Глава 110

У бессмертного был дух-хранитель
Вместе с представителями чужих рас, которых удалось спасти, привели и нескольких «искусственно пробуждённых», захваченных заранее.
Их поймали с поличным. К тому же небеснокровные лишили их свободы настолько, что те уже мечтали только умереть, поэтому, когда им сказали, что после пленения они, возможно, погибнут, они согласились идти. Решиться им, должно быть, было нетрудно: им твёрдо пообещали, что пыток не допустят ни при каких обстоятельствах.
Так или иначе, иных рас спасли, а раз ещё и привели видимых виновников — пусть и не настоящих зачинщиков, — гнев дворфов улёгся. Владычица морского народа выглядела несколько недовольной, но, поскольку меры уже приняли без лишних просьб, она, похоже, решила, что до войны дело доводить не стоит, и держалась мягче.
Проблемой оставались вампиры.
— Пока наш вопрос не закрыт, нельзя.
Глава вампиров решительно скрестила руки на груди.
— Допустим, с похищениями разобрались. Но люди ставили опыты на крови нашего народа — и с этим ничего не решено.
Собственно, ради этого вампиры и вступили в союз.
Значит, отозвать объявление войны вот так просто они не могли.
— Это...
Даниэль с растерянным видом оглянулся на остальных глав.
Он надеялся, что они помогут уговорить её или хотя бы надавить, но осадок по отношению к людям оставался у всех, так что главы сделали вид, будто это их не касается, и молчали.
Рэйвен, наблюдавший за происходящим, вышел вперёд.
— За этим делом я внимательно слежу.
— ...
— Я уже поручил информатору заняться поисками. Я найду виновника, того, кто стоит за всем этим, и приведу его. Как насчёт того, чтобы хотя бы до тех пор временно отложить войну?
— Хм.
Глава вампиров посмотрела на Рэйвена, и её алые глаза сверкнули. Перед ней был тот, кто ради своей цели всегда выкладывался до конца.
А «не допустить войны», скорее всего, было связано с этой целью...
— Хорошо.
— ...!
— Даю тебе три месяца. За это время поймай эту мразь и доставь ко мне.
Сойдёт и труп.
Она согласилась — пусть даже рискуя быть обманутой.
Даниэль, решивший, что самый опасный рубеж пройден, заметно просветлел. Но Король фей, всё это время молчавший, заговорил так, словно до конца было ещё далеко.
— Моя позиция немного иная.
Его прямой палец указал на пойманных искусственно пробуждённых.
— Само их существование мне отвратительно.
Король фей видел насквозь магические камни, вживлённые в их тела.
Искусственные создания. Те, кто засунул себе в плоть след Владыки демонов, остаток ошибки, от которого Мир с таким трудом избавился.
Использование магических камней само по себе он ещё мог понять. В конце концов, магические камни нередко служили жертвами в чародействе. А то, что их можно приносить в жертву в чародейском ритуале, уже означало: Мир допускает применение магических камней. На деле иные расы, включая фей, тоже пользовались артефактами связи на магических камнях.
Но вживлять их в тело и превращаться во что-то иное — совсем другой разговор.
— Наверняка найдутся люди, которые назовут это «эволюцией». Иначе такие существа просто не появились бы.
Люди всегда были такими. Мир ценил их превыше всех прочих рас, а они раз за разом вытворяли невообразимое.
И мало того — затем ещё и обвешивали свои поступки красивыми словами, пытаясь их приукрасить.
— Поэтому я скажу ясно.
Эволюция? Не смешите.
Его изящные брови резко сошлись.
— Это «мутация».
— ...Они существуют только в Республике.
Даниэль, не ожидавший, что всё застопорится именно здесь, поспешно заговорил:
— Это не проблема всего мира людей.
— Тогда можно просто заменить войну против мира людей войной против Республики.
Тем более это твари из Республики похищали наш народ, так что повод более чем достаточный. Если сузить объявление войны с мира людей до одной Республики, Империя и Эсперанес отойдут в сторону.
Даже если Союз иных рас распадётся и другие народы не примут участия, феям вполне хватит сил воевать самостоятельно.
Наверняка люди будут кричать: почему, мол, они одни рвутся к войне, когда других представителей иных рас тоже похищали, а те сидят тихо? Но крики и взгляды самой мерзкой, самой ненавистной расы в мире его ничуть не волновали.
«Для похищения нашего народа они создали и использовали подобных ошибок».
Одного этого было достаточно, чтобы гневаться.
— ...Тогда...
Войны допустить нельзя.
Если всё пойдёт так, революцию придётся отложить. Власть небеснокровных, держащих в руках военную силу, только укрепится, а кровь ни в чём не повинных людей польётся рекой.
Так бывает всегда. Война проливает не кровь тех, кто её начал, а кровь тех, кого затянуло в водоворот. Даниэль стиснул зубы.
— Тогда, может, вам лучше поддержать революцию в Республике?
— Революцию...?
— Ваш народ похищали, обращали в рабов, создавали искусственно пробуждённых — всё это дело рук небеснокровных, настоящих хозяев Республики.
Иначе говоря, вся гниль Республики идёт от небеснокровных.
Договорив до этого места, Даниэль расправил руки и прямо встретил взгляд Короля фей. Так, чтобы революционеры, собравшиеся за его спиной, оказались у того на виду.
— А здесь стоят те, кто пытается стащить их с высоты и отправить на гильотину.
Вот они — те, кто встанет на передовую, если что-то пойдёт не так и на кого-то придётся указывать пальцем.
Целью Революционной армии было не «разрушить Республику», а «поставить небеснокровных под гильотину», поэтому им нельзя было ни победить в войне с иными расами, ни проиграть её.
Если нельзя ни выиграть, ни проиграть, лучший выход один — вообще не сражаться.
— Мы Революционная армия.
— ...
— Если вы нас поддержите, мы преподнесём вам головы небеснокровных, виновников всего, что вызвало ваше отвращение.
В его глазах пылал огонь человека, которого довели до ярости безнравственность, порок и несправедливость.
Король фей молча всматривался в эти глаза. Там горело отчаянное ярко-синее пламя.
— ...Я подумаю.
— Тогда возьмите это.
Даниэль протянул артефакт связи собеседнику, чьё лицо оставалось непроницаемым.
— Когда решите, свяжитесь со мной.
— ...
Король фей молча убрал артефакт за пазуху.
Убедившись, что обстановка в целом утряслась, Рэйвен оглядел глав разных рас.
— Тогда я хотел бы кое о чём попросить.
— О чём?
— Я видел пророчество.
Все, кроме Короля фей, тут же уставились на Рэйвена.
Под взглядами, требовавшими рассказать, что именно он увидел, он невозмутимо продолжил:
— Врата накрыли весь мир.
— ...
— Судя по масштабу, одних человеческих сил не хватит.
— И ты хочешь попросить помощи?
— Помощи... Для вас, живущих в земном мире, это тоже не чужая беда.
— ...Тогда?
— Нужно создать союз против Врат.
Не ваш Союз иных рас, а другой, отдельный союз.
Король фей сказал с нескрываемым недоумением:
— Ещё совсем недавно мы создали союз против людей и объявили войну, а теперь ты предлагаешь основать союз вместе с людьми?
— Ты меня за человека держишь?
— ...По крайней мере те, кто пришёл с тобой, совершенно точно люди. И, судя по твоей манере говорить, ты собираешься втянуть в этот союз как можно больше сил, до каких только дотянешься. Очевидно, человеческие силы тоже будут среди них.
— Да. Но ведь проблема настолько велика.
— ...
— Вам не нужно действовать прямо сейчас. Неизвестно, когда это случится. Достаточно иметь способ быстро связаться друг с другом, когда придёт время.
Проблема Врат касалась всего земного мира — и Бездны.
Если Врата накроют земной мир, это будет означать, что они накроют и Бездну. Поэтому даже глава вампиров, обитавших в Бездне, промолчала, а остальные главы обменялись взглядами и кивнули.
— Перед уходом дадим тебе артефакт связи. Он соединяет со всеми нами, так что используй его только в важных случаях.
— А из человеческих сил в союз первым войдёт этот человек?
— ...Если будет уверенность, что они успешно совершат революцию.
Если они победят, хозяевами Республики станут именно они, и их, естественно, придётся включить в союз. Но если проиграют, смысла нет.
И без того думать приходилось о многом. Зачем ещё заботиться о тех, кому суждено потерпеть поражение и исчезнуть?
Тут вмешался Даниэль.
— Мы победим.
— ...
— Потому что должны.
Слова прозвучали твёрже некуда, а взгляд его не дрогнул.
Рэйвен, некоторое время молча смотревший на него, тихо усмехнулся и кивнул.
— Да.
Он и так уже кое-что решил, изучив сведения о верхушке Республики, полученные от Эдардо.
Он решил помочь их революции.
«Республика... прогнила насквозь».
Эти твари перешли черту.
Что вообще значит — уверенность в победе? Если я решу помочь им победить, это и будет уверенность.
Теперь он убедился ещё и в несгибаемой воле Революционной армии. Колебаться было незачем. Рэйвен улыбнулся.
— Поправлюсь. Если они согласятся, одной из человеческих сил в союзе станет Революционная армия.
Теперь оставалось лишь ответить...
Почувствовав, что все взгляды обратились к нему, Даниэль несколько раз моргнул, а потом полез в карман.
— ...Но прежде чем ответить...
— ...?
— Примите это, пожалуйста.
Рэйвен взял протянутый ему артефакт связи.
— Это зачем...?
— Нелепо ведь: мы друзья, а связаться друг с другом никак не можем.
— ...
— Врата — вопрос не влияния, а выживания, так что, разумеется, я помогу. Поэтому возьмите, хотя бы ради быстрой связи.
— Нет, я не об этом...
«Друзья», значит...
Судя по всему, он заглянул в записи и теперь делает вид, что помнит... Я сказал записывать как угодно — и он правда записал «друг»? А куда девались все наши тонкие взаимные подозрения и борьба нервов?
— И вы ведь ещё сказали: если я буду помнить вас, когда мне понадобится помощь, то должен связаться с вами. Думаю, напрямую будет лучше, чем через Аурель.
— ...Похоже, у тебя тоже есть привычка всё записывать.
Что ж, если он помнит хотя бы так — уже хорошо.
Хорошо ещё, что записывает не только всякую ерунду. Рэйвен убрал камень связи в карман.
Пока они разговаривали, Хван, заинтересовавшийся видением будущего, незаметно подошёл к владычице морского народа.
Увлёкшись любопытством, он даже не задумался о том, что она узнала его и поприветствовала, хотя видела всего один раз.
— Есть кое-что, о чём я хотел бы спросить. Можно?
— Спрашивайте без церемоний.
— Видение будущего отличается от гадания чародея?
— Я не чародей, поэтому не знаю, как это ощущается у них. Но, думаю, похоже.
Разговор шёл так мирно, что трудно было представить: эти двое принадлежали к сторонам, одна из которых объявила войну другой.
И вдруг владычица морского народа спросила:
— Что именно вы помните?
— ...О чём вы?
— О нашей встрече.
Хван чуть нахмурился и попытался вспомнить встречу с владычицей морского народа.
Вспоминать было нечего. Он лишь однажды каким-то образом упал в воду, чуть не утонул в одиночку, а она его спасла. По крайней мере, так он помнил.
— ...Насколько я знаю, я упал в воду, а вы меня спасли. Потом я вернулся один.
— Вот как...
Владычица морского народа мельком взглянула на Рэйвена, словно что-то обдумывая, а затем улыбнулась.
— Тогда спрошу иначе. Сейчас есть будущее, о котором вам хотелось бы узнать?
Хван тоже бросил взгляд на Рэйвена и понизил голос.
Вопрос прозвучал почти шёпотом:
— Я... позже забуду учителя?
Владычица морского народа на миг широко раскрыла глаза, а потом её взгляд мягко изогнулся в улыбке.
— Нет.
— ...!
— Скорее наоборот: тот день уже близко. Думаю, вам даже стоит ждать его с нетерпением.
— Тот день...?
На лице Хвана появилось недоумение, но разговор на этом закончился.
Владычица морского народа посмотрела сперва на Альтаира, отбивавшего назойливые приставания главы дворфов, а затем перевела взгляд на Ровину, оказавшуюся лицом к лицу с главой вампиров.
Хван тоже повернул голову, и между ним и владычицей опустилась спокойная тишина.
Молчание не причиняло ни малейшего неудобства.
А вот Ровина, что случалось редко, беспокойно водила глазами, пытаясь понять, как себя вести.
Всего-то над головой легла тень — а давление уже стало почти невыносимым. Она осторожно подняла глаза и встретилась взглядом с алыми зрачками, которые смотрели сверху так, будто собирались просверлить её насквозь.
Ровина не знала, как реагировать, и застыла на месте. Тогда глава вампиров заговорила.

Комментарии

Загрузка...