— Чтобы достичь своей цели, тебе для начала придётся избавиться от роли главной злодейки. А лучший способ сделать это — заставить волю этого мира рухнуть.
— Чтобы достичь своей цели, тебе для начала придётся избавиться от роли главной злодейки. А лучший способ сделать это — заставить волю этого мира рухнуть.
***
***
Гора Чистого Ветра
Гора Чистого Ветра
Над тренировочной площадкой клубилась призрачная дымка, сквозь которую пробивались яркие лучи солнца. Вэнь Шихань стояла на помосте. Белоснежные одежды подчеркивали её статную, воинственную осанку; заложив руки за спину, она безучастно созерцала происходящее.
Над тренировочной площадкой клубилась призрачная дымка, сквозь которую пробивались яркие лучи солнца. Вэнь Шихань стояла на помосте. Белоснежные одежды подчеркивали её статную, воинственную осанку; заложив руки за спину, она безучастно созерцала происходящее.
Внизу толпы внешних учеников слаженно отрабатывали боевые приемы. Вэнь Шихань смотрела на них холодным, безразличным взглядом, а её мысли все еще крутились вокруг недавнего разговора с таинственным незнакомцем.
Внизу толпы внешних учеников слаженно отрабатывали боевые приемы. Вэнь Шихань смотрела на них холодным, безразличным взглядом, а её мысли все еще крутились вокруг недавнего разговора с таинственным незнакомцем.
— Воля мира неразрывно связана с его главными героями. Только если сломаются они, рухнет и всё остальное. И в тот миг, когда этот мир начнет рассыпаться на части, ты, Вэнь Шихань, сможешь совершить переход. Координаты вселенной, где находится твой брат, я уже запечатал в твоей духовной ци, связав тебя с тем местом. Заверши дело — и сразу отправишься к нему.
— Воля мира неразрывно связана с его главными героями. Только если сломаются они, рухнет и всё остальное. И в тот миг, когда этот мир начнет рассыпаться на части, ты, Вэнь Шихань, сможешь совершить переход. Координаты вселенной, где находится твой брат, я уже запечатал в твоей духовной ци, связав тебя с тем местом. Заверши дело — и сразу отправишься к нему.
Незнакомец говорил спокойно, но каждое его слово врезалось в память.
Незнакомец говорил спокойно, но каждое его слово врезалось в память.
— Мне пора. Все необходимые сведения ты найдешь здесь. И безделушки, что я оставил, тоже пригодятся. Дальше действуй сама. Когда-то воля этого мира растоптала и сломала тебя. Теперь пришел твой черед уничтожить её. Устрой тут знатную встряску, Вэнь Шихань.
— Мне пора. Все необходимые сведения ты найдешь здесь. И безделушки, что я оставил, тоже пригодятся. Дальше действуй сама. Когда-то воля этого мира растоптала и сломала тебя. Теперь пришел твой черед уничтожить её. Устрой тут знатную встряску, Вэнь Шихань.
Воспоминания рассеялись. Как раз вовремя — сбоку раздался мягкий женский голос:
Воспоминания рассеялись. Как раз вовремя — сбоку раздался мягкий женский голос:
— Младшая сестра, о чем ты так задумалась?
— Младшая сестра, о чем ты так задумалась?
Вэнь Шихань обернулась. К ней подошла Му Сяобай — главная героиня этого мира.
Вэнь Шихань обернулась. К ней подошла Му Сяобай — главная героиня этого мира.
На ней было безупречно белое одеяние совершенствующейся, а черные как смоль волосы водопадом струились по плечам, обрамляя невинное, нежное лицо. Стоило взглянуть ей в глаза, как в душе невольно рождалось ощущение, будто созерцаешь нечто прекрасное и чистое.
На ней было безупречно белое одеяние совершенствующейся, а черные как смоль волосы водопадом струились по плечам, обрамляя невинное, нежное лицо. Стоило взглянуть ей в глаза, как в душе невольно рождалось ощущение, будто созерцаешь нечто прекрасное и чистое.
Они обе считались первыми красавицами Секты Нефритового Треножника. Однако, в отличие от гордой и воинственной Вэнь Шихань, Му Сяобай казалась воплощением простоты и кротости.
Они обе считались первыми красавицами Секты Нефритового Треножника. Однако, в отличие от гордой и воинственной Вэнь Шихань, Му Сяобай казалась воплощением простоты и кротости.
— Да так, пустяки, — Вэнь Шихань улыбнулась. Её улыбка вышла на редкость теплой и открытой, надежно скрыв промелькнувшую в глубине глаз искру черного пламени. — Скоро начнется Собрание молодых практиков, вот и чувствую легкое беспокойство.
— Да так, пустяки, — Вэнь Шихань улыбнулась. Её улыбка вышла на редкость теплой и открытой, надежно скрыв промелькнувшую в глубине глаз искру черного пламени. — Скоро начнется Собрание молодых практиков, вот и чувствую легкое беспокойство.
За последние годы у всех в секте сложилось твердое мнение о Вэнь Шихань как о прямолинейной, даже излишне правильной защитнице справедливости. Му Сяобай, общавшаяся с ней постоянно, тоже не заметила едва уловимой перемены в поведении девушки. Она лишь ободряюще приобняла её за плечи:
За последние годы у всех в секте сложилось твердое мнение о Вэнь Шихань как о прямолинейной, даже излишне правильной защитнице справедливости. Му Сяобай, общавшаяся с ней постоянно, тоже не заметила едва уловимой перемены в поведении девушки. Она лишь ободряюще приобняла её за плечи:
— Тебе не стоит так изводить себя, младшая сестра. Просто покажи все, на что способна.
— Тебе не стоит так изводить себя, младшая сестра. Просто покажи все, на что способна.
— Как же иначе? Я уже столько времени ношу звание сильнейшей среди молодого поколения. Если в этом году кто-то отберет у меня первенство, глава секты будет глубоко разочарован.
— Как же иначе? Я уже столько времени ношу звание сильнейшей среди молодого поколения. Если в этом году кто-то отберет у меня первенство, глава секты будет глубоко разочарован.
— Вечно ты принимаешь все слишком близко к сердцу, — Му Сяобай тихо вздохнула и перевела взгляд на тренирующихся внизу учеников. — Ну а здесь как? Есть стоящие ребята в этом наборе?
— Вечно ты принимаешь все слишком близко к сердцу, — Му Сяобай тихо вздохнула и перевела взгляд на тренирующихся внизу учеников. — Ну а здесь как? Есть стоящие ребята в этом наборе?
В Секте Нефритового Треножника обучение строилось вокруг горных пиков. Владелец каждого пика взращивал собственных последователей, которые делились на внешних и внутренних. Лучшие из последних со временем становились личными учениками. Вэнь Шихань и Му Сяобай в свое время принял на обучение сам Даожань-цзы, однако официального статуса преемниц они так и не получили. По сути, помимо более частого общения с наставником, их положение и условия тренировок ничем не отличались от обычных внутренних учеников.
В Секте Нефритового Треножника обучение строилось вокруг горных пиков. Владелец каждого пика взращивал собственных последователей, которые делились на внешних и внутренних. Лучшие из последних со временем становились личными учениками. Вэнь Шихань и Му Сяобай в свое время принял на обучение сам Даожань-цзы, однако официального статуса преемниц они так и не получили. По сути, помимо более частого общения с наставником, их положение и условия тренировок ничем не отличались от обычных внутренних учеников.
Сам Даожань-цзы отличался на редкость равнодушным нравом и никогда не горел желанием возиться с внешним кругом. Однако после того как характер Вэнь Шихань переменился, именно она настояла на расширении подготовки новичков и обустроила эту тренировочную площадку. К настоящему времени почти все заботы и дела на Горе Чистого Ветра легли исключительно на её плечи.
Сам Даожань-цзы отличался на редкость равнодушным нравом и никогда не горел желанием возиться с внешним кругом. Однако после того как характер Вэнь Шихань переменился, именно она настояла на расширении подготовки новичков и обустроила эту тренировочную площадку. К настоящему времени почти все заботы и дела на Горе Чистого Ветра легли исключительно на её плечи.
— Посредственность на посредственности, все как один, — Вэнь Шихань озабоченно нахмурилась, мастерски разыгрывая легкую досаду. — Настоящие таланты на дороге не валяются. А жаль. Появись у нас одаренный ученик, это стало бы отличным подспорьем для учителя, нашей секты и всего праведного пути.
— Посредственность на посредственности, все как один, — Вэнь Шихань озабоченно нахмурилась, мастерски разыгрывая легкую досаду. — Настоящие таланты на дороге не валяются. А жаль. Появись у нас одаренный ученик, это стало бы отличным подспорьем для учителя, нашей секты и всего праведного пути.
Му Сяобай лишь покачала головой. Разговаривать с младшей сестрой порой бывало невыносимо скучно.
Му Сяобай лишь покачала головой. Разговаривать с младшей сестрой порой бывало невыносимо скучно.
Что ни слово, то о благе секты или торжестве справедливости. С одной стороны — благородно, с другой — сквозит такой упрямой, непрошибаемой ограниченностью, точно перед тобой бревно неотесанное.
Что ни слово, то о благе секты или торжестве справедливости. С одной стороны — благородно, с другой — сквозит такой упрямой, непрошибаемой ограниченностью, точно перед тобой бревно неотесанное.
А ведь когда-то Вэнь Шихань была совсем другой. Но после двух пережитых потрясений её словно подменили. С трудом удерживая натянутую улыбку, Му Сяобай решила оставить пустые разговоры и сразу перейти к делу:
А ведь когда-то Вэнь Шихань была совсем другой. Но после двух пережитых потрясений её словно подменили. С трудом удерживая натянутую улыбку, Му Сяобай решила оставить пустые разговоры и сразу перейти к делу:
— Послушай, младшая сестра, ты что-нибудь слышала о Линь Дунчу с Пика Холодной Воды?
— Послушай, младшая сестра, ты что-нибудь слышала о Линь Дунчу с Пика Холодной Воды?
Линь Дунчу. Главный герой этой реальности и ключевая фигура в отчетах таинственного незнакомца.
Линь Дунчу. Главный герой этой реальности и ключевая фигура в отчетах таинственного незнакомца.
Когда-то он слыл невероятно одаренным гением, но затем по непонятной причине растерял всю духовную силу и превратился в никчемность. Но спустя три года позорного прозябания юноша совершил невероятный рывок: не только одолел в бою бывшую невесту, некогда прилюдно унизившую его, но и умудрился пробиться в списки сильнейших молодых практиков. Впечатленный его упорством и талантом, хозяин Пика Холодной Воды лично взял его в ученики.
Когда-то он слыл невероятно одаренным гением, но затем по непонятной причине растерял всю духовную силу и превратился в никчемность. Но спустя три года позорного прозябания юноша совершил невероятный рывок: не только одолел в бою бывшую невесту, некогда прилюдно унизившую его, но и умудрился пробиться в списки сильнейших молодых практиков. Впечатленный его упорством и талантом, хозяин Пика Холодной Воды лично взял его в ученики.
Прежде Вэнь Шихань и внимания бы не обратила на подобного выскочку, но после предупреждения загадочного гостя стала приглядываться к новоявленному гению. Услышав из уст старшей сестры знакомое имя, она мысленно насторожилась, однако внешне осталась абсолютно спокойной:
Прежде Вэнь Шихань и внимания бы не обратила на подобного выскочку, но после предупреждения загадочного гостя стала приглядываться к новоявленному гению. Услышав из уст старшей сестры знакомое имя, она мысленно насторожилась, однако внешне осталась абсолютно спокойной:
— Слышала краем уха, но подробностей не знаю. А что с ним не так?
— Слышала краем уха, но подробностей не знаю. А что с ним не так?
— Да так... ничего особенного. Не знаешь — и ладно, — улыбка Му Сяобай сделалась натянутой, и она поспешила откланяться: — Пожалуй, не буду больше отвлекать тебя от дел. Мне пора.
— Да так... ничего особенного. Не знаешь — и ладно, — улыбка Му Сяобай сделалась натянутой, и она поспешила откланяться: — Пожалуй, не буду больше отвлекать тебя от дел. Мне пора.
— Доброго пути, старшая сестра.
— Доброго пути, старшая сестра.
Проводив удаляющуюся белую фигуру взглядом, Вэнь Шихань опасно прищурилась. По-прежнему держа руки за спиной и делая вид, что наблюдает за тренировкой учеников, она мысленно зашептала слова заклинания.
Проводив удаляющуюся белую фигуру взглядом, Вэнь Шихань опасно прищурилась. По-прежнему держа руки за спиной и делая вид, что наблюдает за тренировкой учеников, она мысленно зашептала слова заклинания.
Это был её убийственный прием пути бессмертных — Призрачные малыши.
Это был её убийственный прием пути бессмертных — Призрачные малыши.
Для любого практика основой основ является духовная энергия, свойства которой определяет качество его духовного корня. Вэнь Шихань обладала редчайшим иньским корнем. Весь сущий мир делится на два начала: легкая и чистая энергия поднимается ввысь, рождая ян, в то время как тяжелая и мутная опускается, претворяясь в инь. Иньская духовная ци позволяла ей использовать скрытные, коварные и невероятно опасные техники, защититься от которых было практически невозможно.
Для любого практика основой основ является духовная энергия, свойства которой определяет качество его духовного корня. Вэнь Шихань обладала редчайшим иньским корнем. Весь сущий мир делится на два начала: легкая и чистая энергия поднимается ввысь, рождая ян, в то время как тяжелая и мутная опускается, претворяясь в инь. Иньская духовная ци позволяла ей использовать скрытные, коварные и невероятно опасные техники, защититься от которых было практически невозможно.
«Призрачные малыши» были её личным изобретением. Этот прием не нес в себе разрушительной силы — вместо этого плотные потоки иньской энергии порождали крошечных, размером с большой палец, призрачных куколок. С их помощью девушка могла незаметно выведывать чужие секреты и собирать сведения.
«Призрачные малыши» были её личным изобретением. Этот прием не нес в себе разрушительной силы — вместо этого плотные потоки иньской энергии порождали крошечных, размером с большой палец, призрачных куколок. С их помощью девушка могла незаметно выведывать чужие секреты и собирать сведения.
Стоило малюткам материализоваться, как они послушной стайкой скользнули вслед за ушедшей гостьей и незаметно прицепились к её одеждам. Вэнь Шихань разделила свое божественное чувство, закрепив часть сознания на этих невидимых шпионах.
Стоило малюткам материализоваться, как они послушной стайкой скользнули вслед за ушедшей гостьей и незаметно прицепились к её одеждам. Вэнь Шихань разделила свое божественное чувство, закрепив часть сознания на этих невидимых шпионах.
Покинув площадку, Му Сяобай не направилась в свои покои и не села за медитацию. Оседлав летающий меч, она устремилась к уединенным склонам в глубине Горы Чистого Ветра. Сняв защитный барьер одной из скрытых пещер, она плавно опустилась на землю.
Покинув площадку, Му Сяобай не направилась в свои покои и не села за медитацию. Оседлав летающий меч, она устремилась к уединенным склонам в глубине Горы Чистого Ветра. Сняв защитный барьер одной из скрытых пещер, она плавно опустилась на землю.
Поскольку иньские техники изначально создавались для скрытных действий, охранные массивы не заметили паразитирующих на девушке фантомов. Сама Му Сяобай тоже ничего не заподозрила. С мрачным, потемневшим лицом она шагнула под своды темного грота.
Поскольку иньские техники изначально создавались для скрытных действий, охранные массивы не заметили паразитирующих на девушке фантомов. Сама Му Сяобай тоже ничего не заподозрила. С мрачным, потемневшим лицом она шагнула под своды темного грота.
Внутри плясали тусклые отсветы факелов, выхватывая из темноты жуткие очертания.
Внутри плясали тусклые отсветы факелов, выхватывая из темноты жуткие очертания.
Дыбы и тиски, покрытые ржавчиной пыточные инструменты, бурые потеки крови на каменных стенах...
Дыбы и тиски, покрытые ржавчиной пыточные инструменты, бурые потеки крови на каменных стенах...
И клетки. В которых томились десятки измученных, запертых здесь девочек.
И клетки. В которых томились десятки измученных, запертых здесь девочек.
— Тварь... — прошипела Му Сяобай, кривясь от злости. — Вечно болтает о благе простых смертных, строит из себя святую невинность! Словно это не её прихвостни творят беспредел, пока она умывает руки!
— Тварь... — прошипела Му Сяобай, кривясь от злости. — Вечно болтает о благе простых смертных, строит из себя святую невинность! Словно это не её прихвостни творят беспредел, пока она умывает руки!
Сгорая от гнева, она шагнула к ближайшей клетке, рывком вытащила оттуда испуганную девочку и принялась остервенело, наотмашь бить её по лицу. Малышка смотрела на неё забитым, пустым взглядом.
Сгорая от гнева, она шагнула к ближайшей клетке, рывком вытащила оттуда испуганную девочку и принялась остервенело, наотмашь бить её по лицу. Малышка смотрела на неё забитым, пустым взглядом.
— Тварь! Тварь! Грязная дрянь! — выплевывала слова Му Сяобай с каждым ударом.
— Тварь! Тварь! Грязная дрянь! — выплевывала слова Му Сяобай с каждым ударом.
Ребенок безропотно сносил побои, лишь крошечное тело крупно дрожало от ужаса.
Ребенок безропотно сносил побои, лишь крошечное тело крупно дрожало от ужаса.
Призрачные малыши исправно передавали эту жуткую картину своей создательнице.
Призрачные малыши исправно передавали эту жуткую картину своей создательнице.
Там, на залитой солнцем тренировочной площадке, Вэнь Шихань медленно приоткрыла глаза.
Там, на залитой солнцем тренировочной площадке, Вэнь Шихань медленно приоткрыла глаза.
Её достопочтенная старшая сестра... Благородная, чистая душой главная героиня этого мира на самом деле оказалась садисткой, истязающей беззащитных детей?
Её достопочтенная старшая сестра... Благородная, чистая душой главная героиня этого мира на самом деле оказалась садисткой, истязающей беззащитных детей?

Комментарии

Загрузка...