Члены семьи Чжоу замерли с открытыми ртами, уставившись на Маньбао.
Старый Чжоу, обладавший куда большим опытом, пощупал руку девочки и убедился, что ей больно даже от прикосновения. И лишь когда стало ясно, что Маньбао не может пошевелить ею, он озасаченно протянул: — Сломана? Как же ты так упала?
Маньбао попыталась вспомнить, но ничего не вышло: — Я просто грохнулась вниз.
— Разве у тебя не задница должна болеть?
— Я упала лицом вниз, и рука оказалась прижата, — Маньбао всё-таки вспомнила этот момент.
Не будучи до конца уверенным, старый Чжоу предложил: — Может, отведём её к лекарю в деревню Дали?
Солнце ещё не село, и если пойти быстрым шагом, они как раз успеют вернуться к ночи. Если же рука действительно сломана, спешить обратно не придётся — можно спокойно переночевать у госпожи Фэн.
Старый Чжоу повернулся к Чжоу Сылану: — Ты ведь тоже ушибся? Отведи сестрёнку к врачу, будет лучше, если ничего серьёзного.
Чжоу Сылан не возражал и протянул руку матери за деньгами.
Госпожа Цянь зашла в дом, чтобы взять деньги, бросив на ходу: — Возьми с собой жену.
Если придётся оставаться на ночь, разумеется, лучше захватить и невестку.
Чжоу Сылан обрадовался ещё сильнее. Он велел госпоже Фэн побыстрее собираться и повёл Маньбао на улицу.
Прихрамывая, он шёл неторопливо — явно нацелившись на ночёвку у тёщи.
— Ты ведь можешь идти сама? Я тебя тащить на себе не намерен.
Маньбао покосилась на его задницу и понимающе кивнула. Теперь, когда рука просто висела плетью, ей совсем не было больно.
Мысленно она спросила Кэке: — Моя рука сломана?
Физическое здоровье хозяина оставалось важнейшим приоритетом. Кэке не умело сканировать других людей, но вполне могло проверить состояние самого носителя и доложить о затратах энергии главному модулю. После сканирования оно ответило: — Нет.
Услышав это, Маньбао ужасно обрадовалась и зашагала вперёд много бодрее, размахивая рукой и в какой-то момент даже обогнав Чжоу Сы.
Чжоу Сылан ошеломленно уставился на неё и не удержался от упрёка в адрес госпожи Фэн: — Она ведь не обманывает нас?
При таком энергичном взмахе руки кости уж точно не выглядели сломанными.
Госпожа Фэн бросила на него косой взгляд и парировала: — Думаешь, все вокруг таких же хитрые, как ты?
Дома младшая невестка Цянь слегка тревожилась, а старый Чжоу невозмутимо налил пиалу воды и, усевшись во дворе, медленно потягивал её.
Госпожа Цянь тоже не стала возвращаться в дом и, пристроившись рядом с ним во дворе, поинтересовалась: — У Маньбао и правда рука сломана?
— Скорее всего, вывих, — усмехнулся старый Чжоу. — Я отправил Четвёртого показать её старому лекарю, чтобы тот вправил сустав. Это всяко лучше, чем если бы она пыталась перетерпеть боль сама.
Кое-какой опыт у него имелся, да и заговорил он о переломе главным образом для того, чтобы напугать Маньбао, отучить её от беспечности и научить бережнее относиться к себе.
И всё же — вывихнуть руку, просто упав с кровати...
Старый Чжоу нахмурился: — Маньбао такая егоза, с чего бы ей быть такой хрупкой?
В конце концов, кто в детстве не падал с кровати? Не у всех же после этого суставы выскакивают.
Услышав его уверенный тон, госпожа Цянь успокоилась, полностью полагаясь на его рассудительность.
Деревня Дали располагалась совсем недалеко от Цили. Троица захватила с собой лишь пару мелочей и шла лёгким, быстрым шагом, добравшись до места чуть больше чем за полчаса.
Они не стали заходить к Фэнам, а сразу направились к старому лекарю.
Дверь клиники была открыта, хотя больных лекарь уже не принимал — время ужина давно прошло, и все вокруг готовились ко сну.
Но если пациент всё же являлся, он неизменно принимал его.
Таковы были здешние порядки: даже в уездном городе или в аптечных лавках префектуры лекари не отказывали больным, если только случай не был безнадежным.
Поэтому старый лекарь поспешил из задних комнат в переднюю залу.
Завидев вошедшую троих, он первым делом бросил взгляд на Маньбао — вид у неё был здоровый, — а затем перевёл глаза на прихрамывающего Чжоу Сылана и спросил: — Упал?
Чжоу Сылан от неожиданности вздрогнул, но тут же поспешно подтвердил: — Угу, — и толкнул вперёд Маньбао. — Только не я, лекарь, а моя младшенькая нуждается в осмотре. Посмотрите, часом не сломала руку?
Старый лекарь невольно подался вперёд: — Ты тоже упала?
Маньбао протянула правую руку и пояснила: — Свалилась с кровати, прямо на руку приземлилась.
Старый лекарь выпрямился, взял её за руку и с шутливой укоризной спросил: — Разве можно сломать руку, свалившись с кровати?
Побродив пальцами по косточкам и задав пару вопросов, он усмехнулся: — Ничего не сломано, просто вывих. Сейчас я всё поправлю.
Говоря это, он слегка покрутил ручку Маньбао, и с сухим щелчком сустав встал на место. Затем лекарь достал с полки склянку с целебной настойкой: — Держи, отнесешь домой, будешь мазать два раза в день, через пару дней всё пройдет.
Маньбао пошевелила рукой — боли почти не осталось, лишь легкое нытье.
Старый лекарь и не думал хвастаться; он вовсе не был каким-то чудотворцем, способным исцелить вывих одним щелчком.
Смазав руку Маньбао настойкой, старый лекарь сунул остатки лекарства Чжоу Сылану и пристально уставился на него.
Чжоу Сылан робко осведомился: — Лекарь, сколько мы должны за лечение младшенькой?
Если выйдет слишком дорого, он решил не тратиться на себя.
Старый лекарь привык к такому: — Твоя сестренка у нас частая гостья. Возьму только за лекарство, тридцати медных монет хватит.
Чжоу Сылан тут же расслабился, огладил себя по бокам и признался: — Я ведь тоже шмякся, теперь и задница болит, и поясница ноет.
Старый лекарь отвел Чжоу Сылана в смотровую, а вскоре вышел оттуда навстречу полным надежды глазам Маньбао. Неторопливо потрепав бороду, он сказал: — Ничего страшного, переломов и сильных вывихов нет. Обычный тяжелый ушиб. Отлежишься пару дней, как следует помажешь целебной настойкой — и как рукой снимет.
— Может, дать тебе еще одну склянку настойки? — поинтересовался старый лекарь.
Чжоу Сылан выскочил из внутренних комнат уже одетый и замахал руками: — Не надо, не надо! Мной хватит того, что осталось от лекарства Маньбао, да и дома у нас припасена пара банок с настойкой.
— Ладно, тогда с тебя пять медных монет.
Чжоу Сылан обрадовался, но деньги доставать не спешил. Вместо этого он подтянул вперед госпожу Фэн и с ухмылкой предложил: — Лекарь, не могли бы вы заодно глянуть мою благоверную?
Тут старый лекарь уже не скрыл удивления. Он с минуту разглядывал госпожу Фэн, прежде чем спросить: — Ты тоже упала? Где у тебя болит?
Лицо госпожи Фэн залилось краской.
— Что за намеки, неужто к вам только с травмами ходят? — рассмеялся Чжоу Сылан. — Я просто хочу узнать, не ждем ли мы пополнения.
Мысленно прикинув сроки, лекарь вспомнил, что госпожа Фэн вышла замуж уже два месяца назад, и протянул руку: — Садись, давай-ка я проверю пульс.
Госпожа Фэн торопливо опустилась на стул и подставила запястье.
Прикрыв глаза, старый лекарь мягко прижал пальцы к пульсу госпожи Фэн. Долго вслушивался, потом сменил руку и вновь замер на весьма долгое время.
Наконец старый лекарь отнял пальцы и объявил: — Похоже на скользящий пульс, но срок еще слишком мал. Ступай домой, отдыхай, а через месяц приходи на повторный осмотр. Но береги себя уже сейчас: никакой тяжелой работы, особенно таскания воды и снопов пшеницы.
Чжоу Сылан удивился: — Разве в нашей семье заставили бы невестку таскать воду или пшеницу?
Старый лекарь лишь едва заметно улыбнулся.
В деревнях воду обычно носили женщины, в то время как крепкие мужчины редко брались за это из соображений гордости.
Семьи вроде клана Чжоу, где мужчины сами носили воду, встречались очень редко.

Комментарии

Загрузка...