Глава 3

Следом меня погрузили на носилки, отвезли в скорую помощь и доставили в больницу. Толпа медсестёр окружила меня и вкатила в отделение неотложной помощи. Врач задал мне пару простых вопросов о моём состоянии, а всё, что было после, я помню как в тумане из-за наркоза. Когда я очнулся после операции, прямо на меня пялилось чьё-то крупное лицо, а затем перед моими глазами замахали пухленькими ручонками.

— Ты очнулся, как себя чувствуешь? Какого чёрта ты творил, что за грандиозную заварушку устроил?! Брат глянул на тебя, когда тебя вывозили, — всего забинтованного, точь-в-точь мумия, — думал, ты уже не выкарабкаешься. Глянь-ка, в этой больнице на тебя столько всяких приборов понавешали, ещё и маску нацепили...

Морковка — настоящее имя Ху Бо — был моим другом детства, а Морковку он придумал себе сам. Он говорил, что его настоящее имя Ху Бо, созвучное со словом морковка, вот он и взял себе такое прозвище. Этот парень с самого детства был невероятным общительным экстравертом. Нервы у него тоже были толщиной с канат, а болтать он мог бесконечно. В этот момент у меня накопилась куча вопросов к нему, но я не мог говорить и был вынужден слушать его бесконечную болтовню. Мне уже начало надоедать, но поделать было ничего нельзя — тело не двигалось, и произнести хоть слово я не мог. Оставалось только смотреть на него и непрерывно моргать. Этот чудик ещё и переспросил меня, что случилось и не соринка ли попала в глаз! Когда от моргания глаза устали, я просто зажмурился. Заметив, что я закрыл глаза, он замолчал и вышел из палаты.

Спустя долгое время, из-за того, что лежать неподвижно было безумно скучно, я снова заснул. Когда я проснулся, на улице уже стемнело, и я увидел, что Ху Бо сидит с моим телефоном и кому-то пишет. Заметив, что я пришёл в себя, он тут же пояснил:

— Пишу нашей матушке, сообщаю, что всё в порядке. Как только с тобой стряслась беда, больница сразу позвонила мне — в твоей телефонной книге я самый частый абонент. Старушка пока ничего не знает, я ей ничего не говорил. Эти дни я буду вместо тебя каждый день писать нашей матушке и успокаивать её. Всё равно ты отроду никому не отправлял видеосообщения, так что вмиг это не раскроется.

Моё сердце было тронуто до глубины души, наверняка и за медицинские услуги заплатил Ху Бо. Зарплата у этого парня небольшая, к тому же он привык сорить деньгами, а пару дней назад еще и завел девушку на шесть лет младше. Наверняка его кредитки уже трещат по швам.

То ли у меня повреждены глаза, то ли нахлынули чувства, но слезы сами собой потекли из глаз. Мне так хотелось поблагодарить его, но вымолвить и слова не получалось. Толстяк Ху Бо, увидев мои слёзы, заплакал вместе со мной.

— Брат знает, как тяжело у тебя на душе, что выпало такое несчастье, но ты не унывай. Мы ещё живы, пока в нас теплится хоть капля дыхания...

В этот момент в палату кто-то вошёл. Поскольку я только что перенёс операцию и находился в палате под наблюдением, меня поместили в отдельную палату. Ху Бо выключил свет, чтобы не мешать моему отдыху, и поначалу я не разглядел, кто это. Лишь когда вошедший приблизился, я понял, что знаком с ним. Хоть на нём и была медицинская маска, его глаза врезались в память. Он был одним из тех, с кем я проходил собеседование в тот же день: сидел в самом углу, ни с кем не разговаривал, а его вытаращенные с кулак глаза намертво уставились на мониторы двух девушек-секретарей. За несколько минут до взрыва он отлучился в туалет и, судя по всему, чудом избежал гибели.

Ху Бо сначала обернулся на вошедшего, потом перевёл взгляд обратно на меня и спросил:

— Это кто ещё? Ты его знаешь?

— Ты кто такой? Братишка, кажись, палатой ошибся!

Мужчина с бычьими глазами даже не взглянул на Ху Бо, подошёл прямо к больничной койке, медленно запустил руку в карман, достал коробочку из-под экспресс-доставки размером с ладонь, передал её Ху Бо и тут же развернулся, чтобы уйти.

Мы с Ху Бо озадаченно переглянулись.

— Что за хрень? Ушёл и даже дверь закрыть не догадался, — проворчал он, направляясь к выходу со злополучной коробочкой в руках.

— Тяжёлая, зараза! Дай-ка я гляну, что там для тебя прислали!

С этими словами Ху Бо открыл то, что напоминало коробку. В тот момент, когда крышка откинулась, передо мной вспыхнула ослепительно-белая вспышка. Раздался оглушительный взрыв. Сразу после этого что-то горячее брызнуло мне прямо на лицо. Грохот взрыва заставил мои уши заложит от непрекращающегося звона. Слепота и глухота лишь усилили мой ужас.

Вскоре в мою палату сбежалась толпа врачей и медсестёр. После серии пронзительных криков я понял, что Ху Бо, судя по всему, не выжил. Один из докторов с предельной осторожностью убрал с моего лица то, что оказалось частью руки Ху Бо. Переведя взгляд на дверь, я увидел, что вся стена окрасилась в ярко-алый цвет, а на полу лежал мой лучший и единственный друг. Увидев чудовищные увечья Ху Бо, я почувствовал острую боль в груди, перед глазами всё померкло, и я потерял сознание.