В полицейском участке Виола передала чете Ли радостную весть. Пожилые супруги разрыдались от счастья, не переставая благодарить её, и тут же засобирались в больницу к дочери, чудом избежавшей гибели.
Виола заметила, что художник, который давно должен был уйти, по-прежнему сидит в зале ожидания, не проронив ни слова.
— С тобой всё в порядке? — спросила она, подойдя к нему.
Лонгман поднял на неё взгляд, полный растерянности.
— Не знаю, — он покачал головой.
Она присела рядом и рассказала ему то, что только что узнала.
— Зара сказала, что почти не пострадала. Когда Эдвард собирался что-то с ней сделать, он увидел твоё сообщение, — тихо произнесла Виола. — Ты спас ей жизнь.
— ...А остальные? — Лонгман не закончил вопрос, но она поняла: он думал об Эффи.
— Это не твоя вина. Никто не мог предвидеть, что всё так обернётся. — Виола почувствовала, что он винит во всём себя.
— Может быть... — Лонгман усмехнулся, поднялся и вышел из участка.
Кто знает, были ли слова, сказанные им в комнате допросов, лишь способом спасти человека или же они шли от чистого сердца?
Это дело было закрыто довольно быстро и успешно, но Виола, только недавно присоединившаяся к отделу анализа поведения, чувствовала себя выжатой как лимон.
В самолёте Морган и Рид полулежали в креслах, отдыхая, а Виола, свернувшись калачиком на диване, обхватила руками чашку горячего молока. Оно пахло очень аппетитно; она любила добавлять туда пару кусочков сахара или, если была возможность, большую ложку мёда — сладкое помогало уснуть. Она знала, что это выглядит по-детски, но ничего не могла с собой поделать — слишком уж любила такой напиток.
Хотч обошёл спящих мужчин и подошёл к Виоле.
— Как самочувствие? — поинтересовался он.
— Хорошая команда, — серьёзно ответила она невпопад, и в конце концов сама не выдержала и тихо рассмеялась.
Хотч тоже улыбнулся, и на его щеках появились ямочки.
Юная сотрудница-метиска посмотрела на своего строгого начальника, который при улыбке становился таким мягким, а потом украдкой взглянула на двух мужчин, развалившихся поодаль. Она снова отпила молока, и сладкий аромат разлился по душе, согревая изнутри.
Она любила эту команду. Любила всем сердцем.
***
Клетка воспоминаний (1)
— Виви, иди сюда! — ласково позвала женщина средних лет.
Маленькая девочка с заливистым смехом, похожим на звон серебряных колокольчиков, побежала к ней и бросилась в объятия.
— Когда Виви вырастет, мама будет твоим аккомпаниатором, договорились? — нежный голос женщины окутывал девочку.
Внезапно раздался грохот, вспыхнуло пламя. Всё вокруг пожирали языки огня, превращая в пепель и прах.
— Да, босс, это она! — снова раздался знакомый голос, только звучал он куда моложе.
Высокий свирепый мужчина встал и направился к ней, подняв пистолет. Щелчок предохранителя, нажатие на спусковой крючок, выстрел... Кровь хлынула потоком, остановить который было невозможно.
— А-а!
Виола вскрикнула и проснулась. Она уставилась в потолок, тяжело дыша, а лоб её покрылся холодным потом.
Приподнявшись, она потянулась под подушку, достала револьвер и крепко сжала его в руке. Холодный твёрдый металл помог ей прийти в себя. Она медленно выдохнула, убрала оружие обратно и выбралась из тёплой постели.
Виола побрела в ванную. Взглянув на своё измождённое отражение в зеркале, она заставила себя улыбнуться. Мысленно подбодрила себя, хлопнула по щекам и принялась за умывание.
К тому времени, как она привела себя в порядок, перед зеркалом снова стояла полная сил Виола.
Одевшись, она посмотрела на календарь, где один день был обведён красным — он бросался в глаза.
Виола давно не видела таких кошмаров. Она чувствовала, что это связано с приближающейся датой, но старалась не думать об этом.
Сев за стол, она перевела взгляд на фоторамку. На снимке — красивая пара: статный мужчина и мягкая, нежная женщина. Она прижималась к нему, а он крепко обнимал её, и на лицах обоих сияли улыбки. Виола смотрела на фото с нежностью и тоской.
— Доброе утро, папа, мама, — тихо произнесла она.
Сегодня завтрак занял у неё больше времени, чем обычно, поэтому вышла она поздновато. Когда она в спешке добралась до офиса, остальные члены отдела уже были в конференц-зале.
Прошло почти четыре месяца с тех пор, как Виола присоединилась к отделу, она отлично адаптировалась, показывала блестящие результаты и, что важнее, никогда не опаздывала. Такое странное поведение заставило коллег задержать на ней взгляд.
— Прошу прощения, сегодня утром пробки, — Виола отодвинула стул, села и извинилась перед начальником и коллегами.
Хотч не стал допытываться и сразу вывел на экран материалы дела.
— Утром поступил запрос от полиции Бойсе, — начал он, открывая фотографии. — Три женщины убиты: Китти Молли, Иэн Пейдж и Лука Беннетт. Тело последней жертвы обнаружили час назад.
— Три трупа за неделю? Высокая скорость, у этого преступника нет периода охлаждения, — нахмурился Морган.
Виола просмотрела документы:
— Все — уличные проститутки? Какова причина смерти?
— Первые две скончались от передозировки, отчёт по последней ещё не готов, — ответил Хотч.
— Такая причина смерти типична для проституток. Как местная полиция связала их между собой? — спросил Морган.
Хотч открыл три фотографии с мест преступления, и информация на них ответила на вопрос Моргана.
— Их позы, — Рид вгляделся в экран. — Они лежат на спине, выражения лиц спокойные, руки скрещены на груди. Преступник уложил их так... ради покаяния?
— Их находили либо в хостелах, либо дома. Если это и есть места преступления, то наш преступник совсем не боится быть обнаруженным, — заметила Виола, изучив детали.
Обычные хостелы имеют плохую звукоизоляцию и большую проходимость. А последняя жертва жила в весьма обшарпанной квартире, где любой шум был слышен соседям.
— В материалах сказано, что на месте не нашли ни наркотиков, ни принадлежностей для их приёма. Зачем преступнику забирать их с собой? Разве это не делает подозрения более очевидными? — Морган был озадачен.
— Похоже, наш преступник не только импульсивен, но и весьма дерзок, — заключила Виола.
Хотч увидел, что все ознакомились с делом, и отдал команду:
— Встречаемся в самолёте через 30 минут.
На борту они снова принялись обсуждать детали, после чего Хотч распределил задачи.
Морган и Виола должны были опросить знакомых жертв, осмотреть места преступления и поискать свидетелей. Рид и Хотч отправлялись в местный полицейский участок.
До прилёта оставалось много времени, и все решили немного отдохнуть, чтобы по прибытии быть в лучшей форме. Морган полулежал в кресле, слушая музыку, Хотч изучал досье. Виола заварила себе кофе — без сахара и молока. Сделав глоток, она поморщилась.
Честно говоря, она не любила горькое, даже если кофе был качественным. Но сейчас ей нужно было взбодриться, и выбора не оставалось.
Когда Виола пыталась проглотить этот чёрный кофе, в камбуз заглянул Рид.
— Можно? — он указал на кофейник. Виола кивнула, уступая место, и собралась вернуться в салон.
— Эй, подожди, — тихо позвал Рид. Виола остановилась и обернулась.
Рид жестом пригласил её вернуться. Она удивилась, но подошла.
— Что такое? — спросила она.
Он замялся, но всё же спросил:
— Ты в порядке? Ты выглядишь... немного не так, как обычно.
Виола выдавила улыбку:
— Всё хорошо, не волнуйся.
Рид, видя её отрицание, забеспокоился ещё больше:
— Но ты никогда не опаздываешь и никогда не пьёшь чёрный кофе.
Он говорил быстрее обычного, и в глазах читалась тревога. Почти четыре месяца — срок не такой уж большой, но вполне достаточный, чтобы сблизиться. Так уж вышло, что оба они были из Лас-Вегаса, что давало им чувство общности.
Риду нравился мягкий характер Виолы, к тому же она была одной из немногих, кто готов был слушать его длинные лекции. Возможность выговориться, не будучи перебитым, была для него огромным счастьем, а то, что Виола иногда успевала за ходом его мыслей, радовало его ещё больше.
Сама Виола тоже была очень привязана к этому гениальному юноше. Чаще всего она объединялась с Морганом, чтобы подшутить над ним — это было скорее проявлением странного «родительского» инстинкта. Их первое неловкое знакомство со временем переросло в настоящую дружбу.
— Я правда в порядке, просто вчера плохо спала, — Виола перешла на лёгкий, шутливый тон. — С каких это пор наш маленький доктор стал мамочкой?
— Милли! — Рид был явно задет, он обиженно отвернулся к кофеварке. И это после того, как он так за неё переживал!
Видя его реакцию, она тут же извинилась:
— Прости, прости, я не то сказала.
Рид обернулся и бросил на неё укоризненный взгляд.
Виола мягко произнесла:
— Спасибо тебе, Спенсер. Я в порядке.
Её глаза, чистые, как лазурное небо, серьёзно смотрели на него. Рид был обезоружен таким взглядом. Он снова отвернулся к кофеварке, бормоча, что «ну и хорошо».
Она украдкой улыбнулась и вышла из камбуза.
Сев в кресло и утонув в мягкой обивке, она сделала глоток кофе, и выражение её лица стало серьёзным. Ни следа той расслабленности, что была при общении с доктором.
Виола знала, что Рид не может устоять перед её невинным взглядом — обычно она использовала это, чтобы успокоить его, когда он злился из-за шуток. Но сейчас она не хотела, чтобы её коллега и друг волновался.
Через несколько часов самолёт приземлился, и четвёрка разделилась.
Первую и третью жертв обнаружил персонал отелей. Когда нашли первую, полиция подумала, что это обычная передозировка. Но когда трупы с одинаковыми признаками посыпались один за другим, стало ясно, что дело нечисто, и они обратились в отдел анализа поведения.
Морган и Виола вошли в номер, обнесённый полицейской лентой.
— Слишком чисто для места преступления, — нахмурилась Виола, глядя на заправленную кровать и аккуратную расстановку вещей.
— Сразу скажу: кроме того, что забрали тело, мы здесь ничего не трогали, — заметил стоявший рядом полицейский.
Морган заглянул под кровать — пусто.
— Администратор помнит, что с жертвой поднялся мужчина, — сказал Морган, поднимаясь. — Учитывая её профессию, скорее всего, клиент.
— Если бы у них что-то было, постель не выглядела бы так идеально. Они вообще ничего не делали, или преступник прибрался после убийства? — задалась вопросом Виола.
— Это покажет отчёт судмедэксперта. Рид и Хотч должны быть там, — Морган оглядел комнату. — Пойдём, Милли, спустимся вниз.
На улице было неспокойно. Середина дня, а на тротуарах уже валялись пьяные. В каждом переулке — бездомные, многие под кайфом. Люди равнодушно смотрели на чужаков, им не было дела до убийств.
Морган и Виола подошли к группе проституток на углу.
— ФБР.
Они показали жетоны, но женщины лишь мельком взглянули на них и продолжили курить.
— Вы знали Луку Беннетт, которую убили вчера? — спросил Морган.
Одна из них, высокая, выпустила дым и ответила:
— Да.
— Видели, с кем она ушла в ту ночь?
— Нет. У каждой свой бизнес, никто не следит за другими. — Высокая женщина затушила сигарету о землю.
Виола немного подумала и спросила:
— Какой она была по характеру?
— Не знаю, — та пожала плечами. — Мы не были близки, но она вечно жаловалась на свою судьбу.
— Жаловалась?
— Ага. Не знаю, какой она была с клиентами, но в остальное время только и делала, что ныла.
— Она употребляла наркотики?
— Может быть? Лично я не видела.
На этом разговор был окончен, женщины не желали больше общаться и ушли.
Морган и Виола решили проверить другие места преступлений, а Хотч и Рид в это время общались с судмедэкспертом.
— Сексуального насилия не было?
— Нет, — ответил эксперт. — Ни у одной из жертв.
— И никаких следов борьбы или истязаний. Только след от инъекции наркотика. — Он указал на руку жертвы.
— Отсутствие сопротивления говорит о том, что жертвы были расслаблены, — сказал Хотч.
Рид внимательно осмотрел след от иглы:
— Думаю, преступник был их клиентом. Возможно, он приглашал их принять наркотики вместе, под предлогом, что так будет «лучше» или «приятнее», например, метамфетамин.
— Кстати, преступник вводил им морфин, — добавил судмедэксперт, вспомнив, что не упомянул об этом раньше.
Рид нахмурился. Морфин используется в медицине как обезболивающее, но у него сильные побочные эффекты: сонливость, галлюцинации, а при длительном приёме — деградация памяти и мышления. А большая доза ведёт к остановке дыхания. Смерть от морфина наступает гораздо тише и безболезненнее, чем от других наркотиков — человек может умереть в приятных грёзах.
Если бы целью был секс, больше подошёл бы метамфетамин. Но способы введения у них разные, и жертвы не могли этого не знать.
Как же тогда преступник заставлял их добровольно колоть себе морфин?
***
Клетка воспоминаний (2)
Следующий отель ничем не отличался от предыдущих — всё та же пугающая чистота.
Затем Виола и Морган отправились в квартиру второй жертвы, Иэн Пейдж. Там было больше следов жизни, не так стерильно, ведь здесь кто-то жил.
— Итак, я вернулся домой вместе со своей целью, — Морган начал свою любимую реконструкцию событий. Он прошёл к двери, зашёл внутрь. — Возможно, жертва предложила мне стакан воды.
Он знал, что криминалисты проверяли стакан, но наркотиков там не нашли, значит, жертва налила его сама.
— Но я отказался, чтобы не оставить ДНК, — Морган подошёл к кровати и сел. — Жертва начала раздеваться. Когда она подошла ко мне, я достал шприц с наркотиком и вколол его.
Виола прервала его:
— Постой, Морган. Я помню, что следы от игл у жертв были на внутренней стороне предплечья. Если преступник действовал исподтишка, мог ли он попасть именно туда?
Морган задумался:
— Внутренняя сторона... как мне это сделать...
Вдруг его осенило, он вскинул голову:
— Точно! Я предлагал им принять наркотики вместе! Если она сама была наркоманкой, я предлагал это, чтобы сделать секс «ярче».
— Значит, они, скорее всего, кололи себе сами? — предположила Виола.
Морган согласился с этой гипотезой.
Они вышли из квартиры, чтобы опросить соседей. Виола постучала. Дверь приоткрылась, удерживаемая цепочкой. Мрачная женщина посмотрела на них:
— Вы кто?
Представившись, они подождали, пока женщина, внимательно их изучив, закроет дверь, снимет цепочку и снова откроет.

Комментарии

Загрузка...