Зал Жунхэ.
Лицо княжны Юннин было холодным, словно покрытым инеем.
Рядом стояла матушка Чжао, и в её глазах поблёскивал недобрый огонёк. Яоби и Дяньцуй находились по обе стороны от княжны, слегка опустив головы.
Се Юньси выпрямилась и холодно усмехнулась:
— Третья сестра! Наконец-то ты явилась!
Дело касалось чести Шэн Цзиньюэ. На этот раз мать ни за что не отпустит Се Минси так легко!
Однако на лице Се Минси не было ни страха, ни тревоги. Она спокойно шагнула вперёд и поклонилась:
— Дочь приветствует матушку.
Не успела княжна Юннин заговорить, как Се Юньси снова усмехнулась:
— Сейчас третья сестра выглядит такой послушной и кроткой. А вот в резиденции князя Хуайнаня язык у неё был острый как бритва. Даже старшая кузина Цзиньюэ пострадала от её издевательств.
Княжна Юннин мрачно произнесла:
— Миннян! Сегодня ты вела себя неподобающим образом и позволила себе дерзости перед четвёртым принцем. Ты разгневала его высочество, а в итоге весь его гнев обрушился на Цзиньюэ.
Её голос внезапно стал жёстче.
— Откуда у тебя такая уверенность в себе, что ты осмеливаешься вести себя столь безрассудно?
В глазах княжны вспыхнул ледяной блеск.
— До вступительных экзаменов в Академию Ляньчи осталось совсем немного. Я проявляла к тебе терпение лишь потому, что ты собираешься участвовать в испытаниях. Но ты становишься всё более своевольной.
— Неужели решила, что я буду терпеть тебя бесконечно?
Сделав короткую паузу, она продолжила:
— С сегодняшнего дня ты будешь безвылазно находиться в павильоне Бишуй. Ни шагу за его пределы.
— Утром пятнадцатого дня третьего месяца я лично «провожу» вас с сестрой на экзамены в Академию Ляньчи.
— Если Юньси поступит в академию, я не обижу ни тебя, ни твою мать, ни младшего брата.
Губы княжны Юннин изогнулись в холодной улыбке.
— Но если ты посмеешь строить козни или что-нибудь пойдёт не так...
На её лице появилась жестокая и безжалостная усмешка.
— Не вини меня за бессердечие!
Последние слова прозвучали так холодно, словно были пропитаны запахом крови.
Даже Се Юньси невольно содрогнулась.
Лишь матушка Чжао считала всё происходящее совершенно естественным.
Императрица-вдова Ли всегда отличалась суровым нравом и железной рукой. Каждый год из дворца Цынин выносили несколько до смерти забитых служанок и евнухов. Княжна Юннин выросла при её дворе и во многом переняла её методы.
Несколько последних дней княжна проявляла к Се Минси терпение лишь потому, что не хотела слишком сильно её подавлять и опасалась, что девушка в порыве отчаяния совершит какой-нибудь необдуманный поступок.
Кто бы мог подумать, что это только сделает её ещё смелее!
В конце концов, Се Минси была всего лишь дочерью наложницы. Зачем вообще было так осторожничать и потакать ей?
Судьбы госпожи Дин и её детей полностью находились в руках княжны Юннин. Что могла сделать какая-то Се Минси, кроме как покорно подчиняться?
Се Минси действительно слегка опустила голову:
— Дочь будет повиноваться приказу матушки.
Бушующий в сердце княжны Юннин гнев наконец немного утих.
— В ближайшие дни как следует повторяй Четверокнижие и Пятикнижие, упражняйся в каллиграфии и написании сочинений. Дяньцуй будет ежедневно приходить к тебе и приносить мне всё написанное для проверки.
— Да, матушка.
После этого княжна окончательно успокоилась и перевела взгляд на Се Юньси, которая с явным удовольствием наблюдала за происходящим.
— Юньнян! Ты тоже перестань бегать где попало. Оставайся в павильоне Юньшуй и каждый день занимайся чтением и письмом.
Се Юньси застыла.
— ...
Наказать Се Минси домашним арестом — ещё ладно. Но почему вместе с ней под арест попадает и она?!
Се Юньси была крайне недовольна и капризно протянула:
— Матушка...
Княжна Юннин бросила на неё холодный взгляд.
Се Юньси тут же замолчала, словно испуганная перепёлка, и больше не посмела возражать.
...
Теперь ей не нужно было рано вставать и идти в зал Жунхэ приветствовать княжну.
Каждый день она читала книги, упражнялась в каллиграфии и писала сочинения. Три раза в день её ждали изысканные блюда, приготовленные Е Цюнян, а между приёмами пищи — сладости и свежие фрукты.
Жизнь под домашним арестом оказалась на удивление приятной и беззаботной.
Каждый вечер Се Цзюнь лично навещал её.
По мнению Се Цзюня, его послушная и тихая дочь никак не могла осмелиться провоцировать Шэн Цзиньюэ. Наверняка всё перевернула с ног на голову своевольная и избалованная Се Юньси.
Однако приказ о домашнем аресте уже был отдан княжной Юннин. Ради такого пустяка он не хотел вступать с женой в спор.
Поэтому оставалось лишь навещать дочь по вечерам и утешать её несколькими добрыми словами.
— Миннян, завтра уже вступительные экзамены в Академию Ляньчи. Не волнуйся, — с улыбкой сказал Се Цзюнь. — С твоими способностями ты обязательно поступишь.
В его голосе отчётливо звучала отцовская гордость.
Среди троих детей только Се Минси унаследовала от отца настоящий талант к учёбе. Даже если бы на одно место претендовало пятьдесят человек, это нисколько не затруднило бы её поступление.
Се Минси с улыбкой кивнула:
— Да.
Се Цзюнь снова вздохнул с сожалением:
— Я слышал, что в этом году в Академию Ляньчи также будет поступать Ли Сянжу, внучка старшего советника Ли. Если ты захочешь занять первое место, сделать это будет крайне непросто. Вот если бы ты подождала ещё год, то в следующем году наверняка стала бы лучшей.
К сожалению, княжна Юннин настояла на том, чтобы Се Минси сдавала экзамены именно в этом году.
Се Минси подняла голову. Её глаза были ясны и чисты, словно вода.
— Отец, а как вы думаете, сможет ли вторая сестра поступить?
Се Цзюнь машинально покачал головой:
— Это невозможно.
Способности Се Юньси он знал лучше всех.
Если бы Академия Ляньчи принимала хотя бы сотню учениц, у неё ещё оставался бы шанс. Но ежегодно набирали всего десять человек...
Как Се Юньси могла пройти отбор?
Се Минси многозначительно заметила:
— А вот матушка, похоже, очень уверена в её успехе.
Се Цзюнь по привычке кивнул.
Но тут же почувствовал что-то странное.
Верно...
Се Юньси была посредственной ученицей, и княжна Юннин не могла этого не понимать. Почему же она так уверена, что дочь поступит в Академию Ляньчи?
И ещё...
Почему она так настаивала на том, чтобы Се Минси участвовала в экзаменах именно в этом году?
Слёзы госпожи Дин.
Странное поведение Се Минси в последние дни.
Неожиданная снисходительность княжны Юннин...
В голове Се Цзюня внезапно промелькнула мысль — настолько нелепая, что в неё трудно было поверить.
Его лицо слегка изменилось.
...
Се Цзюнь молчал.
Се Минси тоже не спешила говорить.
Лишь спустя некоторое время Се Цзюнь тихо спросил:
— Миннян, скажи мне честно. В завтрашнем экзамене есть какой-то скрытый замысел?
Се Минси спокойно посмотрела на него и вместо ответа спросила:
— Отец столь мудр. Неужели вы сами ещё не догадались?
— ...
Лицо Се Цзюня резко побледнело.
Княжна Юннин действительно задумала нечто настолько низкое?!
Как она вообще посмела?!
Се Минси опустила взгляд и тихо произнесла:
— Матушка пригрозила будущим и браком старшего брата. Госпожа Дин стояла передо мной на коленях и умоляла согласиться. У меня не было выбора.
В её глазах появилась глубокая печаль.
— Я не хотела рассказывать об этом отцу. Боялась, что вы вступитесь за меня и поссоритесь с матушкой. Но отец так заботится обо мне... Я тронута до глубины души и не хочу больше скрывать правду.
Печальный взгляд девушки, полный дочерней любви и доверия, глубоко тронул сердце Се Цзюня.
Не раздумывая, он заявил:
— Сейчас же пойду к княжне и заставлю её отказаться от этой затеи!
Се Минси удивлённо подняла глаза, а затем растроганно произнесла, едва сдерживая слёзы:
— Отец, лучше не надо. Раз матушка уже всё решила, вряд ли она прислушается к вашим словам. Если из-за меня между вами возникнет разлад, это будет проявлением моей неблагодарности и непочтительности.
Её разумность и сыновняя — вернее, дочерняя — почтительность ещё сильнее пробудили в Се Цзюне чувство отцовского достоинства и ответственности.
Он решительно сказал:
— Об этом можешь не беспокоиться. Я сам поговорю с ней.
После чего поднялся и быстрым шагом вышел из комнаты.
Когда его фигура исчезла из виду, вся печаль мгновенно исчезла с лица Се Минси.
На её губах появилась понимающая улыбка.
Се Цзюнь никогда не станет по-настоящему враждовать с княжной Юннин ради неё.
Она лишь дала ему достаточно веский повод, чтобы устроить с женой громкую ссору.
...
Наша Миннян мастерски роет ямы другим — и на этот раз снова выкопала одну для собственного отца~
#

Комментарии

Загрузка...