— Я очень благодарна государству за поддержку, а также своему тренеру. Столько лет он был строг ко мне и возлагал большие надежды — только благодаря этому я сегодня стою здесь и могу прославить страну. Спасибо всем за поддержку и внимание, я буду продолжать усердно работать.
Линь Ваньи, улыбаясь, произнесла длинную речь в микрофон, её тон звучал совершенно естественно.
Су Юйли смотрела на это завороженно, но Су Юйцзянь вдруг вставил:
— Какая же она фальшивая.
Су Юйли усмехнулась:
— С чего ты взял?
Су Юйцзянь принял вид знатока:
— Послушай, что она говорит: всё официально, наигранно. Наверное, раз десять черновик правила. Почему она еще своих предков до седьмого колена не поблагодарила?
— Она ведь на международные новости выходит, каждое слово нужно тщательно взвешивать. Ошибется — и наживет себе врагов, — улыбаясь, заступилась за неё Су Юйли.
Су Юйцзянь поддел сестру:
— Сестрен, а почему ты в своих интервью такой мудрости не проявила? Посмотри, во что тебя превратили хейтеры.
Су Юйли лишь равнодушно пожала плечами.
Через десять минут ленты соцсетей взорвала новая новость:
【Сборная Китая по фехтованию на высоте! Новое пополнение: рождение чемпионки по рапире!】
Крупные СМИ принялись наперебой перепечатывать статью, и в глазах общественности новой чемпионкой по рапире стала Линь Ваньи.
После соревнований Линь Ваньи купалась в поздравлениях. Её тренер Фэн Сяолун был необычайно горд и уже вовсю планировал банкет для всей команды.
Поскольку он был новичком в этом деле, последние годы золото в женской рапире почти неизменно доставалось Су Юйли — любимой ученице Хань Юньчжао. А теперь, когда чемпионкой стала его воспитанница, Фэн Сяолун наконец-то мог вздохнуть с облегчением и гордо поднять голову. Он был на седьмом небе от счастья.
Соревнования учеников — это всегда и поединок учителей.
— Тренер Хань, раз уж Ваньи взяла золото, может, поужинаем вместе вечером?
Уголки губ Фэн Сяолуна подскочили куда-то к ушам.
Хань Юньчжао, глядя в телефон, совсем не хотел с ним разговаривать, но и показывать это слишком явно было нельзя, поэтому он прямо, но вежливо отказал:
— Тренер Фэн, у меня сегодня много дел, время не определено. Так что я не присоуединюсь, отдыхайте без меня.
Черт возьми, этот старик Фэн специально лезет на рожон?
Мысли Фэн Сяолуна: Твои люди всё равно снялись с соревнований, с чего бы тебе быть таким занятым? Просто боишься позора, вот и не хочешь идти.
— Тренер Хань, мы так редко собираемся все вместе. К тому же девочка сказала, что хочет угостить всех в честь победы. Мы, как наставники, не можем же отвергнуть такое доброе намерение?
Фэн Сяолун продолжал настаивать.
Хань Юньчжао инстинктивно хотел снова отказаться, но тут подошла сама Линь Ваньи:
— Тренер Хань, мы все представляем сборную Китая. Я впервые прославила страну, но эта честь принадлежит всем нам. Я очень благодарна нашей сборной. Хотя вы не мой тренер, я всегда вами восхищалась, поэтому, пожалуйста, пойдемте с нами.
У Хань Юньчжао был отличный слух, и трижды повторенное ею вежливое вы (нин) прозвучало для него особенно неприятно.
Он порывался отказать снова, но подошли остальные тренеры и начали взывать к его совести и логике. Казалось, если Хань Юньчжао не пойдет, это будет чуть ли не преступлением.
В конце концов, под их «давлением» он сдался.
Более того, они заставили его позвонить своей любимице Су Юйли и пригласить её тоже.
В два часа дня Су Юйли получила звонок от Хань Юньчжао.
— Тренер.
Хань Юньчжао начал издалека:
— Лили, соревнования закончились, ученица тренера Фэна завоевала чемпионство.
— Да, я видела по телевизору. — При упоминании об этом в душе Су Юйли снова шевельнулось чувство вины. — Тренер, простите меня.
— Что за глупости ты говоришь? Кто бы ни победил, это честь для нашей страны, — нарочито легкомысленно ответил Хань Юньчжао. — Линь Ваньи приглашает нас сегодня на ужин. Лили, ты можешь покинуть больницу?
Су Юйли спросила:
— Тренер, вы идете?
— Да.
Су Юйли была слишком умна, чтобы не понять: в такой обстановке Хань Юньчжао будет чувствовать себя неловко, и она, конечно, не могла оставить его одного.
— Хорошо, тогда я спрошу своего лечащего врача, можно ли мне отлучиться.
Хань Юньчжао напутствовал:
— Договорились. Если получится, дай знать, я заеду за тобой. Если врач запретит — слушайся его беспрекословно.
— Хорошо, я поняла.
Су Юйли положила трубку и обернулась к Су Юйцзяню.
Тот состроил испуганную гримасу:
— Ты сейчас хочешь выписаться?
— Не выписаться, просто выйти на ужин, это важно для команды, — объяснила Су Юйли и добавила: — Сходи, спроси врача Фан, могу ли я ненадолго покинуть больницу.
— Ни за что! — отрезал Су Юйцзянь.
Су Юйли покосилась на дверь, проверяя, не идет ли кто, и снова повернулась к нему:
— Ты не врач, твое мнение не считается!
— Сестрен, мама, уезжая, строго-настрого наказала мне ни на шаг от тебя не отходить. Если ты сбежишь, мама меня убьет! — Су Юйцзянь выглядел несчастным.
Су Юйли бросила на него взгляд, прекрасно зная своего брата:
— Убить — вряд ли. Скорее, заблокирует твою кредитку и перекроет источник доходов.
Су Юйцзянь скривился в отчаянии:
— Это даже хуже, чем смерть!
— Меньше слов. Если не хочешь спрашивать, я пойду сама, — сказала она и собралась встать с кровати.
Су Юйцзянь испугался: если она снова упадет, госпожа Ду точно лишит его денег. Он тут же подхватил сестру:
— Ладно, ладно, не вставай! Я спрошу, я спрошу!
Через две минуты в палату вошла Фан Юэтао с серьезным лицом.
— Госпожа Су, вы хотите выписаться?
Су Юйли знала, что здесь всё зависит от врача, поэтому вежливо объяснила:
— У меня ужин с друзьями, это очень важно.
Фан Юэтао просмотрела её карту:
— Хотя остальные показатели в норме, у вас гипс на плече. Я не могу позволить вам уйти одной.
Конечно, не может — если Гу Сяо узнает, он обязательно обвинит её в плохом уходе.
Су Юйли развеяла её сомнения:
— Доктор Фан, не волнуйтесь, мой брат сказал, что будет рядом со мной всё время.
Су Юйцзянь, стоявший рядом, лишь усердно закивал.
Фан Юэтао поняла: если она не разрешит, Су Юйли наверняка попытается сбежать тайком.
— Хорошо. Пусть медсестра измерит давление и температуру, и чтобы к одиннадцати вечера вы были здесь.
Су Юйли слегка улыбнулась, её голос был очень мягким:
— Спасибо, доктор Фан.
Фан Юэтао кивнула и вышла из палаты.
Когда эта девушка улыбалась, на её щеках появлялись глубокие ямочки — такие милые и чистые. Словно ветер, который волнует душу. Или словно вино — от одного запаха можно опьянеть.
Неудивительно, что Гу Сяо потерял голову.
Тем временем Гу Сяо получил звонок.
— Третий молодой господин, мы всё выяснили.
***
Гу Сяо: Госпожа Су, почему эти дни я появляюсь только в сообщениях или по телефону? Я даже кадра в фильме не заслуживаю?
Автор: Эм... извините, того требует сюжет.
Гу Сяо: Когда я уже появлюсь?
Автор: Завтра! Завтра я обязательно тебя покажу!
***
Пока Линь Ваньи купалась в поздравлениях, её телефон вдруг зазвонил. Она взглянула на экран, и лицо её побледнело, а праздничное настроение улетучилось.
— Госпожа Линь, поздравляю с победой.
В трубке звучал низкий, тяжелый мужской голос.
— Чего ты опять хочешь? — Линь Ваньи отошла в безлюдное место и понизила голос.
— Чего я хочу? Конечно, поздравить тебя. Но, кстати, не хочешь ли ты взглянуть, как именно тебе досталась эта победа? — Мужчина начал провоцировать.
— У Цяо, я заплатила тебе всё, чего еще ты хочешь?
У Цяо усмехнулся:
— Ха! Те гроши, что ты дала, — это подачка для нищих! Слушай меня: до завтрашнего дня переведи мне миллион, иначе я расскажу всему миру, как ты стала чемпионкой.
— У Цяо, не наглей! — Лицо Линь Ваньи посинело. Хотя она пыталась держаться, внутри у неё всё дрожало от страха.
У Цяо, видимо, привык к таким грязным делам:
— Называй это как хочешь, Линь. Мы с тобой оба не святые. Повторяю: до завтра мне нужен миллион. Не думай, что я блефую. Тот фрагмент видео, которого не хватает, у меня. Если не купишь, я найду покупателя, который заплатит больше.
У Цяо был наглым, и Линь Ваньи кипела от ненависти, но ничего не могла поделать. Кто просил её быть такой слепой и связаться с ним?
Линь Ваньи повысила голос:
— Хорошо. Где ты? Я приеду.
Положив трубку, она нашла Фэн Сяолуна и сказала, что ей нужно срочно отлучиться, пусть остальные начинают ужин без неё. Фэн Сяолун не стал расспрашивать и лишь попросил быть осторожнее — теперь она знаменитость, лучше надеть маску.
Этот У Цяо работал в службе безопасности стадиона и отвечал за камеры наблюдения. Он просто вырезал момент, когда Линь Ваньи заносила деревянный ящик в тренировочный зал, и сохранил копию у себя.
***
В пять часов вечера Хань Юньчжао приехал в больницу за Су Юйли, прихватив заодно и Су Юйцзяня.
Они сели в такси: Хань Юньчжао впереди, Су Юйли и Су Юйцзянь сзади.
Су Юйцзянь, конечно, не знал, что этот ужин — западня, и думал, что просто идет поесть на халяву.
— Брат Хань, у вас в сборной так много свободного времени? Даже во время соревнований успеваете банкеты устраивать.
Хань Юньчжао сухо пояснил:
— Соревнования по фехтованию сегодня завершились.
— А, понятно. Брат Хань, а тот недостающий фрагмент видео так и не нашли? — вдруг вспомнил Су Юйцзянь.
Хань Юньчжао покачал головой, сказал, что расследование продолжается. Су Юйли промолчала.
Когда они пришли в ресторан, Фэн Сяолун уже хлопотал, разливая чай.
Су Юйли села и отправила сообщение Гу Сяо: 【Адвокат Гу, вы были сегодня на соревнованиях?】
Адвокат Гу: 【Был. Как ты себя чувствуешь?】
Су Юйли: 【Уже лучше, через пару дней выпишусь.】
В это время на окраине города, в темном складе, на старой бочке сидел человек.
Он ответил: 【Хорошо. Я закончу дела и приеду к тебе.】
Он прекрасно знал о состоянии Су Юйли, ведь Фан Юэтао докладывала ему не меньше трех раз в день.
Су Юйли улыбнулась: 【Я сейчас на ужине, скоро вернусь в больницу.】
Адвокат Гу: 【Хорошо.】
Су Юйли убрала телефон.
Фэн Сяолун начал вступительную речь:
— У Ваньи возникло срочное дело, она задержится. Давайте пока поболтаем, подождем её.
Полноватый мужчина рядом с ним заметил:
— Твоя ученица — главный герой вечера, а её нет. Мы, массовка, пришли вовремя, а она опаздывает.
Женщина-тренер подхватила:
— Это точно. Но, старина Фэн, таланты действительно сменяют друг друга, каждое новое поколение превосходит старое.
Молодой парень с льняными волосами начал подлизываться:
— Точно-точно! Тренер Фэн, я еще когда был в команде Цинху, слышал о вашей славе. А вживую вы выглядите так энергично, сразу видно — мастер своего дела.
— Старина Фэн, когда дашь Лак Сян попрактиковаться с Ваньи? Пусть и наша Лак Сян прикоснется к лучам славы чемпионки, — продолжила женщина-тренер.
— Верно, у Фэна глаз наметан. Она ведь к нам на отбор приходила, а меня тогда не было. Такое сокровище упустили, к тебе в команду ушла.
— Тренер Фэн, после соревнований обязательно поделитесь опытом, чтобы мы тоже могли воспитать чемпиона мира!
Фэн Сяолун был на седьмом небе от счастья — именно ради этого он и затеял банкет. Но показывать это слишком явно было нельзя, пришлось прикинуться скромником:
— Ваньи победила только благодаря удаче, ха-ха, спасибо всем за добрые слова.
Улыбка не сходила с его лица, складки на нем могли бы прихлопнуть муху.
За столом все оживленно болтали, и только трое молчали.
Су Юйцзянь наконец понял, к чему всё идет: они позвали его сестру, чтобы публично унизить?
Он с силой грохнул столовыми приборами о стол. Звук эхом разнесся по кабинету.
Все замолчали и уставились на него.
Су Юйцзянь с редким выражением вины сказал:
— Простите, прервал вашу беседу. Я с обеда ничего не ел, руки совсем слабые, чашку держать не могу.
Подтекст: хватит нести чушь, давайте уже кормите меня.
— И еще, моя сестра здесь после травмы, врач строго запретил ей голодать. — Он посмотрел на её загипсованное плечо с нескрываемой болью. — Кто тут вообще угощает? Пригласили людей, а сами не пришли. Еду-то подавать будут? Если пациентке станет плохо от голода, кто ответит?
Су Юйли взглянула на брата, обменявшись с ним понятным только им взглядом: Юйцзянь, молодец.
Су Юйцзянь: Конечно, а ты как думала?
За столом воцарилась тишина. Фэн Сяолун смутился, достал телефон и, выдавив улыбку, сказал:
— Извините, извините, я позвоню Ваньи, узнаю, что там.
Он звонил несколько раз, но Линь Ваньи не брала трубку.
— Простите, она не отвечает. Давайте не будем ждать, подавайте блюда, — неловко улыбнулся Фэн Сяолун официанту.
***
На заброшенном складе Гу Сяо поднес экран телефона к лицу свернувшейся на полу женщины:
— Это ведь вы, госпожа Линь?
Голос был тихим, без лишних эмоций.
Линь Ваньи, связанная по рукам и ногам, всмотрелась в экран: там было то самое видео, где она ставит ящик в зале.
Она вскрикнула от изумления:
— Откуда у вас это?
Гу Сяо спокойно ответил:
— Деньги могут многое. Как и госпожа Линь, которая с их помощью совершила немало гадостей.
Линь Ваньи испугалась:
— Я нет! Это не я!
— Мне уже не нужны ваши ответы. — Гу Сяо поднялся, подошел к ней и присел. Движения его были элегантны, но в глазах светились острота и жестокость, хотя тон оставался нежным: — Вы повредили её плечо. Как думаете, что мне теперь с вами сделать?
Поняв, что перед ней крайне опасный человек, Линь Ваньи вжалась в пол, её голос дрожал:
— Чего вы хотите? Что вы собираетесь делать? Я заявлю в полицию!
Гу Сяо встал, повернулся к ней спиной, не желая даже смотреть:
— Полиция? Госпожа Линь, можете попробовать. Посмотрим, кто в Ичэне осмелится лезть в мои дела.
Он застегнул манжеты, отступил на два шага и небрежно бросил человеку, стоявшему за спиной:
— Мэн Тянь.
— Есть. — Мэн Тянь подчинился и подошел к дрожащей женщине. В руках у него была деревянная палка.
Линь Ваньи не знала, что они задумали, её лицо исказилось от ужаса:
— Что вы делаете? Вы не можете! Это противозаконно, я... я...
Не успев договорить, она потеряла сознание от боли.
Гу Сяо — адвокат, человек чести, поэтому он всегда действует законными методами. Например, отправляет официальные письма от имени юридической фирмы. Но когда нужно, он пользуется и темными методами. Например, только что приказал Мэн Тяню сломать правую руку Линь Ваньи.
Ресторан «Цзюйхуа».
Фэн Сяолун как раз заканчивал ужин, когда ему позвонили.
Присутствующие посмотрели на него и увидели, как лицо Фэн Сяолуна чернеет на глазах:
— Что вы сказали?
На другом конце что-то ответили, и Фэн Сяолун вскочил, его голос дрожал:
— Рука сломана?
Помолчав несколько секунд, он сказал:
— Я понял. Сейчас буду в больнице.
Положив трубку, он сослался на срочные дела, расплатился и ушел. Остальные тоже уже закончили и потянулись на выход, но догнать машину Фэн Сяолуна уже не смогли.
Су Юйцзянь сказал, что у него есть дела в городе, и, проводив Су Юйли до четвертого этажа больницы, ушел.
Су Юйли вошла в отделение. В коридоре было шумно, пациенты в халатах кучковались у окна.
— Слышали? Из реанимации перевели пациентку в 406-й VIP-номер, — сказал один.
— Говорят, какая-то знаменитость, чуть ли не чемпионка с сегодняшнего чемпионата мира, — отозвался второй.
— Да ну? Она что, на соревнованиях пострадала?
— Кто знает? Но говорят, всё серьезно.
— Я слышал, как врач сказал: рука сломана. И так сильно, будто её специально ломали.
— Что? Кто-то избил? Может, месть? Лучше нам не вмешиваться.
Пациент оказался прав — это была месть.
Су Юйли прошла мимо, краем уха услышав разговор. Она подошла к 406-й палате, заглянула в стекло на двери: у кровати стояли двое — врач в белом халате и Фэн Сяолун.
Она не видела лица лежащей, но догадалась — это Линь Ваньи.

Комментарии

Загрузка...