— Чжуан Тянь! Не беги! Чжуан Тянь!
Ли Цзычэн и остальные четыре человека изо всех сил бросились в погоню. Фигура впереди бежала слишком быстро, и стоило им немного отстать, как силуэт исчез, из-за чего все остановились и устремили взгляды вперед.
— Ты уверена, что это был именно Чжуан Тянь? — спросила Син Цици, уперев руки в боки и глядя на Ли Цзычэна. Всё потому, что лишь Ли Цзычэн успел заметить тот самый миг, когда фигура выскочила из кустов, а позже, в погоне, они видели лишь мелькнувший край одежды — тот человек бежал невероятно быстро.
— Я уверен! Это был стопроцентно Чжуан Тянь, — с уверенным видом заявил Ли Цзычэн.
— С чего это этот Чжуан Тянь так быстро бегает! В мгновение ока след простыл! — слегка нахмурившись, произнес Цзян Сюйчэнь.
— Давайте пройдем вперед и поищем! Может, Чжуан Тянь где-то там остановился! — Лэй Хайтан посмотрела перед собой, а затем перевела взгляд на Ли Цзычэна.
— Хорошо! Пошли!
Все продолжили путь. Не успели они сделать и пары шагов, как небо затягло темными тучами. Толпа остановилась и задрала головы кверху, а Син Цици, слегка нахмурившись, сказала:
— Погода портится, давайте сначала найдем место, где можно переждать непогоду!
Одетый во всё черное Чоу Жанхао приехал на кладбище на машине, держа в руках букет белых лилий. Подойдя к могильной плите, он аккуратно положил цветы на камень.
На памятнике было высечено: Любимая жена Чоу — Цзян Ци.
На лице Чоу Жанхао застыло тяжелое выражение. Глядя на черно-белую фотографию на надгробии, он проговорил:
— Мама! Я пришел навестить тебя! В последнее время я стал реже приходить... Как ты там?
Чоу Жанхао тяжело вздохнул, шагнул вперед и опустился на землю рядом с могилой. Прислонившись к ней и глядя на букет лилий, он тихо сказал:
— Мама! Скажи, неужели старшая сестра... неправа? После того как ты ушла, папа был занят работой, а сестра всегда заботилась обо мне. Она постоянно учила меня: не совершай дурного даже в малом, не пренебрегай добром даже в мелочах! Но почему-то она сама всё это забыла...
Его глаза покраснели, а голос сорвался на хрип:
— Сестра изменилась. Не знаю, с каких пор, но она превратилась в то, что представляет из себя сейчас! В компании она приторговывает краденым за спиной у остальных. Я даже не знаю, чем занят отец и знает ли он вообще о делах сестры... Он вечно отказывается со мной видеться! Мама! Скажи, что же мне делать?
Повернувшись к черно-белой фотографии на памятнике, Чоу Жанхао заплакал и со всхлипами произнес:
— Мама! Я так скучаю по тебе! Мама, твой Хаохао так скучает по тебе!
В этот момент вспышка молнии расколола небо, сопровождаемая оглушительным раскатом грома, и на землю хлынул безжалостный ливень. Чоу Жанхао поднял голову и посмотрел на затянутое грозовыми тучами небо. Дождь лил как из ведра, но он даже не помышлял уходить — вместо этого он снова опустил взгляд на надгробие и прошептал:
— Мама! Пошел дождь! Это ты пришла навестить меня?
Всё кладбище словно задернуло водяной завесой. Сквозь эту пелену тумана и дождя виден был лишь юношеский силуэт, прильнувший к надгробной плите. Он не уходил и сидел вот так, в полном молчании...
— Смотрите! Вон там деревянный дом!
Дождь уже вовсю шумел, поднялся сильный ветер, и Ли Цзычэну с товарищами приходилось едва ли не прокладывать путь с закрытыми глазами, продвигаясь вперед с огромным трудом. И когда они уже оказались в безвыходном положении, когда казалось, что выхода нет, сквозь мрачное небо и пелену ливня проступили очертания какого-то строения, похожего на хижину. Поистине — в тупике вновь открывался путь!
Цзян Сюйчэнь схватил Ли Цзычэна за руку и, указывая на деревянный дом, взволнованно воскликнул:
— Сяо Ли! Там деревянный дом!
— Давайте скорее туда! — крикнул Ли Цзычэн.
Одежда насквозь промокла от дождевой воды, заливавшая глаза влага мешала смотреть, и они поспешили укрыться внутри.
Снаружи бушевала гроза, молнии полосовали небо, а порывы ветра раскачивали деревья из стороны в сторону. К счастью, хижина оказалась прочной и крыша не протекала.
Осмотревшись, ребята оценили обстановку: домик был небольшим, но в нем имелось всё необходимое — столы, стулья, свечи, кровать, постельное белье, чайник и чашки.
— Здесь кто-то жил! — произнесла Син Цици, слегка проведя пальцем по столу. На нем остался небольшой слой пыли, и она продолжила: — Совсем недавно! Но раз в такую сильную бурю хозяева до сих пор не вернулись, значит, они здесь больше не живут.
Заметив в углу охапку сухих дров, Гу Хуо подошел, взял их, развел огонь и предложил остальным снять верхнюю одежда и просушить ее у пламени.
Все сняли насквозь промокшие рюкзаки, вытащили снаряжение и разложили на полу, чтобы оно немного подсохло. Рюкзак же Цзян Сюйчэня был битком набит снеками; вываливая их на пол, он с горечь в голосе протянул:
— Как же жалко мои вкусняшки! Я целый месяц их копил! Ну и ну, теперь и поесть нечего!
Син Цици бросила на него взгляд и сказала:
— Сам ведь никакого толкового снаряжения не взял, а что будешь делать, если столкнешься с опасностью?
— На этот случай есть вы! — расплывшись в улыбке, ответил Цзян Сюйчэнь. Син Цици закатила глаза и с досадой покачала головой.
Снимая куртку, Цзян Сюйчэнь пробормотал:
— И надо же нам было оказаться такими невезучими — собрались в горы именно тогда, когда полил такой дождь! А этот Чжуан Тянь вообще кадр: не мог побежать ни раньше, ни позже, приспичило же ему сегодня!
Тут он о чем-то вспомнил и воскликнул:
— Чжуан Тянь? В такую бурю он ведь может угодить в беду!
Переглянувшись, Лэй Хайтан произнесла:
— При таком ливне далеко он убежать не смог бы. Перестанет дождь — сразу пойдем искать!
— Хайтан дело говорит. К тому же уже стемнело, а дождь вон какой сильный. Так что сегодня давайте хорошенько отдохнем, наберемся сил, а с рассветом выдвинемся в путь.
Син Цици полностью поддержала Лэй Хайтан.
— Эту ночь я буду дежурить! В горах не то что в других местах, опасность может подстерегать в любой момент, — заявил Гу Хуо.
— Я с тобой подежурю!
Услышав это, Гу Хуо посмотрел на Син Цици. Он прекрасно понимал, что она ему не доверяет, но ему было совершенно всё равно. В конце концов, его задачей было лишь обеспечить безопасность Ли Цзычэна, а до мыслей остальных ему не было никакого дела.
Усевшись на стул, Гу Хуо вытащил свой верный короткий нож, которым пользовался уже много лет, и принялся протирать его полотенцем.
Цзян Сюйчэнь смущенно подошел к Лэй Хайтан, почесал в затылке и сказал:
— Эм... тут всего одна кровать, так что вы с Цици спите на ней! А мы с Сяо Чэном постелим на полу!
— Не... — Лэй Хайтан не успела договорить, как Син Цици перебила ее:
— Ну спасибо!
Цзян Сюйчэнь и Лэй Хайтан уставились на Син Цици. Та молча подтащила Лэй Хайтан к кровати и уселась у самого края, прислонившись спиной к стене, уперевшись одной ногой в пол, а другую закинув на матрас.
— Ну ты и бессовестная! — возмутился Цзян Сюйчэнь, грозно уставившись на нее.
— Кровать всего одна, и по праву на ней должны спать мы, девушки! С какой стати мне церемониться?! — с абсолютно честным и гордым видом заявила Син Цици.
— Ты... ладно, твоя взяла! — Цзян Сюйчэнь ткнул в нее пальцем, после чего развернулся, сердито зашагал к костру и опустился на пол у стены. Скрестив руки на груди и презрительно фыркнув в сторону Син Цици, он закрыл глаза.
Ли Цзычэн посмотрел на Цзян Сюйчэня и невольно усмехнулся.
Среди ночи дождь прекратился. Цзян Сюйчэнь спал без задних ног — во-первых, рядом была Син Цици, а во-вторых, сказывалась усталость за весь день. Лэй Хайтан тоже погрузилась в сон.
Однако Ли Цзычэн никак не мог уснуть. Заметив, что Син Цици клюет носом, он поднялся, подошел к ней, легонько тронул за плечо и шепотом произнес:
— Поспи! Я пока подежурю!
— Ты? Справишься? Да ладно, давай лучше я! — Син Цици не слишком доверяла Ли Цзычэну, который совершенно не умел драться.
— Ничего страшного, я справлюсь. Если что совсем невмоготу будет — разбужу тебя! Поспи немного! — уговаривал он.
Зевнув, Син Цици кивнула:
— Ладно уж. Я вздремну немного, если что — сразу буди!
Ли Цзычэн кивнул в ответ и остался сидеть в прежней позе. Заметив, что никто из спящих не укрыт, он стащил с кровати одеяло и накрыл Лэй Хайтан с Син Цици. Затем он поднялся, взял куртку Цзян Сюйчэня и аккуратно набросил ее на него самого.
Оглянувшись, Ли Цзычэн увидел, что Гу Хуо всё еще сидит и протирает клинок.
Он подошел, опустился на другой стул и с легкой улыбкой произнес:
— Смотрю, ты уже пол-ночи нож чистишь... Что, на душе скребут кошки?
Гу Хуо бросил на него короткий взгляд, перевел глаза на собственный клинок и глухо ответил:
— Нет.
Улыбнувшись, Ли Цзычэн продолжил:
— Не хочешь говорить — как знаешь.
Гу Хуо продолжил протирать лезвие. Ли Цзычэн еще немного посмотрел на его нож, а затем произнес:
— Гу Хуо! Скажи мне... Чоу Цзяньбинь... то есть директор Чоу! Зачем ему понадобилось похищать карту сокровищ?
Рука Гу Хуо, полировавшая металл, на мгновение замерла, но он тут же продолжил движение:
— Понятия не имею.
— Так значит, карту и вправду украл директор Чоу? И ты действительно человек Чоу Жанхао?
В зеркальном блеске клинка Гу Хуо увидел собственное лицо и произнес:
— Ну и что с того? Моя задача — обеспечить вашу безопасность, а всё остальное меня не касается, включая то, что вы там себе думаете!
— Не принимай близко к сердцу! Я ничего такого не имел в виду! — поспешил оправдаться Ли Цзычэн. Гу Хуо промолчал.
Внезапно в отражении оконного стекла Гу Хуо заметил какую-то человеческую фигуру. Нахмурившись, он настороженно бросил:
— Кто там?
В следующее мгновение Гу Хуо вскочил на ноги, сжав в руке короткий нож, и выскочил наружу. Ли Цзычэн окликнул его и поспешил следом.
Когда они выбежали под окна, там уже никого не было — лишь следы множества ног на земле. Достав фонарик, Гу Хуо посветил на дорожку из следов. Было очевидно, что незнакомец побежал вперед.
Окинув взглядом темноту впереди, Гу Хуо велел Ли Цзычэну:
— Возвращайся в дом! Я пойду проверю!
С этими словами он бросился вперед по следам. Ли Цзычэн проводил его встревоженным и полным беспокойства окриком:
— Будь осторожен!
Вернувшись в хижину, Ли Цзычэн принялся из стороны в сторону мерить шагами комнату. На душе было тревожно и неспокойно; он то и дело выглядывал за дверь, поглядывал на часы и бормотал себе под нос:
— Уже почти час прошел, почему он до сих пор не вернулся?
Пока он так переживал, дверь отворилась, и вошел Гу Хуо. Ли Цзычэн тут же бросился к нему:
— Ну как? Ты в порядке?
Гу Хуо покачал головой:
— Всё нормально.
— А тот человек?
— Убежал. Но я кое-что нашел!
Ли Цзычэн вопросительно уставился на него.
Едва рассвело, Гу Хуо повел всех остальных к тому самому месту.
— Братец! Я еще даже не завтракал! Обязательно так спешить?! Тащиться в дорогу на голодный желудок — так и до обмороков недалеко! — с трудом переставляя ноги, ворчал Цзян Сюйчэнь.
— Будто ты тут один голодный! Нельзя ли поменьше болтать языком? — Син Цици поморщилась и бросила на него суровый взгляд.
— Послушайте, госпожа Син! Когда вы, девчонки, не едите ради похудения, это называется диетой, а мне-то как быть?! Без еды я — ничто, пропадает всякая бодрость! Пара пропущенных приемов пищи — и я превращаюсь в бесчувственную амебу, готового свалиться заживо! А если не поем трижды — всё, считай, меня можно хоронить! — парировал Цзян Сюйчэнь.
— Еще хоть слово вякнешь, и я клянусь, что превращу тебя в девчонку! — пригрозила повысившей голос Син Цици.
В этот самый момент откуда ни возьмись появилась целая толпа людей в масках демонов. Вооружившись длинными копьями, они мгновенно взяли их в плотное кольцо!
Один из демонов в маске шагнул прямо к Цзян Сюйчэню. Тот с испугу завопил:
— Призраки! — и немедленно спрятался за спину Ли Цзычэна.
Заметив угрозу, Син Цици тут же прикрыла собой Лэй Хайтан, а Гу Хуо заслонил Ли Цзычэна и Цзян Сюйчэня.
— Вы кто такие? — настороженно спросила Син Цици людей в масках.
В этот момент один из них вытащил из-за пазухи нечто вроде бамбуковой трубки и резко дунул в их сторону — оттуда вылетела крошечная игла.
В следующее мгновение у всех разом ослабли конечности, в глазах поплыло, и они один за другим рухнули на землю.
Люди в масках натянули на них мешки...

Комментарии

Загрузка...