— Ладно уж, раз уж ты, мой маленький враг, решил мне польстить, я так и быть не стану припоминать, как ты за моей спиной в мире людей завел себе дикого мужчину.
Цин У насмешливо фыркнула:
— С чего ты взял, что имеешь право что-то припоминать?
Ми Янь гордо вскинул подбородок:
— Хотя бы потому, что я твой законный жених.
— Жить надоело? — Цин У с улыбкой посмотрела на него.
Ми Янь ничуть не смутился:
— Я человек широкой души. Поиграешь с людишкой, ничего страшного, главное — чтобы тебе было весело. В любом случае, законный супруг — это я.
Раньше на этом месте Цин У уже выхватила бы клинок. Она пристально посмотрела на Ми Яня:
— Ты позвал меня сюда только ради того, чтобы нести этот бред? Не говори мне, что вся эта сегодняшняя сцена была устроена лишь для того, чтобы переложить вину на моего старика. Ты правда не в сговоре с Кланом У?
Ми Янь тяжело вздохнул:
— Хоть я и не в своем уме, но никогда не берусь за убыточные сделки. Вести дела с этими нищими псами из Клана У — верный проигрыш. Я что, сумасшедший? Ах да, я ведь и так всегда сумасшедший. — Он отмахнулся. — Не зацикливайся на мелочах.
— Возвращение Клана У прежде всего ударит по Клану Богов. Учитывая твою ненависть к родному папаше, эта сделка кажется мне весьма выгодной.
Ми Янь рассмеялся и игриво подмигнул ей:
— Истинная моя маленькая противница, как же ты меня понимаешь.
Закончив перепалку, Ми Янь, чтобы Цин У ненароком не сожгла его волосы дотла, принял более серьезный вид:
— Если серьезно, я сам только недавно узнал о возвращении Клана У. Твой старик в этот раз подставил и меня. Знай я заранее, насколько хлопотным будет это дело, ни за что бы не ввязался.
— Так разорви сделку, — приподняла бровь Цин У. — Раз уж считаешь это хлопотным, расскажи, о чем вы там договорились.
Ми Янь, как всегда, хранил молчание и перевел тему:
— Рассказать — не расскажу, но есть кое-что другое, что может тебя заинтересовать.
— Говори.
— Несколько дней назад я был в Гуйсюе и обнаружил, что останки Десяти Шаманов У, которые были там заточены, украли.
Цин У прищурилась, молча давая знак продолжать.
— Мне повезло: я столкнулся с тем вором лицом к лицу и даже немного подрался.
— Ты проиграл?
Ми Янь обиженно надулся:
— Я? Проиграл? Это тот тип сбежал слишком быстро.
— Раз он смог удрать от тебя и тайком пробраться в Гуйсюй, чтобы украсть кости, значит, его сила явно превосходит твою.
Ми Янь не понял, с чего она сделала такой вывод — по его мнению, тот тип просто оказался прытким.
— Возвращение Клана У и кража останков шаманов — вещи закономерные. Это лишь доказывает, что в их рядах пробудился кто-то с великими способностями. — Цин У посмотрела на него. — Что ты еще хочешь сказать? Давай прямее, не тяни, словно у тебя запор.
— Ну и язык у тебя... — Ми Янь сунул ей в руку персик Паньтао. — Лучше жуй.
Цин У, грызя персик, холодно смотрела на него. Ми Янь вздохнул, обмахнулся веером из перьев и тихо произнес:
— Есть еще кое-что. Помнишь принца Цанмина?
— Твоего сводного старшего брата? — Цин У приподняла бровь. — Разве он не пропал три тысячи лет назад во время Мятежа Сожжения Небес? С чего вдруг ты о нем заговорил? Неужели он объявился?
— Нет, — Ми Янь с улыбкой посмотрел на нее. — Но если однажды он вернется, на чьей стороне ты будешь: на моей или на его?
Цин У сочла этот вопрос странным. Во-первых, она никогда не встречалась с принцем Цанмином. Во-вторых, с чего бы ей вмешиваться в семейные разборки Небесного Императора?
— Ни на чьей, — отрезала она. — Собираешься ли ты свергнуть своего отца или убить своего драгоценного братца — мне плевать. Не смейте тащить свои божественные разборки в Клан Призраков.
Ми Янь весело рассмеялся, отведя взгляд. Веер скрыл его лицо, а вместе с ним — необычайно серьезный и мрачный блеск его серебристых глаз.
— Договорились. Когда придет время, ты не поможешь никому.
Не добившись от Ми Яня большего, Цин У перед уходом снова его поколотила и прихватила с собой несколько грибов Питания Духа. Эти грибы, растущие в Небесном Дворце Бессмертия на острове Цзучжоу, в людских легендах именуются Бессмертной травой — настоящее сокровище.
После ухода Цин У Ми Янь сидел на месте, потирая ушибленный глаз:
— Грубиянка, такая грубиянка... Как же она мне нравится.
Окружавшие его духи-слуги вздрогнули. Извращенец, Божественный Владыка — настоящий извращенец. Один из них осмелился спросить:
— Владыка, а почему вы вдруг заговорили о принце Цанмине?
Ми Янь, пребывая в отличном настроении после взбучки, улыбнулся:
— Я заговорил о нем не вдруг.
И Клан Богов, и Клан Призраков верили, что Божественная Душа принца Цанмина исчезла во время Мятежа Сожжения Небес три тысячи лет назад, а его тело покоится в Гуйсюе, ожидая возвращения души. Ми Янь и сам летал в Гуйсюй, чтобы лично взглянуть на своего дорогого братца. Тело принца Цанмина всё еще спало в гробнице богов.
Но... Ми Янь изогнул губы в усмешке, и в его глазах мелькнул холодный блеск. Кажется, он нашел, где прячется душа Цанмина.
***
Ми Янь, этот безумный павлин, пугал своих слуг и когда был не в духе, и когда его настроение становилось слишком хорошим. Всё дело в том, что настроение Ми Яня менялось, как облака в небе — внезапно и радикально.
Например, сейчас: только что он сиял, как цветок, а теперь его лицо вновь помрачнело. Ми Янь внезапно осознал одну вещь. Если тот дикий мужчина, которого его маленькая противница нашла в мире людей — это перерожденная душа Цанмина, не получается ли так, что грибы Питания Духа, которые она только что у него выудила, пойдут на пользу этому человеку?
Если прикинуть: она крадет его сокровища, чтобы лечить его заклятого врага? А он, получается, сам подкармливает своего врага?
Лицо Ми Яня потемнело, он прорычал сквозь зубы:
— Если я не женюсь на Шаша, это будет величайший убыток в моей жизни.
Слуги в ужасе переглянулись. Владыка опять ищет смерти? Разве раньше он не говорил, что брак с Императорской принцессой разорит его до нитки?
Маленький ворон, который до этого приносил вести, робко пролепетал:
— Императорская принцесса точно не выйдет замуж... Она правда сожжет нашу Обитель Сокровищницы Пустоты.
— Неважно. Я могу войти в дом к жене.
— Это вряд ли... — пробормотал ворон.
Ми Янь погладил подбородок:
— А если я стану младшим мужем? Я не против подносить Шаша воду для умывания ног.
Слуги молчали, думая про себя: «Вы не воду подносить пойдете, а будете любоваться своим отражением в тазу, не в силах оторваться от собственной красоты».
Ворон не выдержал:
— Что же за сделку вы заключили с Владыкой горы Тайшань, что готовы так унижаться?
— Сделку... — пробормотал Ми Янь, посмотрев на ворона безумным взглядом.
Ворон попятился. В этот момент раздался хлопок — Ми Янь ударил себя по лицу. Слуги выдохнули: а, ну как обычно, опять началось.
Ми Янь сжал кулаки и начал колотить себя по лбу. Он бормотал, словно сам с собой:
— Почему я не могу сказать Шаша, какую сделку заключил с ее стариком?
— Может быть... потому что мы ведем дела честно? Конфиденциальность клиента важна? — осторожно предположил ворон, про себя добавляя: «Откуда мне знать, зачем вы играете в загадки?»
Взгляд Ми Яня становился всё более безумным, но в этом безумии вдруг проступила ясность. Он расхохотался, в его руке возник ледяной клинок, который он вонзил себе в голову.
Слуги застыли.
Клинок вошел глубоко, кровь застыла от холода, но Ми Янь не чувствовал боли — напротив, он с облегчением выдохнул. Он холодно усмехнулся:
— Значит, не я не хочу говорить, а в мой разум вмешались.
Когда это произошло? Ми Янь знал, что у него не всё в порядке с головой, но когда он был рядом с Шаша, приступы безумия отступали. Теперь, вонзив Клинок Девяти Инь в мозг, он почувствовал, как в его сознании скрывалась знакомая Призрачная Ци, влиявшая на его мысли. Эта Ци принадлежала Владыке горы Тайшань. Она была подобна печати, не дававшей ему проболтаться Цин У.
Ми Янь всё вспомнил. Впервые Владыка горы Тайшань нашел его шестьдесят лет назад, до того как Цин У отправилась в мир людей для прохождения испытаний. Владыка предупредил, что Цин У ждет смертельное испытание, которое она не сможет преодолеть. Ми Янь, увидев в Зеркале Вечности, как будущее Цин У окутывает черный туман, без колебаний отдал ту самую Иглу Восполнения Души.
Внутри иглы он спрятал кое-что. Он родился с белыми перьями, и лишь одно перо павлина на его теле было цветным — оно содержало в себе сущность Пяти Стихий, бесконечно вращающихся и порождающих жизнь. Если бы он предложил это Цин У напрямую, она бы не приняла. Поэтому он выбрал Гу Линъюэ — пешку, которая, по его тогдашнему разумению, не играла большой роли, но обязательно должна была пересечься с Цин У.
Тогда он еще не знал о Клане У. А десять лет назад, когда Цин У вернулась в Подземное царство после испытаний, Ми Янь в последний раз видел Владыку горы Тайшань. Старик сказал, что всё только начинается, и перед уходом поручил ему присматривать за Цин У.
Вспомнив это, Ми Янь горько усмехнулся. Теперь он видел, что всё это было лишь частью игры. Он был сумасшедшим, но не дураком. Владыка горы Тайшань, этот старик, наверняка давно знал о возвращении Клана У. Цин У, возможно, тоже была лишь пешкой в его руках. Неужели то самое смертельное испытание было подстроено стариком совместно с Кланом У?
Когда он увидел лицо Сяо Чэньяня, все ниточки сошлись. Неужели Владыка не знал, что душа принца Цанмина переродилась в человека? Клан У хочет воскресить своего Святого Короля Чи Ю. Но тот давно распался на атомы, и чтобы создать тело, способное вместить его душу, нужен был мощнейший источник энергии. Что может быть сильнее души принца богов?
Клан У хочет воскресить Чи Ю, но чего добивается Владыка горы Тайшань? Зачем он втянул в это Цин У?
Холод Клинка Девяти Инь постепенно поглощался Призрачной Ци. Мысли Ми Яня снова путались. Он силился вспомнить, что еще он «вынужденно» упустил. Внезапно он открыл глаза. Он вспомнил: Владыки горы Тайшань давно нет в Подземном царстве. То, что осталось в Городе Фэнду — лишь его воплощение.
Ми Янь с клинком в голове посмотрел на ворона:
— Скорее, догони Шаша, передай ей...
— Что передать Императорской принцессе? — спросил ворон.
Холод клинка был полностью поглощен Призрачной Ци. Ми Янь вытащил лезвие, его лицо было залито кровью, но взгляд его был полон безумной нежности:
— Скажи ей, что я не против быть наложником.
Слуги в ужасе отступили. Владыка окончательно сошел с ума.
***
Покинув Цзучжоу, Цин У не стала сразу возвращаться в мир людей, а заглянула к морю, чтобы набрать флягу морской воды. Вода в море была наполнена духовной энергией — сокровище для смертных, способное очистить от скверны и развить духовные корни. Кисть Судьи, ослепленная великолепием Десяти Континентов и Трех Островов, то и дело твердила, что вокруг одни сокровища. Но о деле она не забыла.
— Неужели мы зря вернулись на родину? — вздохнула Кисть. — Хотели разузнать о происхождении души Сяо Чэньяня, а в итоге — пустота.
— Почему же пустота? — спокойно ответила Цин У.
— А? — опешила Кисть. — Что мы выяснили?
Цин У покачала флягу:
— Принц Цанмин.
— ??? Что это значит? Ты хочешь сказать, что душа Сяо Чэньяня — это принц Цанмин? — Кисть была в полном замешательстве.
Она признавала, что Сяо Чэньянь парень что надо, но это же принц Цанмин! Рожденный от Ци Хаоса, он сиял так, что при его рождении звезды на Тридцати Шести Небесах светились ярче солнца. Если бы не Мятеж Сожжения Небес, нынешний Небесный Император мог бы быть совсем другим человеком.
Цин У ответила лениво:
— Если бы тот безумный павлин не упомянул Цанмина, я бы и не догадалась. Но он упомянул...
— И что это доказывает? — не унималась Кисть.
Цин У усмехнулась:
— Он сказал, что недавно был в Гуйсюе. Если посчитать время, он отправился туда сразу после того, как устроил переполох в Западном Городе Призраков. В тот момент я была в Наньлине, попала под его иглу, а потом в отместку выбросила его белое перо в отхожее место. У Ми Яня есть Зеркало Вечности, и после моей мести он наверняка подглядывал за мной — а Сяо Чэньянь тогда был рядом.
— Ты хочешь сказать, что Ми Янь отправился в Гуйсюй только после того, как увидел лицо Сяо Чэньяня? Это лишь твое предположение!
— Если бы он искал Клан У, он бы не назвал кражу костей шаманов «совпадением», — холодно ответила Цин У. — К тому же, он всё время уклонялся от ответа о своей истинной цели. Сначала начал нести чушь про моих «диких мужчин», потом переключился на принца, с которым я вообще никак не связана...
Цин У покачала головой. Она знала Ми Яня: он не делает ничего просто так.
Кисть Судьи чувствовала, что сейчас упадет в обморок.
— Если Сяо Чэньянь и правда принц Цанмин, то это... это просто немыслимо! А У, почему ты такая спокойная?!
— А что мне делать? — Цин У скривила губы. — В конце концов, если Сяо Чэньянь — это тот самый божественный щенок, которого я ненавижу больше всего, то роль моего старика в этой истории может оказаться куда более безумной. Надеюсь, я ошибаюсь и старик не натворил глупостей.
Цин У опустила взгляд, сжимая зубы:
— Вот именно поэтому бездушным живется легче. Стоит призраку отрастить сердце, как всё летит к чертям!
***
И без того шаткий тронный зал в Западном Городе Призраков, пострадавший от «семейной» битвы Цин У и Северного Призрачного Императора, рухнул наполовину.
— Ой, всё развалили. Пора валить, а то еще заставят платить за ремонт, — Цин У вытерла кровь из носа и, подпрыгнув, обняла за плечи хмурого Северного Призрачного Императора. — Дядя, если ты еще раз махнешь молотом у меня перед лицом, я правда стану отцеубийцей.
Северный Призрачный Император фыркнул, стремительно уносясь на черном облаке:
— Твою толстую шкуру всё равно молотом не пробить.
— Ой, как обидно. Как ты можешь так говорить о малышке, которую сам вырастил?
Лицо Императора позеленело от отвращения. Он попытался отцепить девчонку, но ее хватка была железной.
— Если еще раз попытаешься меня скинуть, я сяду тебе на шею! Давненько я не каталась на «лошадке».
Северный Призрачный Император скрежетал зубами, проклиная тот день, когда решил «вырастить это чудовище». Неужели в тот день, когда он посещал адские ямы, его разум затуманила скверна?
Северный Город Призраков находился на горе Лофэн, где также располагался Город Фэнду. На горе было шесть небесных пещер, в каждой из которых стоял дворец. Город Фэнду находился в первой, Зал Судей Цин У — во второй, а Северный Город — в третьей. Поэтому Цин У и выросла под присмотром Северного Призрачного Императора.
Войдя во дворец, он с силой оттолкнул ее:
— Проваливай к себе в Зал Судей.
— Не пойду, — Цин У уселась на трон, закинув ногу на ногу. — Ты меня побил, теперь выкладывай всё как есть.
Император долго указывал на нее пальцем, а потом тяжело вздохнул:
— Я не знаю, что именно произошло, когда ты проходила испытание в мире людей. Владыка наложил запрет, кто его снимет? Я знаю лишь два факта: перед уходом Владыка поручил тебе дело, какое — не знаю. И второе — твое испытание не было завершено.
Цин У подняла взгляд, в котором блеснула сталь:
— Я сама удивлялась, кто осмелился так жестоко расписать мою смерть, чтобы меня расчленили и съели. Каким должно было быть мое настоящее испытание?
Император покачал головой:
— Не знаю. Но кто-то явно не хотел, чтобы ты оставалась среди людей.
Цин У нахмурилась. Теперь было ясно: Клан У появился в мире людей еще десять лет назад. Испытание провалилось из-за них. Почему старик скрывал это?
Она посмотрела на Северного Призрачного Императора:
— Дядя, каково отношение старика к Клану У?
Император нахмурился:
— Кто ж знает? Он показался лишь раз, когда ты вернулась, а потом снова ушел в затвор.
— Тогда другой вопрос: каково ваше отношение к Клану У?
Северный Призрачный Император холодно посмотрел на нее:
— Я не хочу возвращения Клана У, но другие могут думать иначе. Их враг — Клан Богов, а для некоторых призраков прямого конфликта интересов нет. В конце концов, Клан У использует тела людей, а для Подземного царства чем больше смертей, тем больше призраков — это не так уж и плохо.
Цин У рассмеялась, и в ее глазах вспыхнул гнев:
— Глупо. Если не будет мира людей, откуда возьмется Подземное царство? Если не будет человечества, какой смысл в существовании Иньсы?

Комментарии

Загрузка...