Маньбао загадочно сказала: — А вы знаете про генералов-экскаваторов и полковников по разграблению гробниц из армии Цао Цао?
Чанъюй поддалась её настроению и невольно понизила голос, заговорщицки шепнув: — Это официальные чины? Впервые о таком слышу.
Маньбао кивнула и зашептала: — А знаешь, чем они занимаются?
Чанъюй растерянно мотнула головой, а Минда с любопытством посмотрела на них.
— Они специализируются на разграблении чужих гробниц и краже погребальной утвари, — пояснил Инь Хуо. — В смутные времена этим грешит даже армия, что уж говорить о бандитах из мира цзянху. Если в могиле ничего нет — ладно, но с такими сокровищами вы станете их главной мишенью.
Чанъюй ощутила, как по спине пробежал холодок, и громко воскликнула: — Погляжу я на того, кто посмеет! Ну-ну, в нашем дворце непременно будут стражники для гробниц!
Маньбао спросила: — И у скольких же гробниц императорской семьи прошлой династии до сих пор остались стражи?
Чанъюй опешила, а Минда откликнулась: — Кажется, охрана осталась лишь у двух могил.
Маньбао кивнула: — Причём стражей назначает двор. Стоит двору однажды перестать их выделять, и от защитников не останется и следа.
Чанъюй растерянно пробормотала: — Наша Великая Цзинь будет стоять вечно...
Даже Бай Шань не удержался от реплики: — Какое красивое пожелание. Стремиться к этому можно, но воплотить такое в реальность труднее, чем достать до неба.
Маньбао кивнула. В будущем люди смогут подняться к небесам, однако ни одна династия не длилась вечно. Разве это не сложнее, чем дотянуться до неба?
Бай Эрлан заметил: — Обсуждать столь несбыточные вещи бессмысленно. Лучше подумайте о том, что вам по силам. Например, мы трое давно решили, что после смерти просто прихватим с собой в могилу пару собственных рукописей.
Маньбао и Бай Шань дружно кивнули: — Расхитителей гробниц больше интересуют золото, серебро, драгоценности и фарфор. Мы же можем захватить свои труды — они не стоят денег и не занимают места. Если они действительно попадут с нами в загробный мир, то послужат доброй памятью.
Чанъюй, которая всё ещё размышляла о том, чтобы прихватить личные вещи, разнообразные украшения, драгоценности и наряды:...
Она сглотнула слюну, всё ещё не в силах принять их предположение, и тихо сказала: — Кажется, я бы так не смогла...
Маньбао слегка опечалилась, ведь она явно не могла достать книгу «Записки о странном», которую читала в павильоне Чунвэнь, чтобы показать им.
В те годы она была совсем юной, а Бай Эрлан и Бай Шань обожали читать диковинные романы. Стоило в книжной лавке уезда Лоцзян появиться какой-нибудь новинке, как они тут же её покупали.
Маньбао за компанию прочла немало книг, но в уезде Лоцзян новинки завозили редко — порой и полгода проходило в тишине, — поэтому ей приходилось искать чтиво в павильоне Чунвэнь.
Тогда Кэке порекомендовала книгу «Записки о странном», как раз подходившую их миру: в ней описывались жуткие и загадочные происшествия с мародерами, грабившими гробницы в цзянху.
Троица так увлеклась чтением, а после бурных обсуждений решила, что они вовсе не хотят, чтобы их могилы в будущем кто-то раскопал, и заранее задумала не хоронить себя вместе с ценными вещами.
Куда же подевалась та книга?
Маньбао напрягла память и посмотрела на Бай Эрлана.
Бай Эрлан тут же потупился, а Бай Шань бросил на него короткий взгляд, но промолчал.
Увидев это, Инь Хуо не выдержал, едва они покинули Восточный дворец и вернулись в павильон Чунвэнь, и спросил троицу: — Вы что, когда-то сталкивались с грабителями гробниц?
Все трое покачали головами: — Ни с кем мы не сталкивались, наши познания не столь велики.
Инь Хуо подозрительно окинул их взглядом: — Тогда с чего вы переглядывались?
Троица молчала.
Инь Хуо протянул с ухмылкой: — Я всё понял. У вас наверняка припрятано что-то о расхищении гробниц. Это такая страшная тайна? Мне нельзя рассказать?
Бай Эрлан хотел многое сказать, но не смел, поэтому исподлобья глянул на Бай Шань и Чжоу Мань.
Бай Шань и Чжоу Мань замялись, переглянулись, а затем чуть кивнули. Бай Эрлан тут же ухватил за рукав Инь Хуо и выпалил: — Послушай, в деле расхищения гробниц тоже куча премудростей! Мы тут читали «Записки о странном», там целые истории про две враждовавшие секты могильщиков...
Бай Эрлан увлеченно пересказывал сюжет, искренне сожалея, что не может добавить больше подробностей — особенно об их страстях и старых обидах.
Инь Хуо больше интересовали призраки и чудовища, с которыми те сталкивались в усыпальницах, и он поинтересовался: — Где вы раздобыли такую книгу?
Это было так давно, что Бай Эрлан почти всё забыл. Поскребя в затылке, он протянул: — Кажется, эту странную книжонку раздобыла Маньбао.
Бай Шань уточнил: — Мы купили её в уезде Луоцзян. Там в книжных лавках и прямо на лотках продавали кучу всякого старья, порой попадались весьма любопытные вещицы.
И правда, они то и дело рылись в лавках уезда Луоцзян в поисках книг, и Бай Эрлан, не видя в этом ничего дурного, согласно кивнул.
Инь Хуо попросил: — Одолжите почитать?
Маньбао и Бай Шань в один голос повернулись к Бай Эрлану: — Книге у тебя?
Маньбао вспомнила: — Точно, я же потеряла несколько книг. Это ты их все прибрал к рукам?
Бай Эрлан возмущенно запротестовал: — Да я взял всего две штуки, остальные вообще не мои! Не забывай, учитель тогда тоже половину конфисковал.
Сказав это, он с обидой добавил: — У тебя дома тоже полно моих вещей — ту карту или что-то в таком духе разве не ты стянула? Я же видел её у тебя в комнате в прошлый раз. К тому же, чего ты вечно цепляешься ко мне, а про Бай Шань ни слова?
Бай Эрлан бросил: — Твои книги в основном прячет он.
Бай Шань: —...Чересчур! Я их брал почитать, а не прятал.
— Тогда почему не возвращаешь?
Троица выросла вместе, они вечно таскали друг у друга книжки и всякие мелочи, так что разобраться во всех этих долгах было совершенно невозможно.
Заметив, что дело идет к ссоре, Инь Хуо поспешил их остановить и перевел тему: — Так где книга-то?
— Дома, конечно. Разве можно притащить такую литературу во дворец?
И правда, за упоминание подобных вещей впору было схлопотать обвинение в измене, не говоря уж о чтении подобной крамолы.
Впрочем, Инь Хуо это лишь сильнее раззадорило: — Будет свободный день — пойдем к вам, заберу ее.
Троица согласно кивнула и тут же предупредила: — Только никому ни слова после прочтения.
Маньбао призналась: — Учитель нашел много моих книг, и только эту я ни за что не рискнула бы ему показать. Мы всегда читали её тайком снаружи и даже носить в класс не смели.
Инь Хуо кивнул: — Не переживайте, я буду предельно осторожен.
Книги можно было прятать по углам, но слова, сказанные ими в павильоне Восточного дворца, тайной не были. Обо всем услышанном узнавал не только наследный престол, но и сам император.
Вспомнив, как Чжоу Мань под конец напугала двух его любимых дочерей, государь лишь фыркнул, а про себя подумал: «Она непременно сделает Великую Цзинь несокрушимой».
Вернувшись к недавнему разговору, император постучал пальцем по столу и спросил Вэй Чжи, который все еще разбирал для него государственные бумаги: — Раз уж в семье Чжоу Мань кто-то занимается торговлей, почему они до сих пор не сменили сословный статус?
Взяв на себя обязанности Цзи Сяна, Вэй Чжи стал проводить в императорских покоях куда больше времени. Поразмыслив мгновение, он ответил: — Большинство ее родных по-прежнему занимаются земледелием, а дом они не разделяли, так что их статус по-прежнему привязан к положению Чжоу Цзиня.
Основной доход Чжоу Цзиня как главы семьи по-прежнему идет с земли, так что сословная запись вполне соответствует закону.

Комментарии

Загрузка...