Советник Сунь на мгновение замер и переспросил: ─ Начальник Шэнь, вы хотите... Меч Цюшуй?
─ Да.
Советник Сунь отложил кисть и с сомнением в голосе протянул: ─ Начальник Шэнь, неужто вы собрались потратить заслуги на этот меч?
─ Мм. – кивнула Шэнь Цинцю.
Советник Сунь помолчал, подбирая слова: ─ Послушайте... старик помнит, что мечом вы отродясь не пользовались. Разве что раздобыли какую-то секретную технику владения им? Но даже так, спешить не стоит, брать легендарное оружие без прямой нужды нет никакого резона.
Ту золотую мягкую броню вы выслеживали целых три года, и теперь на нее наконец хватило очков заслуг. Она тонка как шелк, сносу ей нет, а второй такой вряд ли сыщется в ближайшее время, да и накопить столько заново – задача не из легких. Вы хорошо подумали? Действительно хотите спустить накопленное на меч, который вам практически не нужен?
Шэнь Цинцю на секунду засомневалась. Польза от этой золотой брони для нее и впрямь была куда выше, чем советник Сунь себе представлял.
В технике ци, которую она практиковала – «Каноне Сюаньян», имелась смертельная уязвимость. При обычной циркуляции энергии изъян удавалось скрывать, но если столкнуться с истинным мастером и дать ему разгадать эту слабину, исход мог стать фатальным. Надеттая на голое тело золотая броня как раз закрывала эту уязвимость.
Она давно заглядывалась на нее, но подобные вещи редки, и в арсенале Люшаньмэнь округа Цинъян их вечно не хватало.
Впрочем, посомневавшись лишь мгновение, она решительно бросила: ─ Старик Сунь, оформляйте выдачу меча, я спешу.
Советник Сунь больше не стал ее отговаривать, поднялся, отворил дверь кладовой и вскоре вернулся, неся в обеих руках длинный лакированный ларец.
Затем он достал толстую амбарную книгу, отыскал нужную страницу с личным счетом Шэнь Цинцю, сделал несколько быстрых пометок и развернул фолиант к ней для оттиска печати.
Приложив палец к чернилам, Шэнь Цинцю оставила отпечаток, подхватила ларец и быстрым шагом направилась к выходу, двигаясь куда быстрее, чем когда пришла.
У крыльца ее по-прежнему ждали двое верных подчиненных. Увидев начальницу, они тут же пристроились следом.
Троица миновала несколько переулков, направляясь в сторону квартала Чанлэ.
Чанлэ был одним из самых оживленных мест восточной части города Цинъян – сплошные таверны да чайные дома, где сходились представители самых разных сословий.
Шэнь Цинцю вела людей по следам разыскиваемого.
Увы, результат принес лишь разочарование.
Информация доносчиков подтвердилась: такой человек действительно существовал.
Вот только к нападению на нее он отношения не имел – обычный заурядный игрок, накануне попавшийся на шулерстве в игорном доме, где ему в наказание отрубили безымянный палец.
Нить оборвалась.
Хмурая Шэнь Цинцю дала знак отступать.
Правда, дойдя до развилки, она отпустила подчиненных, а сама в одиночку свернула в Тихий переулок.
Шагая меж серых стен, она и сама не заметила, как ее шаг невольно ускорился.
Миновав пару поворотов и обогнув старый колокол, она наконец добралась до нужного места.
<5>В глубине переулка ворота медицинской лавки Гу были приоткрыты, деревянная створка заслоняла проход.
Постояв немного на пороге, Шэнь Цинцю поправила воротник, передвинула за спиной оружейный ларец и заглянула внутрь. Во дворе никого не оказалось, и она, шагнув за порог, окликнула вглубь двора: ─ Гу Гуаньци.
Из глубины донеслось шкворчание масла на сковороде, и спустя мгновение из внутренних покоев появился сам хозяин в фартуке и с мокрыми от воды руками.
─ Цинцю? – Увидев ее, он на секунду замер, после чего торопливо подошел ближе: – Рана зажила?
Шэнь Цинцю кивнула: ─ Почти полностью. В Люшаньмэнь полно целебных снадобий, да и моя техника обладает исцеляющим свойством, плюс я сразу отвела смертельный удар – так что восстановление идет быстро, остается лишь поберечься.
Гу Гуаньци протянул руку, нащупал ее пульс, вслушиваясь в удары, перевел взгляд на ее лицо и констатировал: ─ И правда, восстанавливаешься на зависть быстро!
Он не переставал удивляться тому, насколько нелогичен этот мир, полный чудесной энергии – неудивительно, что здесь ходят легенды о возвращении утраченных конечностей и воскрешении мертвых.
─ Повезло! – улыбнулась в ответ Шэнь Цинцю.
Сняв со спины продолговатый ларец, она водрузила его на стол и неспешно открыла крышку, обнажая лежащее внутри оружие.
Ножны из белого нефрита были лишены украшений, но излучали мягкий, спокойный свет, словно в них заключили лунный лучик.
─ Это... – начал было он.
─ Дарю. – Тон Шэнь Цинцю был небрежен, будто она говорила о какой-то сущие мелочи. – Ты же сам говорил давеча, что твой меч никуда не годится. Я как раз расследовала дело в квартале Чанлэ, ну и заглянула попутно в арсенал Люшаньмэнь прихватить вещицу – все равно без дела пылилась.
Гу Гуаньци взял меч в руки и легонько подал рукоять на пару дюймов вверх.
Показалась часть клинка.
Цвет металла напоминал чистую воду, прозрачную до звона, а по лезвию бежал призрачный морозный отсблеск, будто на стали застыл тончайший слой льда. По поверхности клинка змеились еле заметные водяные узоры, перекатываясь словно речная рябь.
Вытащив клинок целиком, Гу Гуаньци заставил его вспыхнуть на солнце так, что комната озарилась ярким светом. Сделав легкий взмах, он заставил лезвие рассечь воздух, издав едва слышный, чистый и хрупкий звон – точь-в-точь тончайший драконий голос, затихающий очень нескоро.
─ Отличный меч, – искренне похвалил он, возвращая оружие в ножны и поворачиваясь к гостье. – Ты утверждаешь, что взяла его мимоходом, но неужто в Люшаньмэнь раздают такие сокровища первому встречному?
Шэнь Цинцю откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди, и небрежно бросила в сторону: ─ Разумеется, мимоходом. Иначе зачем бы мне специально бегать туда? У меня полно дел, я вообще-то занятой человек.
Гу Гуаньци усмехнулся: ─ Ну разумеется. В таком случае премного благодарен за столь удачно попавшийся под руку меч!
Шэнь Цинцю коротко бросила «угу» и перевела тему: ─ Ты что, готовишь еду?
─ А, да, – отозвался он. – Присаживайся, отведаешь моего кулинарного мастерства.
С этими словами Гу Гуаньци скрылся на кухне.
Шэнь Цинцю сперва хотела отказаться, но слова сами собой застряли в горле.
Из кухни доносился стук ножа о доску, перемежаемый тихим, обрывистым напеванием какой-то незнакомой мелодии. Из щели под дверью сочился полоской теплый желтый свет, ложась на кирпичный пол.
Сидя в пустой приемной, Шэнь Цинцю то и дело ловила себя на том, что смотрит в сторону кухни, где хлопотал хозяин. Гу Гуаньци как раз сосредоточенно шинковал что-то на доске – его движения были быстрыми, а удары ножа звучали ритмично и четко.
В памяти снова всплыл тот день в узком переулке, когда он заслонил ее собой от смертельных ударов.
Уголки ее губ сами собой тронулись едва заметной улыбкой.

Комментарии

Загрузка...