее всего, исходил от человечины.
Услышав это, Тянь Сян вздрогнула от отвращения. Гу Цинчжао бросил на Юй Хуатяня странный взгляд, подошел к стоявшему у стены большому глиняному кувшину и от души пнул его.
— Бах!
Кувшин с грохотом опрокинулся, и его содержимое выплеснулось на пол. Среди прочего наружу выпала человеческая кисть.
— Уэ-э... — увидев разваренную человеческую руку, Тянь Сян не выдержала и ее стошнило.
Юй Хуатянь остался невозмутим.
Тянь Сян собиралась увести мужчин из храма, но посреди ночи хлынул ливень, и им поневоле пришлось оставаться под крышей до утра.
На следующий день.
У стен храма троица разобрала своих коней, готовясь в путь.
— Мы держим путь на юг, до цели останется дня два езды, — произнесла Тянь Сян. Лицо у нее было бледное — из-за кошмаров ночью выспаться ей так и не удалось.
— Тогда выступаем, — бросил Гу Цинчжао, взбираясь в седло.
Всадники снова сорвались с места и умчали прочь.
Цинчжоу, Чжучэн.
Секта Золотой Ласточки, тайная комната.
— Мгм...
— М-м-м...
Спустя час.
Ся Ляньэр вышла из тайной комнаты Янь Бэйшаня, следом за ней появился и сам старейшина.
Этот тайный подвал располагался прямо в кабинете и отличался сугубо секретным устройством.
— Скрип.
Едва они вышли из кабинета, как заметили ожидавших их людей.
— Глава, дознаватель Ся сказал, что у него срочное дело, поэтому мы велели ему подождать здесь, — холодно произнесла стоявшая рядом женщина в красных одеждах.
Ся Цзе пристально посмотрел на собственную дочку и Янь Бэйшаня. Хотя он прекрасно знал, что между дочерью и этим старым хрычом давняя интрижка, на душе от этого всё равно скребли кошки.
— Отец, ты как здесь оказался? — с удивлением моргая, спросила Ся Ляньэр.
— Дознаватель Ся, давайте пройдем в кабинет, там и обсудим дела, — Янь Бэйшань сделал приглашающий жест рукой.
Ся Цзе еще раз бросил тяжелый взгляд на дочь, после чего с удрученным выражением лица шагнул в кабинет.
— Принеси чаю, — бросила на ходу Ся Ляньэр.
Внутри кабинета оба уселись по местам: Янь Бэйшань во главе, Ся Цзе по правую руку, а Ся Ляньэр осталась стоять подле хозяина секты.
— Дознаватель Ся, что заставило вас пожаловать столь спешно? — равнодушно поинтересовался Янь Бэйшань.
Ся Цзе помрачнел:
— Кто-нибудь из столицы уже прибыл?
Янь Бэйшань окинул его взглядом и невозмутимо ответил:
— Пока никого, но думается, скоро будут.
От услышанного тревога Ся Цзе лишь усилилась, и он втайне пожалел, что вообще ввязался в эту авантюру против Резиденции Вань.
Стоит помнить, что Резиденция Вань — это родня самой Наложницы Вань. Для такой всесильной фаворитки он, простой чиновник-знать уезда, — не больше чем букашка.
Если Наложница Вань разгневается, ему не сносить головы.
— Дознавателю Ся не о чем беспокоиться, всё под моим контролем, — успокоил его Янь Бэйшань.
Ся Ляньэр также была замешана в этом деле, а потому прекрасно знала все тайные пружины.
Полгода назад в задних горах Сект Золотой Ласточки случайно обнаружили серебряный рудник. Янь Бэйшань не стал докладывать властям, а приказал людям тайком вести добычу.
Но шила в мешке не утаишь — некоторое время назад рудник случайно заприметили охотники и донесли в управу.
К счастью, Ся Цзе тогда сумел замять дело, однако простому градоначальнику долго скрывать подобное было не под силу.
Тогда они втроем сговорились прибрать к рукам влиятельного покровителя и после долгих раздумий остановили выбор на Резиденции Вань в Чжучэн.
Наведя справки, они выяснили, что Вань Си, молодой господин из клана Вань, падок на женский пол, и тогда они разыграли карту с красавицей.
Ся Ляньэр нарочно появилась там, где Вань Си промышлял охотой. Обладая ослепительной внешностью и дразнящими манерами, она быстро вывела его из себя. Как Вань Си мог стерпеть подобное?
В конце концов он силой овладел Ся Ляньэр, и у Секты Золотой Ласточки оказался козырь на руках.
В тот же день Секта Золотой Ласточки и Ся Цзе отправили в Резиденцию Вань гневные письма, пестрящие обвинениями.
А следом они разослали другие послания: Янь Бэйшань сообщил клану Вань об обнаружении серебряного рудника, предложив им долю в разработке.
От клана Вань требовалось лишь прикрыть их перед властями, а добычу они возьмут на себя. Серебро предлагалось делить в пропорции четыре к шести, да и инцидент с обесчещенной Ся Ляньэр можно было замять.
Ся Цзе тем временем среди ночи набросал петицию с обвинениями против Вань Си — исключительно для того, чтобы упредить любые доносы со стороны клана Вань.
— Отцу не стоит тревожиться, пока глава держит всё в своих руках, — сладко произнесла Ся Ляньэр, щеки ее порозовели, а сзади ее мягкое место уже массировала чья-то крупная ладонь.

Комментарии

Загрузка...