В конце концов все сводится к предначертанной судьбе, просишь лишь об одном — не быть преданным забвению. Пусть эта история никогда не кончится, а будет лишь начинаться.
............
В полумраке пещеры мерцало бесчисленное множество свечей, словно усыпанное звездами небо, отражаясь на пурпурно-черных каменных стенах. В пляшущем свете огней туда-сюда сновали люди, и тени беспрестанно мелькали перед глазами.
В ушах нарастало все более частое дыхание, и стоявший неподалеку за занавеской мужчина наконец нервно заходил туда-сюда, боясь даже вздохнуть лишний раз. То был владыка Мира Мертвых, Цин Ань.
— Сударыня, поднатужьтесь, она вот-вот появится на свет!
Едва служанка договорила, как мужчина повернулся и с беспокойством уставился на скрытое за занавеской лицо.
— Ах! — крупные капли пот катились со лба в свете свечей, стекая прямо на шею.
— Родился! Маленький принц! — служанка отдернула мешавшую занавеску.
Цин Ань в нетерпении бросился к Цзю Юй. Бросив лишь один взгляд на малыша, он тут же оказался рядом с ней.
— Все вон!
— Слушаемся! Слушаемся!
Малыша тоже унесли, и в комнате остались лишь Цин Ань и Цзю Юй.
Цин Ань крепко сжал ее руку, его лицо излучало небывалую радость.
Цзю Юй была немного ослаблена, лежа на постели и с улыбкой глядя на Цин Аня.
— Цин Ань, я не жалею.
— Мм, — Цин Ань подавился комком в горле. Перед ним лежала любимая женщина, но он не мог вымолвить ни слова, боясь не удержаться и расплакаться прямо перед ней.
Цзю Юй продолжала:
— Цин Ань, я люблю тебя.
Из уголков ее глаз потекли слезы.
— Я тоже люблю тебя. Я буду крепко любить нашего ребенка. Мы всегда будем вместе, — решительно произнес Цин Ань, глядя на Цзю Юй.
— Я знаю. Я знала это еще тогда, когда ушла из Клана Фениксов.
— Цин Ань, выдай мне мою дочь, и я пощажу твою жизнь! — Пещера была окружена бесчисленными воинами Клана Фениксов, две стороны противостояли друг другу. Раненые и убитые воины были готовы стоять насмерть, лишь бы прорваться в Зал Мрака Преисподней.
Цин Ань укрыл Цзю Юй одеялом и нежно поцеловал в лоб:
— Жди меня, я скоро вернусь.
Услышав это, Цзю Юй с беспокойством попыталась приподняться:
— Мой отец...
— Ты только что родила, отдохни как следует. Когда я со всем разберусь, мы вместе выберем нашему ребенку имя. Я не причиню вреда твоему отцу, я все ему объясню и попрошу отдать тебя за меня, — приговаривая это, Цин Ань уложил Цзю Юй обратно.
После их недавнего побега старые раны Цин Аня еще не зажили. Ему следовало бы уединиться для исцеления, но он никак не мог оставить Цзю Юй в покое, ведь она была беременна. Что бы ни случилось, он хотел быть рядом с ней.
— Но твои раны... — тревожилась Цзю Юй.
Цин Ань улыбнулся ей и покачал головой:
— Не беспокойся.
С этими словами он вышел из пещеры.
— Как ты смел укрыть мою дочь?! Ты прекрасно знаешь, что у Клана Фениксов уже давно заключен брак с Небесным Кланом, как ты посмел распускаться! Сегодня я во что бы то ни стало заберу свою дочь!
— А если я не согласен? — с твердым выражением в глазах Цин Ань посмотрел на Короля Фениксов.
— Согласен или нет, а придется! Сейчас же верни мне дочь, и я сделаю вид, будто ничего не произошло.
Король Фениксов хотел уладить это дело тихо.
— Мы с Цзю Юй искренне любим друг друга, я люблю ее. Даже если ты выдашь ее замуж в Небесный дворец, она не будет там счастлива, — мягко уговаривал Цин Ань, хотя и знал, что Король Фениксов не станет его слушать.
Королю Фениксов не нужны были эти пустые слова; по его мнению, никакой истинной любви не существовало вовсе.
Любовь? Достоин ли ты того, чтобы она любила тебя всю жизнь? С какой стати ты говоришь, что любишь ее? Что ты можешь ей дать? Таскал ее за собой в бегах, пока я вас не поймал! Твой клан живет во тьме, вы вечно способны лишь прятаться в мрачном мире! Небесный Мир — совсем другое дело. Жаль только, что ты не Небесный Владыка и не можешь, подобно ему, подарить ей мир, полный света, вместо того чтобы прятать в темной пещере. И это ты называешь любовью?
Цин Ань отступил на шаг, слова Короля Фениксов слегка потрясли его. Верно... Прежде он действительно об этом не задумывался: он принадлежит к темному клану, и Цзю Юй вместе с ним будет постепенно поглощена этой мрачной преисподней. Мысли его спутались, брови сошлись на переносице, а в глазах промелькнула неуверенность.
— Для столь малого дела нет нужды тревожить Небесный Мир. Давай-ка мы с тобой решим всё здесь и сейчас, между Кланом Фениксов и Миром Мертвых.
Король Фениксов протянул руку и призвал артефакт — Цяньфэн.
Насмешки Короля Фениксов разожгли в душе Цин Аня ярость.
— Меч Душ Мертвых!
Призвав сокровище, Цин Ань взмыл в воздух, лицом к лицу сойдясь с Королем Фениксов.
Цин Ань вовсе не успевал ничего говорить — он помнил свое обещание, данное Цзю Юй!
Пока Цин Ань мешкал, Король Фениксов активировал Цяньфэн. Мощнейший артефакт взмыл ввысь, и убийственная ци взметнула в воздух бамбуковые листья на вершинах двух гор, загородив Цин Аню обзор. Он отчаянно пытался разглядеть Короля Фениксов сквозь щель.
Цин Ань взмахом Меча Душ Мертвых смел мешавшие листья и раскинул руки в стороны, даже не пытаясь атаковать. Его глубокие глаза казались чересчур спокойными.
Король Фениксов холодно хмыкнул и стремительно бросился на Цин Аня.
Цин Ань увернулся от нескольких ударов подряд.
— Не вынуждай меня, — с леденящим дыханием произнес он, глядя вперед.
У подножия гор две армии сошлись в смертельной схватке. Атаки следовали с молниеносной быстротой, и подступы к Миру Мертвых уже превратились в море крови. Крики и звон оружия наполнили весь Мир Мертвых.
— Вам нельзя выходить! Там снаружи... снаружи... Там слишком опасно! — преградили дорогу служанки.
Разве Цзю Юй не могла расслышать звуки битвы? Ей и не нужно было ничего объяснять — раз отец настиг ее, он наверняка твердо решил забрать ее с собой, и кто знает, не усугубятся ли от этого раны Цин Аня.
Цзю Юй с трудом попыталась вырваться, но после родов ее жизненные силы были подорваны, и у нее совсем не осталось прежних сил. Она должна была пойти и остановить их!
— Пустите меня, я должна выйти! — лицо Цзю Юй побледнело, и дрожащие губы с трудом выдавили эти слова.
Служанки осторожно поддерживали ее:
— Владыка сказал, что вам нельзя выходить. Вы только что родили и должны как следует отдыхать.
У Цзю Юй уже не оставалось сил говорить. Решительно оттолкнув служанок, она шатаясь двинулась вперед с максимально возможной скоростью. Опираясь о стену, она вышла из пещеры и, увидев горы трупов павших воинов с обеих сторон, сразу же отыскала глазами Цин Аня и отца. Заметив, что те бьются, Цзю Юй собрала последние силы и закричала:
— Прекратите!
Хотя голос прозвучал тихо, Цин Ань услышал, как сзади донесся голос Цзю Юй, и, испереживавшись за ее слабое тело, собрался было опуститься вниз. Король Фениксов заметил, что Цин Ань отвлекся, и вонзил Цяньфэн прямо ему в жизненно важную точку. К тому же Цин Ань до этого все время сдерживался и уже получил легкие ранения. Из уголка рта Цин Аня брызнула кровь, но он нанес Королю Фениксу ответный удар ладонью и стал медленно падать вниз.
Оцепеневшая Цзю Юй со всех ног бросилась к нему, спотыкаясь и ползком подбираясь к Цин Аню. На нее накатила бесконечная боль, слезы уже не останавливались.
— Цин Ань! Цин Ань! Цин Ань!
— Прости меня, я не смог защитить тебя... — зрачки Цин Аня расплывались.
Плача, Цзю Юй обнимала его, неся какую-то бессвязную чушь — лишь слезы служили ей протестом.
— Все кончено... Я люблю тебя...
Последние слова Цин Аня застряли в залитом кровью горле, прозвучав неразборчиво. И он тихонько ушел прямо на руках у Цзю Юй.
— Цин Ань...
Этот пронзительный вопль был наполнен такой болью — неужели это и есть то самое расставание? Не вынеся горя, Цзю Юй обняла Цин Аня и потеряла сознание.
Король Фениксов приказал забрать Цзю Юй. Потери среди воинов Мира Мертвых были тяжелейшими, да и воины с командирами Клана Фениксов лишились немалой части сородичей — повсюду в кровавых лужах валялись лишь обломки оружия да тела павших.
В этот момент Призрачный Ван вернулся из Мира Демонов и увидел, как люди Клана Фениксов уже поднимаются в небо. Окинув взглядом окрестности — вся земля уже была пропитана алой кровью, — Призрачный Ван понял, что здесь только что бушевала жестокая битва. Его взгляд упал на траву неподалеку: цветы и стебли уже были разъедены; стоило им соприкоснуться с кровью Мира Мертвых, как они мгновенно увядали.
Прямо посреди травы лежал Владыка Мертвых. Призрачный Ван подошел и опустился рядом с ним на корточки, кончиками пальцев осторожно нащупав пульс на его шее. Он о чем-то задумался, а его острый взгляд был таким, что никто вокруг не осмеливался приблизиться. Вдруг он перевернул ладонь, и ее покрыла черная аура — неужели он собирался сделать что-то с Владыкой Мертвых?
Призрачный Ван убрал руку, его дыхание слегка сбилось, а во рту словно заперли что-то рвущееся наружу. Наконец, не выдержав, он изрыгнул полный рот черной крови.
В этот момент до слуха Призрачного Вана донесся детский плач. Он поднялся на ноги и увидел, как служанки выносят ребенка. Безутешный плач становился все громче.
Призрачный Ван подумал, что это ребенок его старшего брата, стер со рта следы крови и направился к младенцу.
— Твой отец упрям, он еще жив.
Младенец словно понял слова Призрачного Вана и неожиданно затих.
Служанки и воины с облегчением улыбнулись, глядя на ребенка: малыш перестал плакать, да и Владыка Мертвых не умер!
— Отнесите Владыку внутрь. Об этом никому не распространяться, — приказал Призрачный Ван, шагая внутрь.
— Слушаемся, Призрачный Ван!
Тусклый свет свечей падал на спину Призрачного Вана, наводя жуткий страх. Нрав Призрачного Вана совсем не походил на нрав Владыки Мертвых, хоть они и были рождены одними родителями.
Призрачный Ван был жесток и свиреп. Если он задумывал что-то, то непременно добивался своего, и никто не мог его остановить. Его мысли были чрезвычайно темны и полны амбиций.
Эта поездка в Мир Демонов, судя по всему, стоила Призрачному Вану немалых лишений.
Владыка Мертвых, все еще теплившийся едва заметным дыханием, лежал в ледяном гробу в ледяной пещере. Призрачный Ван стоял рядом и творил заклинания — в ледяной пещере остались только они двое.
Черное пламя кружило над ледяным гробом, сгущаясь все сильнее. Призрачный Ван сложил руки, крепко сжав парящий в воздухе красный кристаллический шар, и медленно толкнул его обеими руками вглубь гроба Владыки Мертвых, где тот капля за каплей растворился во всем его теле.
Похоже, Призрачный Ван передал Владыке Мертвых половину собственной внутренней энергии. Его лоб покрылся мелким потом. Наконец все успокоилось, но от чрезмерного напряжения Призрачный Ван выплюнул кровь и покачнулся.
Выйдя из ледяной пещеры, он сказал По, следовавшему за ним с самого детства:
— Я уже стабилизировал его духовную сущность, всего через несколько лет сна он очнется.
По неторопливо шагал позади Призрачного Вана:
— Призрачный Ван... почему вы не воспользовались случаем, чтобы убить его?
Призрачный Ван обернулся к По и окинул взглядом мрачное пространство пещеры.
По инстинктивно опустил голову, заметив острый взгляд Призрачного Вана, скользнувший по нему.
— Он никогда не поддерживал мои слова об объединении с Миром Демонов ради нападения на Небесный Мир. Я хочу стать Небесным Владыкой, объединившим Шесть Миров, заставить все Шесть Миров пасть ниц. Я не хочу вечно оставаться лишь частью мрака, Небесный Мир рано или поздно станет моим. — С этими словами он одарил По зловещей улыбкой.
По почтительно поклонился:
— Мудрость Призрачного Вана безгранична!
— Я не убиваю его, в конце концов, сейчас он мне ни в чем не помеха. Должно быть, он до глубины души ненавидит Небесный Мир, а уж то, что Клан Фениксов и Небесный Клан заключили союз, и вовсе заставит его возненавидеть их до мозга костей. Теперь, когда Клан Фениксов увел ее, они явно затаили обиду. Ты же знаешь, на ком собрался жениться Небесный Владыка.
Последняя фраза прозвучала с еще более зловещей улыбкой.
— Как думаете, станет ли он после этого сидеть сложа руки?
— Вы правы, Призрачный Ван.
Призрачный Ван говорил с таким воодушевлением, что снова изо рта у него хлынула кровь.
— Призрачный Ван! — встревоженно бросился вперед По, чтобы поддержать его.
— Ничего... страшного... Просто я только что передал слишком много энергии... Владыке Мертвых, да еще получил рану в Мире Демонов.
Призрачный Ван скривился от боли, сжав зубы и превозмогая ее.
— Ступай, я отдохну. Присмотри за ребенком моего старшего брата, найди в Мире Мертвых кормилицу.
— Слушаюсь, Призрачный Ван. — По почтительно удалился.
Призрачный Ван направился к своей постели, а на его лице витала неотвратимая мутная ци — казалось, у него созрел новый замысел. Он холодно усмехнулся.
......
Остатки слез еще блестели на щеках, а принцесса Цзю Юй тихо лежала на кровати.
Царица Фениксов сокрушалась о своей дочери, безутешно плача и крепко сжимая руки Цзю Юй в своих ладонях:
— Какое несчастье... Какое же несчастье!
Король Фениксов вздохнул:
— Сударыня, о чем вы плачете?
— Да все из-за тебя! Если бы не ты, разве дочь оказалась бы в таком положении? Тебе не больно смотреть, как она иссохла от слабости, а мне больно! — в отчаянии крикнула Царица Фениксов.
— Сударыня... Ну... ну что вы такое говорите? Она и моя дочь, разве мне не больно? Но... вы же сами знаете. Ныне Клан Фениксов ослаб, а клан демонов в последние годы то и дело норовит пойти на нас войной. Как нашим сородичам сопротивляться?
— Но этот брак был заключен еще десятки тысяч лет назад, при старом Небесном Владыке! С поддержкой Небесного Клана они не оставят нас на произвол судьбы! — в голосе Короля Фениксов звучало полнейшее отчаяние — разве он сам желал подобного?
Слова мужа отрезвили Царицу Фениксов, и она на мгновение погрузилась в задумчивость.
— Цин Ань... Цин Ань! Ты не можешь умереть, не смей! — Цзю Юй проснулась от кошмара, с трудом открыв глаза, и обнаружила, что вернулась в Клан Фениксов и лежит на собственной кровати. Золотисто-нефритовый дворец ослепительно сиял, и Цзю Юй заслонила глаза рукой.
— Доченька, ты очнулась! — радостно вытерла слезы Царица Фениксов.
Король Фениксов тоже подошел к постели дочери — сказать, что его сердце не болело, было бы ложью.
В глазах Цзю Юй читалась такая беспомощность, такая душевная боль, словно она лишилась половины души. Собрав все оставшиеся силы, она попыталась встать с кровати:
— Мой ребенок... Где мой ребенок с Цин Анем? Ребенок! Мой ребенок! — отчаянно вырвавшись из хватки Царицы Фениксов, Цзю Юй соскочила с постели.
— Послушайся, доченька, вернись в постель! Твое тело еще так слабо, нельзя же бегать туда-сюда, это вредно для здоровья! — бросилась за ней Царица Фениксов, пытаясь удержать.
Видя, что Цзю Юй уже собирается распахнуть дверь и выйти из покоев, Король Фениксов взмахнул рукой, и тонкая струйка золотистого тумана заставила Цзю Юй потерять сознание прямо на полу.
— Доченька! — в ужасе подбежала Царица Фениксов.
— Эй, отведите принцессу на кровать! — бросил Король Фениксов и вышел.
Царица Фениксов последовала за ними к постели Цзю Юй, и слезы вновь хлынули градом. Боясь разбудить девушку, она достала платок и попыталась заглушить рыдания.
......
А в это время Король Фениксов вошел в священные земли Клана Фениксов.
Скрестив ноги и занеся руки над головой, он выпустил изо рта нечто вроде разноцветной стеклянной бусины — это была внутренняя жемчужина самого Короля Фениксов. Он решил пожертвовать половиной собственной внутренней энергии ради создания Пилюли Забвения.
Хотя у Тайлао-цзюня можно было найти любые пилюли, но требовалась именно Пилюля Забвения. Впрочем, Король Фениксов обладал достаточными для этого навыками. Пусть пострадают жизненные силы, пусть он лишится половины своей базы культивации ради изготовления пилюли — разве это имело значение?
— Кхм! — изо рта фонтаном хлынула кровь: только что процесс создания отнял немало жизненных сил.
Спрятав готовую пилюлю в сосуд и стерев кровь с уголков рта — если бы Царица Фениксов увидела это, она бы непременно заволновалась, — он медленно вышел из священных земель.
Король Фениксов не спеша приблизился к покоям Цзю Юй.
— Все свободны, ступайте.
Отослав прислугу, он тихо подошел к кровати дочери и бросил взгляд на Царицу Фениксов.
Царица Фениксов опустила платок, переведя взгляд с мужа на бесчувственную Цзю Юй. Заметив в руке Короля Фениксов флакон с лекарством, она сразу поняла, что в нем находится. То, что она хотела сказать, так и застряло в горле. Король Фениксов посмотрел на жену — конечно, он знал, о чем она думает.
— Цзю Юй не может отправиться в Небесный дворец с этими воспоминаниями, — тихо произнес он.
Царица Фениксов взяла у мужа флакон с пилюлей, испытывая сомнения:
— Пилюля Забвения... Даже если сейчас отправиться за ней в Небесный Мир, придется выдержать долгие расспросы, а ты...
Король Фениксов все же не смог скрыть боль от бушующего внутри пламени, и это выражение лица сказало само за себя — он не удержался от кашля.
— Ты создал ее с помощью собственной внутренней жемчужины, вот почему добыл так быстро, да? — дрожащим голосом произнесла Царица Фениксов.
Король Фениксов не хотел продолжать этот разговор:
— Хватит, об этом больше ни слова. У меня осталась еще половина жемчужины, сударыня может не беспокоиться.
Царица Фениксов смотрела на мужа, не в силах вымолвить ни слова, чувствуя лишь глухую боль в сердце.
— Скорей дай ее дочке, — мягко похлопал жену по плечу Король Фениксов.
Для некоторых людей в этом мире боль мимолетна, а для других она не утихает никогда, врезавшись в память навсегда.
Всех слуг, вернувшихся на этот раз из Мира Мертвых, заменили и отправили в людской мир. Король Фениксов не желал, чтобы в эти дни случились какие-либо происшествия.
......
Проглотившая Пилюлю Забвения Цзю Юй напоминала потерявшую душу птицу. Она не понимала, что ей делать, что любить. Сидя перед туалетным столиком, она завороженно смотрела на свое отражение в бронзовом зеркале, словно пытаясь разглядеть, не скрывается ли в стекле какая-то другая она.
Царица Фениксов вошла в покои дочери и, приближаясь шаг за шагом, остановилась у нее за спиной. Глядя на дочь в зеркале, она вмиг помрачнела. Какая же несчастная девочка, просто сердце кровью обливается.
Царица Фениксов нежно погладила Цзю Юй по волосам, не сводя глаз с ее отражения.
Заметив, что матушка уже подошла, Цзю Юй растерянно посмотрела в зеркале на расчесывающую ее женщину:
— Матушка.
Царица Фениксов улыбнулась:
— Ты — единственный ребенок матушки, я хочу, чтобы ты была счастлива.
Цзю Юй тихо опустила голову:
— Матушка, я что, уже завтра выхожу замуж в Небесный дворец?
— Да, — не зная, что ответить, тихо произнесла Царица Фениксов.
— Значит... значит, я больше не смогу часто навещать вас?
— Выйдя замуж в Небесный дворец, ты станешь женой Небесного Владыки, тебе предстоит вместе с ним делить заботу о безопасности всех живых существ, тебе суждено стать Небесной Императрицей Шести Миров, — решительно произнесла Царица Фениксов.
Цзю Юй ничего не ответила, лишь подняла голову и заглянула в глаза собственному отражению.
Царица Фениксов больше не проронила ни слова и тихонько вышла из покоев дочери. В тот момент, когда она переступила порог, на душе у нее было так тяжко — она смертельно боялась, что выражение ее лица выдаст все тайны.
......
Ранним утром от Небесного Мира к Земле Фениксов протянулся праздничный мост из сорок. В небесах порхали разноцветные фениксы, приветствуя и поздравляя новую пару.
Видя, что Цзю Юй выходит замуж за Небесного Владыку, Король Фениксов и Царица Фениксов наконец сняли с души тяжелый камень.
......
В Мире Мертвых, как и прежде, царило мертвенное спокойствие. Призрачный Ван с самого возвращения уединился для медитации, и поврежденная внутренняя энергия наконец во многом восстановилась, хотя скрытые недуги все же остались.
Призрачный Ван открыл глаза, окинул взглядом всё вокруг и вышел из тайной комнаты для культивации.
По, заметив, что Призрачный Ван завершил уединение, шагнул ему навстречу:
— Призрачный Ван.
Пройдя по подвесному мосту в пещере в Зал Мрака Преиствдней, Призрачный Ван уселся на трон:
— Пока я был в уединении, не случилось ли чего?
— Докладываю Призрачному Вану: в пещере все спокойно. Разве что сегодня Клан Фениксов и Небесный Клан справляют свадьбу.
Призрачный Ван холодно усмехнулся и отряхнул одежды:
— И этот клан демонов всё еще хотел бороться с Кланом Фениксов! Сколько лет они только и делали, что пытались воевать с ними, а в итоге — обоюдное поражение. Владыка Демонов сейчас, наверное, лопнет от злости! Эта свадьда ясно дает понять, что Небесный Клан не оставит Клан Фениксов в беде, а этот Владыка Демонов просто глуп и безмозгл.
— Призрачный Ван, каковы же наши дальнейшие планы? — спросил По.
— У меня свои соображения. Кстати, как ребенок моего старшего брата? — перевел взгляд на По Призрачный Ван.
— Ребенок совершенно здоров.
— Вот и отлично, — равнодушно бросил Призрачный Ван, и от выражения его бровей и глаз по спине пробегал холодок.

Комментарии

Загрузка...