Изначально мягкая позиция Цилиня сбила Джэ Хёка с толку.
Цилинь предпочёл выбить Джэ Хёка со сцены, а не целиться в его жизнь. Уже по одному этому было ясно: его главной задачей было держать Джэ Хёка и его меч как можно дальше от Чжан Сосо.
Вмешавшись в дуэль, Цилинь фактически признал победу Джэ Хёка. Для его гильдии Чёрного дракона это было страшным унижением, но он всё равно пошёл на это.
Их отношения наставника и ученицы действительно были искренними.
Поняв это, Джэ Хёк молча укрепил решимость убить Чжан Сосо.
— Ты...! Ты, проклятый...!
— Я сказал, что заставлю тебя испытать боль, какой нет равных. Нет боли хуже, чем потеря члена семьи.
— Мерзкое отродье!
В глазах Цилиня тлела ярость.
Всю жизнь он стоял на голову выше окружающих и потому с годами естественно приобрёл терпеливую, расслабленную манеру — такую, какая бывает у взрослого среди детей.
Но теперь...
Чжан Сосо лежала в луже крови на краю арены.
Тонкие сосуды в глазах Цилиня полопались.
Во второй раз в жизни он ощутил настоящую ярость. Первый был восемь лет назад, когда он загнал Якшу в ловушку и едва не погиб сам.
— Я убью тебя!
— Я, Цзинь Юн, заявляю это! Кан Джэ Хёк! Ты убил три национальных достояния и шесть кандидатов в национальные достояния Китая, а также попытался навредить моей преемнице. Ты заплатишь жизнью!
Яростный крик Цилиня транслировался по всему миру.
Последствия были огромны.
Перед началом этой казни... дуэли Чёрный дракон уже обвинил Джэ Хёка в убийстве шести китайских кандидатов в национальные достояния, но даже у этого обвинения не было доказательств, кроме собственного признания Джэ Хёка.
По-настоящему в это никто не верил.
В конце концов, даже если Джэ Хёк использовал ловушки и уловки внутри Сумеречного королевства, как мог юный мальчишка в одиночку убить шестерых кандидатов?
Прежде всего Китай был сверхдержавой в том, что касалось игроков. У него имелся избыток талантов, а это вело к ожесточённой конкуренции и, в свою очередь, рождало одних из величайших игроков на азиатском континенте.
Многие китайцы верили, что некоторые их кандидаты могут соперничать даже с национальными достояниями более слабых стран. Поэтому мысль о том, что Джэ Хёк, никому не известный мальчишка из отсталой Кореи, не только убил шестерых китайских кандидатов, но и трёх национальных достояний высшего ранга, звучала для китайцев просто абсурдно.
— Быть не может!
— Абсурд! Среди трёх национальных достояний, пропавших в Корее, был Феникс! Сам Феникс!
— Д-да. Цилинь, должно быть, преувеличил, чтобы оправдать вмешательство старшего.
Феникс был сильнейшим ранкером Китая, даже выше Цилиня. Не могло быть, чтобы он погиб от руки такого ребёнка, как Джэ Хёк.
Именно в это они хотели верить, но...
Вся толпа посмотрела на Чжан Сосо.
Её разорванное платье пропиталось кровью, а некогда прекрасное лицо покрывала паутина мечевых порезов, похожая на трещины в разбитом фарфоре.
То, что она ещё была жива, было чистым везением.
Неужели он и правда мог быть виновен?
Навыки Джэ Хёка превзошли все ожидания, и, когда первоначальное рефлекторное неверие рассеялось, люди всерьёз задумались, не он ли действительно убил Феникса.
Тем временем на арене Джэ Хёк цокнул языком.
Жаль, что она не умерла.
Он надеялся одним ударом убить Чжан Сосо, причинить Цилиню душевную муку и заодно поднять уровень.
Однако он не сумел.
Нет, ещё не поздно.
Топ!
Джэ Хёк резко шагнул вперёд и рванул к Чжан Сосо. Но теперь Цилинь был настороже.
— Куда это ты собрался?
Джэ Хёк успел сделать лишь несколько шагов, прежде чем ему пришлось защищаться.
— Кхок!
Даже стиснув зубы, он не смог сдержать стон. Удары Цилиня были тяжелы, как гора; Ияругт мог бы разлететься на месте, если бы не был легендарным оружием.
Цилинь, похоже, тоже заметил особенность Ияругта.
— Это реликвия твоей семьи Кан? Хороший меч. Заберу его как трофей!
Огромные кулаки Цилиня двигались так быстро, что оставляли за собой сотни остаточных образов и теснили Джэ Хёка назад.
Стойка мечника была корнем его силы. Не существовало мечника, который не тренировал бы нижнюю часть тела. Джэ Хёк не был исключением: он упражнял ноги с самого детства, а затем ещё сильнее отточил работу ног под руководством фермеров Рейнхардта.
Но даже так под натиском Цилиня он всё равно отступал.
Чёрт!
В конце концов Джэ Хёк оказался у противоположного края сцены. Дальше идти было некуда.
Ещё один шаг — и он упадёт. А тогда он станет для Цилиня лёгкой мишенью.
— Разве ты не хотел отомстить за отца?
Рёв Цилиня, густой от маны и ярости, разнёсся по всему стадиону.
— Тогда тебе сперва следовало превзойти его!
Правда была раскрыта.
— Это я убил Якшу восемь лет назад! Ты и правда думал, что равенства с Якшей хватит, чтобы победить меня?
С точки зрения Цилиня эту истину и не нужно было скрывать.
То, что он сделал восемь лет назад, в его родной стране считалось не грехом, а героическим подвигом. Корейские ведомства, военные и политики сами скрыли правду внутри страны, боясь, что, если народ сплотится вокруг семьи Кан, они не смогут поделить пирог. Но какое отношение это имело к Цилиню или тем более к Китаю?
Раз напряжение дошло до такой точки, притворяться больше не было нужды.
— Даже если ты освоил все наставления отца, передо мной это уже бесполезно. Техники семьи Кан для нынешнего меня не представляют ничего особенного.
За годы уединения Цилинь бесчисленное множество раз прокручивал в памяти тот самый миг, когда Якша тяжело его ранил, тщательно разбирал выхватывание меча Якши и оттачивал боевые искусства, чтобы ему противостоять.
— Здесь ты и умрёшь!
Бах!
Цилинь низко пригнулся и ударил Джэ Хёка в грудь ладонью с расстояния в один цунь.
— Кха!
Джэ Хёк слетел со сцены, и кровь, потекшая из его рта, протянулась за ним дугой.
— Умри.
Ещё до того, как Джэ Хёк успел приземлиться, Цилинь появился у него за спиной и обрушил пятку ему на голову.
Под пяткой Цилинь почувствовал, как череп Джэ Хёка вдавливается.
Мгновенная смерть. Цилинь ни на миг не сомневался, что удар убил Джэ Хёка сразу.
Наследие Якши закончится здесь.
И в этот момент Джэ Хёка поглотил столп света.
— Что?
По спине Цилиня пробежал холодок, и он рефлекторно перевёл взгляд в другое место.
И увидел.
Голова Чжан Сосо лежала отдельно от тела.
Её лицо застыло в маске боли, словно последние мгновения были наполнены страданием.
Цилинь оцепенело уставился на голову своей ученицы.
— Как...
— Не во всём, возможно, но молодой господин превзошёл Якшу. Я понял это в тот день, когда он одолел меня.
Жуткий голос донёсся до его ушей, и Цилинь вздрогнул. Перед внутренним взором вспыхнули картины: окровавленный скелет, шагающий через батальоны китайских игроков.
— Рыцарь смерти Теодор...
— Единственный и неповторимый.
Шесть зубчатых фиолетовых нитей метнулись от двуручного меча Теодора и, словно разумные молнии, змеями устремились к Цилиню.
Стиль Теодора: Адский меч.
— Теодор! Почему ты встал на сторону такого мальчишки?!
Цилинь гневно вскрикнул, едва успевая уворачиваться от нитей меча и блокировать их.
А затем, прежде чем кто-либо успел отреагировать, небо над ними потемнело; облака становились всё гуще и мрачнее с каждым мгновением.
Вскоре... Гр-р-ром.
— Ах!
Толпа ахнула, а Цилинь занервничал.
Грозовая кара...
Как это могло быть совпадением? Чжан Сосо умерла, и Джэ Хёк только что поднял уровень.
— Не могу поверить, этот ребёнок...
— Он достиг сто пятидесятого уровня? В шестнадцать лет?
— Это, без сомнения, первое такое достижение в мире...
Толпа пребывала в оцепенении, и даже Цилинь на миг потерял дар речи. Ни он сам, ни Якша не достигли трансцендентности до двадцати лет.
Цилинь быстро собрался и двинулся, чтобы добить Джэ Хёка, но дорогу ему преградила нависшая фигура.
— Даже не думай! — прогремел Теодор, и лицо Цилиня исказилось от злости и тревоги.
— Уйди с дороги! Это бедствие!
Теодор был силён, но Цилиню он не ровня. Один за другим его суставы повреждались, но Теодор не отступал и использовал бесчувственное тело как преграду на пути Цилиня.
Схватка была короткой, но жестокой.
Лишившись обеих ног, Теодор вцепился в край штанов Цилиня.
— Цилинь, ты боишься? Боишься, что мой господин преодолеет свою грозовую кару?!
— .........!
Цилинь на полшага замешкался.
Он? Боится?
— Быть такого не может... — пробормотал он, но в конце концов даже сам не поверил своим словам.
Он отмёл провокации Теодора и сосредоточился. Вскоре в руках Цилиня появились две сферы маны, яркие, как солнца.
Оригинальный навык Цзинь Юна: Кулак королевского адского пламени.
Это была его сильнейшая атака. Ею он мог обратить в пепел кого угодно и что угодно.
Взревев, Цилинь выбросил руки вперёд. Две сферы понеслись к Джэ Хёку, словно планетные тела, летящие сквозь космос.
Но было слишком поздно.
Грооооом!
Молния вырвалась из облаков, ударила в сторону Джэ Хёка и опустошила всё вокруг. Последовавшее за ней кольцо грозовой энергии пронеслось мимо двух солнц и стёрло их, будто тех никогда и не существовало.
Цилинь задрожал.
Во что бы то ни стало. Этот мальчик должен провалиться.

Комментарии

Загрузка...