Лицо Нин Чжо оставалось непроницаемым, как лед. Хотя они с Му Лань и состояли в браке, это был сугубо политический союз, лишенный реальных чувств.
С самого начала все держалось в строжайшем секрете, о котором знало лишь узкое круг лиц того времени.
В этом заключалось негласное правило праведных путей.
Нин Чжо вовсе не удивился тому, что об этом прознала Шуан Лин. Как-никак, принцесса происходила из королевской семьи, и узнать внутренние тайны для нее не составляло труда.
Но вываливать этот секрет при всем честном народе прямо здесь и сейчас...
Шуан Лин нарушила негласное правило праведных сект, совершив вопиющую провокацию.
Нин Чжо в упор посмотрел на принцессу.
Шуан Лин холодно усмехнулась:
— Мелкий сопляк, в вашей семье Нин так принято не уважать старших? Я – принцесса государства Лянчжу, практик стадии Зарождения Души и твоя старшая. Ты ведешь себя слишком дерзко.
Нин Чжо слегка улыбнулся:
— Я родом из государства Наньдоу и прибыл сюда по зову вашего государя, чтобы поддержать праведный путь и сразить демонических еретиков из Леса Тысячи Пиков.
— Мне всегда казалось, что государь Лянчжу уважает мудрецов и ценит таланты, являя собой пример для всех правителей. Но сегодня, глядя на принцессу, я ощутил нечто совершенно иное.
— С каких это пор высочайшая особа позволяет себе так давить на младшего? Какая в этом логика?
— Неужели таков общий подход государства Лянчжу к бродячим практикам, прибывшим на войну?
Лицо Шуан Лин тут же заметно перекосило.
Нин Чжо с порога навесил на нее столь громкий ярлык, что ее высокое происхождение вмиг обернулось слабым местом.
Властелин Бессмертного Города Цанлинь сообразил, к чему идет дело, и поспешил вмешаться, сглаживая углы.
Шуан Лин с натужной усмешкой ткнула пальцем в сторону Нин Чжо:
— Мелкий пакостник, а язык подвешен неплохо, занятно. Поле брани штука опасная, надеюсь, я еще увижу тебя после этой великой битвы.
Ораторского таланта у Шуан Лин явно не хватало, а получив мягкую затрещину от Нин Чжо, она охотно ухватилась за предложенный городским главой стул, уселась на него и больше не пыталась цепляться к парню.
И хотя словесных перепалок больше не было, на последовавшем за этим аукционе принцесса то и дело вставляла палки в колеса Нин Чжо.
Стоило Нин Чжо положить глаз на какую-нибудь кукольную утварь, как она тут же перебивала цену, используя свое положение и давя авторитетом – ее враждебность била ключом.
В итоге к концу торгов Нин Чжо ушел почти с пустыми руками.
— Я немного рассержен, — признался Нин Чжо Му Лань по дороге домой.
Му Лань задумчиво произнесла:
— Она – особа королевских кровей, прославившаяся давным-давно. Принцесса Искусности гремит на всю страну, будучи мощнейшим козырем среди практиков Зарождения Души нашей королевской семьи.
— Нет смысла идти с ней на прямой конфликт – мы слишком много потеряем.
Му Лань вовсе не горела желанием защищать честь Нин Чжо.
Хотя Шуан Лин и сорвала покровы с их брака, растоптав негласный договор праведников, саму Му Лань это волновало мало.
С одной стороны, с детства воспитанная старым генералом Му, она была беззаветно преданна государству Лянчжу. С другой – ей было плевать на подобные сплетни. В глубине души она даже радовалась, что их союз выплыл наружу, ведь это окончательно закрепляло за ней статус жены Нин Чжо.
Если бы удалось окончательно разрушить помолвку Нин Чжо с королевским домом Наньдоу и намертво привязать его к поместью генерала Му, Му Лань была бы только счастлива.
Чем дольше она общалась с Нин Чжо, тем сильнее он ее привлекал.
«Дядя Чжан куда старше меня, глаз у него наметан – он давным-давно понял, что Нин Чжо – идеальный муж для меня».
Нин Чжо был юн, богат, обладал запредельными успехами в Пяти Стихиях, владел множеством марионеток и, несмотря на скромную стадию Основания Фундамента, по силе не уступал практикам стадии Золотого Ядра.
Его стратегический ум, умение ладить с людьми, а также способность безупречно справляться с обязанностями советника и распорядителя в лагере трех генералов – всё это Му Лань видела своими глазами.
«Те трое грубиянов из лагеря трех генералов нуждались в том, чтобы Нин Чжо вел их учет и считал ресурсы. Неужели в моем Лагере Красных Цветов он не пригодится?»
Му Лань уже строила планы на парня.
Нин Чжо, вдоволь попрощупывав почву, мгновенно раскусил намерения Му Лань и замолк.
Всю дорогу они хранили молчание. Стоило им выйти за городские ворота, как Нин Чжо тут же отделился от нее и ускакал к себе в лагерь спать.
В последующие дни он занимался главным образом тренировками, а во вторую очередь – культивацией.
В свободное время Нин Чжо наведывался в город, пытаясь скупать механические постаменты, но всякий раз обнаруживал, что принцесса Искусности скупила их оптом.
— Зять! Зять из генеральского поместья, поистине поздравляю вас!
— Господин Нин, прошу вас, займите почетное место.
— Господин Нин, хозяин моего ничтожного заведения приготовил для вас скромный банкет в таверне, окажите честь.
С тех пор как их брак с Му Лань перестал быть тайной, каждый шаг Нин Чжо в Бессмертном Городе привлекал всеобщее внимание.
Ему пришлось скрывать лицо под личиной, чтобы совершать хоть какие-то закупки.
Но и это не помогло – постаментов он так и не достал.
Все они были выкуплены Шуан Лин, которая задействовала свое положение и прижала к ногтю все торговые лавки города, забрав товар подчистую.
— Это уже переходит границы. Малыш Нин, кажется, пришло время выйти в свет нашему «Старому Демону из Камня»! — Сунь Линтун искренне возмущался за друга. Однако Нин Чжо покачал головой и холодно рассудил:
— Принцесса Искусности Шуан Лин тоже сильна в массовом управлении куклами. Она прибыла в Бессмертный Город Цанлинь в страшной спешке, о чем даже Шуан Цзин не подозревал.
— И едва объявившись в городе, принялась грести лопатой любые материалы, выкупив под ноль все постаменты. Очевидно, она отчаянно готовится к войне.
— Травля нас – лишь попутное развлечение.
— Раз уж она принцесса Лянчжу, то наверняка владеет куда более достоверными сведениями. Быть может, день нашего возвращения на передовую уже не за горами.
Анализ Нин Чжо попал точно в яблочко.
День выступления арьергарда настал даже раньше, чем он предполагал.
Всего три дня спустя поступил воинский приказ. В ту же ночь тыловые войска снова снялись с мест.
На марше каждый армейский лагерь неизменно двигался в боевых порядках, проявляя предельную осторожность. Малейший шорох заставлял их останавливаться и занимать оборону – становилось очевидно, что прошлая засада оставила глубокую психологическую травму у очень многих.
На сей раз переход прошел тихо и мирно.
Армия Золотых Алебард, Лагерь Красных Цветов, Лагерь Свирепых Демонов, Лагерь Белого Нефрита, лагерь трех генералов и Лагерь Огненного Облака благополучно добрались до ставки главнокомандующего – в городок Мулунь.
Читайте... книги... на... 6... 9... книге...!
Главнокомандующий тремя армиями государства Лянчжу, Ду Тяньчуань, начал принимать военачальников поочередно.
Когда настала очередь лагеря трех генералов, Ду Тяньчуань отдал прямой приказ: велеть военному советнику Нин Чжо тоже явиться на аудиенцию.
Так Нин Чжо вместе с троицей Лю, Гуан и Чжана впервые воочию встретился с великим практиком стадии Превращения Духа – Ду Тяньчуанем.
Ду Тяньчуань выглядел поджарым, его лицо отличалось резкими чертами, брови и глаза казались острыми, как клинки, а взгляд – глубоким и невозмутимым. Кожа отдавала легкой бледностью. На голове он носил серебристый венец, стягивающий волосы, был облачен в серо-зеленые длинные одежды, поверх которых красовались серебряные доспехи, источавшие суровую воинскую ауру.
После того как Лю, Гуан, Чжан и Нин доложили о прибытии, Ду Тяньчуань глухо хмыкнул и перевел взгляд на Нин Чжо.
Он произнес:
— Молодой господин Нин, прошу вас, присядьте.
Троица Лю, Гуан и Чжан сохраняла почтительные лица, и лишь Лю Эр слегка приподнял бровь.
Нин Чжо поблагодарил его и примостился лишь на краешек стула, положив руки на колени и выпрямившись по струнке.
Ни статус военного советника, ни происхождение рода Нин сами по себе не могли заставить великого практика Превращения Духа, главнокомандующего тремя армиями, оказывать столь показное уважение.
Ключем ко всему был статус мужа Му Лань, зятя из поместья генерала Му!
Ду Тяньчуань ободрил всех четверых дежурными словами и отпустил.
По дороге обратно троица Лю, Гуан и Чжан обменивалась впечатлениями о Ду Тяньчуань через духовную связь.
Лю Эр отсутствовал мыслями далеко.
Его снедало навязчивое чувство несправедливости: Нин Чжо удостоился такого приема лишь потому, что стал мужем Му Лань. Но согласно воле правителя, настоящим мужем Му Лань должен был стать он!
При этой мысли на сердце у Лю Эра скребли кошки, и время от времени он бросал на Нин Чжо взгляды, полные скрытого холода.
Вернувшись в свой шатер, Нин Чжо приступил к обычной вечерней практике, циркулируя энергию по трем киноварным полям и взращивая драгоценные эликсиры.
Глубокой ночью над всем городком Мулунь внезапно взвился пронзительный звон тревожного колокола.
— Нападение врага!
— Этот звон означает, что к нам прорвались неприятели!
— Да еще какие сильные враги!!
Все подразделения мгновенно отреагировали, и именно в такие моменты лучше всего было видно, какой из отрядов натренирован лучше других.
Без тени сомнения, Лагерь Красных Цветов вырвался в лидеры, хотя Армия Золотых Алебард отставала совсем ненамного.
Нин Чжо тут же прервал медитацию, выскочил из шатра и объединился с тремя генералами.
Те действовали даже быстрее него: уже оседлав коней, они вовсю собирали солдат.
Кукольное войско Нин Чжо было куда удобнее живых людей тем, что его можно было носить с собой.
И все же сейчас Нин Чжо предпочл сначала влиться в войско трех генералов, чтобы оценить масштаб бедствия, а уже потом принимать решения.
Однако, прождав некоторое время в неведении, они дождались дозорных, которые доложили: вокруг не обнаружено ни малейших следов неприятеля.
— Ложная тревога?
Стоило этой мысли промелькнуть в голове, как пришел новый приказ.
Содержание приказа оказалось настолько потрясающим, что во избежание паники в войсках его сообщили только военачальникам и высшему командному составу.
— Что?! На главнокомандующего Ду Тяньчуаня совершено покушение, он тяжело ранен?!
— Кто посмел сделать такое?
— Молодой господин Шэн Сюй?!
(Конец главы)

Комментарии

Загрузка...