Ван Бо никак не мог взять в толк, что к чему, но решил не забивать голову лишними раздумьями и перевел взгляд на стоявшего рядом Чжан Чэня.
— Чжан Чэнь, многие выжившие разбрелись кто куда, — обратился он к нему. — Может, подождем их?
Чжан Чэнь лишь качнул головой. Его голос звучал ровно, без тени эмоций:
— Я заприметил одну точку с ресурсами, добра там навалом. Сначала заберем всё, что сможем.
— ...Они найдут нас по следам, рано или поздно, — добавил он после короткой паузы и отрезал:
— Промедление смерти подобно.
Тяньци и Ван Бо переглянулись и согласно кивнули. Мотоцикл Чжан Чэня первым отозвался ревом мотора, и вскоре колонна уже была у прибрежного супермаркета.
Большую часть он выгреб еще раньше, и места в его собственных запасах почти не осталось, так что на этот раз он уступил добычу остальным. Те немногие, кто не сбежал во время хаоса, теперь праздновали триумф. Они смотрели на Чжан Чэня не просто с благодарностью, а с каким-то истовым облегчением, осознавая, как им повезло.
Не прошло и двух часов, как огромный магазин был опустошен отрядом из двух десятков человек. И именно в этот момент, ориентируясь по следам протекторов, нагрянули те, кто отстал.
Едва увидев девственно чистые полки, толпа буквально взорвалась негодованием.
— Как вы могли быть такими эгоистами! Выгребли всё дочиста! — Впереди всех неслась женщина лет тридцати с острым лицом. Она едва не тыкала пальцем в нос Ван Бо, а ее голос срывался на визг:
— Так не пойдет! Живо делитесь, отдавайте половину!
За ее спиной еще с десяток вновь прибывших тут же подняли гвалт. В их глазах застыла ничем не прикрытая жадность.
Ван Бо только успел нахмуриться, как Тяньци не выдержал первым.
— Ты, блядь, чего там вякнула? — Он в один шаг вырос перед остролицей женщиной. В его прищуренных глазах вспыхнул пугающий, звериный огонек. — Когда лезла Аномалия, ты сверкала пятками быстрее всех. А как делить добро, так сразу харя не треснула объявиться?
Женщина невольно отшатнулась, подавленная его напором, но, чувствуя поддержку за спиной, вновь задрала подбородок:
— Я... я ходила созывать других выживших! По какому праву вы заграбастали всё себе? Мы все тут пострадавшие, припасы должны делиться поровну!
Тяньци оскалился, и его выступающие зубы зловеще блеснули в лунном свете. Он рассмеялся – горько и презрительно:
— Поровну, значит? А что же ты не орала про «поровну», когда надо было делить опасность перед лицом Аномалии?
В толпе послышался нерешительный шепот:
— Но мы ведь не бойцы...
— Раз не бойцы, значит, имеете право отсиживаться за спинами, а потом приходить на всё готовенькое? — Тяньци буквально выплевывал слова. — Мы таскали эти ящики, рискуя жизнями! С какой стати нам отдавать их вам?!
Выжившие, стоявшие за Ван Бо, тоже не на шутку разозлились и начали выкрикивать ругательства в адрес наглецов. Один из мужчин средних лет вышел вперед и ткнул в сторону новоприбывших:
— Как только показались твари, вы чуть ли не обделались от страха! А теперь прибежали на запах наживы? Совесть совсем потеряли?
Лица опоздавших то краснели, то бледнели от стыда и злости, но отступать никто не собирался. Высокий худощавый мужчина в очках поправил оправу, пытаясь зайти с позиции морали:
— Нельзя же так. В конце концов, в это тяжелое время мы должны помогать друг другу, а не...
— Помогать друг другу? — Тяньци грубо оборвал его. Он придвинулся почти вплотную, впиваясь взглядом в глаза очкарика. — Ну так просвети меня: как именно вы собираетесь нам помогать?
Тот мгновенно осекся, не находя слов. Атмосфера накалилась до предела.
Чжан Чэнь тем временем лениво прислонился к мотоциклу. Он не проронил ни слова, лишь равнодушно скользил своим темным, бездонным взглядом по лицам напротив. Ему было любопытно посмотреть, как Ван Бо и остальные справятся без его вмешательства.
Чи Сяосяо мертвой хваткой вцепилась в край одежды Цзян Я, ее голос дрожал:
— Они... это уже чересчур...
Цзян Я, прижимая к себе Сяо Юйэр, застыла с лицом холодным, как иней. Среди тех, кто сейчас требовал «справедливости», она видела людей, которых сама же вытаскивала из лап смерти. И теперь они стояли в одном ряду с обвинителями. Ощущение абсурдности происходящего ледяным холодом пробежало по ее позвоночнику, сжимая сердце.
В этот момент терпение Тяньци окончательно лопнуло. Он резко развернулся и с лязгом выхватил из стоящей рядом тележки, доверху набитой кухонной утварью, тяжелый тесак. Сталь хищно сверкнула в темноте.
— Сдохнуть захотели?! — Рявкнул он.
Тяньци метнулся вперед, словно сорвавшийся с цепи леопард. Остролицая женщина только успела раскрыть рот, выдавив жалкое «Ты...», как ледяная дуга разрезала воздух. Раздался тихий хруст, словно разрезали спелый плод. Визг оборвался на полуслове, ядовитая гримаса так и осталась застывшей на ее лице. В следующее мгновение голова соскользнула с плеч и, будто гнилой арбуз, покатилась по земле, глядя в пустоту остекленевшими глазами.
Фонтан горячей крови ударил вверх, и очкарик, стоявший ближе всех, был облит ею с ног до головы. Крики ужаса застряли у людей в глотках. Наступила мертвая, звенящая тишина. У тех, кто пришел позже, глаза едва не вылезли из орбит; несколько слабаков просто осели на землю – их ноги стали ватными. Запах мочи мгновенно смешался с металлическим запахом крови.
Губы Чжан Чэня тронула едва заметная улыбка. Вот теперь это действительно напоминало конец света.
Он вспомнил обычное поведение Тяньци – вечно бесшабашного, готового смеяться, даже если небо рухнет на голову. Но сейчас, перед лицом этих никчемных паразитов, он превратился в настоящего зверя, не знающего жалости.
— Еще желающие есть? — Тяньци, небрежно держа окровавленный тесак, медленно обвел взглядом побледневшие лица. — Кому еще, блядь, припасов не хватает? Выходи!
Никто не шелохнулся. В тишине, сменившей недавний гвалт, было слышно лишь бешеное биение сердец. Ван Бо, до этого хмурившийся, медленно расслабил лоб и предпочел промолчать. Цзян Я резко закрыла глаза Сяо Юйэр, вжимая голову ребенка в свою грудь, но сама не могла отвести взгляда от обезглавленного тела и искаженного яростью лица Тяньци.
Вот он – истинный закон нового мира. Только мечом и кровью можно купить себе право на покой.
— Проваливайте, — выплюнул Тяньци всего одно слово.
Сидящие на земле восприняли это как помилование. Они поползли назад, путаясь в собственных ногах, а резкий запах от их мокрых штанов становился всё невыносимее.
— Отребье бесхребетное, — выругался он, отворачиваясь. Ярость с его лица сошла почти мгновенно, и когда он посмотрел на Ван Бо и Чжан Чэня, на губах снова заиграла привычная ухмылка:
— Тьфу, ну и пакость.
Чжан Чэнь наконец оторвался от мотоцикла. Он подошел к Тяньци, хлопнул его по плечу и с ироничной усмешкой произнес:
— Неплохо. Сработал чисто.
Тяньци поскреб затылок и хохотнул:
— Чем лясы с ними точить, лучше один раз приложить как следует.
Чжан Чэнь не стал развивать тему. Он посмотрел на небо. Луна скрылась за тяжелыми тучами, мрак становился всё гуще.
— Сворачиваемся, уходим, — сказал он, седлая мотоцикл. Двигатель отозвался низким гулом. — Здесь нельзя задерживаться.
Ван Бо кивнул и скомандовал остальным:
— Грузите остатки в машины, живее!
Люди принялись за работу без лишних разговоров. Кровавая сцена всё еще стояла у них перед глазами, и никто не смел проронить ни слова – единственным желанием было поскорее покинуть это проклятое место. Цзян Я молча села в машину, баюкая Сяо Юйэр на руках. Чи Сяосяо последовала за ней. В этот момент она вдруг остро почувствовала, что то, во что она верила раньше... было ошибкой. Ошибкой фатальной и глупой.

Комментарии

Загрузка...