Стоило ему об этом подумать, как у него внезапно заболела голова, и от внутренней стороны к внешней быстро распространилось покалывание.
— Тсс... Искусство Грома действительно не для простых смертных, побочные эффекты просто ужасающие.
Юань Лин поспешно отпустил свои мысли, не смея больше ни о чём размышлять.
Висевший на груди обломанный рог излучал неразличимый невооружённым глазом мягкий лазурный свет, начиная бесшумно рассеивать боль и онемение.
...
Изначально на первой стадии Семенем Божественной Силы молнии и электричество таились внутри, едва проявляясь на поверхности тела — так было со святым светом у Сэньбэя, снегом и льдом у Чаншэна, пламенем у Сяо Хуаньсяна и так далее.
Чтобы достичь второй ступени, когда сила прорывается наружу, сгустки божественной мощи должны были кристаллизоваться, породив мрачное семя, подобно тому, как это произошло с душевной божественной силой Юань Лина.
Но даже на втором этапе возникающая чужеродная энергия порождалась и испускала из себя исключительно собственным телом; чтобы напрямую связаться с существующими во внешнем мире молниями и управлять ими, этого всё ещё было далеко недостаточно.
Взять хотя бы Дэи: полагаясь на Искусство Грома, он мог заблаговременно контролировать молнии, заставляя их вырываться наружу и ранить врагов, но душа его была закована в плоти.
Каким бы мощным ни было Искусство Грома, оно не могло помочь ему почувствовать или призвать внешние молнии.
Однако в этом мире всегда находятся место случайностям.
Например, врождённая божественная сила Юань Лина как нельзя лучше подходила для восприятия.
Грозовая погода, душевное восприятие, сила молний и Искусство Грома Срединной Чистоты — эти четыре элемента идеально соединились вместе, породив устрашающую небесную грозовую драконью поступь.
Выжившие в зоне сбора Шлюу и те несколько танков имели счастье воочию лицезреть её первое появление на свет.
Если говорить о несовершенствах этого явления, так это то, что сам Юань Лин, выступавший в роли проводника, был до крайности слаб.
Это всё равно что позволить ребёнку махать тяжёлым молотом: врага поразишь на тысячу, а сам потеряешь восемьсот.
В тот самый миг, когда он завершил привлечение энергии, его душу тоже постиг обратный удар, и он мгновенно потерял сознание.
По крайней мере, жизнь удалось сохранить.
После того как Юань Лин отключился, Бай Дашэн и остальные обезьяны поступили так, как и договаривались.
Погрузив его, они тут же уехали прочь на машине.
Прошло уже три дня, а Юань Лин всё это время ходил как в тумане, и святой свет Сэньбэй никак не помогал.
Переть напролом — значит получить ранения, играть в дальний бой — так чуть сам себя не угробил, жить и вправду тяжело.
Как же я тоскую по тем временам, когда издевался над малышней в детском доме...
Ярило паслось прямо в зените, и Юань Лин, погрузившись в воду по самые плечи, воззвал к небесам с горестным вздохом.
Хлюп-хлюп — раздались торопливые шаги, подняв тучу брызг, которые окатили его с ног до головы.
Серая обезьяна, ставшая намного выше и крепче прежнего, отбрасывая длинную тень, предстала перед Юань Лин.
— Главарь, когда мы уже переправимся через реку и вернемся домой?!
Они все уже заждались, прислали меня спросить, — нетерпеливо завопил Дэи.
Когда он и Чаншэн некогда последовали за Бай Дашэн, то, разумеется, прельстились его выдающимися боевыми навыками: обезьяна, панда, тигр и даже горные монахи с воинами — никого он не боялся, раскидывая всех поодиночке, истинный непревзойденный владыка горы Эмэй.
Позднее они и вовсе добровольно увязались за Бай Дашэн и вместе угодили в зоопарк Чуаньфу.
Ныне же его собственные боевые навыки совершили огромный скачок.
Ведь не вернуться домой после того, как разбогател — всё равно что прогуливаться в парчовых одеждах ночью.
Дэи уже давно не мог усидеть на месте, страстно желая вернуться, чтобы продемонстрировать свою удаль и как следует поскакать на самках.
— Они? Да вы всего вдвоём с Чаншэном, блин, с горы Эмэй и пришли, какие еще они.
Юань Лин бросил на Дэи косой взгляд и замахал руками, прогоняя его:
— Ступайте сперва сами потолкуйте о том, как перебраться через реку. У меня голова раскалывается, я еще поплаваю.
Река Миньцзян изначально принадлежала к верховьям, течение здесь было быстрым; хотя русло нынче и расширилось, но ливни шли уже несколько дней подряд, и судя по грозному реву, середина реки была вовсе не такой спокойной, как берег.
К тому же водная гладь застилалась белесой пеленой, не позволяя разглядеть противоположный берег, а в самой воде перемешивались листья и ил, делая всё сплошным мутным маревом.
Насколько агрессивными были обитавшие в глубинах рыбы, предсказать и вовсе не представлялось возможным.
...
Наблюдая за тем, как Дэи отбросил в сторону только что освоенную манеру хождения на двух ногах и вприпрыжку, словно ошпаренный, помчался прочь,
Юань Лин почесал в пабке,
бросил взгляд на усердно отрабатывавшего удары шестом в бурных потоках Бай Дашэн и внезапно задумался над одним этическим или философским вопросом: если твоя жена и твоя теща поменяются телами...
......
...
Тсс... Юань Лин ощутил головную боль, совершенно не похожую на ту, что мучила его до сих пор.
— Надеюсь, тот старый даос с горы Эмэй сможет хоть чем-то помочь.
Буль-буль... Сделав глубокий вдох, он закрыл глаза и погрузился на дно.
Успокоив разум ледяной речной водой, он принялся тщательно проверять состояние своего тела.
В районе сердца скопление звёздной пыли медленно уплотнялось, достигнув примерно двух третей от завершения.
Все эти дни он не обращал на него внимания, но такой прогресс уже можно было считать неплохим, и Юань Лин, кивнув, перевёл мысли выше.
— О?!
В глубинах души тёмное Семена Божественной Силы, словно долго страдающее от жажды, ожидаемо выглядело крайне увядшим, однако поверх него добавился серебристый, глубокий и загадочный узор.
Это заклинание молнии, заимствованное у Дэи, после того как его дважды ударило молнией, полностью слилось с его врождённой божественной силой.
— Раз дело обстоит так... — Юань Лин перевёл взгляд на другой сгусток света — ментальное внушение, полученное от Син Чжаочжи.
Всё верно, именно ментальное внушение; тогда, чтобы высвободить для него место, Юань Лин подверг деконструкции силовое усиление.
Прежде он думал, что для создания новых законов потребуется вновь поднять уровень прочности духа, причём разные законы образовывали бы разные Семена Божественной Силы.
Но успешный прецедент с законом молнии подарил ему новую идею.
— Как же хочется вынырнуть на поверхность и испытать нынешнюю мощь молний.
Тсс...
— Когда каждый закон сольётся с моим врождённым Семенем Божественной Силы, насколько же сильным я стану...
Тсс-тсс...
Юань Лин, страдая и наслаждаясь одновременно, ещё добрую минуту предавался мечтам.
Переведя мысли на загадочное скопление звезд, он убедился, что ночной обратный удар молнии ни малейшим образом на него не повлиял.
Разумеется, никакой помощи Юань Лину оно тоже не оказало.
— Каждое путешествие по секретному царству укрепляет душу, к тому же по возвращении из него моё состояние полностью восстанавливается.
Нельзя ли использовать это для исцеления ран? — инстинктивно подумалось ему.
В скоплении звезд.
После напитки духовной энергией в ту дождливую ночь звезда давно вернула себе ослепительное сияние.
Однако Юань Лин заметил, что первая планета секретного царства померкла куда сильнее прежнего и почти угасала, а проход между ними едва-едва держался.
— Секретное царство Цинъянсы исчезло, стоило лишь выйти за пределы района Цинъян, где находился старый комплекс Даосского храма Цинъян.
А это первое царство: я бежал от Северного городского зоопарка аж до самого Юга, выбравшись за пределы городской черты Чуаньфу, и лишь тогда появились признаки стирания.
Если сравнить, это царство явно создано на основе Чуаньфу.
Чуаньфу, восшествие на престол, чёрно-красные официальные одежды...
Солдаты с украшениями из белых хвостов яков — со всеми этими ограничениями.
Неужели это...
Тсс...
Не колеблясь больше не секунду, Юань Лин направил остатки своего жалкого божественного сознания и дрожащим усилием коснулся звезды.
— Бум.
Знакомое головокружение.
Знакомый мрачный лес.
Крупная белая волосатая обезьяна возникла из ниоткуда.
Вдалеке послышались смутные звуки барабанов и музыки.
Глядя на проявившихся у опушки леса элитных воинов с белыми султанами на шлемах, которые зыркали по сторонам хищными взглядами волков и орлов, Юань Лин слегка скривил губы, а в его ладони вспыхнул и затрещал сине-белый сгусток электрических разрядов.
— Раз уж моя душа восстановилась, я охотно составлю вам хорошую компанию, — Юань Лин медленно отступил вглубь леса. — Нет ничего интереснее игры в те игры, где никто не боится смерти...

Комментарии

Загрузка...