Глава 14

В час дня и пятнадцать минут праздничный обед в честь дня рождения, продлившийся целых сорок минут, официально подошёл к концу. Гости один за другим перебрались в гостиную, оставив в столовой полный разгром: гору пустых тарелок, недоеденную еду, объедки и остатки праздничного торта.

— Товарищи, времени ещё предостаточно, чем займёмся дальше? — лениво протянул Жо Чэнь, полулёжа на диване.

— Давайте пойдём в караоке, я ещё не напелась, только что пели песню в честь дня рождения, а мне всё мало, — с надеждой произнесла Цзюаньцзы.

— Можно и так, выбор у нас всё равно невелик: пройтись по магазинам, попеть или сходить в кино, — поддержала её Сяо Ли.

— Никакого караоке, давайте лучше в кино, в Америке как раз вышел крутой блокбастер, — высказал другое мнение Лю Ли.

— Черт бы тебя побрал, А-Ли, если уж идти в кино, то точно не на американский блокбастер, лучше на отечественный фильм, — запротестовала Цзюаньцзы.

— Американский!

— Отечественный!

— Может, сходим по магазинам?

— Ни за что, тогда я лучше вернусь в общежитие спать.

— Ну тогда всё-таки в караоке.

......

На какое-то время все заспорили, но к единому мнению так и не пришли.

— Никуда мы не пойдем, будем развлекаться прямо дома, — наконец, выслушав все споры, подытожил Жо Чэнь.

— И чем же мы дома будем развлекаться? — недоуменно переглянулись остальные.

— Как насчёт «Убийства трех королевств»? — предложил Жо Чэнь.

— Не любим, — обе девушки выразили протест.

— Тогда фильм посмотрим? — продолжил предлагать Жо Чэнь.

— Мы же только что решили никуда не идти? — гости снова растерялись.

— Вы что, не видели тот Apple в кабинете? Разве не то же самое — притащить его сюда и посмотреть фильм? Когда я учился в университете, мы в общаге вечно так делали, нашу комнату даже звали кинотеатром 302, ха-ха.

— А идея неплохая, — единогласно одобрили все.

Спустя мгновение Тяньлинь со вздохом перетащил компьютер в гостиную, и всё было готово к просмотру.

— Что будем смотреть? — озадаченно погрузился в раздумья Жо Чэнь. — Как насчёт ужастика? Смотреть ужастики вот так, тесно сбившись в кучу, невероятно атмосферно, правда же? — этот горе-советчик продолжал подкидывать дурацкие идеи. Разумеется, обеим девушкам такое предложение Жо Чэня пришлось по душе. Кто там говорит, что женщины должны быть хрупкими? Три особы перед ними отличались на редкость крутым нравом: они с суровой решимостью единогласно проголосовали за фильм ужасов, с такой же суровостью подавив любые протесты со стороны троих парней. В итоге все «единогласно» сошлись на ужастике, а именно на картине «Возвращение Саджоку», которую отрекламировал Жо Чэнь. Сама она называла этот фильм главным разочарованием своих студенческих лет, потому что тогда соседи по комнате досмотрели «Саджоку», пока она ходила на занятия по партийной подготовке, и в итоге про Саджоку она была только слышала, но воочию не видела, и всё в таком духе.Наконец-то начался показ. Шестеро человек тесно уселись вокруг компьютера, переполненные волнением и пылая энтузиазмом. Цзюаньцзы и Сяо Ли забились в объятия своих парней, с головой погрузившись в пугающую атмосферу. Этот страх исходил не только от самого фильма, но и от истошных воплей, которые Жо Чэнь издавала безо всякого предупреждения. Порою крики Жо Чэнь звучали куда страшнее самой картины, так что обе девушки разом прижались к своим возлюбленным. Две парочки крепко обнимались; А-Ли и Вэньтао, казалось, тоже увлеклись фильмом, но инициативу со стороны подруг принимали охотно вовсе не потому, что хотели воспользоваться моментом и полапать девушек — просто они сами ужасно боялись. В итоге Жо Чэнь и Тяньлинь оказались в полной изоляции. Жо Чэнь, не найдя другого выхода, бессовестно вцепилась в руку сидевшего рядом Тяньлиня, а второй рукой закрыла себе глаза, осторожно наблюдая за фильмом сквозь пальцы. Тяньлинь всё это время смотрел на Жо Чэнь с улыбкой на лице, позволяя ей держаться за его руку. Сейчас у Жо Чэнь и Тяньлиня наблюдалась одна и та же физиологическая реакция: учащённое сердцебиение и нервное напряжение. Вот только разница заключалась в том, что Жо Чэнь испытывала это из-за мрачной атмосферы фильма ужасов, в то время как Тяньлинь с самого начала даже не пытался понять, что там транслирует монитор. Подобная реакция возникла у него исключительно из-за так называемой любви, из-за шалостей гормонов. В этот момент он с легкой досадой глядел на погруженную в жуткию атмосферу Жо Чэнь и мог лишь горько усмехаться. Ощущая некоторую неудовлетворенность, он исподтишка взял Жо Чэнь за руку. На сердце было сладко и тревожно, но при этом требовалось сохранять самый невозмутимый вид. К сожалению, у Жо Чэнь совершенно не было времени разбираться с его маскировкой: она целиком и полностью ушла в фильм и вовсе не находила достаточным чувство безопасности, исходившее от ладони Тяньлиня. Прошло совсем немного времени, как она высвободила руку из его хватки и снова вцепилась ему в локоть.

Возможно, экран компьютера передавал картинку чересчур четко и реалистично: когда в кадре из телевизора со злобной гримасой вылезла Садако, это зрелище полностью перешло пределы того ужаса, который Жо Чэнь была способна вынести. С пронзительным визгом она стремглав бросилась в объятия Тяньлиня. Теперь гостиная целиком и полностью превратилась в картину мирно воркующих парочек.

Прячась в объятиях Тяньлиня, Жо Чэнь даже не осознавала всю двусмысленность своего положения. Её тело от страха оцепенело и напряглось до предела, она не смела сделать и движения, обеими руками вцепившись в одежду Тяньлиня и наглухо зажмурившись, не решаясь открыть глаза.

Тяньлинь, чей разум был временно одурманен счастьем, быстро заметил странное состояние Жо Чэнь.

— Не бойся, всё хорошо, — мягко успокоил он её.

— Она уже прошла? Садако всё еще там? — Жо Чэнь не смела даже поднять голову, чтобы взглянуть на монитор, и тревожно пряталась на груди у Тяньлиня.

— Если боишься, давай больше не будем смотреть. Пойдем, я побуду с тобой в кабинете.

В кабинете Тяньлинь заботливо налил Жо Чэнь чашку чаю. Жо Чэнь немного стыдилась своего недавнего малодушного поступка и, высказав пару претензий насчет того, насколько пугающей оказалась Садако, молча уселась в одиночку успокаивать испуганную душу. Тяньлинь тоже тихо опустился на стул и взял первую попавшуюся книгу, однако его взгляд то и дело возвращался к Жо Чэнь, сидевшей на ковре у панорамного окна. Прижавшись спиной к книжному шкафу и обхватив колени руками, она о чем-то задумалась. Взгляд ее казался слегка затуманенным, лишенным привычной живости. Подобное состояние Жо Чэнь сама недавно называла спячкой сознания. Тяньлинь невольно улыбнулся: он-то подумал, что Жо Чэнь хочет спать, и даже предложил ей отправиться в спальню, но Жо Чэнь отказалась, сославшись на то, что в кабинете хорошее освещение. Судя по всему, она просто хотела немного потать в облаках. Тяньлинь опомнился и перевел взгляд на книгу в своих руках. В этот момент в кабинете стояла такая абсолютная тишина, что Тяньлинь мог отчетливо слышать собственный вздох. В подобной обстановке читать было совершенно невозможно, поэтому он снова поднял голову и в упор уставился на Жо Чэнь. Девочка отрешенно смотрела на ковер, словно разглядывая что-то, но в то же время будто ничего перед собой не видя. Тяньлинь внезапно понял, что даже вот так просто, молча наблюдая за ней, он чувствует себя совершенно счастливым. Вспомнив недавнее случайное объятие Жо Чэнь, он не смог сдержать улыбку. Быть может, Тяньлинь был слишком самоуверен, а быть может, его мысли казались слишком романтичными, но ему чудилось, что эта девушка перед ним непременно станет его возлюбленной, его женой. Она обязана полюбить его — точно так же, как он сам незаметно для себя попал в ее сети. Именно поэтому он не спешил завладеть ею, полагая, что у него хватит терпения дождаться, пока она сама постепенно приблизится к нему, шагнет в его жизнь, в его судьбу. Ему казалось, что сам этот процесс должен быть наполнен счастьем. Однако он даже не подозревал, что на самом деле сердце Жо Чэнь уже давно утонуло в пучине чувств, но вовсе не к нему.